Африканская инициатива Анкары

15:40 27.02.2017 Павел Ломтев, журналист


Фото: seattlepi.com

На фоне напряженных отношений с Евросоюзом, а также резким изменением подхода к решению сирийского вопроса, Анкара уверенно наращивает «африканскую инициативу». Внимание турецких политических и экономических сил все чаще обращается в сторону государств Африки южнее Сахары. В прошлом месяце президент Республики Реджеп Тайип Эрдоган совершил так называемое «Восточноафриканское турне» в Танзанию, Мозамбик и Мадагаскар. Всего же, за последние десять лет, турецкий президент нанес более 30 визитов в 23 африканские страны. По заверению пресс-секретаря его аппарата, это число стало рекордным для президента, не являющегося африканским лидером. [1] Но какова причина столь большого интереса? Попытка найти новых союзников и расширить влияние или существуют более глубокие мотивы?

После попытки военного переворота в июле прошлого года, геополитические интересы и намерения Анкары претерпели сильные изменения – Эрдоган стал более трезво смотреть на вопрос вступления Турции в ЕС, что вызвало напряженность в отношениях с Европой, начал критиковать политику США в ближневосточном регионе и, в конце концов, наладил отношения с Россией. [2] Более того, Анкара в настоящий момент принимает участие в военной операции в Сирии совместно с Москвой, Дамаском и Тегераном. Для зарубежных экспертов, которые теперь характеризуют текущие внешнеполитические намерения Турции не иначе как «загадочные», такой резкий маневр стал настоящим удивлением.

В отношении же черного континента, Турция действительно имеет глубокие исторические связи со странами Северной Африки, ведь этот регион был традиционной зоной влияния бывшей Османской империи. Но только с 2005 года, после прихода к власти президента Эрдогана, можно действительно говорить о наращивании динамики отношений со странами Африки южнее Сахары. В этом же году Турция приобрела статус наблюдателя при Африканском Союзе. В 2008 году Афросоюз объявил Турцию своим стратегическим партнером, и в Стамбуле прошел первый турецко-африканский саммит. Второй состоялся в Экваториальной Гвинее в 2014 году, а третий запланирован в Турции на 2019 год.

Количество турецких посольств в Африке выросло с 12 до 39

В двустороннем плане отношения также активизировались – количество турецких посольств в Африке выросло с 12 до 39 (плюс генконсульство в Сомалилэнде), кроме того планируется открыть представительство в Экваториальной Гвинее. А главная цель — открыть посольства во всех 54 африканских государствах. [3] Количество же африканских представительств в Анкаре выросло с 10 до 32. Объемы турецкой помощи на развитие Африки выросли с 52 млн. долларов до 783 млн. долларов на 2013 год. Турция также предоставляет солдат и материальную помощь для семи из девяти миротворческих контингентов ООН в Африке.

 

Фото: trtworld.com

Объемы двусторонней торговли между Турцией и африканскими странами с 2003 по 2015 года увеличились в три раза – до 17,5 млрд. долларов. К 2015 году, общий объем прямых турецких инвестиций вырос практически до 8 млрд. долларов. Турецкие строительные компании получили около тысячи тендеров, принеся около 21% в турецкую казну от общего объема международных сделок. Сам Эрдоган называет Турцию «другом, товарищем и партнером Африки» [4]. Другие же эксперты дают более прозаичное объяснение – Анкара предпринимает попытки присоединиться к борьбе за рынки и природные ресурсы африканского континента, которую сейчас ведут другие крупные державы, такие как Китай, Индия, США и в том числе Россия. [5]

Анкара предпринимает попытки присоединиться к борьбе за рынки и природные ресурсы африканского континента

Но, финансовая выгода не является единственной составляющей внешней политики Анкары. Эрдоган давно пытается претворить свою мечту о возвращении лидирующих позиций Турции на мировой арене, особенно в суннитском мире. Данные амбиции, прежде всего, проявляются в усилиях Анкары по разрешению конфликтов в двух мусульманских странах в Африке – Судане и Сомали.

Действия турецкого президента в Сомали поистине можно назвать блестящими. Было затрачено огромное количество усилий и финансов – в общей сложности около 600 млн. долларов и беспрецедентное политическое рвение для спасения наиболее «нестабильного» государства в мире. В 2011 году, Эрдоган стал единственным в мире главой государства, который лично посетил Могадишо. Он открыл в сомалийской столице посольство и наладил регулярные авиарейсы турецких авиалиний. Турция также активно участвует в восстановлении инфраструктуры в разрушенной стране.

