Иран на Ближнем Востоке: противоречия и перспективы

15:23 18.02.2016 Андрей Торин, редактор журнала «Международная жизнь»


Фото: ryb.ru

В Институте востоковедения РАН состоялась научная конференция «Иран в регионе: проблемы и перспективы», приуроченная к 37-й годовщине Исламской революции. На представительном форуме обсуждались вопросы влияния и положения Ирана на Ближнем и Среднем Востоке в контексте выхода страны из режима санкций и специфики взглядов теоретиков шиитского ислама на политический процесс, порожденный «арабской весной». Модератором и инициатором мероприятия выступила заведующая сектором Ирана Центра изучения стран Ближнего и Среднего Востока Института востоковедения РАН Нина Мамедова. Участие в подготовке форума принял Международный фонд иранистики в Москве.

Краткое вступительное сообщение о характере современных российско-иранских отношений сделал директор Института востоковедения РАН Валерий Андросов. В частности, он подчеркнул, что в ходе визита в Москву советника по международным делам Высшего руководителя Ирана Али Акбара Велаяти обсуждались не только вопросы экономического и политического сотрудничества, но и культурного, научного, гуманитарного обмена. «Пока в России очень скромные достижения в этой сфере», - заметил он. В.Андросов выразил надежду на формирование совместных российско-иранских научных фондов и структур, наработки которых можно было бы использовать для полноценного диалога двух стран.

«На сегодняшний день никто не будет отрицать особого значения связей с Ираном в нашей внешнеполитической деятельности, - отметил заместитель директора Института востоковедения РАН Вячеслав Белокреницкий. - В нашем Центре изучения стран Ближнего и Среднего Востока Иран занимает ключевую позицию среди всех стран региона, и мы полагаем, что так будет происходить и впредь».

Глава Культурного представительства при Посольстве Республики Иран в Москве Реза Малеки сделал сообщение, посвященное влиянию дискурса Исламской революции 1979 года на регион. «К сожалению, в своей деятельности мы часто сталкиваемся с тремя видами политических фобий: исламофобией, иранофобией, шиитофобией, - сказал докладчик. – Первый из них распространен в том или ином виде во всем мире, остальные в большей мере свойственны самому исламу. Вопрос в том, кому выгодно продвижение на международной арене подобных фобий. Известно, что основой Иранской революции стало сочетание рационализма, духовности и справедливости. Эти черты неотделимы от религиозности, веры в могущество исламской уммы. Задачей дискурса Исламской революции, таким образом, с первых ее дней стало определение характера отношений между религией и миром».

Идеи защиты исламского мира, диалога между представителями различных направлений и конфессий, стремление Ирана к все большей политической самостоятельности привело к беспокойству ряда западных стран, опасавшихся потерять влияние в регионе, и к стимулированию ими различных течений и направлений, противостоящих дискурсу Исламской революции. Однако Иран убежден в правоте выбранного им пути. «Идеи исламской революции прошли несколько этапов своего становления, - отметил Р.Малеки. – Это и борьба в священных для нас городах Наджаф и Кербела, и интифада палестинского народа в Газе, и деятельность движения «Хизбалла» на юге Ливана. Мы поддерживаем борьбу народов Бахрейна и Йемена. В этих условиях Исламская Республика Иран рассматривает отношения с Российской Федерацией как путь к восстановлению справедливости в регионе».

Иранский гость отметил, что у научного сообщества его страны сложились самые теплые отношения с Институтом востоковедения РАН. В настоящее время, по словам Р.Малеки, рассматривается возможность создания Общества иранистов Евразии, о начале деятельности которого предполагается объявить в мае текущего года.

«Как говорил известный мыслитель Эдвард Вади Саид, востоковедение может быть осмыслено только в качестве дискурса, - отметил советник Посольства Ирана в России Али Мехри.- Политическая и культурная практика Ирана основана на гибком сочетании прагматизма и идеализма. Мы принципиально против тех двойных стандартов, которые используются при проведении внешнеполитической линии США. Современные войны на Востоке не ведутся между суннитами и шиитами. Они ведутся исключительно против такфиритов и порождены противоречиями между религиозным рационализмом и материализмом».

Свою точку зрения на происходящие события высказал экс-Посол России в Иране Александр Марьясов. «Исламская революция резко переформатировала политический ландшафт региона, - сказал он. - Сейчас никем уже не подвергается сомнению исключительная важность Ирана в обеспечении безопасности региона. Без учета позиции Тегерана невозможно разрешение сирийского конфликта. В сложившихся условиях Москва и Тегеран выступают за подкрепление процесса политического урегулирования концепцией национального примирения на основе соглашений, достигнутых в Женеве и Мюнхене». Дипломат заметил, что Москва, Тегеран и Дамаск должны начать консультации о создании в Сирии переходной формы управления и активизировать с этой целью дипломатические отношения, как с региональными, так и с западноевропейскими странами.

