Турция Эрдогана: близится развязка?

13:48 21.06.2016 Андрей Исаев, журналист-международник


Партия справедливости и развития (ПСР), правящая Турцией с 2002 года, добилась серьезного  экономического прогресса, обеспечившего вхождение страны в «Большую двадцатку».  Одновременно  при этом турецкое руководство приобрело невиданные ранее геополитические амбиции. А само понятие «турецкое руководство» постепенно сузилось до личности Реджепа Таййипа Эрдогана.

Не забывая о давней доктрине пантюркизма, власти реанимировали идею панисламизма, которую дополнили своим «ноу-хау», чье авторство приписывается Ахмету Давутоглу (тогда министру иностранных дел) – неоосманизмом.  В результате на свет появилась политика, имеющая целью «собирание» вокруг Турции мусульманских стран, некогда входивших в состав империи Османов.

Одновременно провозгласили новую максиму: «Ноль проблем с соседями». Не сложилось. Сначала торжественно объявили о стремлении нормализовать отношения с Ереваном, но признание факта  армянского геноцида оказалось непосильной для турецкой политической элиты задачей. Спланированная Анкарой провокация с «Флотилией свободы» привела к замораживанию отношений с Израилем. Тогда объявили о братании с Багдадом. Опять не вышло – кооперация с Эрбилем показалось Анкаре делом более выгодным. Что не могло понравиться Багдаду. Не удалось преодолеть извечную напряженность в отношениях с Грецией и Ираном, да и  Саудовская Аравия оказалась не в восторге от претензий Турции на лидерство в мусульманском мире. Египет избавился от «братьев-мусульман», из чьей «шинели», собственно, и вышла ПСР. «Сердечный друг» Асад в одночасье сделался «кровавым тираном» и «убийцей собственного народа». А позже имидж «крутого парня», столь любезный турецкому электорату, превратился во вторую натуру Эрдогана, что вкупе с «головокружением от успехов» - побед над внутренней оппозицией в лице генералитета и «гюленистов» - привело к закономерному в общем-то результату: «султан» (как называют Эрдогана его политические противники) возомнил себя настоящим султаном. Вплоть до того, что устами своей супруги, Эмине, время от времени выступающей в роли «неофициального рупора» мужа, 90 лет существования Турецкой республики были названы «полнейшей катастрофой».

Постепенная утрата ощущения реальности перенесла Эрдогана к тем временам, когда его предшественники могли бездумно позволить себе в дипломатической переписке назвать английскую королеву «правительницей Английского острова», а русского царя – «нашим вассалом».  Диалог с Европейским союзом чем дальше тем больше принимал ультимативный тон, что в результате вылилось в попытку политического шантажа и рэкета на почве миграционного кризиса. Главному геополитическому союзнику и оружейному донору, Бараку Обаме, было предложено «сделать выбор» между Турцией и курдскими силами из партии «Демократический союз»,  а в риторическом и провокационном  обращении к России ее президент был назван «по сути, оккупантом» Сирии (Цит. по www.regnum.ru).  Вашингтон в ответ охарактеризовал  «Демократический союз» как одну из главных сил, противостоящих в Сирии международному терроризму, намекнув таким образом, что правительство ПСР такой силой не является. На тот момент Кремль оставил хулиганскую выходку без ответа. Но атака на российский самолет окончательно превратила внешнеполитический девиз «ноль проблем с соседями» в дефиницию «ноль беспроблемных соседей».  Проблемы появились, Россия ответила адекватно. Теперь сюда можно смело добавить и союзников, коль скоро речь идет о Вашингтоне и Брюсселе. Растерянный «султан» сообщил журналистам, что «разочарован» отношениями с Бараком Обамой, равно как и с Путиным. (http://www.newsru.com) .

Мощное восстание курдов в восточных провинциях и отказ генералитета рассматривать план вторжения в Сирию без санкции ООН стали последними мазками на картине политического провала – и  внутри страны, и за ее пределами.

По мягкому выражению азербайджанского портала Haqqin.az, «Положение как внутри страны, так и вокруг нее безудержно скатывается в сторону неопределенности». Standard and Poor’s выразилось конкретнее: «Турция стала терять рейтинг надежности и предсказуемости». (Цит. по: https://regnum.ru)

Тем временем Россия серьезно ограничила отношения с Турцией, американцы, игнорируя клятвенные обещания Эрдогана не пустить сирийских курдов на правый берег Евфрата, помогли их отрядам закрепиться на новых рубежах, а Германия официально признала геноцид армян в Османской империи.  

