Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции по итогам переговоров с заместителем Премьер-министра, Министром иностранных дел Королевства Таиланд Т.Патимапраконом, Москва, 16 июля 2015 года

23:07 16.07.2015

Уважаемые дамы и господа,

Мы провели очень полезные и содержательные переговоры с заместителем Премьер-министра, Министром иностранных дел Таиланда Т.Патимапраконом.

Таиланд – старейший партнер России в Юго-Восточной Азии. В основе наших связей – традиции дружбы, взаимного уважения и доверия. В июле 2017 г. будем отмечать 120-летие установления дипломатических отношений между нашими странами. Сегодня договорились сделать все, чтобы это событие отметить на достойном уровне, провести ряд масштабных мероприятий.

Предметно рассмотрели состояние и перспективы двустороннего сотрудничества. Отметили, что дополнительный импульс нашим связям был придан в апреле этого года, когда состоялся официальный визит в Таиланд Председателя Правительства Российской Федерации Д.А.Медведева. Проанализировали ход выполнения договоренностей, достигнутых на той встрече.

С удовлетворением констатировали, что состоявшееся вчера шестое заседание Смешанной российско-таиландской комиссии по двустороннему сотрудничеству, сопредседателем которой является Т.Патимапракон вместе с Министром промышленности и торговли России Д.В.Манутровым, было весьма конкретным и успешным. Принятые на этом заседании решения, наверняка, будут способствовать более полной реализации имеющегося потенциала торгово-инвестиционных связей.

Мы также условились предпринять дополнительные шаги в целях поступательного развития нашего политического диалога, расширения контактов между различными ведомствами, углубления культурно-гуманитарных обменов, к чему у наших народов есть искренний и неподдельный интерес.     

Обсудили актуальные вопросы глобальной и региональной повестки дня. У нас очень близкие, а чаще всего совпадающие подходы по вопросам международной политики. Мы выступаем за коллективный поиск ответов на вызовы и угрозы современности на основе международного права, за уважение права народов самим определять свое будущее.

Необходимым условием развития сотрудничества в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР) является упрочение региональной стабильности. Мы вместе с нашими таиландскими друзьями согласны с необходимостью  создавать надежные механизмы обеспечения равной и неделимой безопасности в АТР. Вместе работаем в рамках Восточноазиатских саммитов над реализацией российской инициативы, нацеленной на выработку рамочных принципов новой архитектуры в АТР. Состоялось уже три раунда консультаций на эту тему. Очередной раунд намечен через несколько дней. Мы надеемся, что он приблизит нас к согласованию всеобъемлющей договоренности.

Мы будем и дальше наращивать наше сотрудничество в различных механизмах, которые существуют в АТР – Азиатско-тихоокеанское экономическое сотрудничество, региональный форум безопасности АСЕАН, многие другие структуры, которые создаются или уже созданы вокруг Ассоциации государств Юго-Восточной Азии.   

У нас хорошее сотрудничество в ООН. Мы признательны Таиланду за солидарность с целым рядом наших инициатив, включая резолюции о недопустимости героизации нацизма, о развитии сотрудничества и укрепления доверия в космосе, о продвижении международной информационной безопасности.    

В целом наши контакты на ближайшую перспективу поставлены на плановую основу. Мы только что подписали документ, который содержит перечень консультаций между министерствами иностранных дел на 2016-2018 гг.  

Мы вполне удовлетворены итогами переговоров, которые подтвердили взаимный настрой на поступательное развитие разносторонних отношений между Россией и Таиландом. Искренне признателен моему коллеге.

Вопрос: Какие выгоды для России в международном отношении несет подписанный недавно договор по иранской ядерной программе, и как он может повлиять на безопасность в регионе Ближнего Востока и решение кризиса в Сирии?

