Выступление С.В.Лаврова на пресс-конференции по итогам переговоров с Министром иностранных дел Мали А.Диопом, Москва, 9 сентября 2014 года

10:01 11.09.2014

Уважаемые дамы и господа,

Мы провели хорошие переговоры с Министром иностранных дел Мали А.Диопом.

Едины в том, что поступательное развитие российско-малийских связей во всех областях отвечает интересам двух государств и способствует обеспечению безопасности в этом районе Африки и в целом на африканском континенте.

У нас обоюдный настрой на расширение торгово-экономического и инвестиционного взаимодействия. Упоминались такие перспективные направления приложения совместных усилий как геологоразведка, добыча полезных ископаемых, энергетика, включая поставки энергетического оборудования, реализация инфраструктурных проектов в дополнение к тем, которые уже начались осуществляться, и некоторые из них завершены с участием российским компаний.

Договорились активизировать военно-техническое сотрудничество, расширять практику культурных и гуманитарных обменов. По этим направлениям готовим ряд двусторонних межправительственных документов.

Россия вносит вклад в стабилизацию ситуации на различных направлениях на африканском континенте, в том числе через содействие укреплению миротворческого потенциала стран Африки, через оказание гуманитарной помощи и, конечно, через облегчение долгового бремени стран континента.

Этот подход абсолютно применим к нашим отношениям с Республикой Мали. Мы активно содействуем международным усилиям по стабилизации обстановки в этой стране, по поддержке «дорожной карты», которая продвигается руководством государства и, как мне рассказал мой коллега А.Диоп, оценивается достаточно позитивно.

Будем поддерживать усилия по установлению прочного мира в этом дружественном нам государстве с тем, чтобы окончательно и всеобъемлюще урегулировать имеющиеся там проблемы.

В ходе рассмотрения международной тематики мы подтвердили близость и совпадение наших подходов, прежде всего, в том, что касается необходимости уважения международного права, центральной роли ООН, самобытности народов, их права самостоятельно определять свою судьбу. И, конечно, мы разделяем необходимость коллективного поиска ответов на глобальные вызовы современности, избегая односторонних действий.

Мы отметили позитивный опыт нашего сотрудничества в ООН, на других международных площадках и договорились продолжать тесно взаимодействовать в различных форматах.

У нас единое мнение по африканской проблематике. Очевидно, что проблемы, которые сейчас проявляются в Сахаро-Сахельском регионе и в Ливии, а, если брать более широкий регион Ближнего Востока, то и в Сирии, и в Ираке, имеют общий корень – угрозу, которую представляет собой международный терроризм и его различные отряды: «Боко Харам», «Аш-Шабаб», «Исламское государство», «Аль-Каида». У нас общая твердая позиция, которая заключается в недопустимости двойных стандартов в подходах в борьбе с терроризмом и в необходимости сконцентрироваться на задаче объединения усилий всех государств для искоренения этого зла. Это важно для успеха усилий по урегулированию ситуации в Республике Мали.

Признателен Министру иностранных дел Мали А.Диопу за содержательные переговоры и приглашение посетить Мали. Обязательно им воспользуюсь.

Вопрос: Какую роль готова играть Россия для содействия в борьбе с терроризмом не только в Мали, но и на Ближнем Востоке и Севере Африки?

С.В.Лавров (отвечает после А.Диопа): Мы последовательно поддерживаем усилия малийского руководства по решению двуединой задачи. С одной стороны – бескомпромиссная борьба с международным терроризмом, с другой – продвижение «дорожной карты» национального примирения, чтобы «выбить почву из-под ног» у тех, кто хотел бы разыгрывать различные этнические и конфессиональные «карты». Поэтому мы приветствовали и всячески поощряем процесс продвижения малийского диалога, который был начат летом 2013 г. в Уагадугу и продолжается в Алжире, где в июле с.г. состоялась очередная встреча, а последняя прошла буквально на днях. В ней принимал участие Министр А.Диоп и высказал достаточно позитивные оценки. Мы будем делать все, чтобы международное сообщество обеспечивало устойчивость этого процесса и, самое главное – его результативность в виде достижения национального согласия.

