Влияние концепции однополярного мира на системы европейской и международной безопасности


Солидарная политика западных союзников и их единомышленников в отношении России в ходе украинского кризиса диктуется интересами долгосрочной стратегии ведущих держав Запада, в которой события на Украине - лишь один из эпизодов ее практической реализации. Заявления американских лидеров о руководящей роли США в современном мире не только не вызывают каких-либо возражений среди союзников США, но, напротив, всемерно ими разделяются.

«Клуб богатых держав» в Европе и на других континентах объединяет общность базовых интересов в сфере сохранения сложившегося разделения труда в мировой экономике между странами «золотого миллиарда» и окружающими их государствами «мировой периферии». Периодически возникающие между западными единомышленниками разногласия по частным вопросам торгово-экономических отношений или отдельным международным проблемам не в состоянии поколебать эту истину.

Они заинтересованы выстраивать процессы глобализации на базе неолиберальной модели развития и западных ценностей, в совокупности обеспечивающих дальнейшее экономическое, финансовое и иное доминирование западных стран и их крупнейших компаний в мире и позволяющих наращивать находящееся под их контролем экономическое пространство за счет включения в него новых стран. Такой неформальный союз единомышленников охватывает государства - члены НАТО и другие развитые страны, включая нейтральные и неприсоединившиеся, на разных континентах.

Как утверждал С.Хантингтон, западный путь развития никогда не поддерживался и не будет поддерживаться подавляющим большинством населения Земли. «Либеральный международный порядок, сложившийся после окончания холодной войны, - признается в докладе Института ЕС по проблемам безопасности, - вызывает все больше вопросов: он часто воспринимается как западная конструкция, служащая главным образом западным интересам»1. По этим причинам члены «клуба богатых держав» кровно заинтересованы в том, чтобы совместными усилиями продолжать создавать впечатление о якобы безальтернативном характере неолиберальной модели развития и универсальном, общечеловеческом характере западных ценностей.

Инструментами достижения поставленных целей являются рыночная экономика, построенная на неолиберальных принципах, контроль над мировой торговлей и мировыми финансами, осуществляемый через систему международных межправительственных организаций, таких как ВТО, МВФ, Всемирный банк, и другие международные финансовые институты, находящиеся под их определяющим влиянием, обладание основными резервными валютами современного мира, а также западные демократические ценности, которым они стремятся придать глобальный характер, сохраняя за собой монополию на оценку их соблюдения другими странами.

В политическом арсенале западных единомышленников тематика прав человека и основных свобод по форме носит характер отстаивания демократических ценностей, а по существу служит мощным оружием в борьбе за обеспечение их глобальных политических и экономических интересов.

В свое время народившийся новый класс общества - буржуазия весьма успешно использовал проблематику прав человека и основных свобод в борьбе против абсолютистских монархических порядков и дворянских привилегий. Буржуазно-демократические революции середины XIX века в Европе, протекавшие под лозунгами предоставления политических свобод и демократических прав для всех граждан, привели к демонтажу абсолютистских режимов в Европе и приходу к государственной власти буржуазии. С тех пор эти лозунги находятся на ее вооружении в борьбе за власть и свои экономические привилегии.

Во время Второй мировой войны для западных демократий временная коалиция с Советским Союзом в борьбе против фашизма казалась меньшим злом, чем торжество фашистской идеологии в западном мире. Фашистский тоталитарный режим, ограничивая политические свободы, лишал частный капитал ключевых инструментов обеспечения его политической власти и коммерческих интересов в обществе. В послевоенный период лозунги обеспечения прав человека и основных демократических свобод вновь были взяты западными демократиями на вооружение на этот раз для борьбы против коммунистических режимов.

Инструментом слома абсолютистских порядков и коммунистических режимов стали демократические требования исключительно политического свойства. Блок жизненно важных для миллионов людей социально-экономических потребностей и уважительное отношение к национальным и культурным традициям народов в американскую и западноевропейскую трактовку прав человека и универсальных демократических ценностей не включаются, так как их удовлетворение не обещает политической власти для крупного капитала и преумножения его прибылей.

Мощнейшим орудием продвижения западного понимания демократических ценностей являются средства массовой информации и многочисленные научные издания, среди которых доминируют англоязычные, находящиеся во владении западных компаний, но декларирующие якобы существующую в западном мире безграничную свободу слова и мнений. При этом опубликовать в них материалы или оценки, отличные от преобладающих на Западе, не представляется возможным даже для наиболее авторитетных российских экспертов-международников.

Наконец, важнейшую роль в обеспечении экономических, финансовых и политических интересов западных единомышленников в странах, которые они относят к «мировой периферии», продолжает играть военная сила, призванная присущими ей средствами обеспечивать расширение экономического пространства для деятельности западных компаний и сдерживать или устрашать страны, которые могли бы этому воспрепятствовать.