С.В.Лавров: В этом случае правильнее говорить не о том, какие выгоды этот договор несет России, потому что он не предназначен для того, чтобы кому бы то ни было предоставлять односторонние выгоды. Изначально договоренность была нацелена на то, чтобы выработать всеобъемлющий подход к устранению любых рисков для режима нераспространения ядерного оружия и сделать это на основе признания закрепленного в международных документах права государств (в данном случае Ирана) на мирную ядерную деятельность, включая обогащение урана. Такая всеобъемлющая договоренность достигнута и отвечает интересам всех. Безусловно, она укрепила режим нераспространения ядерного оружия и, конечно же, должна существенно снизить напряженность в этом очень непростом регионе мира, помочь искать точки соприкосновения между иранцами, арабами и израильтянами. Важным косвенным, но очень существенным, результатом я считаю факт, что эта договоренность, безусловно, укрепила предпосылки для выполнения решения, принятого еще в 2010 году, которое пока не выполнено. Речь идет о созыве конференции по созданию на Ближнем Востоке зоны, свободной от ОМУ. Если говорить о том, на чем зиждется такая уверенность в позитивном благотворном влиянии достигнутого соглашения на ситуацию с безопасностью в регионе, позволю себе занять ваше внимание перечислением ключевых опорных пунктов согласованных документов.

Во-первых, Иран согласился существенным образом ограничить свою ядерную деятельность на продолжительный период по большинству направлений на 8-10 лет, по другим вопросам в части, касающейся так называемых усиленных мер проверки по линии МАГАТЭ, – вплоть до 25 лет. Иран согласился ограничить свою обогатительную деятельность одним объектом (раньше их было несколько), где будут расположены центрифуги, количество которых в несколько раз сокращается. При том, эти центрифуги будут первого поколения. Другие использоваться не будут.

Во-вторых, обогатительные работы на этом единственном объекте на фиксированном количестве центрифуг  будут ограничены обогащением урана до 3,67%. Весь запас низкообогащенного урана, наработанного Ираном, за исключением всего 300 кг, будет вывезен за границу. Закрывается тяжеловодный реактор в Араке. Он будет реконструирован таким образом, что лишится возможности нарабатывать оружейный плутоний. Также закрывается подземный обогатительный объект в Фордо, который будет перепрофилирован в производство стабильных изотопов для медицинских целей. Такие шаги предпринимаются Ираном. Они будут подвергнуты очень серьезной проверке. Прежде всего, большое значение имеет то, что Тегеран будет применять (как это записано в договоренностях) так называемый дополнительный протокол к соглашению о гарантиях и модифицированный код 3.1. Россия всегда подчеркивала, что именно эти инструменты являются ключом к проверке исключительно мирного характера ядерной программы Ирана.

Корме того, увеличивается штат инспекторов МАГАТЭ, которые будут на постоянной основе находиться на иранских ядерных объектах. У них будут самые передовые технологии мониторинга и верификации, включая электронные печати, системы непрерывного электронного контроля за уровнем обогащения. Повторю, непрерывно 24 часа в сутки, 7 дней в неделю. Помимо двух упомянутых мной документов соглашение предусматривает и дополнительные меры контроля со стороны Агентства, которые покроют весь без исключения ядерный топливный цикл в Иране, начиная с добычи и переработки урановой руды.

Еще один момент, создан эффективный механизм урегулирования спорных вопросов и развеивания подозрений, включая доступ Агентства на объекты Ирана, где даже гипотетически может осуществляться деятельность, которая не соответствует заключенной всеобъемлющей программе действий. При возникновении любых обоснованных сомнений со стороны МАГАТЭ любые пробуксовки в вопросах предоставления инспекторам доступа будут исключены. На этот счет закреплены четкие процедуры и предельные сроки предоставления доступа. Важно и то, что Тегеран взял обязательство до конца этого года завершить в сотрудничестве с МАГАТЭ прояснение всех остающихся вопросов в контексте так называемых предполагаемых исследований, которые могли иметь военно-ядерную направленность. Эта работа будет выстраиваться на основе специальной «дорожной карты», которая была подписана Ираном и МАГАТЭ синхронно с одобрением Всеобъемлющего соглашения. Таким образом, и в этом вопросе будет поставлена точка. Все белые пятна в истории ИЯП будут устранены. Соответственно, и у МАГАТЭ, и у всего международного сообщества появится полная и достоверная картина не только нынешнего состояния ИЯП, но и истории ее развития. Убежден, что совокупность этих мер позволит и укрепить доверие между «шестеркой» и Ираном, и, как я уже сказал, между Ираном и странами региона. В целом, она дает надежную гарантию того, что любые попытки каким-то образом нарушить договоренности будут тут же однозначно зафиксированы инспекторами МАГАТЭ. Логика дальнейшего развития ИЯП будет полностью понятна и контролируема.

