Надежды и уроки Ялтинской конференции

21:50 26.02.2015 Андрей Торин, редактор журнала «Международная жизнь»


В президиуме конференции. Слева направо: руководитель Росархива А.Артизов, постоянный секретарь Французской Академии Э.Каррер д'Анкосс, ректор МГИМО (У) МИД России А.Торкунов, директор Института всеобщей истории РАН А.Чубарьян, исполнительный директор Фонда Горчакова Л.Драчевский

25-26 февраля в МГИМО (У) МИД России состоялась международная конференция «70-летие Ялтинской конференции глав государств антигитлеровской коалиции», в которой приняли участие известные отечественные и зарубежные ученые, общественные деятели, специалисты в области международных отношений. Помимо МГИМО, в организации форума приняли участие Институт всеобщей истории РАН и Фонд поддержки публичной дипломатии им.А.Горчакова. Партнерами конференции выступили Российское историческое общество и Фонд Де Гаспери (Италия).

Выступления отечественных историков и политиков вызвали интерес у приехавших на конференцию иностранных гостей. В обсуждении значения Ялтинско-Потсдамской системы мироустройства приняли участие, такие известные  историки, как профессор Школы истории Университетского колледжа в Корке (Ирландия) Джеффри Робертс, профессор Института мировой истории Китая Ли  Чунфанг, директор Каммингсовского Центра по изучению России и Восточной Европы Тель-Авивского университета (Израиль) Габриэль Городецкий и многие другие известные эксперты.

С приветствием к участникам конференции, прибывшим из 17 стран мира,  обратился ректор МГИМО (У) МИД России, академик РАН Анатолий Торкунов.  В своём вступительном слове он отметил тот огромный интерес, который проявляется академическим и научным сообществом к Ялтинской конференции, её ходу и последствиям. В частности, по его словам, за последние недели, предшествовавшие созыву научного форума, в отечественных и зарубежных СМИ появились сотни публикаций. Это неудивительно: Ялтинская конференция – событие такого масштаба, о котором продолжают говорить, думать и рассуждать, зачастую с разных позиций, не только ученые, но и политики.

Директор Института всеобщей истории РАН, доктор исторических наук, академик Александр Чубарьян, продолжая мысль Торкунова, подчеркнул необходимость междисциплинарного подхода в оценке событий прошлого. «Трудно оценить в полной мере значение Ялтинской конференции без плодотворного сотрудничества историков, политологов, юристов, социологов. В начале ХХI века перед нами в полный рост встает проблема Ялты не как одномоментного события, а как системы», - сказал он. Изучение систем требует полноценного использования междисциплинарного подхода. При этом не стоит забывать, что любая система рано или поздно исчерпывает возможности своего развития, и тогда появляется новая обстановка и новая ситуация, требующая координации международных усилий для своего разрешения. За годы, которые предшествовали нынешней конференции, российскими учеными и их зарубежными коллегами было сделано очень многое для исследования обозначенной проблемы и, что особенно важно,  открыто для широкого доступа  много новых документов, касающихся как международных аспектов обозначенной проблемы, так и внутренней политики в странах антигитлеровской коалиции.

