Досрочные выборы в Великобритании: что поставила на кон Тереза Мэй?

12:21 21.04.2017 Пётр Искендеров, старший научный сотрудник Института славяноведения РАН, кандидат исторических наук


Объявленное 18 апреля премьер-министром Великобритании Терезой Мэй  решение провести 8 июня досрочные парламентские выборы выглядит неожиданным лишь на первый взгляд. Речь идет о хорошо продуманном и одновременно решительном шаге, который, как надеются консерваторы, укрепит их позиции в стране, предоставит премьеру максимальную свободу  на переговорах с Брюсселем о принципах и условиях выхода страны из Европейского союза, а также в значительной степени снивелирует  угрозу выхода из состава Великобритании Шотландии и Северной Ирландии. «Британия покидает Европейский союз, и пути назад нет… Мы вернем контроль над своей валютой, законами, границами и будем свободны заключать сделки со старыми друзьями и новыми партнерами», - заявила премьер и добавила: «Это правильный подход, но другие политические партии противостоят ему». (rbc.ru)

Среди ключевых факторов, определивших действия премьер-министра (поставившего перед фактом не только британскую общественность, но и членов собственного кабинета) следует выделить следующие:

Фактор первый. Стремление использовать выгодные для тори актуальные тенденции в  раскладе политических сил в самой Великобритании. Социологическая служба YouGov отдает консерваторам 44%, в то время как за их основных соперников -  лейбористов готовы проголосовать 23%. (vedomosti.ru)

А лондонская газета The Financial Times, ссылаясь на собственные источники, прогнозирует, что итоговое преимущество консерваторов над лейбористами составит 21%. Прогнозы службы Communicate Research более осторожны, но и ее эксперты не сомневаются в грядущей победе Консервативной партии, которой они отдают 36% голосов против 23% у лейбористов.

Данная ситуация выглядит для Консервативной партии выгоднее, чем нынешнее соотношение мандатов в Палате общин, сформированное по итогам предыдущих выборов в мае 2015 года, когда консерваторы получили 36,8%, а лейбористы – 30,5% голосов. Это в итоге последующего перераспределения голосов и мандатов дало партии Терезы Мэй в Палате общин 330 мест из 650-ти. Потенциальная прибавка голосов в 7% при одновременном аналогичном снижении популярности Лейбористской партии – вполне достаточное основание, чтобы поставить на кон собственное премьерство, не дожидаясь 2020 года (когда выборы в Великобритании должны были состояться «по расписанию»). При этом убедительная победа на грядущих выборах поможет Мэй справиться с оппозицией в рядах собственной партии (часть консерваторов не поддерживают Brexit).

Фактор второй. Назначая внеочередные выборы на июнь текущего года, Тереза Мэй стремится свести к минимуму влияние на собственные позиции политической турбулентности в Евросоюзе и США. Момент для голосования выбран в интервале между непредсказуемыми президентскими выборами во Франции и предстоящими осенью всеобщими выборами в Германии – несущими ЕС еще большие риски. Кроме того, следует учитывать и сохраняющуюся неопределенность в выстраивании отношений между ЕС и администрацией президента США Дональда Трампа. Активные самостоятельные шаги нового американского лидера в кризисных районах мира (Ближний Восток, КНДР и в целом Азиатско-Тихоокеанский регион) наподобие недавнего ракетного удара по военной базе в Сирии, совершенного без предварительных консультаций не только в ООН или в НАТО, но и с Конгрессом США, способны поставить Европу перед необходимостью срочно определить свою позицию в стремительно изменившейся военно-политической обстановке. А это, в свою очередь, создаст ненужные проблемы кабинету консерваторов, занятому решением финансово-экономических вопросов обеспечения максимально выгодного выхода Великобритании из состава ЕС.

Фактор третий. Переизбрание консерваторов в качестве правящей партии с одновременной прибавкой голосов и мандатов укрепляет позиции кабинета Терезы Мэй на переговорах с Брюсселем, делая его более устойчивым к критике как со стороны противников Brexit (лейбористы и часть консерваторов), так и сторонников выхода в более мягкой форме (либерал-демократы). Сама британский премьер в своем заявлении о досрочных выборах подчеркнула, что Великобритания нуждается в «сильном и стабильном лидерстве, чтобы пройти через Brexit». «В результате выборов Тереза Мэй получит гораздо более серьезный мандат на то, чтобы противостоять сторонникам жесткого сценария, сейчас добившимся непропорционального влияния внутри партии. Финансовым рынкам это понравится», – подтверждает инвестиционный управляющий британской компании Aberdeen Asset Management Люк Бартоломью, подчеркивая в том числе стабилизирующую финансовую и социально-экономическую подоплеку решения главы консервативного кабинета. Аналогичное мнение высказывает и главный финансовый экономист по европейским рынкам компании Jefferies Дэвид Оуэн. По его словам, Тереза Мэй после победы на досрочных выборах «сможет вести переговоры о Brexit по собственному сценарию, не заботясь о том, чтобы утихомирить сторонников жесткого выхода внутри ее партии. Теперь она сможет нейтрализовать угрозу с их стороны». (vedomosti.ru)