Таким образом это без преувеличения выверенный честный баланс интересов всех участников переговоров. Каждый из них внес существенный вклад в достижение позитивного результата – это и европейская «тройка», и Китай, и США, и Россия, разумеется, это Иран и ЕС, который координировал переговорный процесс в течение этих многих лет.

Говоря о слагаемых успеха, хочу так же отметить очень серьезное значение той роли, которую сыграли страны-хозяйки переговоров, и прежде всего, Австрия, где состоялись решающие раунды, но также и Швейцария, где проходили предыдущие контакты. На определенном этапе несколько раундов приняли у себя и наши казахстанские друзья. Все они помогли создать необходимые условия для того, чтобы все завершилось так, как завершилось.

Отмечу, что Россия самым активным образом содействовала формированию согласия как через внесение конкретных технологических решений, так и через развязки сложных политических вопросов.

Мы сегодня часто слышим, что без России эта сделка была бы невозможной, думаю, что это правда, но завершить хочу тем, что главный, решающий, без преувеличения неоспоримый вклад в достижение договоренности внесли переговорщики от США. Это действительно непреложный факт. Без нацеленности США на результат, на поиск взаимоприемлемых развязок, компромиссов эта сделка не могла бы состояться.

Вопрос: Завтра исполняется год с момента трагедии малайзийского «Боинга». Не могли бы Вы прокомментировать ситуацию вокруг инициативы ряда стран в отношении создания международного трибунала для уголовного преследования ответственных за катастрофу, а также недавнее заявление ряда официальных лиц, например, Посла США в России Дж.Теффта о том, что США уже точно известно, кто сбил «Боинг»?

С.В.Лавров: Да, я помню это интервью Посла США в России Дж.Теффта, в котором он безапелляционно заявил, что Вашингтон точно знает, кто сбил этот самолет, но тут же добавил: «И сейчас мы ждем окончания расследования». Немножко противоречивая фраза, учитывая, что уверенность у США есть. Если Вашингтон действительно считает так, как это излагает Посол Дж.Теффт, то тогда, наверное, чуть более ясной становится и ситуация с задумкой о создании трибунала. Если в Вашингтоне все известно, а США активнейшим образом поддерживают создание трибунала через резолюцию Совета Безопасности ООН, то, наверное, очень легко свести концы с концами и понять, какую цель этот трибунал будет преследовать. Получается, он должен обеспечить наказание тех, в чьей виновности уверен Вашингтон. Это я оставляю на совести Дж.Теффта. Он в том интервью, если я правильно помню, много еще чего рассказывал, включая категоричные заявления о том, что непосредственная причина кризиса на Украине – это «аннексия» Крыма; что он категорически отвергает тезис о майдане как причине госпереворота на Украине; что он сомневается в действительном отражении в результатах референдума в Крыму волеизъявления населения – все это я оставляю на его совести.

Когда почти год назад произошла эта жуткая катастрофа, эта трагедия, мы были среди тех, кто инициировал принятие резолюции Совета Безопасности ООН, которая получила номер 2166. С тех пор мы неоднократно призывали к тому, чтобы данная резолюция выполнялась добросовестно во всех своих компонентах. Как вы помните, резолюция постановила обеспечить всестороннее, тщательное, независимое расследование катастрофы, которое бы проводилось в полном соответствии с самой резолюцией и с правилами Международной Организации Гражданской Авиации (ИКАО). К сожалению, в этой части, как и в некоторых других, резолюция не была выполнена. Расследование ведется без признания ключевой роли ИКАО, не под эгидой этой организации. Вместо этого был выбран специфический вариант расследования на основе двусторонних соглашений отдельных стран с Украиной. Причем, если я правильно помню, эти соглашения не публиковались полностью. По резолюции 2166 Генеральный Секретарь ООН должен был представить в Совет Безопасности комплексные предложения о тех мерах, которые ООН и Совет Безопасности ООН могут принять для содействия расследованию. Таких предложений предоставлено не было. Информация о ходе расследования на основе тех самых двусторонних соглашений в Совет Безопасности ООН не предоставлялась, хотя резолюция прямо это требует. Все попытки российской стороны через пару-тройку месяцев после принятия резолюции организовать в СБ ООН обсуждение хода расследования были заблокированы теми странами, которые сейчас выступают за создание трибунала. Вопросы, которые появлялись у наших авиационных властей, экспертов Министерства обороны России и были опубликованы, а также распространены нами в Совете Безопасности ООН, так и не получили какого-либо ответа или реакции со стороны тех, кто проводили это расследование. Наших специалистов пригласили в международную группу по расследованию, но пока мы находимся там в неравном положении, поскольку доступ к информации, имеющейся у международной группы, является различным: некоторые члены получают доступ ко всем документам и материалам, а нашим экспертам эту информацию дают дозировано. Мы обращались с вопросом, почему так происходит, но внятных объяснений не получили.

