Николай Павлов, профессор МГИМО: «Cложился удачный тандем, Меркель – убежденный атлантист, Штайнмайер создает определенный баланс, демонстрируя доброжелательное отношение к Российской Федерации»

13:25 18.12.2013

Профессор Н.В. Павлов

В Германии прошло три месяца с момента последних выборов в бундестаг. И только теперь стало ясно, каким будет новый состав правительства ФРГ, которое в третий раз возглавит канцлер Ангела Меркель. То, что его сформируют представители консервативного блока партий ХДС/ХСС и Социал-демократическая партия Германии (СДПГ), было известно и раньше. Но каким будет курс нового правительства на российском направлении? Об этом «Международная жизнь» беседует с известным германистом, доктором исторических наук, профессором МГИМО МИД России Н.В.Павловым.

«Международная жизнь»: Николай Валентинович, новое правительство ФРГ сегодня приведено к присяге. Что представляет собой его нынешний состав и какую политику будет он проводить?

Н.В.Павлов: Начнем с того, что в истории Германии это не первая «большая коалиция». Начало практике союзов ХДС/ХСС и СДПГ положила коалиция 1966-1969 годов, когда ключевой фигурой в правительстве ФРГ стал знаменитый социал-демократ Вилли Брандт, занимавший в нем пост министра иностранных дел и вице-канцлера (в 1969 году он стал канцлером).

Повторение этой ситуации произошло в 2005 году при федеральном канцлере Ангеле Меркель, которая тогда впервые стала главой правительства, а министром иностранных дел при ней стал социал-демократ Франк-Вальтер Штайнмайер. Эксперимент «большой коалиции» был достаточно удачным в период 2005-2009 годов. Так, во всяком случае, оценивают итоги этого правительства избиратели ФРГ. В составе этого правительства сложился удачный тандем Меркель – Штайнмайер, учитывая тот факт, что Меркель – убежденный атлантист, а Штайнмайер создает определенный баланс, памятуя в целом доброжелательное отношение социал-демократов ранее к Советскому Союзу, а ныне – к Российской Федерации.

В настоящий момент мы являемся свидетелями третьего издания «большой коалиции» и больших перемен в правительстве. Неожиданным, например, было назначение на пост министра обороны женщины – Урсулы фон дер Ляйен – впервые в истории германского государства. Что из этого получится, пока трудно судить, потому что по образованию, да и по всем биографическим данным фон дер Ляйен – медик, и как она будет справляться с новыми обязанностями – трудно сказать. Мало того, у нее семь детей. Так что перед нами новое явление в германской политике. Вольфганг Шойбле традиционно сохранил за собой пост министра финансов, поэтому серьезных изменений финансовой политики ждать, скорее всего, не стоит. На евронаправлении будет продолжаться, как пишут сами немцы в коалиционном договоре, доминирование Германии в тандеме с Францией. Но нас, конечно, в первую очередь волнует внешняя политика и тот факт, что руководить ею вновь стал Франк-Вальтер Штайнмайер. Вот вкратце ответ на ваш вопрос о том, что ждет нас со сменой правительства.

 

Идет «новая коалиция»…

 

 «Международная жизнь»: Как будут развиваться отношения между Россией и Германией при новом старом министре иностранных дел, который, как известно, считается у себя на родине сторонником активного диалога с нашей страной?

Н.В.Павлов: Прежде чем говорить о Штайнмайере, стоит подробнее рассказать о коалиционном договоре, который был подписан христианскими демократами с СДПГ. Этот документ представляет собой, по сути дела, своеобразную дорожную карту на ближайшие четыре года, и там обрисованы основные направления, или точнее – параметры будущего взаимодействия с Россией. Нас, конечно, это очень волнует. Первое, что отрадно, на мой взгляд, – это то, что России посвящен отдельный пассаж. И по сравнению с предыдущим правительством, где министром иностранных дел был представитель свободных демократов (СвДП) Гидо Вестервелле, этот пассаж значительно больше. Хотя должен отметить, что уже в 2009 году проявилась такая негативная тенденция, когда правящая коалиция выкинула из коалиционного договора такое понятие, как «стратегическое партнерство», на что всегда упирало политическое руководство Российской Федерации. В нынешнем коалиционном договоре стратегическое партнерство, к сожалению, тоже отсутствует: есть «партнерство», есть «модернизационное партнерство», и вот здесь чувствуется рука Франка-Вальтера Штайнмайера, который еще будучи министром иностранных дел и вице-канцлером, выдвинул при президенте России Д.А. Медведеве идею «партнерства для модернизации». Но, к сожалению, этот лозунг не получил своего практического воплощения, поскольку немцы не увидели с российской стороны никаких импульсов развивать подобное партнерство. Причем под партнерством немцы понимают не только взаимодействие в области техники, технологий, ноу-хау, но и модернизации институтов демократии в Российской Федерации, как они их понимают.