Сама Тереза Мэй выразила значимость данного фактора следующей формулой: «Страна объединяется, а Вестминстер – нет», - имея в виду отсутствие прочной поддержки своей модели выхода Великобритании из Евросоюза. Примечательную и весьма точную характеристику сложившейся ситуации дала одна из ведущих европейских газет, австрийская Die Presse, в статье под красноречивым заголовком «Тактическая игра Терезы Мэй»: «В течение нескольких лет демократия в Великобритании превращается в тактическую игру. Сначала, чтобы остаться у власти, ставку сделал проевропейский премьер Дэвид Кэмерон, но исход референдума по Brexit стал неожиданным. Теперь рискует его чуть менее проевропейская преемница - Тереза Мэй: она хочет провести новые выборы, чтобы заручиться поддержкой для когда-то отвергнутого ею выхода из ЕС. Чтобы ни один представитель Палаты лордов, ни один мятежный премьер-министр Шотландии, и, конечно, ни один проевропейский однопартиец не мог стать на ее пути. Она надеется, что укрепление полномочий позволит ей обращать меньше внимания на индивидуальные интересы в этих сложных переговорах». (diepresse.com)

Характерно, что решение премьер-министра о проведении досрочных выборов сразу же солидарно поддержали и лейбористы, и либерал-демократы – хотя и сослались на различные аргументы. Лидер Лейбористской партии Джереми Корбин пообещал, что «лейбористы предложат стране эффективную альтернативу правительству, не сумевшему восстановить нашу экономику, допустившему падение стандартов жизни и угрожающее сокращение расходов на школы и систему здравоохранения». Глава либерал-демократов Тим Фэррон призвал британцев использовать выборы, чтобы избежать «катастрофического жесткого» сценария выхода из ЕС. «Если вы хотите избежать катастрофического Brexit, если вы хотите сохранить Великобританию в едином рынке, если вы хотите Британию, которая открыта, толерантна и едина, - это ваш шанс», - заявил он. (theguardian.com)

Как результат – инициатива премьер-министра о проведении досрочных выборов получила при голосовании в Палате общин 19 апреля беспрецедентно высокую поддержку, намного превысившую требуемую планку в две трети голосов: 522 «за» и 13 «против». (bbc.com)

Фактор четвертый. В решении Терезы Мэй присутствует стремление посредством консолидации власти консерваторов повысить шансы на сохранение целостности самого Соединенного Королевства. Оппонентами тори в данном контексте выступают с разных флангов Шотландская национальная партия (SNP) и Партия независимости Соединенного Королевства Найджела Фараджа. Последняя, согласно имеющимся опросам, способна набрать на внеочередных выборах 9-10% голосов, притом, что в 2015 получила 12,7%. Шотландская национальная партия тогда набрала 4,7% голосов, и сегодня у нее нет реальных предпосылок серьезно улучшить данный результат – также как, к слову, и у либерал-демократов. Последние набрали в 2015 году 7,9% голосов. (theguardian.com)

Фактор пятый. Он заключается в стремлении Терезы Мэй перевести стрелки «политических часов» с тем, чтобы освободить переговоры с руководством Евросоюза о принципах Brexit от влияния предвыборной внутриполитической конъюнктуры. «Еще одна причина для проведения досрочных выборов в том, чтобы они не совпали с финальными переговорами по выходу Великобритании из ЕС, сегодня Brexit определяет всю британскую политику» - свидетельствует профессор политологии Университета Кента Ричард Саква. (rbc.ru)

Фактор шестой. Он важен лично для британского премьер-министра. Терезе Мэй необходимо подтвердить собственный мандат, пройдя через всенародные выборы, поскольку в июле 2016 года она была избрана лидером Консервативной партии посредством внутрипартийного голосования после отставки тогдашнего премьер-министра Дэвида Кэмерона. Данный фактор имеет особое значение в контексте именно британской политической традиции – требующей от политиков и государственных деятелей регулярно обращаться к избирателям за поддержкой.

Отдельным вопросом является влияние вероятной убедительной победы на предстоящих выборах Консервативной партии на внешнеполитические приоритеты страны за пределами «вектора Brexit».  В этой связи есть основания прогнозировать ужесточение позиции поствыборного британского кабинета в отношении России, учитывая, что правительство – придерживающееся в настоящее время откровенно антироссийского курса – больше не будет считать себя связанным интересами выработки единой внешней и оборонной политики ЕС. «Великобритания стала главным противником России на Западе», и, хотя удар по сирийской военной базе нанесли США, «именно Великобритания возглавила борьбу за введение новых антироссийских санкций» - указывает в данной связи британское издание New  Statesman. (newstatesman.com)

С другой стороны, определенным сдерживающим фактором во внешнеполитических амбициях для Лондона может стать неизбежное обострение отношений между властями Соединенного Королевства и лидерами Шотландской национальной партии. Ее лидер Никола Стерджен  по-прежнему намерена провести повторный референдум о независимости провинции в период между осенью 2018-го и весной 2019 года – то есть в хронологических рамках процесса Brexit. И ее примеру могут последовать сторонники самоопределения Северной Ирландии – также  как и шотландцы, проголосовавшей в июне 2016 году в своем большинстве против выхода страны из ЕС.

Ключевые слова: США Россия Великобритания Франция Германия выборы Европейский союз Северная Ирландия Шотландия Brexit Тереза Мэй

Версия для печати