Союз западных демократий-единомышленников под руководством США служит гарантией обеспечения их привилегированного и доминирующего положения в мире и освоения новых экономических пространств на условиях, отвечающих их экономическим и политическим приоритетам.

Новые политические элиты стран Центральной и Восточной Европы, принявших модель рыночной экономики, западные демократические ценности и ставших членами НАТО, несмотря на то, что их государства оказались на периферии интеграционных процессов в ЕС, а их экономические пространства стали объектом коммерческого освоения наиболее конкурентоспособными западными компаниями, тешат себя убежденностью в своей принадлежности к «клубу богатых стран» и в том, что именно такое развитие событий отвечает подлинным национальным интересам их народов2. Среди западных единомышленников в действительности существует группа ведущих индустриально развитых стран и группа государств, выполняющих подчиненную и обслуживающую роль объектов их политики в рамках ЕС и НАТО.

Во время работы Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе (СБСЕ) западные страны доказывали, что лишь соблюдение прав человека и универсальных демократических ценностей, естественно в их западной интерпретации, способно надежно обеспечить европейскую безопасность3. Они убеждены, что именно такой подход позволил им добиться крушения коммунизма в странах социализма и стать победителями в холодной войне. Поэтому и после ее окончания они продолжают использовать эту тематику для обеспечения международной безопасности.

Соединенные Штаты, оставшись после завершения холодной войны единственной в мире «супердержавой», не считали более необходимым учитывать в вопросах международной безопасности мнения государств, которых они числили проигравшей стороной, включая Россию. Поэтому они приступили к высвобождению себя от дипломатических «пут», связывавших ранее свободу их действий на международной арене, и созданию нового однополярного мироустройства как на европейском континенте, так и в глобальном масштабе.

По их мнению, самая надежная система поддержания европейского и международного мира и безопасности может быть создана носителями западных демократических ценностей и принципов либеральной экономики, которые, объединившись под руководством США вокруг Североатлантического альянса, могли бы претворить ее в жизнь. На самом деле такая система безопасности могла бы гарантировать единоличное политическое господство США в современном мире и подчинение мировой экономики интересам крупнейших и наиболее конкурентоспособных компаний западных стран-единомышленников.

На европейском направлении

Первой жертвой усилий по демонтажу послевоенной системы безопасности в Европе стала идея построения общеевропейской системы безопасности и сотрудничества на континенте на основе консенсуса всех государств - участников Хельсинкского процесса. Сначала с целью обхода принципа консенсуса в работе СБСЕ западные союзники сосредоточили свои усилия на создании в его рамках организационных структур и постоянных органов.

Вскоре были учреждены Совет министров иностранных дел (СМИД), Комитет старших должностных лиц, Секретариат СБСЕ, Центр по предотвращению конфликтов, Бюро по свободным выборам, Парламентская ассамблея СБСЕ, посты действующего председателя, Генерального секретаря, Верховного комиссара СБСЕ по делам национальных меньшинств и другие органы и должностные лица.

Специально созданная группа экспертов государств-участников по административным, финансовым и кадровым вопросам рекомендовала наделить эти органы и структуры правовым статусом, предоставить им дипломатические привилегии и иммунитеты и сделать их соизмеримыми с ООН, несмотря на очевидную несопоставимость международно-правовых оснований для деятельности ООН и органов и институтов СБСЕ.

Если ранее в рамках СБСЕ действовали официальные представители государств-участников, уполномоченные выражать точки зрения их правительств, то предоставление дипломатических привилегий и иммунитетов сотрудникам создаваемых рабочих органов и институтов СБСЕ превращало их в международных служащих, которые обязаны отстаивать в своей деятельности и выражать точки зрения самой международной организации.

Международные межправительственные организации создаются на основе международного договора. Заключительный акт СБСЕ не является международным договором, не регистрировался в этом качестве в ООН, не ставился на ратификацию законодательных органов государств-участников. Он является неправовым документом, политической декларацией, а потому не может считаться юридически обязывающим документом международной межправительственной организации. От имени Советского Союза он был подписан Генеральным секретарем ЦК КПСС, не занимавшим в стране государственных постов.

Несмотря на все эти очевидные несуразности, странные и непрофессиональные рекомендации экспертов, они были в основном одобрены участниками заседаний СМИД. В результате официальные лица СБСЕ и его органов приобрели возможность говорить от имени СБСЕ, не согласовывая содержание таких высказываний с остальными государствами-участниками. Значительная часть оперативной деятельности руководителей, институтов и органов СБСЕ в результате оказалась свободной от необходимости соблюдать принцип консенсуса.

