США–ЕС–Китай: новая архитектура взаимоотношений

12:41 27.02.2017 Пётр Искендеров, старший научный сотрудник Института славяноведения РАН, кандидат исторических наук


На фоне усиления военно-политических и торгово-экономических противоречий между США и Китаем еще одним конфликтным узлом способны стать американо-германские противоречия. В данном случае особое значение имеет «встроенность» германской политики в общеевропейский контекст – что автоматически придает взаимоотношениям Вашингтона и Берлина особый вес в плане их влияния на ситуацию в Европейском союзе.

Экономическое измерение американо-германских противоречий при новой администрации США весьма точно сформулировал на специальной пресс-конференции глава Бундесбанка Йенс Вайдманн. Он видит главную угрозу, проистекающую от политики президента Дональда Трампа, в ее растущем протекционизме, который, по словам Вайдманна, «поставит под вопрос благополучие Германии». Соответствующий тезис прописан в ежегодном докладе германского Центробанка. Документ утверждает, что в том случае, если новая администрация США будет в первую очередь защищать интересы собственных компаний, то это усилит протекционистские настроения не только в Германии, но во всем мире. «Новая администрация в США пока что продолжает выступать с протекционистскими заявлениями. Создание Соединенными Штатами протекционистских барьеров приведет к тому, что другие страны также займут более протекционистскую позицию. Я твердо полагаю, что в такой ситуации под вопросом окажется один из ключевых столпов нашего благополучия» - так прокомментировал выводы германских финансовых экспертов глава Бундесбанка. (vestifinance.ru)

Что характерно – высказывания Йенса Вайдманна прозвучали фактически одновременно с выступлением самого президента США Дональда Трампа на конференции «консервативной политической деятельности» в Вашингтоне. Это позволяет лучше понять глубину противоречий как конкретно между США и Германией, так и в более широком плане между новой американской администрацией и Евросоюзом. Согласно мнению американского лидера, главной проблемой сегодняшней Европы являются даже не чисто финансово-валютные вопросы, а рост социальной напряженности и террористической угрозы, напрямую связанные с миграционным кризисом и отсутствием «вменяемой» (в трактовке самого Трампа) миграционной политики. Это обстоятельство, в свою очередь, лишило европейское пространство даже тех относительно спокойных «островков стабильности», которые существовали на континенте совсем недавно (в частности, речь идет о Скандинавии). «Посмотрите, что происходит в Европе. Совсем недавно меня раскритиковали из-за заявлений по ситуации в Швеции. А потом буквально на следующий день там произошли беспорядки. Кто-нибудь вообще о них рассказал? В США лишь немногие СМИ упомянули об этом. Я люблю Швецию. Граждане этой страны понимают, что я прав» - подчеркнул в своем выступлении Дональд Трамп и продолжил свое виртуальное «кризисное» путешествие по Европе: «Посмотрите, что происходит в Германии, посмотрите, что произошло во Франции, что произошло в Ницце, в Париже. Один из моих друзей, очень обеспеченный человек, он обожает «город огней», он любит Париж. В течение многих лет он вместе с семьей каждое лето ездил в Париж, для него это вошло в привычку. Мы с ним давно не виделись, и при встрече я его спросил: «Джим, как Париж?» В ответ он мне сказал: «Париж? Я туда больше не езжу. Париж сегодня – это уже не Париж». Это было примерно 4-5 лет назад. Он сказал, что не скучает по Парижу, что у него даже не возникает мысли поехать туда». «Посмотрите, что происходит с нашим миром. Нам нужно быть умными. Мы не можем допустить, чтобы то, что произошло с Европой, случилось с нами» - подытожил свои наблюдения новый президент США. (vestifinance.ru)

На первый взгляд может показаться, что глава Бундесбанка и хозяин американского Белого дома говорят о разных вещах. Йенс Вайдманн рассуждает о торгово-экономическом протекционизме, а Дональд Трамп – о миграционном кризисе и террористической угрозе. Однако, по сути, дискуссия идет о принципах сосуществования двух ключевых тенденций современного глобального мира - тенденции к максимальной открытости государственных, торгово-экономических и этно-конфессиональных границ и тенденции к более «точечной» защите национально-государственных интересов во всех вышеперечисленных областях – от валютной стабильности до противодействия терроризму.

Не секрет, что в сегодняшнем Евросоюзе именно Германия выступает апологетом «открытости» как в экономике, так и в социальной сфере – при этом максимально используя оба процесса в собственных интересах. В экономической области германский бизнес, пользуясь кризисными явлениями в еврозоне, активно наращивает собственные позиции на рынках Центральной и Восточной Европы, а также обеспечивает максимальный профицит во внешней торговле Германии. В трактовке новой американской администрации, озвученной руководителем Национального совета по торговле США Питером Наварро, Германия использует «сильно недооцененный» евро для «эксплуатации» США и других стран-членов Европейского союза. По мнению Питера Наварро, валюта евро является ничем иным как «скрытой дойчмаркой», которая обеспечивает Германии торговые преимущества перед другими государствами.