Само расследование вызывает многочисленные вопросы, начиная с того, что вывоз с места событий и изучение обломков самолёта (обязательный первый шаг) начался только спустя несколько месяцев после трагедии. Некоторые из этих предметов до сих пор остаются на месте катастрофы. Всё ещё не предоставлены записи переговоров украинских авиадиспетчеров, которые вели военные самолёты, запрошенные нами данные о вылетах военных самолётов с близлежащих аэродромов Украины и т.д. Мы предлагали, чтобы на ранней стадии расследования СБ ООН санкционировал направление миссии ООН. Эта идея не получила поддержку, и нам было отказано. Мы выступали с инициативой, чтобы Совет Безопасности поручил Генеральному секретарю ООН не только внести предложение, которое он так и не внёс (хотя резолюция это предполагала), но и назначить специального представителя, который курировал бы все вопросы, связанные с расследованием этой ужасной трагедии – но в этом нам тоже было отказано. Получается, что почти после годового бездействия, когда игнорировались многочисленные обращения России в СБ ООН с призывами активизировать его роль в этом вопросе, нам предлагают срочно создать международный трибунал, причём проекты, связанные с его созданием, и появившиеся сейчас тексты вызывают очень много вопросов. Не буду вникать в суть, но главное, что эта катастрофа квалифицируется как угроза международному миру и безопасности, хотя резолюция 2166 такой квалификации не содержала. Никогда Совет Безопасности ООН не квалифицировал такие катастрофы с воздушными судами как угрозу международному миру и безопасности. Это уголовное преступление, которое и расследуется нидерландцами и другими основными участниками этой международной группы как уголовное. Есть техническое расследование и уголовное. СБ ООН здесь абсолютно не при чём. Те параметры, которые относились к его мобилизующей роли, уже закреплены в резолюции 2166.

В ситуациях крушений гражданских лайнеров, будь то 1988 г., когда американцы по ошибке сбили иранский пассажирский самолёт, или 2001 г., когда украинские военные сбили российский пассажирский самолёт авиакомпании «Сибирь», в других похожих случаях СБ ООН никогда не создавал никаких трибуналов. Даже в хорошо известном деле «Локерби» Совбез многократно занимался этим вопросом, но суд проходил в Нидерландах по шотландскому законодательству.

Сейчас мы исходим из того, что не нужно «ставить телегу впереди лошади» – расследование ещё не завершено. Резолюция 2166 действительно призвала обеспечить правосудие и привлечь к ответственности виновных после завершения расследования, которое закончится не раньше октября, как нам говорят голландские коллеги, а, скорее всего, чуть позже (они надеются, до конца года). С учётом всего этого главными для нас являются две вещи: во-первых, доступ всех заинтересованных государств (как минимум, тех, которые представлены в международной группе) к результатам расследования, имеющегося на сегодняшний день, без какой-либо дискриминации; во-вторых, мы исходим из того, что только после этого может состояться предварительное рассмотрение вопроса об ответственности виновников, и можно будет советоваться о том, в каких формах оптимально это сделать, чтобы не злоупотреблять функциями, прерогативами и авторитетом СБ ООН.

mid.ru

Версия для печати