Почётный гость конференции, постоянный секретарь Французской Академии Элен Каррер д'Анкосс посвятила своё выступление исторической памяти как неотъемлемой части деятельности человеческого общества. «Ялтинская конференция – это событие такого масштаба, которое плохо видно в рамках исторической памяти отдельных стран и народов», - сказала она.  Ялтинская конференция намного больше изменила мир, чем Венская конференция 1814-1815 годов или Парижская мирная конференция 1919 года, и серьёзные различия в восприятии тех стран, которые были затронуты решениями этой конференции, не могут не броситься в глаза. Поколенческие различия в оценке этого события  еще более разительны. В памяти современного европейского студента при упоминании Ялты  могут всплыть разве что смутные воспоминания. Что же касается старшего поколения, то у него, под влиянием риторики холодной войны, это событие ассоциируется исключительно с переделом мира, в котором приняли участие три человека. В Советском Союзе и странах, входивших в состав социалистического лагеря, Ялта, напротив,  ассоциировалась с идеей социального и национального  освобождения, сопровождавшегося ростом мировой системы социализма. В этом смысле Ялта заставляла вспомнить 20-е годы прошлого века, когда СССР жил идеей мировой революции. В свою очередь, для американских историков Ялта остается примером того, как, говоря их языком,  сделать «хороший мир». Ныне на  Западе: и в Европе, и в США, убеждены, что никаким народам Ялта не принесла освобождения  (исключение делается лишь для Югославии, которая еще до второй мировой войны отличалась сильными революционными настроениями). Ялта в этом смысле, по словам Э.Каррер д'Анкосс, не была похожа на предыдущие мировые конференции. Там были решены судьбы многих миллионов людей, невзирая ни на какие границы и прочие юридические проблемы. Однако память о Ялте еще жива, она ограничена национальными и идеологическими предрассудками, и задача исследователей – помочь современному обществу в  их преодолении.  

Руководитель Федерального архивного агентства России (Росархива) Андрей Артизов поделился вкладом, который внесен российскими архивистами и их зарубежными коллегами в освещение спорных страниц второй мировой войны и международных отношений этого периода.  По словам А.Артизова, в Ялте состоялась вторая и последняя встреча лидеров большой тройки в первоначальном составе, в ходе которой была предпринята попытка найти компромисс по наиболее принципиальным вопросам политического мироустройства. «На наших глазах разворачивается кампания по пересмотру итогов второй мировой войны, и в этом смысле необходимо противостоять попыткам фальсификации исторических фактов, защищать правду о войне», - сказал руководитель Росархива. В этом благородном деле важнейшую роль играют исторические источники, и федеральные архивы делают многое с целью обеспечить их большую доступность. Создаются специализированные интернет-ресурсы, издаются сборники документов. «Важным преимуществом российского ученого сообщества, отметил А.Артизов, - является тот факт, что по вопросам, связанным со второй мировой войной, у нас нет запретных тем для обсуждения». В качестве примера А.Артизов привел тот факт, что именно в год 70-летия Победы, когда мы все вспоминаем подвиги и героизм наших предков, в России не замалчивается  и тема, которая ранее  была закрыта и секретна, - тему коллаборационизма. В частности,  в июле  текущего года выйдут из печати три тома  документов ( вернее, два тома в трех книгах), посвященные генералуА.Власову и власовскому движению. Отныне все документы по этому вопросу, находящиеся в российских и немецких архивах, полностью открыты для исследователей.

А.Артизов рассказал и о других проектах, подготовленных к изданию при участии сотрудников отечественных и зарубежных архивов.  Например, в мае текущего года будет завершена   полная оцифровка документов Государственного комитета обороны.  Кроме того, в рамках взаимодействия с Росархивом готовится к печати сборник, посвященный взаимоотношениям советского командования со структурами Армии Крайовой, что позволит дать ответы на ряд вопросов, касающихся советско-польских отношений в период второй мировой войны.

« Поражает калибр и мощь тех людей, которые вели  переговоры в Ялте, невзирая на идеологические противоречия, и сознавая свою ответственность за судьбы мира и новый миропорядок», - сказал в своем приветственном обращении к собравшимся исполнительный директор Фонда поддержки публичной дипломатии им. А.Горчакова Леонид Драчевский.  К сожалению, по его словам,  за последние годы появилось большое количество недобросовестных публицистов, высказывающихся по данной теме,  которые, не обладают должной компетентностью. В этом смысле еще большее значение имеет нынешний форум, который призван вернуть событиям в Крыму семидесятилетней давности истинный смысл и значение.