А ставка на привлечение миграционных потоков в границы Евросоюза с их последующим перераспределением согласно разработанной опять-таки по инициативе Германии и лично федерального канцлера Ангелы Меркель системе национальных квот позволяет Берлину создать удобную систему сдержек и противовесов в масштабе всего ЕС с тем, чтобы закрепить за собой ключевую роль в решении общеевропейских проблем и собственный статус главного локомотива евроинтеграции. Последнее позволяет Германии, во-первых, противодействовать блоку Великобритании и ее ближайших союзников в лице Польши, стран Балтии и скандинавских государств (и без того ослабленному предстоящим процессом британского выхода из Евросоюза), а во-вторых – успешно бороться за континентальное лидерство с Францией с ее средиземноморскими блоками и союзами.

Подобная борьба закономерно ставит вопрос о привлечении союзников – и это, очевидно, самый важный вопрос в контексте нарастания американо-германских противоречий. В данном отношении союзником Берлина в торгово-экономическом плане и с точки зрения приоритетов в видении глобального мира выступает ключевой антагонист Вашингтона – Пекин. Именно председатель КНР Си Цзиньпин в своем выступлении на Всемирном экономическом форуме в Давосе сформулировал основные тезисы организации глобальной торгово-экономической системы, продвижения системы открытых рынков и снижения пошлинных барьеров, которые вполне соответствуют политическим и экономическим интересам Германии.

В торгово-экономическом плане общность интересов Германии и Китая прослеживается еще более отчетливо. Согласно данным Федерального бюро статистики Destatis, по итогам 2016 года Китай впервые стал главным торговым партнером Германии, сменив на этой позиции США. Последние же уступили в германском торгово-экономическом балансе еще и Франции.

Общий объем двусторонней торговли Германии и Китая достиг 170 млрд евро (180 млрд долларов). На долю Франции приходится внешнеторговый оборот объемом 167 млрд евро. Объем двусторонней германо-американской торговли составил в 2016 году 165 млрд евро.

Согласно имеющейся информации, подобная тенденция полностью отвечает позиции правящих германских кругов, которые видят в наращивании торгово-экономического взаимодействия с Пекином средство противодействия нарастанию протекционистских тенденций в экономической политике новой американской администрации. Кроме того, Берлин фактически призвал к переориентации в сторону Китая и, в целом, азиатских рынков торгово-экономической политики всего Евросоюза. В частности, вице-канцлер Германии Зигмар Габриэль видит в подобной переориентации ЕС ключевое средство противостоять намерению президента США Дональда Трампа проводить политику протекционизма. Аналогичную позицию занимает один из важнейших институтов германского бизнеса - Федеральное объединение немецкой оптовой и внешней торговли BGA. «Учитывая протекционистские планы нового президента США, можно было бы ожидать, что торговые связи между Германией и Китаем будут и далее укрепляться» - убеждены в этой структуре. (vestifinance.ru)

Что же касается США, то в контексте протекционистского курса новой американской администрации ключевыми союзниками выступают те политические партии и движения в самой Европе, которые занимают аналогичные позиции как в торгово-экономическом плане, так и в сфере противодействия миграционным потокам и усиления общественного контроля. Кроме того, следует ожидать попыток Вашингтона установить более тесные отношения с Лондоном. Особые трансатлантические отношения США и Великобритании (в том числе в торгово-экономической сфере) – это, по сути, единственный приоритет прежней американской администрации, который не подвергал сомнению в ходе предвыборной кампании Дональд Трамп. А в условиях запуска процесса Brexit (которому новый хозяин Белого дома откровенно симпатизирует) можно ожидать формирования двустороннего американо-британского политического и экономического блока, ориентированного как против ЕС и Германии, так и против Китая.

Наконец, интересам новой американской администрации отвечает та пауза, которую, согласно имеющейся информации, намерена взять в своей политике Федеральная резервная система США. Согласно информации американских источников, глава ФРС Джанет Йеллен отказалась от планов форсированной распродажи накопленных активов (которые за период действия программы «количественного смягчения» возросли с 2008 года с 1 трлн. долларов до 4,5 трлн. долларов) с тем, чтобы не создавать дополнительных финансово-экономических рисков для администрации Дональда Трампа. (vedomosti.ru)

«Основной интерес Трампа сосредоточен на торговой прибыли» - данная констатация, озвученная японской газетой «Иомиури симбун», при всей ее полемической заостренности, весьма адекватно отражает один из ключевых принципов подхода новой администрации США к мировым делам. (inosmi.ru)

В сложившейся ситуации у России открывается оперативное пространство для того, чтобы, не отказываясь от поступательного развития отношений с Китаем, использовать в собственных интересах складывающуюся новую архитектуру отношений в четырехугольнике Вашингтон – Пекин – Берлин – Лондон.

Ключевые слова: США Китай Россия Великобритания Франция Скандинавия Германия Польша Швеция Европейский союз Дональд Трамп миграционный кризис Бундесбанк Балтия протекционизм

Версия для печати