Ситуация становилась настолько критической, что на неопределенное время отложили даже работу по реализации идеи фикс Эрдогана – превращению Турции из парламентской в президентскую республику через принятие новой конституции. Назрела необходимость сигнализировать мировому сообществу о смене политического курса, но так, чтобы граждане, воспитанные школьными учебниками в духе противостояния со всем миром, этого «не заметили». Выход был найден в политическом «заклании» Ахмета Давутоглу – действующего на тот момент премьер-министра, экс-министра иностранных дел и архитектора политики «неоосманизма», к тому же взявшего на себя ответственность за сбитый российский самолет.  5 мая Давутоглу, после консультаций с Эрдоганом, объявил о решении сложить с себя полномочия.  При этом, демонстрируя обиду на «шефа», он назвал свой поступок «не выбором, а необходимостью». Для электората отстранение ближайшей к президенту политической фигуры было вполне объяснимо: Эрдоган и Давутоглу давно расходились во взглядах по курдской проблеме, по политике в отношении оппозиции. К тому же поговаривали о формировании альянса премьера с Кемалем Кылычдароглу (лидером парламентской оппозиции).  Помимо этого ни для кого не было секретом, что Давутоглу поддерживал контакты с Фетхуллой Гюленом (проживающем в США), объявленным Эрдоганом «врагом № 1».

Новый премьер Бинали Йылдырым заявил о стремлении восстановить на прежнем уровне отношения с Россией, Израилем и Египтом, а для замирения курдских провинций анонсировал очередной  «широкомасштабный» план по экономическому развитию этого региона. Заметим, что планов таких было уже много, и пока ни один из них в полном объеме реализован не был.

Далее.  Эрдоган поздравил российский народ в лице Владимира Путина с Днем России, пожелав, чтобы отношения между Москвой и Анкарой вышли на «подобающий им уровень». Йылдырым отправил аналогичное послание своему российскому  визави. Сигналом о стремлении нормализовать отношения стало назначение в Москву нового посла. Наконец, совсем недавно Анкара анонсировала план по нормализации отношений с Россией. Среди прочего в нем значатся такие пункты как участие турецких министров во всех проводимых в России международных мероприятиях, координация действий в Сирии (sic!?), укрепление связей между турецкими и российскими бизнесменами, активизация работы по линии общественной дипломатии. Россия в ответ в очередной раз дала понять, что для начала надо извиниться…

В 2013 году Эрдогану уже продемонстрировали его демократические союзники, что «цветная революция» вполне возможна и в Турции. Тогда волнения вокруг парка Гези он подавил, но предостережению не внял. Но с тех пор многое изменилось и, похоже, что теперь у него нет иного выхода кроме как пойти на попятную и во внутренней политике, и во внешней. Проблема в том, что при этом президент должен сохранить имидж «спасителя нации и Отечества» перед сонмом внутренних и внешних врагов - именно эта маска все еще обеспечивает ему поддержку почти половины населения страны. Так что риторика остается прежней: на митинге по случаю 563-й годовщины взятия османскими войсками Константинополя Эрдоган сообщил, что все проблемы в отношениях с Европейским союзом являются местью христиан-европейцев за это событие многовековой давности. Но долго на одной риторике и харизме в наше время не продержаться, тем более что вторая половина населения Эрдогана не жалует и словам его не внемлет.

Дальше два пути: отставка или гражданский (м.б. - военный?) переворот. Личность турецкого президента, для которого власть является самоцелью, делает первый вариант маловероятным. На кого он будет опираться во втором случае?  Генералитет, даже изрядно «переформатированный» в последние годы, как показала история с планом сирийской авантюры, ненадежен и, скорее всего, сохранит нейтралитет. Если только снова не восстанут курды. Опереться Эрдоган сможет на полицию и, что менее вероятно,  на Национальную разведку: отношения с ее амбициозным шефом у президента, судя по всему, тоже непростые. Даже в самой ПСР после «движения Гези» Эрдоган не пользуется безусловной поддержкой. Да и сама правящая партия за четырнадцать лет из союза исламистов-идеалистов переродилась в собрание карьеристов-прагматиков,  многие из которых к тому же продолжают симпатизировать бывшим партийно-правительственным бонзам, отправленным Эрдоганом в отставку - Абдуллаху Гюлю, Бюленту Арынчу, Ахмету Давутоглу. 

На кого-то из первых двух, скорее всего, делает ставку Запад, которому не нужна агрессивная, полная имперских амбиций, Турция. Тем более что Фетхулла Гюлен, много лет квартирующий на вилле в Песильвании, имеет определенное влияние на всех поименованных противников Эрдогана, с одной стороны, и вполне подконтролен американцам, с другой. А еще в США, но уже за решеткой, томится некто Реза Зарраб, по многим признакам являющийся неофициальным «казначеем» клана Эрдоганов. Так что рычаги воздействия на «анкарское  закулисье»  у американцев имеются.

Кстати, агрессивная Турция, поддерживающая суннитских радикалов и пестующая пантюркистов, не нужна и России. А еще Китаю, Ирану…

При всем понимании того, что «султан» Эрдоган еще способен преподнести неприятный сюрприз своей стране,  Турцию ждут пертурбации. Какую форму они примут, сказать сегодня трудно. Но есть ощущение, что они обязательно будут.

Ключевые слова: Турция Эрдоган

Версия для печати