На Пражском совещании Совета СБСЕ в январе 1992 года было принято решение: в случаях явного, грубого и неисправленного нарушения соответствующих обязательств государства-участника по Хельсинкскому процессу делать политические заявления или принимать иные политические шаги в его адрес «без согласия соответствующего государства». Так была одобрена практика нарушения консенсуса и принципа суверенного равенства государств-участников в работе СБСЕ.

Совет СБСЕ в Риме принял решение придать дипломатический статус официальным представителям и постоянным представительствам государств-участников при СБСЕ. Ранее в международной дипломатической практике не встречалось случаев открытия дипломатических миссий государств при международных образованиях, лишенных требуемой легитимности, участие в которых не получало одобрения их законодательных органов. Такой шаг позволил создать ложное впечатление о наличии международной правосубъектности СБСЕ.

На Будапештском саммите государств - участников СБСЕ в декабре 1994 года Россия предложила трансформировать СБСЕ в основанную на договоре международную межправительственную организацию. Однако накануне саммита, 1 декабря 1994 года, Совет НАТО принял решение приступить к расширению альянса на Восток, пригласив государства - участников СБСЕ вступить в его ряды. Это решение положило начало организационному оформлению новой системы безопасности в Европе вокруг НАТО.

«Наша стратегическая цель - интеграция Центральной Европы и бывшего Советского Союза в Североатлантическое сообщество», - написал в своем меморандуме от 17 октября 1993 года американский эксперт Строуб Тэлботт4. Превращение блока НАТО, руководимого Соединенными Штатами, в системообразующий элемент будущей системы европейской безопасности стало основой стратегии США в Европе. «Западные политики, - констатировал известный германский эксперт В.Целльнер, - предпочли развивать европейские отношения в области безопасности путем расширения существующих западных организаций, а не создания новых панъевропейских структур»5.

Переименовав СБСЕ в Организацию по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) без выработки специального учредительного документа, устава и правил процедуры новой организации, без одобрения этих основополагающих документов и получения согласия национальных законодательных органов на присоединение соответствующих государств к новой квазимеждународной организации, Будапештский саммит в своей декларации указал, что «изменение названия СБСЕ на ОБСЕ не ставит под сомнение ни характер наших обязательств перед СБСЕ, ни статус СБСЕ и его институтов».

Придание ОБСЕ видимости новой международной организации позволило предать фактическому забвению принцип консенсуса в ее повседневной деятельности, к чему, собственно, и стремились западные единомышленники. Усилия США, по выражению Х.Хеккерупа, не позволить СБСЕ «вторгнуться в натовское королевство» успешно завершились6.

Дальнейшее развитие Хельсинкского процесса утратило для западных стран свою ценность. После Стамбульского саммита ОБСЕ 1999 года практика проведения регулярных встреч всех государств-участников, во время которых те могли, используя принцип консенсуса, влиять на будущую композицию системы безопасности и сотрудничества в Европе, была фактически прекращена. Последняя попытка возродить ее во время председательства Казахстана в ОБСЕ не отмечена особыми успехами.

В новых условиях ОБСЕ представляет для западных союзников прикладную ценность как пространство для обращения государств-участников в демократии-единомышленники и рекрутирования их в состав НАТО. В результате ОБСЕ быстро утратила способность реально влиять на состояние европейских дел. Наблюдательные миссии этой организации на Юго-Востоке Украины выполняют больше технические, чем политические функции. Они, как и ОБСЕ в целом, не оказывают существенного влияния на разрешение украинского кризиса. После того как действующий председатель ОБСЕ объявил о присоединении постоянно нейтральной Швейцарии к санкциям против России, можно считать, что современная история ОБСЕ быстро движется к закату. Изменить сложившуюся с ОБСЕ ситуацию не представляется возможным без согласия всех государств-участников, на что рассчитывать не приходится.

В выстраивании системы европейской безопасности вокруг НАТО как ее системообразующего ядра США видят возможность институционального оформления своего единоличного руководства «свободным миром» в Европе. Политика «открытых дверей» НАТО призвана обслуживать этот курс. «Оставляя двери для членства открытыми, - подчеркивал Шон Кей из Веслианского университета в Огайо, - НАТО брала на себя обязательство помочь всем заинтересованным посткоммунистическим странам изменить свои политические и экономические системы на подобные западным»7.

Решающее значение для присвоения «знака демократического качества» странам, политические режимы которых не рассматриваются в западных столицах как единомышленники, имело не обеспечение глубоких демократических преобразований в них, требующих длительного времени, а приход к власти тех политических сил, которые являются идейными единомышленниками Запада и готовы подключить свои страны к НАТО и тем самым - к новой системе безопасности в Европе. Таким образом, в образцовые демократические государства попали многие страны ЦВЕ, включая Албанию, Болгарию, Латвию, Литву, