Колумбия в муках миролюбия

16:37 16.10.2016 Александр Моисеев, обозреватель журнала «Международная жизнь»


В латиноамериканской республике Колумбия случился довольно странный парадокс. С одной стороны жители страны устали от полувековой гражданской войны и хотят жить в мире, с другой – большинство в результате всенародного опроса-плебисцита этот мирный договор отвергло…

И уже после заключения мирного соглашения между властями Колумбии и повстанческой организацией «Революционные вооруженные силы Колумбии – Армия Народа» (РВСК) и референдума, на котором это соглашение не получило одобрения у большинства населения, мир облетела новая сенсация: Нобелевской премии мира за 2016 год удостоен президент Колумбии Хуан Мануэль Сантос (Juan Manuel Santos). И понятно, за какие заслуги. Разумеется за подписанный им 26 сентября мирный договор, который должен был положить конец гражданской войне в в его стране.

Как сообщили международные СМИ, победивший претендент на «Нобеля» был выбран из 376 кандидатов: 228 частных лиц и 148 организаций.

После почти четырех лет трудных, напряженных, порой изнурительных и драматичных переговоров в Гаване правительства с повстанцами Революционных РВСК в конце минувшего сентября было подписано историческое соглашение, которое, казалось бы, ставит жирную точку на 52-летнем вооруженном противостоянии. В ходе жестокого и кровавого конфликта погибло по разным данным от 280 000 до 600 000 человек, а свыше восьми миллионов колумбийцев были вынуждены бежать из родных мест.   

Увы! Прошедший в Колумбии 2 октября национальный референдум вместо долгожданной точки поставил многоточие. А кое в чем и вопросительные знаки. Итоги всенародного плебисцита, по сути, продемонстрировали сложное и неоднозначное отношение различных слоев колумбийского общества, частей политической элиты, различных группировок и кланов к участникам мирного процесса. Судя по итогам голосования, страна почти ровно раскололась пополам. Соглашение с партизанами, сказав ему «да», одобрили 49,76% принявших участие в голосования жителей республики, «против» подписанного соглашения высказались 50,23% колумбийцев.

Почему? Ведь по ранее проводившимся опросам, за мир в стране должно было высказаться чуть ли не подавляющее большинство колумбийцев. Причин может быть множество. Их будут еще долго анализировать эксперты и политики разных стран. Однозначного ответа пока никто дать не рискует. Здесь и боль утрат, и месть, и ненависть. Здесь и столкновение интересов противоборствующих финансово-промышленных групп и разного «калибра» наркобаронов. Да и политические противники президента Хуана Мануэля Сантоса, прежде всего, бывшие главы Колумбии  постарались убедить часть колумбийцев в том, что партизаны не должны вливаться в мирную политическую и социально-экономическую жизнь страны, а в лучшем случае - сидеть в тюрьме.

Президент Колумбии Сантос признал поражение своих сторонников на референдуме по мирному соглашению с повстанцами из Революционных вооруженных сил Колумбии (РВСК), но пообещал продолжить борьбу за мир в стране. При этом в обращении по телевидению к нации он заявил, что не сдастся и до последней минуты своего президентства будет добиваться установления в стране прочного и долговечного мира. Его правительство также подтвердило, что соглашение с повстанцами о прекращении огня продолжает действовать.

…Вместе с тем, хотел бы напомнить нашим читателям, что нынешняя попытка прекратить гражданскую войну в Колумбии далеко не первая. Она имеет свою длительную предысторию. В марте 1984 года тогдашний президент республики Белисарио Бетанкур заключил с РВСК перемирие и начал переговоры. Однако процесс был сорван, и боевые действия возобновились. Другой глава государства Сесар Гавириа в июле 1991-го сумел завязать новый диалог с повстанцами, который тоже был провокационно оборван. В январе 1999-го года президент Андрес Пастрана инициировал очередной переговорный процесс на так называемой нейтральной «демилитаризованной территории» в Сан-Висенте-де-Кагуан. Им же был утвержден и предложен казалось бы прекрасно выверенный и теоретически обоснованный «План Колумбия», который поддержали и финансировали США. Однако и эти инициативы колумбийских властей потерпели фиаско. Экс-президент Пастрана ставил перед своим правительством задачу умиротворения и демократизации страны, прекращения вооруженных действий, насилия и обуздание наркоторговли. Однако повстанцы выдвигали свои требования, которые власти отказывались принять. Они требовали среди прочего вывода армии и полиции из районов, контролируемых РВСК, проведения «глубоких реформ», включая аграрную, разоружения ультраправых формирований «парамилитарес» (то есть, неправительственных вооруженных отрядов). Разумеется, и президент, и командование армии, и влиятельные  спонсоры «парамилитарес» не раз отвергали требования вооруженной левой оппозиции.

Таким образом, за многие годы страна не приблизилась к миру.

Как известно, и предшествующий нынешнему президенту глава Колумбии  - Альваро Урибе, тоже пытался установить контакты с повстанцами. Но доверие между вооруженными оппонентами было окончательно утрачено, поскольку каждый раз мирная передышка использовалась одной из сторон либо для перегруппировки своих сил, либо для подготовки более чувствительных и эффективных ударов по противнику. Возможно, были и другие мотивы.

Почему же четыре года назад власти и повстанцы с упорством и твердой решительностью пошли на новый мирный диалог? Возможно, что к обеим сторонам, наконец, пришло понимание, что в этом длительном и кровавом конфликте никому из них победить не удастся. И конец войне сможет положить только достижение компромиссного мира. Именно компромиссное, против которого выступили такие бывшие президенты Колумбии, такие, как Альваро Урибе (Alvaro Uribe), Андрес Пастрана (Andrés Pastrana) и Эрнесто Сампер (Ernesto Samper). Правда последний заявил, что он в принципе поддерживает нынешнего нобелевского лауреата Сантоса, но с некоторыми поправками в договоре. Он призвал колумбийцев продолжить поиск мира. И тех, кто сказал «да» на референдуме, и тех, кто проголосовал против, Эрнесто Сампер попросил во имя установления мира забыть обиды и разногласия, объединиться, чтобы добиться окончательного прекращения самой долгой и кровопролитной гражданской войны в Латинской Америке.    