Председатель Государственной думы Федерального Собрания России, председатель Российского исторического общества Сергей Нарышкин поделился со слушателями воспоминаниями о том, как три недели назад, ровно в дни проведения Ялтинской конференции, ему посчастливилось участвовать в международной дискуссии. Она проходила  всё в том же Ливадийском дворце. Ему запомнилось выступление испанского историка, который заявил, что с расширением НАТО на восток война вновь вернулась в Европу. В словах испанца  звучала большая доля тревоги. Взятый курс НАТО продолжается, а целый ряд западных  политиков опасно совмещают поддержку гражданской войны на Украине и заигрывание с НАТО. Жизнь демонстрирует нам, сколь многие уроки второй мировой войны оказались на Западе плохо изученными, либо просто забытыми. Среди них и страницы, связанные с Крымской конференцией. «Парадоксально, с какой легкостью американские и британские ученые вычеркивают из собственной истории и из истории мировой дипломатии один из самых лучших и благородных её моментов», - сказал С.Нарышкин. Сейчас естественным кажется тот факт, что Европа вплоть до конца ХХ века не оказалась полем новых сражений. Если бы Ялтинская конференция не завершилась столь успешно, многое могло бы стать совсем иначе. Не стоит забывать, что между мировыми войнами прошла всего четверть века, поскольку человечество не смогло извлечь уроков из первой глобальной катастрофы.

В 1945 году ни у кого не было сомнений в том, какая страна внесла самый существенный вклад в победу над врагом. Все решения, принятые в Ялте, имели в этой связи не только дипломатическое, но и военное измерение. Может быть, именно поэтому Ялтинско-Потсдамская система оказалась значительно прочнее предыдущей. Не все надежды, порожденные победой во второй мировой войне антигитлеровской коалиции, стали реальностью. Но даёт ли это право спустя 70 лет критиковать Ялтинскую систему так, как это делают сейчас? Так сложилось, что Ялта стала пиком сотрудничества ведущих мировых держав, а не основой  для долгого и плодотворного сотрудничества. Причин тому называют много: это и смерть президента США Ф.Д.Рузвельта в апреле 1945 года, и появление у США атомного оружия. С.Нарышкин напомнил, что атомные бомбардировки Хиросимы и Нагасаки до сих пор не получили должной правовой оценки, несмотря на то, что всем  у преступлений против человечности нет срока давности. На конференции в Крыму лидеры трех держав не обходили принципиальные разногласия, однако пытались найти взаимоприемлемые пути их разрешения. Более того, сумели создать новую систему разрешения будущих международных споров. В этом заключается непреходящее международное значение Ялты.

 

 

Выступление А.Торкунова. В президиуме – Дж.Робертс, С.Нарышкин, А.Чубарьян, Ал.Громыко

Ректор МГИМО (У) МИД России, доктор политических наук, академик Анатолий Торкунов посвятил своё выступление позиции СССР на Ялтинской конференции.  сообщил, что вскоре появится новое двухтомное издание переписки участников «большой тройки» -  И.Сталина, Ф.Рузвельта и У.Черчилля. Это издание, третье по счёту, начиная с 1957 года, будет сопровождено детальным научным комментарием, составленным доктором исторических наук, профессором МГИМО В.Печатновым и его коллегами. Этот комментарий, по словам А.Торкунова, стал результатом масштабных исследований,  проведенных  ими в архивах США, Великобритании и России. Именно на материалах этого двухтомника, ныне готовящегося к печати, А.Торкунов построил свой доклад.

Известно, что идея конференции с участием большой тройки созревала давно, но окончательно сроки были определены в декабре 1944 года. Непосредственная инициатива принадлежала Ф.Рузвельту, который через своего помощника Г.Гопкинса в разговоре с послом СССР в США А.Громыко сделал предложение провести конференцию в одной из черноморских портов России. И.Сталин ухватился за это предложение и сделал со своей стороны все возможное для того, чтобы создать в Ялте условия для встречи, хотя Рузвельт позднее  стремился перенести её в Средиземноморье. Для Сталина выбор Ялты для места дипломатических переговоров был вопросом международного престижа и  обеспечения постоянной связи с войсками. Кроме того, он не без оснований считал, что союзники слишком заинтересованы во встрече, чтобы рисковать её срывом.

Детальной проработки основных вопросов, предназначенных для обсуждения на конференции,  в Москве проведено не было. Тем не менее, общий настрой и приоритеты советского руководства накануне Ялты просматривались достаточно явно и определялись военно-стратегической ситуацией на фронтах войны. В настрое советской стороны не было эйфории и чувства пренебрежения по отношению к союзникам. Напротив, была надежда на дальнейшее взаимодействие с ними, необходимое для реализации тех задач, которые стояли перед советской внешней политикой: демилитаризации Германии и Японии, легитимации советских границ и зон влияния за их пределами, получения экономической и финансовой помощи для восстановления разрушенного хозяйства страны. Накануне Ялты в Вашингтоне получили заявку на долгосрочный шестимиллиардный кредит для закупки американского промышленного оборудования. Тогда же постановлением правительства была создана межведомственная комиссия по подготовке вступления СССР в создаваемый при советском участии Международный валютный фонд и Всемирный банк.

Известно, что главными приоритетами для Сталина в Ялте были германский и польский вопросы, а также условия вступления Советского Союза в войну с Японией. Принципиальные позиции по этим проблемам были определены задолго до самой встречи: Германию предстояло разоружить, оккупировать совместно с союзниками, ликвидировать её военный потенциал, заставить возместить нанесённый ею ущерб. В комиссии  И.Майского  была разработана подробная программа репараций для согласования с союзниками. Ясности не было лишь в вопросе расчленения Германии, хотя комиссия М.Литвинова по послевоенному устройству занимала по этому вопросу исключительно жёсткую позицию.

В польском вопросе советская сторона взяла курс на признание Временного правительства и закрепление новых границ на востоке и на западе страны, надеясь заручиться согласием на это союзников. Польша была самой острой частью более масштабной проблемы, связанной с необходимостью ограничения вмешательства западных держав в ситуацию в Восточной Европе, имевшей ключевое значение для обеспечения безопасности СССР. Не случайно накануне конференции в Ялте  Посол СССР в США А.Громыко предупреждал о возможных попытках союзников создать полномочный межсоюзный орган для мониторинга политической ситуации в регионе, поскольку, как писал молодой советский дипломат, такой орган мог бы в известной степени связывать действия Советского Союза в Европе. В Ялте советская дипломатия стремилась к такому соглашению с союзниками, которое обеспечивало бы преимущественное влияние СССР в регионе, но без серьезного обострения отношений с западными партнерами, - такого соглашения, которое обеспечивало бы безопасность страны на десятилетия.

Что же касается дальневосточного вопроса, то, несмотря на позицию председателя Межсоюзнической репарационной комиссии И.Майского и других дипломатов, связанную с желанием «заставить англоамериканских союзников порастрясти свои материальные и человеческие ресурсы» и отплатить им той же монетой за оттяжки с открытием второго фронта, И.Сталин понимал, что без непосредственного участия в войне с Японией вряд ли удастся добиться быстро окончания войны на Дальнем Востоке и укрепления позиций Советского Союза в этом регионе, связанных, в частности, с участием в создании союзного контрольного механизма по Японии. Советский запрос по Дальнему Востоку (Южный Сахалин, Курильские острова, Порт-Артур, Дальний и права на аренду маньчжурских железных дорог) был впервые озвучен Сталиным на встрече с А.Гарриманом еще в декабре 1944 года, и в целом не вызвал серьезных возражений у союзников, признавших стратегическую обоснованность этих запросов. Кроме того, американское командование понимало, что не в силах воспрепятствовать занятию этих территорий советскими войсками в одностороннем порядке.

В ходе самой конференции советской дипломатии удалось добиться удовлетворения большей части своих запросов, хотя и ценой ряда чувствительных компромиссов. В германском вопросе Сталин не сумел добиться от союзников согласия на фиксированные суммы репараций в пользу СССР, поскольку Вашингтон и Лондон к тому времени уже опасались чрезмерного ослабления Германии, чреватого созданием опасного вакуума силы в центре Европы и провалом её послевоенного восстановления. Рузвельт согласился лишь принять советский запрос в качестве основы для дальнейшего обсуждения. И.Сталин же пошел навстречу союзникам в вопросе о предоставлении Франции зоны оккупации Германии и места в Союзном совете по Германии. Принятая в Ялте Декларация об освобождённой Европе стала воплощением компромисса между советским стремлением обеспечить максимальную безопасность страны и расчетами западников сохранить этот регион для своего влияния. Декларация провозглашала необходимость проведения демократических выборов и формирования новых правительств в освобождаемых странах, однако в ней не оговаривался механизм для контроля за реализацией этих принципов.

