Противоречия и взаимозависимость прикаспийских стран

13:30 18.04.2017 Евгений Педанов, специальный корреспондент


Фото: Е. Педанов.
Справа налево: В.Калюжный, Г.Петров, В.Салыгин, Т.Имангали, И. Братчиков

Доля товаров с высокой добавленной стоимостью в российском экспорте в прикаспийские страны традиционно высока – этим можно объяснить важность региона для российской экономики. Наиболее острыми остаются вопросы спорных месторождений и экологической безопасности Каспийского моря.

В МГИМО прошел международный экономический форум «Каспийский диалог». Он ежегодно объединяет политиков, экспертов и представителей научного сообщества из так называемой «пятерки» прикаспийских государств: Россия, Казахстан, Иран, Туркменистан и Азербайджан. Форум предназначен для поиска ответов на экологические, территориальные и экономические вызовы.

С момента распада СССР по сегодняшний день продолжаются переговоры о правовом статусе Каспийского моря. На ресурсы каспийского шельфа претендуют все пять государств Каспийского региона. Разведанные запасы нефти в Каспии составляют 33 миллиарда баррелей, потенциальные запасы превышают 200 миллиардов баррелей. Кроме того, в Каспийском море сосредоточены большие запасы биологических ресурсов. Если для России рыболовная продукция из Каспийского региона составляет чуть больше одного процента от общего потребления, то для Азербайджана и Туркменистана – этот регион является уникальным источником морепродуктов.

Директор Департамента энергетики Евразийской экономической комиссии Леонид Шенец напомнил о том, что Каспийский регион является третьим в мире по запасам углеводородного сырья. «Пятерку» прикаспийских стран объединяет преобладающая роль нефти и газа в структуре экспорта. Возможность снизить зависимость государств от колебания цен на энергоресурсы эксперт видит во взаимопроникновении экономик «пятерки» и диверсификации их торговых отношений. Говоря о создании общего энергетического рынка ЕАЭС к 1 июля 2019 года, Леонид Шенец напомнил об отставании прикаспийских стран в вопросах энергоэффективности: «Если снизить энергоемкость ВВП на 25-35%, то можно получить экономический эффект в 30-35 миллиардов долларов».

Представитель министерства экономического развития РФ Павел Шевцов привел данные, согласно которым в 2016 году товарооборот России с прикаспийскими государствами составил 18 миллиардов долларов: экспорт – 12,5 миллиардов, импорт – 4,6 миллиардов. Показатели торговых отношений со странами региона снизились на фоне падения нефтяных цен и кризисных явлений в мировой экономике. Тем не менее, по мнению представителя министерства, торговля с прикаспийскими странами для России важна потому, что российский экспорт в Каспийский регион всегда был диверсифицирован (доля машин, оборудования и транспортных средств в эти страны остается традиционно высокой). «Доля промышленных товаров в экспорте в Азербайджан составляет более 90%. Седьмая часть продукции российского машиностроения приходится на четыре прикаспийские страны», – привел примеры Павел Шевцов.

Председатель Совета «Наука и инновации Каспия» Виктор Калюжный уверен, что противоречия относительно северной части Каспия были разрешены благодаря договоренности о том, что спорные месторождения нефти будут разделены в соотношении 50 на 50. По его мнению, из-за того, что «южные» государства не пошли по российскому пути, ни одно из них по-прежнему не может вплотную заняться энергетическими задачами. Если для Туркменистана нефть не является приоритетом (он специализируется на добыче газа), то для Азербайджана вопрос спорных месторождений является существенным. Эксперт считает, что вследствие пересечения интересов, ни одна из трех стран не может выступать инициатором переговоров. «Посадить Азербайджан, Туркменистан и Иран за стол переговоров должна Россия», – уверен Виктор Калюжный.

Другая проблема в Каспийском море связана с экологией.  Она в большей мере относится к северной части, где находятся месторождения сероводородного назначения. «Если разливы нефти не наносят большого вреда экологии, то сероводород в случае аварии поймать будет просто невозможно», – предупреждает эксперт. Виктор Калюжный призвал Казахстан соблюдать безопасность, а также отметил успехи компании «Лукойл», которая первой внедрила замкнутую систему производства и перешла к нулевому выбросу.

Об экологии в своем выступлении упомянул и спецпредставитель президента России по вопросам делимитации и демаркации границ РФ со странами СНГ Игорь Братчиков. По его словам, количество осетров за 10 лет уменьшилось в 40 раз, более того, они остаются под угрозой полного исчезновения.

Главным противоречием на Каспии остается механизм деления территории. В то время как Азербайджан, Туркменистан и Казахстан придерживаются метода деления по серединной линии, Иран настаивает на том, что каждая из стран должна получить по одной пятой территории Каспия. Сейчас, по словам спецпредставителя президента РФ, определению статуса Каспийского моря мешают позиции Ирана и Туркменистана, которые не урегулировали свой спор из-за месторождения «Сердар-Кяпаз». Кроме того, Туркменистан считает, что может осуществлять транскаспийские трубопроводные проекты без одобрения остальных прикаспийских стран. Иран и Россия противостоят туркменской позиции, подчеркивая уязвимость экологии и замкнутость моря. Как утверждает Виктор Братчиков, решения этих противоречий найдут свое отражение в Конвенции о правовом статусе Каспийского моря, работа над которой началась в 2014 году на Каспийском саммите в Австрии и будет завершена к предстоящему саммиту в Казахстане. Представитель РФ заявил о согласовании большинства положений, найденном балансе между потребностями всей «пятерки» и об отсутствии ущемления национальных интересов участников в тексте конвенции.

Ключевые слова: Россия Иран Казахстан Азербайджан МГИМО ЕАЭС Каспийское море Туркменистан Каспий Каспийский диалог Каспийский регион Виктор Братчиков Виктор Калюжный Павел Шевцов Леонид Шенец

Версия для печати