Саммит G20: либерализация торговли против протекционизма

22:55 07.07.2017 Евгений Педанов, специальный корреспондент


Фото: silkrosefiscal.com

Несмотря на официальные заявления о приверженности свободной торговле, страны «двадцатки» продолжают вводить все новые протекционистские меры. Эксперты РИСИ связывают это  с изменениями в мировой экономике, произошедшими после финансового кризиса 2008 года. Торговля больше не является двигателем роста мирового ВВП, и есть опасность, что многие страны предпочтут либерализации и открытым рынкам протекционизм и изоляцию.

В МИА «Россия сегодня» прошел круглый стол, посвященный ожиданиям от предстоящего саммита «Большой двадцатки», который начнется 7 июля в Гамбурге. В рамках собрания лидеров наиболее развитых и развивающихся экономик намечена также первая встреча Владимира Путина и Дональда Трампа. Наиболее активными участниками круглого стола были представители Центра экономических исследований Российского института стратегических исследований (РИСИ): руководитель сектора экономики зарубежных стран Сергей Каратаев и руководитель сектора международных экономических организаций Вячеслав Холодков.

«Большая двадцатка» (G20) была учреждена в Берлине в 1999 году для обсуждения финансового кризиса на азиатских рынках на уровне министров финансов и глав центробанков. Во время мирового экономического кризиса 2008 года в рамках G20 для экстренного совещания собрались главы государств. Нынешний год станет десятым с начала проведения встреч на высшем уровне, а саммит в Гамбурге двенадцатым. Мировой экономический кризис преодолен. Сергей Каратаев привел данные МВФ, согласно которым в мире наблюдается подъем деловой активности, темпы роста мирового ВВП достигли 3,5% (по сравнению с 3,1% в 2016 году). Повестка саммита, по его словам, отходит от экономической сферы. Среди наиболее обсуждаемых рисков он назвал геополитические конфликты, терроризм, миграцию беженцев и климатические изменения.

Так как саммит создавался с целью преодолеть кризис, его существование сейчас находится под угрозой. В нынешних условиях, когда экономическая ситуация налаживается, необходимость в G20 ставится под сомнение. Кроме того, как отмечает Сергей Каратаев, в условиях новой внешней политики США странам-участницам все сложнее найти компромисс: «Очевиден раскол между странами Европы и США, а также поддержка европейцев со стороны развивающихся стран». Учитывая то, что решения в «двадцатке» принимаются на основе консенсуса, потенциал организации будет тем ниже, чем сильнее противоречия между участниками. Эксперт считает, что нельзя допускать изоляции США, так как это может привести к масштабным протекционистским мерам и новым ограничениям в торговле вплоть до «торговых войн». С ним согласен и Вячеслав Холодков: «Наша задача найти компромисс, который удержит США в рамках G20».

Снижение мировой торговли и рост протекционизма

Вячеслав Холодков напомнил, что у США традиционно отрицательное сальдо во внешней торговле. В 2016 году, по оценкам эксперта, оно превысило 504 миллиарда долларов (из них 309 миллиардов приходятся на дефицит в торговле с Китаем). Однако Вячеслав Холодков полагает, что предвыборные заявления Дональда Трампа об увеличении импортных пошлин до 45% для товаров из Китая и ряда других стран характеризуют также преобладающие настроения во всем мире. Именно поэтому вопрос о протекционизме он назвал одним из главных на встрече «Большой двадцатки». Причину подобных настроений Вячеслав Холодков  видит в негативных тенденциях в развитии мировой торговли: «Если до экономического кризиса 2008 года мировая торговля росла в 2 раза быстрее мирового ВВП, выступая двигателем экономики, то теперь торговля, напротив, растет в 2 раза медленнее мирового ВВП». Согласно данным эксперта, в прошлом году торговля выросла на 1,3% (в национальной валюте по официальному курсу), если пересчитать этот показатель в долларах, то получим падение в 2015 году на 13,5%, а в 2016 году на 3,3%.

«Многие страны, несмотря на то, что на официальном уровне подтверждают приверженность мерам свободной торговли, на самом деле продолжают увеличивать число ограничительных мер (протекционистских)», – утверждает эксперт. По данным ВТО, с 2009 года страны G20 ввели 1583 ограничения, а отменили из них всего 387. Вячеслав Холодков заметил, что нынешний уровень протекционистских мер в «двадцатке» самый высокий за весь период существования формата.

Снизить дефицит внешнеторгового баланса можно, либо увеличив экспорт, либо уменьшив импорт. На саммите G20 Дональд Трамп, по словам эксперта, будет пытаться уговорить партнеров США сократить импортные пошлины и обеспечить ввоз американских товаров. Кроме того, американский президент пересматривает и отказывается от невыгодных для США соглашений. Он уже вышел из Транстихоокеанского партнерства, намечаются переговоры об изменении условий в НАФТА, а также пересмотр торгового соглашения с Южной Кореей.

О сокращении дефицита внешнеторгового баланса шла речь и во время визита Си Цзиньпина в США. Китайский и американский лидеры отвели на достижение соглашения между США и КНР 100 дней, которые истекают 17 июля. «Если договоренностей (по снижению китайского профицита в торговле) достичь не удастся, вполне вероятно введение новых ограничительных мер со стороны США», – считает Вячеслав Холодков. По словам эксперта, это коснется, прежде всего, стали и алюминия, чтобы лишить экспортеров преимущества во время масштабной программы модернизации инфраструктуры, запланированной Дональдом Трампом.

Европа тем временем будет искать замену американскому рынку. Евросоюз ведет переговоры о зоне свободной торговли с Японией, Индией и МЕРКОСУР (Южноамериканский общий рынок), а также расширяет экономические связи с Китаем в рамках проекта «Один пояс – один путь».

Какой позиции должна придерживаться Россия?

В случае принятия США ограничительных мер в отношении импорта стали и алюминия,  ущерб понесет и Россия. По оценкам Вячеслава Холодкова, из 9,4 миллиарда долларов российского экспорта в США на товары цветной и черной металлургии приходится 2,6 миллиарда: «Несмотря на то, что для внешней торговли в целом это не такая большая потеря, для неустойчивого роста российской экономики после кризиса такой удар будет довольно болезненным».

Кроме того, по мнению эксперта, примером США могут воспользоваться другие страны, потребовав от России сбалансировать торговлю. У России традиционно положительный внешнеторговый баланс (профицит 106 миллиардов долларов). Более того, как утверждает Вячеслав Холодков, у России самый высокий  среди членов G20 коэффициент несбалансированности торговли (отношение сальдо к ВВП).

Третьей и главной опасностью является возможный спад экономики и последующее снижение нефтяных цен, к которым могут привести торговые войны, вызванные введением новых протекционистских мер. При этом, по словам эксперта, Россия гораздо тяжелее других стран переживает последствия рецессий: «Если мировая экономика после кризиса 2008 года упала на 0,7%, то российская – на 7,9%».

Основным условием для роста российской и мировой экономик являются открытые рынки и либерализация торговли. Протекционизм и изоляционизм могут дать краткосрочный эффект, но в долгосрочной перспективе только ухудшат ситуацию. К такому выводу пришли эксперты РИСИ в заключение круглого стола. Возможно, это понимает и российское руководство, ведь, как утверждает Вячеслав Холодков, ограничительных мер, касающихся импорта, среди стран «двадцатки» в России меньше всего.

Ключевые слова: США Китай Россия Германия Владимир Путин G20 Си Цзиньпин Дональд Трамп РИСИ Сергей Каратаев Гамбург Вячеслав Холодков большая двадцатка

Версия для печати