Советский запрос по Дальнему Востоку в результате переговоров с Ф.Рузвельтом был несколько скорректирован.  Аренда маньчжурских железных дорог и порта в Дальнем была заменена на совместное советско-китайское управление при соблюдении преимущественных интересов СССР, а вступление в силу Ялтинских договорённостей обусловливалось согласием на это Китая.

Другой уступкой советской стороны стало смягчение позиции по вопросу о членстве в ООН. Столкнувшись с сильным сопротивлением союзников в этом вопросе, Сталин согласился ограничить число советских членов в этой организации с 16 до 3 (СССР, Украины и Белоруссии). Кроме того, в Ялте по предложению англичан было решено периодически созывать совещания министров иностранных дел трёх держав для обсуждения вопросов послевоенного урегулирования. В целом, как писал позднее в своих мемуарах госсекретарь США Э.Стеттиниус, «Рузвельт не сдал в Ялте ничего существенного из того, что был в силах удержать».  «Сегодня совершенно очевидно, - подчеркнул А.Торкунов,-  что ялтинские уступки Сталину стали не результатом ошибок англо-американской дипломатии в 1945 году, как сегодня многие утверждают, а закономерным следствием ключевых решений западных союзников в 1942-1943 годах, предоставивших Красной Армии главную роль в разгроме Германии».

При том, что Ялта была несомненным успехом советской дипломатии, достигнутый в ходе конференции баланс интересов удовлетворял и западных партнеров. Иными словами, в Ялте не было проигравших. Это во многом объяснялось умелыми действиями советской делегации.  Для всех участников Ялты она оставалась не окончательным, а предварительным этапом на пути к послевоенной мирной конференции, а значит, многое можно было исправить и доделать. Поэтому в корне неверно считать Ялтинскую конференцию прологом к холодной войне, как это зачастую утверждают сейчас.

Выступление  директора Института всеобщей истории РАН Александра Чубарьяна было посвящено значению Ялтинско-Потсдамской системы в международных отношениях послевоенного  мира.  Критика Ялты началась несколько лет назад  в странах Восточной Европы, лидеры которых поспешили забыть, что решения, принятые в Ялте, были не единоличным решением одной стороны, а  согласованным решением союзников.  Между тем у этой системы существовали свои очевидные плюсы. Ими  стали разгром гитлеризма и крах колониальной системы, появление Китая как великой державы вскоре после окончания второй мировой войны. Очевидным положительным следствием Ялты  стала и европейская интеграция, которая, правда, была реализована не в той форме, о которой мечтали её отцы-основатели (они говорили скорее об интеллектуально-духовном единстве европейской цивилизации).

К сожалению, наследием войны стал тот факт, что лидеры трёх держав считали силу главным аргументом в решении международных проблем. Все трое представителей большой тройки были люди разных миров. Поэтому при появлении новых задач механизм сотрудничества начал неизбежностью подвергаться эрозии.

Главной и очевидной заслугой Ялтинско-Потсдамской системы стало отсутствие на протяжении десятилетий новых войн в Европе. Однако, новая система так и не смогла разрешить коллизии между правом нации на самоопределение и сохранением территориальной целостности государств. Наконец, в послевоенном мире главную роль в стабильности новой системы играл идеологический фактор. С разрушением СССР и биполярной политической системы возник соблазн сделать основой нового мирового порядка либерализм, но эта попытка не стала панацеей, поскольку не получила поддержки ни со стороны России, ни со стороны исламского мира. Ни либерализм, ни европейская интеграция не отменили и не в состоянии отменить культурную автономию и национальные интересы.  В свою очередь, рост числа членов Европейского союза поставил под вопрос его будущее как консенсусной организации. Ялта на этом фоне остается актуальным    ярким примером достигнутого  исторического компромисса.