Многие политологи и эксперты того же мнения. Большинство из них полагают, что мирное соглашение в республике все-таки будет соблюдаться, что позволит Колумбии сделать крупные шаги в развитии экономики, привлечет многочисленные массы иностранных туристов. Мирная страна станет гораздо безопаснее и привлекательнее дли крупных инвестиций из-за рубежа, послужит оживлению деловой активности на всей территории республики. А для этого необходимо использовать предоставленный мирным соглашением шанс. Тем более, что договор этот рожден в таких муках.

Но есть в Америке и эксперты, которые настроены весьма пессимистично. И даже предрекают ухудшение в Колумбии политической ситуации. Некоторые из них пророчат «неизбежный распад» вооруженной оппозиционной организации. Например, профессор Военного колледжа министерства обороны США Эван Эллис (Evan Ellis) и колумбийский специалист по безопасности Роман Ортис (Román Ortiz) полагают, что большинство повстанцев после неожиданного для них провала референдума могут покинуть ряды РВСК-АН. А после распада повстанческой армии они, мол, вполне «могут превратиться в небольшие криминальные банды».

В свою очередь, известный своими консервативными взглядами американский публицист Андрес Оппенгеймер (Andres Oppenheimer) считает, что не президент Колумбии Хуан Мануэль Сантос потерпел поражение на референдуме, а «главными неудачниками плебисцита стали повстанцы РВСК и их союзники на Кубе и в Венесуэле». По мнению Оппенгеймера, отказ от мирного соглашения сыграл над колумбийскими партизанами злую шутку – «лидеры повстанцев оказались еще в большей изоляции, чем это было раньше, а будущее Колумбии стало еще более неопределенным».

Он напоминает, что в соответствии с мирным соглашением, члены РВСК, обвиняемые в совершении военных преступлений должны понести символическое наказание в виде выполнения общественных работ. РВСК также обязано разоружиться и превратиться в политическую силу, которой гарантируется не менее 10 мест в парламенте страны. Предполагается амнистия для членов РВСК, которые находятся в заключении. Кроме того, примерно семь тысяч человек после демобилизации из РВСК получат финансовую помощь в целях их реинтеграции в гражданскую жизнь.

Что же может произойти в Колумбии после неудавшегося референдума? По мнению Оппенгеймера,  существует несколько возможных сценариев развития ситуации. Наиболее оптимистичный из них он видит в успешном пересмотре мирного соглашения при участии бывшего президента Альваро Урибе - противника мирного соглашения, подписанного Сантосом. По сути это означает подготовку нового документа и проведение нового диалога с лидерами повстанцев. Следует напомнить, что командиры РВСК неоднократно заявляли, что они никогда не согласятся с уголовным наказанием для герильерос, как этого требует Урибе, и не будут больше делать в этом вопросе никаких дополнительных уступок колумбийским властям.

Бессрочное перемирие: Сантос и РВСК могут договориться прекратить огонь на неопределенный срок, пока не завершатся переговоры о заключении нового мирного соглашения. Однако военные эксперты предупреждают, что в этом случае РВСК вынуждены будут вернуться к своей прежней деятельности - незаконному обороту наркотиков и похищению людей, чтобы таким образом иметь финансовую поддержку. Рано или поздно это приведет к новым столкновениям с армией и эскалации конфликта.

Как считает Оппенгеймер, лидеры РВСК должны осознать, что на всеобщих выборах в 2018 году к власти могут прийти правоцентристские силы во главе с Урибе. «Новое правительство может потребовать от руководства Кубы, Венесуэлы и Эквадора прекратить предоставлять убежище повстанцам или запросить их экстрадицию. Кроме того руководство РВСК должно понимать, что их традиционные союзники в этих трех странах не могут оставаться вечно у власти», - рассуждает Оппенгеймер. И делает вывод: все это не означает конец насилия в Колумбии…

Главный враг колумбийцев сегодня – отсутствие доверия у противоборствующих сил. Оно вряд ли сформировалось и за 4 года переговоров. Правительство и партизаны пришли к вынужденному компромиссу. Выступая на церемонии подписания объемный текст соглашения в красивом туристском городе Картахена-де-Индиас, которое едва уместилось на 297 страницах, лидер повстанцев Родриго Ландоньо по кличке Тимошенко (Rodrigo Londoño, Timochenko) многообещающе заверил многотысячную публику, что отныне единственным оружием РВСК станет СЛОВО. И что теперь повстанцы будут заниматься политикой, а не вооруженной борьбой. «Надеемся, что и правительство Колумбии тоже», - заключил руководитель РВСК.  

…Что же касается Нобелевской премии президента Колумбии Сантоса, то на этот счет высказалась бывшая кандидатка на пост главы государства этой страны Ингрид Бетанскур (Ingrid Betancourt), которая в свое время провела в плену у повстанцев 6 лет. Она заявила, что ФАРК-АН тоже заслужили Нобелевской премии. Но награда за соглашение о мире досталась только главе Колумбии. Ингрид Бетанкур также призналась, что на референдуме она, несмотря на трудный для себя выбор, сказала мирному соглашению с партизанами «да».

Не упустить бы Колумбии этот редкий шанс!

Ключевые слова: Колумбия Мирное урегулирование

Версия для печати