 Фото: i.ytimg.com

Этот и последующие визиты Эрдогана в Сомали называют исторически важными, а его самого, не иначе как героем. [6] Действительно, ни одна страна не затрачивала столько ресурсов и усилий для попытки стабилизировать ситуацию в Сомали. Более того, можно сказать, что уже есть позитивные результаты: в стране в начале месяца успешно прошли президентские выборы, что является большим достижением для Сомали.

Африку можно назвать своеобразным полигоном для испытания политики «мягкой силы» в турецком варианте. В течение многих лет, большая часть влияния Анкары на страны Африки оказывалась посредством «Хизмет», турецкого общественно-политического движения, возникшего вокруг идей турецкого писателя Фетхуллаха Гюлена. Оно оказывало мощную поддержку турецкому президенту в политическом и финансовом плане. Но, по-видимому, «Хизмет» оказалось слишком влиятельным, и в результате, в мае 2016 года турецкое правительство официально объявило движение Гюлена террористическим, а после попытки военного переворота в июле – Эрдоган обвинил лично Ф. Гюлена в его организации и изгнал тысячи сторонников из всех институтов власти. Вместе с тем, движение гюленистов хорошо «окопалось» на африканском континенте. Его сеть включает в себя около 110 школ в 35 странах – преимущественно с мусульманским населением, а также различные бизнес организации, фонды помощи и СМИ.

Африку можно назвать своеобразным полигоном для испытания политики «мягкой силы» в турецком варианте

Хотя стоит отметить, что сами африканцы в меньшей степени связывают турецкие образовательные учреждения с движением Гюлена. Школы, в частности, обучают местной письменности, а не турецкой или арабской, и имеют названия, никак не связанные с гюленистским движением. Большинство местного населения просто называют их «турецкими школами» и очень ценят их высокие образовательные стандарты. Видимо именно этот факт турецкое правительство пытается использовать для борьбы с «Хизмет» без последствий для турецкого влияния на континенте. В июне 2016 года был создан «Фонд Маариф» имеющий идентичные задачи, и по сути, призванный заменить гюленистов в Африке. [7]

С 22 по 25 января, Эрдоган совершил несколько официальных визитов в восточноафриканские страны: Танзанию, Мозамбик и Мадагаскар. Официальной целью этого турне было развитие и углубление отношений со всем континентом. Но, как впоследствии оказалось, главной задачей этих поездок стала необходимость убедить правительства стран закрыть все представительства теперь уже «террористической» организации. Результат турне оказался не столь однозначным – далеко не все лидеры этих стран согласились пойти на уступки Эрдогану. Слишком уж прочные позиции имеют «турецкие школы», а сиюминутно Анкара не может предоставить им замену.

Танзанийское правительство еще в прошлом году сразу же согласилось на просьбу турецкого посла закрыть десять «гюленистских» школ. Эрдоган же закрепил этот результат лично с танзанийским президентом Джоном Магуфули. В Мозамбике ситуация сложилась по-другому. Его лидер - Филипп Ньюси не ответил взаимностью – банально из-за того, что многие чиновники правительства (возможно даже и он сам), отправляют своих детей на учебу в международную школу «Willow» в столице Мапуту. Учреждение же входит в сеть гюленистского движения. Такая же ситуация возникла и на Мадагаскаре. Несмотря на то, что Эрдоган подкрепил свою просьбу рассказами об угрозе возможности государственного переворота, исходящей от «Хизмет», малагасийский лидер скептически отнесся к перспективе закрытия образовательных учреждений и фондов.

Определенно, такой результат не устроит Турцию, и Анкара будет продолжать постепенно усиливать свое влияние в Африке, в то время как основное внимание остального мира приковано сейчас к конфликту в Сирии, политике новой администрации США и проблеме беженцев в Европе.

 

[1] https://www.dailysabah.com/columns/ibrahim-kalin/2017/01/28/turkeys-win-win-policy-in-africa

[2] https://lenta.ru/news/2016/11/19/erdogan/

[3] https://www.dailysabah.com/columns/saadet-oruc/2016/06/06/erdogans-visit-to-africa-marks-a-new-approach

[4] http://www.aljazeera.com/indepth/opinion/2016/06/turkey-africa-friend-compatriot-partner-160601070207148.html

[5] http://politrussia.com/world/turtsiya-idet-v-258/

[6] http://www.aljazeera.com/indepth/opinion/2015/01/visit-erdogan-somalia-2015121124331818818.html

[7] https://www.dailysabah.com/politics/2017/02/13/maarif-foundation-head-we-aim-to-offer-an-education-that-reflects-turkish-vision-promote-turkish-language

Ключевые слова: внешняя политика Африка Турция Танзания Фетхуллах Гюлен Рэджеп Тайип Эрдоган Мозамбик Мадагаскар страны Африки южнее Сахары Хизмет движение Гюлена

Версия для печати