Что касается неполитических форм поддержки Мали в борьбе с терроризмом, то в ответ на просьбу малийского руководства мы предоставили военно-техническую помощь, поставили легкое вооружение, боеприпасы – за последние пару лет в Мали было направлено несколько таких партий. Сейчас в ответ на поступившие из Бамако обращения готовы оперативно согласовать вопросы о поставках продукции военного назначения, в которых ощущает потребность малийская армия – вертолеты, самолеты, автотехника, некоторые системы вооружений. Мы это сегодня обсуждали. Кроме того, уже оказываем содействие в подготовке полицейских и офицеров для малийской армии в высших учебных заведениях Министерства обороны и Министерства внутренних дел Российской Федерации.

Отмечу, что у нас уже несколько лет существует двусторонняя группа по борьбе с терроризмом. Последнее ее заседание проходило в Москве в 2013 г., до конца этого года должно состояться очередное, IV-е заседание в Бамако. С 2013 г. действует двустороннее соглашение о взаимодействии в сфере противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма. Это также важный практический инструмент профилактических усилий на этом важном направлении. Готовим соглашение о борьбе с наркоугрозой, которое также укрепит договорно-правовую базу нашего взаимодействия в данной сфере.

Что касается в принципе вопроса о более широком подходе к борьбе с терроризмом, то мы уже не раз говорили, что для успеха нужно избавиться от двойных стандартов, перестать делить террористов на «своих и чужих», «хороших и плохих» и поддерживать террористов в тех случаях, когда конъюнктурно цели по смене режима в одной стране совпадают с интересами самих террористов, как это было в Ливии. Мы обсуждали тему сегодня с Министром А.Диопом, я и раньше упоминал о ней.

Сейчас в Мали вооруженные силы Республики, миротворцы из Африки и других стран и французский контингент (в рамках операция «Сервал») прежде всего противостоят боевикам, которых Франция и ряд других стран вооружали в Ливии для свержения режима М.Каддафи. Вот ярчайший пример двойного стандарта, который оборачивается против тех, кто затевал смену режима и делал ставку на установление ситуативного альянса с террористическими и экстремистскими группировками.

Поэтому нужно быть последовательными, видеть главную задачу в любой ситуации. Как мы сегодня говорили, для региона Ближнего Востока и Северной Африки, Сахаро-Сахельской зоны и других частей африканского континента основной вопрос – борьба с терроризмом. Если мы не поймем этой объединяющей всех задачи, не объединим усилия, не будем действовать коллективно, а начнем опять пытаться конъюнктурно смотреть на ту или иную ситуацию в зависимости от того, с кем борются террористы – с руководством, которое поддерживается Западом или с тем, кого Запад хочет сместить, то в таком случае мы никогда не достигнем долгосрочного устойчивого успеха.

Вопрос: На саммите НАТО в Уэльсе было объявлено о создании коалиции для борьбы с «Исламским государством». Россия, Иран и Сирия, несмотря на их существенный вклад в обороноспособность иракской армии, не были приглашены к участию в такой коалиции. Может ли подобная коалиция успешно противостоять террористической угрозе, и есть ли у России свои планы на этот счет?

С.В.Лавров: В этом вопросе ни у одной страны не может быть собственных планов – они могут быть только общие, как я уже упоминал. Только коллективными действиями, которые не будут двусмысленными, можно добиться результата.

Мы привлекали внимание к опасности, исходящей от «Исламского государства» (которое несколько лет назад называлось «Исламское государство Ирака и Леванта»), к угрозе от действий этой организации, а также «Аль-Каиды», «Джабхат ан-Нусры», радикальных группировок, которые потом объединили в «Исламский фронт». Мы многократно предлагали нашим западным партнерам, прежде всего США, ЕС и ведущим государствам Европы, осознать опасность этой угрозы, предлагали, чтобы Совет Безопасности ООН решительно осуждал террористические акты, которые экстремисты организовывали в Сирии. Нам отвечали, что терроризм – это, конечно, плохо, но в данном случае – в случае с Сирией – терроризм порожден политикой Б.Асада, а поэтому осуждать эти теракты можно только вместе с требованием об отставке Б.Асада. Как вы понимаете, это уже двойной стандарт и попытка оправдать террористические проявления.

До сих пор во всех ситуациях в СБ ООН была единая позиция России, Запада, развивающихся стран: не может быть никакого оправдания терроризму, чем бы террористические акты ни мотивировались. Как видим, в случае с Сирией у наших западных партнеров была иная и, по большому счету, двуличная позиция. Только когда угроза терроризма из Ливии, порожденная абсолютно неприемлемыми действиями НАТО, которая грубо извратила резолюцию СБ ООН и по сути разрушила Ливийское государство, а из Сирии «переползла» на территорию Ливана, а потом и Ирака, и когда «Исламское государство» захватило огромные территории Ирака и Сирии, западные страны решили, что все-таки необходимо с ней бороться. Уже невозможно было скрывать масштаб угрозы, представляемой этими террористическими силами. Однако после того, как западные партнеры, наконец, признали это, потеряв многого времени, они почему-то решают, что бороться с ней нужно только на территории Ирака, а на территории Сирии можно оставить это на усмотрение тех, кто будет проводить эту операции.

Появились слухи, которые опираются на некие факты или подозрения, о том, что, если у иракского правительства запрошено согласие на удары, наносимые США по территории, контролируемой «Исламским государством», то у правительства Сирии такого согласия запрашивать не надо, поскольку режим Б.Асада должен быть свергнут. Есть подозрения, что удары по сирийской территории могут наноситься не только по районам, контролируемым боевиками «Исламского государства», но и «под сурдинку» по правительственным войскам, чтобы ослабить позиции армии Б.Асада. Это уже будет шаг к колоссальной эскалации конфликтов на Ближнем Востоке и Севере Африки.

Мы настоятельно призываем в полной мере уважать имеющиеся нормы международного права и осуществлять подобные действия с согласия легитимного правительства соответствующего государства. Тем более, что в данном случае нет и не может быть разночтений в отношении общих интересов. Общим же интересом и Запада, и стран региона, включая Ирак, Сирию, Ливан и остальные страны, интересом Российской Федерации и всех других государств, которые так или иначе присутствуют в этом регионе через свои дипломатические представительства и экономические интересы, является ликвидация террористической угрозы и уничтожение террористических группировок. Пытаться идеологизировать эту задачу означает подорвать перспективу ее решения. Надеюсь, это осознают наши западные партнеры, как и то, что ответственность, которую они берут на себя, предполагает единый, без двойных стандартов подход к борьбе с международным терроризмом.

Что касается решения НАТО о создании коалиции, думаю, что вы поймете мою позицию из высказанных оценок. Не может быть перспективным альянс, который основан на интересах только одной группы стран и на заинтересованности в нейтрализации угрозы только в одной части (региона) – да еще с большой примесью идеологии и конфронтационности.

Не будем забывать, что помимо объявления о создании коалиции для борьбы с вызовом со стороны «Исламского государства» на первое место среди угроз, перечисленных в принятой в Уэльсе декларации НАТО, поставлен не международный терроризм, а Российская Федерация. Для любого нормального человека, который занимается анализом международной ситуации, объективным рассмотрением проблем, существующих в различных частях мира, очевидно, что такой подход не имеет ничего общего с искренним желанием решать те или иные проблемы. Мы относимся к этой двусмысленности, которую альянс записал в своих документах, как она того заслуживает. Считаем, что недостойно серьезных государств пытаться подменять реальные угрозы некими вымышленными опасностями, которые используются с единственной целью – обеспечить сплоченность НАТО на основе жесткой «палочной» дисциплины в духе «холодной войны». Вот чем все это мотивируется.

Для успеха борьбы с «Исламским государством» и другими террористическими группировками необходимо действовать коллективно, не используя те или иные отговорки, чтобы уходить от партнерских отношений. Могу сказать, что уже несколько месяцев во время контактов с Госсекретарем США Дж.Керри мы затрагиваем необходимость совместного анализа ситуации во всем регионе Ближнего Востока и Северной Африки, прежде всего, с точки зрения угрозы терроризма, необходимость выработки единого подхода. Госсекретарь США неоднократно говорил мне, что в самое ближайшее время предложит такой формат, в котором США, Россия, Европа и страны региона смогут оценить происходящее и попытаться обеспечить баланс интересов для того, чтобы целенаправленно заняться устранением террористической угрозы. Я последовательно подтверждал ему нашу готовность к таким контактам, но пока дальше слов дело не пошло, если не считать достаточно уродливого проявления заинтересованности в борьбе с терроризмом в документах, которые были приняты на саммите Североатлантического альянса.

Повторю, мы всегда готовы к честному партнерскому диалогу не по требованиям ультимативного характера, а потому, что ответственно подходим к своим обязанностям как члена Совета Безопасности ООН, как серьезного участника международного сообщества. Приглашаем всех заниматься не политиканством, а работать по устранению реальных угроз.

Вопрос: Не могли бы Вы прокомментировать ход перемирия на Украине с учетом того, что обе стороны обвиняют друг друга в нарушении режима прекращения огня? Каковы перспективы начала переговоров по статусу Донецкой и Луганской областей?

С.В.Лавров: Прекращение огня в целом соблюдается, хотя Вы абсолютно правы – есть инциденты, и стороны обвиняют в этом друг друга. Например, мы знаем, что у ополченцев, да и у России – как у страны, которая засвидетельствовала достигнутую 5 сентября с.г. в Минске договоренность – возникают серьезные озабоченности по поводу поступавших вчера сообщений о концентрации тяжелых вооружений украинских силовиков в районе Дебальцево. По всем признакам можно сделать вывод, что собирается некая ударная группировка.

Мы донесли эту озабоченность до киевских властей, как это сделали и ополченцы из Луганска и Донецка. Нас заверяют, что никаких планов по срыву перемирия нет. Заверения проверяются практикой. Будем отслеживать ситуацию самым внимательным образом. Мы не заинтересованы, чтобы предпринимались попытки помешать реализации минских договоренностей. Кстати, говоря об оценках того, как соблюдается перемирие, естественно, мы полагаемся на мнение наблюдателей ОБСЕ. Они не паникуют и признают, что есть отдельные инциденты с обеих сторон. Но, как говорил старший наблюдатель в своем интервью в эти дни, к сожалению, это обычное дело для самого начального периода установления перемирия и воплощения в жизнь договоренностей о прекращении огня. Надеемся, что в ближайшие дни этот режим укрепится.

Что касается переговоров по статусу Юго-Востока страны, то в подписанном в Минске Протоколе предусмотрены шаги в этом направлении. Мы надеемся, что такие переговоры начнутся быстро. Их формат очевиден: власти Украины и руководители ЛНР и ДНР – подписанты минского протокола от 5 сентября. Призываем, чтобы положения этого документа выполнялись. Кстати, они во многом являются рамочными, и, по договоренности участников этого процесса, будут детализированы (такая работа уже начинается) – будет определена последовательность шагов, упомянутых в Протоколе, подписанном 5 сентября в Минске.

Если говорить о формате в принципе, то Контактная группа, сформированная в Минске – это часть задачи по урегулированию кризиса на Украине. Не забудем и о формате, упомянутом в Женевском соглашении от 17 апреля с.г., где была поставлена задача (в очередной раз буду цитировать этот документ) немедленно начать процесс конституционной реформы, включая общенациональный диалог с участием всех регионов и политических сил Украины. Этот процесс должен быть всеобъемлющим, подотчетным и открытым. Не забудем: конституционная реформа пока отодвинута на задний план, и неизвестно, собираются ли киевские власти возвращаться к ней. Хотя это было одним из громогласных обещаний, начиная еще с соглашения от 21 февраля с.г., которое подписывали А.Яценюк, О.Тягнибок и В.Кличко с Президентом В.Януковичем.

Поэтому, говоря о важности формата, связанного с реализацией статусных договоренностей, достигнутых на Минской встрече 5 сентября, ни в коем случае нельзя забывать об общеукраинском конституционном процессе, начать который немедленно киевские власти обязались много месяцев назад. Мы будем добиваться, чтобы это обязательство выполнялось. Нельзя, чтобы Запад просто выписывал карт-бланш украинским властям на любые действия, которые они могут предпринимать на долгие месяцы вперед, забывая о том, что выполнение договоренностей является одним из ключевых условий устойчивого урегулирования любого конфликта.

mid.ru

Версия для печати