 

Выступление директор Института Европы Ал.Громыко. Справа в президиуме – профессор Школы истории Университетского колледжа в Корке (Ирландия) Дж. Робертс; директор Института всеобщей истории РАН А.Чубарьян

Интерес собравшихся вызвало выступление директора Института Европы РАН Алексея Громыко. В нем он призвал не забывать, что Ялтинская конференция представляет собой пример живой истории, в которой мы продолжаем жить и в наше время. В частности, современное международное право основано на международно-договорной системе, возникшей в результате победы во второй мировой войне, главным результатом которой стало создание Организации Объединенных Наций. Фактически тогда в Ливадийском дворце зародился полицентричный мир ХХI века. И, наконец, самый важный урок Ялты – это учёт интересов безопасности друг друга. Однако, к сожалению,  после падения биполярной системы западные державы занялись открытым проведением политики реваншизма, ставя нас перед необходимостью обеспечить безопасность западных границ теперь уже России. Вначале исчез «пояс добрососедства» вместе с европейскими союзниками СССР. Польша в последний период истории, начиная с 1945 года, превратилась во многом в антироссийски настроенное государство. Все последние 25 лет осуществлялось медленное, но планомерное расширение НАТО на восток, вплотную к границам нашей страны. И как бы мы ни рассуждали  о том, несёт ли это угрозу для нас реальную, а не мнимую,  надо понимать, что если вы не член военно-политического блока, то в любом случае это вас будет беспокоить. В этих условиях последняя красная черта, которая остается на пути преодоления зоны безопасности западных границ России – это такие страны, как Белоруссия, Украина, Молдавия, страны Закавказья.  В 2008 году эту черту попытались пересечь в Грузии. Судя по событиям, происходящим ныне на Украине, уроки произошедшего в ходе грузинско-осетинского конфликта никем, кроме международной комиссии  во главе с Хайди Тальявини, занимавшейся исследований причин конфликта, учтены не были. Украина стала разменной монетой геополитического противоборства. Представляется, что если красная черта и здесь будет преодолена, то исчезнет последний буфер между Россией и Североатлантическим альянсом, и Ялта будет окончательно попрана. А это будет означать, что большая война в Европе вновь станет вполне возможной.

К сожалению, отметил Ал.Громыко, партия войны и после Минска-2 превалирует в Киеве, Варшаве, Прибалтике, Лондоне и Вашингтоне. В этих условиях как воздух становится необходима Ялта-3, если не буквально, то с целью возвращения к здравому смыслу. Ялта-3 могла бы опираться на принципы государственного суверенитета, которые легли в основу международных отношений еще в 1648 году. Во-вторых, на принцип согласования взглядов и интересов ведущих держав мира, который стал символом Венского конгресса 1814-1815 годов. В-третьих, на признание принципа признания безопасности друг друга. В- четвертых, на признание комплексного подхода к международным отношениям Хартии международной безопасности, утвержденной в Хельсинки в 1975 году. И, наконец, на принцип неделимости безопасности, утвержденный в Парижской хартии в 1990 году. Ал.Громыко призвал не забывать с высоты ХХI века о принципах полицентризма в международных отношениях, которые делают невозможным доминирование в мире одного государства или даже какой-либо группы стран.  «Неизвестно, сказал Ал.Громыко, - есть ли в Минске-2 зёрна той самой ожидаемой нами Ялты-3, но уверен, что к этому надо прилагать все возможные усилия».

В рамках состоявшейся конференции  при участии Историко-документального департамента МИД России была организована тематическая выставка,  посвящённая Ялтинской конференции, на которой были выставлены рассекреченные документы из Архива внешней политики МИД России. Участникам конференции был также продемонстрирован небольшой фильм, смонтированный из материалов британской, американской и французской кинохроники, посвящённой знаменательному событию семидесятилетней давности.

Ключевые слова: Ялтинская конференция

Версия для печати