Об огромных усилиях, которых были приложены исламским духовенством Ирана по преодолению шиито-суннитских противоречий, рассказал в своем выступлении заместитель директора Института прогнозирования и урегулирования политических конфликтов Александр Кузнецов. Он напомнил, что противоречия между шиитами и суннитами носили изначально не столько религиозный, сколько властный характер и были связаны с учением о «скрытом имаме» и претензией на власть потомков четвертого праведного халифа Али ибн Абу Талиба (так называемых Алидов). Свой вклад в противостояние внесли сложные отношения между Османской империей и Сефевидским государством (1501-1736). В результате гонений османов шииты и алевиты мигрировали в Иран. После свержения Сефевидов Надир-шах Афшар (1736-1747) предложил принять шиизм как разновидность джафаридского мазхаба в исламе.

Новым этапом противостояния двух крупнейших течений в исламе стали события 1979 года. Потеряв опру в регионе, США начали оказывать интенсивную поддержку политическому режиму Саддама Хусейна в Ираке и саудовской монархии. Саудовская Аравия приложила серьезные усилия к осуществлению широкой экспансии ваххабитской доктрины, рассматривавшейся как ответ на экспансию идей Исламской революции. 

Этот этап закончился в 2003 году, после вторжения США в Ирак под предлогом борьбы с международным терроризмом. Воспользовавшись падением режима С.Хусейна, к власти пришли мусульмане-шииты, которым удалось создать первое за многие столетия собственное государство, начиная со времен Фатимидского халифата (909-1171). Распад Ирака, резкое обострение религиозных противоречий, социальная деградация и рост терроризма привели к появлению ИГ, которое приобрело масштаб глобальной угрозы.

С целью установления плодотворного шито-суннитского диалога в Иордании в 2004 году был созван Первый Всемирный форум по сближению направлений исламской мысли, результатом которого стала Амманская декларация, в которой был принят компромиссный вариант разрешения вопроса об издании фетв (религиозных указов) и отлучения от ислама (такфир).

Важным этапом шито-суннитского диалога стала Амманская декларация, представлявшая собой компромисс по вопросу об издании фетв и объявления такфира.

В июле 2010 года в Москве прошла Всемирная конференция по сближению мазхабов. Исключительную роль в деятельности этой структуры сыграл видный иранский богослов и политик Али Тасхири. Его наставником был известный иракский проповедник, отец-основатель Партии исламского призыва Мухаммад Бакир ас-Садр, погибший в 1980 году в Наджафе от рук иракских спецслужб.

Значительный вклад в установление шиито-суннитских контактов внес труд аятоллы Рухоллы Хомейни «Исламское правление», в котором было определено отношение к Османской империи. По словам имама, само ее существование было препятствием на пути западных государств и послужило причиной ее расчленения на конгломерат небольших государств. Со временем благодаря усилиям Ирана была даже издана фетва против шельмования супруги Мухаммеда Аиши и первых трех праведных халифов.

В результате событий Исламской революции Тегеран вышел из системы военных союзов США (прежде всего СЕНТО). В результате монархии Персидского залива (Катар, Оман, Бахрейн, Кувейт) устремились под «зонтик безопасности» США. Свою роль в неадекватной оценке нового режима сыграли и заблуждения американских и советских экспертов, которые явно недооценивали силу нового режима, считая его в большей мере националистическим, чем религиозным.

Внешнеполитическим аспектам деятельности Исламской Республики Иран было посвящено выступление старшего научного сотрудника Института востоковедения РАН Елены Дунаевой. «Главной задачей для Тегерана с первых дней революции стало переформатирование несправедливой, по его мнению, системы международных отношений, - подчеркнула она.- Ирано-иракская война привела к обострению отношений страны, как с западным, так и восточным («просоветским») блоками. В идеологической сфере произошел раскол. Консервативная часть духовенства выступала за экспансию путем пропаганды достижений режима и строительства привлекательной социально-экономической модели. Левые исламисты защищали жесткие военные методы». По словам Е.Дунаевой, к настоящему времени произошла корректировка теоретических подходов в сторону экономического сотрудничества и культурной экспансии. Значительный вклад в становление этих изменений внесли такие известные иранские политики, как Джавад Лариджани, Али Акбар Велаяти, отчасти Хашеми Рафсанджани.

«К настоящему времени произошла корректировка политики Ирана в сторону экономического сотрудничества со странами региона и культурной экспансии» (Елена Дунаева)

Двойственную политику занял Иран в начале событий «арабской весны», поначалу поддержав политические изменения в затронутых ею странах, связав их с воплощением идей исламского пробуждения и исламской демократией. Однако со временем, благодаря вмешательству в конфликт внерегиональных игроков, Иран скорректировал свою позицию. В этих сложных условиях Россия заинтересована в поддержании всестороннего диалога с Тегераном, последовательно выступающего за воплощение идей ислама на гуманистических началах и против однополярного диктата. По словам известного востоковеда, научного сотрудника Института мировых цивилизаций  Геннадия Авдеева, сирийский конфликт показал неизбежность этого диалога. Примет ли он характер стратегического партнерства, или останется в большей мере тактическим союзом, покажет время.

Ключевые слова: Россия Иран Исламская революция ирано-российские отношения Институт востоковедения РАН

Версия для печати