Однако, отраден уже тот факт, что термин «модернизационное партнерство» присутствует в данном послании. Другое дело, что за последнюю пару лет в Германии развернулась дискуссия о том, что важнее, что должно стоять на первом месте во внешней политике Германии? Либо это интересы, либо это ценности. Какие ценности – понятно, ценности евроатлантической цивилизации, как они утверждают. И сами они пока не могут найти баланс между ценностями и интересами. Это прослеживается очень явно и в коалиционном договоре. Та же дилемма стоит и перед Российской Федерацией. Многое зависит от того, на какой базе мы будем взаимодействовать – интересов, то есть реальной политики, которую сформулировал в свое время Бисмарк, или ценностей и дискуссии о том, универсальны ли они, либо у России свои представления о ценностях, а у Западной Европы – свои. Вопрос этот сложный и требующий дополнительного разъяснения со стороны министра иностранных дел. Отрадным является и тот факт, что у Франка-Вальтера Штайнмайера сложились доверительные отношения с министром иностранных дел Российской Федерации Сергеем Лавровым. Они называют друг друга на «ты», и я думаю, что между ними не только возможен, но и вполне ожидаем абсолютно откровенный диалог по тем вопросам, которые представляются для обеих стран достаточно дискуссионными.

Еще два момента, которые, скорее всего, следовало ожидать. Российская политика нынешнего кабинета будет встроена в восточную политику Евросоюза. То есть Германия еще раз подтвердила, что она отошла от так называемого билатерализма в своей политике и действует сейчас как представитель, пускай и наиболее важный, Европейского союза. Во-вторых, немцы делают упор на то, что диалог с Евросоюзом должен осуществляться на трехсторонней основе (это особо подчеркивается) – Федеративная Республика Германия, Польша и Россия. Мы знаем, что Польская Республика довольно сложный партнер по переговорам, который представляет собой так называемую «новую Европу», Германия же – гранд евроинтеграции, олицетворяющий «старую Европу». Трудно сказать, как мы будем себя позиционировать между этими двумя полюсами и как будут координировать свою позицию немцы и поляки.

Что касается Ангелы Меркель и христианских демократов вообще, то неизбежно педалирование ими темы прав человека, демократии и правогосударственности, иными словами, все тех же пресловутых ценностей. Если мы не найдем какого-то баланса в этом вопросе и перейдем исключительно на рельсы реальной политики, если нами будет руководить голая прагматика, то на фоне роста товарооборота с нами будут общаться как общаются, например, с китайцами. От них многое зависит сейчас в мировой экономике, торговле, но политический диалог носит достаточно сдержанный характер и ведется на определенной дистанции, учитывая разную ценностную ориентацию.

«Международная жизнь»: Известно, что в центре всех ведущих новостных агентств последние две недели остается правительственный кризис на Украине и проходящий там Евромайдан. Какую позицию занимает Германия по вопросу об ассоциации Украины в ЕС?

Н.В.Павлов: Во-первых, немцы подчеркнули, что выступают за расширение Европейского союза. Однако при этом они не форсируют процесс вхождения Украины в Евросоюз, а выступают за ассоциацию. Мы имели возможность видеть, что экс-министр иностранных дел Гидо Вестервелле, другие немецкие политики были на Украине, участвовали в майдане. Насколько оправданны эти визиты – сказать сложно. Посмотрите, насколько сдержанно ведет себя Российская Федерация и насколько активны западные политики – и немцы, и американцы, приезжающие, выступающие и, прямо скажем, вмешивающиеся в украинские внутренние дела.

Во-вторых, Украине никто не запрещал и не запрещает подписывать договор об ассоциации с Евросоюзом. Кроме того, это дело чисто внутриукраинское, и они сами вправе решить, что им делать: вступать им в ассоциацию или не вступать, чем это для них обернется, где плюсы, где минусы, как быть с бюджетом? Если говорить о визите Г.Вестервелле, то это был последний всплеск его активности после поражения свободных демократов на выборах в бундестаг и накануне его отставки. Нынешний состав кабинета министров, как мне представляется, будет проявлять большую осторожность, взвешенность, потому что в Берлине прекрасно понимают, чем обернется пускай даже ассоциированное членство Украины в Евросоюзе. Это и вопрос с финансами на самой Украине, которая стоит почти на грани банкротства. Это вопрос об открытии безвизового режима, после чего граждане Украины вполне могут ринуться в благополучную Германию, которая на фоне других европейских стран представляется просто раем по сравнению с постсоветским и постсоциалистическим пространством.

В заявлении федерального канцлера по итогам саммита стран ЕС в Вильнюсе содержалась неприкрытая критика в адрес Москвы, дескать та оказала давление на Украину и таким образом ветировала сближение с ЕС. НО это было до формирования правительства «большой коалиции». Посмотрим, что скажет теперь старый новый канцлер и что скажут члены его кабинета. Думаю, что в сложившейся ситуации позиция министерства иностранных дел будет значительно сдержаннее. Не стоит реальную политику заменять идеологической риторикой, которая сейчас, в постбиполярном мире, абсолютно непригодна и недостойна. Нужно договариваться и искать выходы из любых кажущихся тупиковыми ситуаций, находить общий язык и в соответствии с этим предпринимать необходимые совместные действия. Которые ведут к разрядке напряженности, а не к ее нагнетанию.

 

Беседу провел Андрей Торин, обозреватель журнала «Международная жизнь»

Ключевые слова: ХДС/ХСС

Версия для печати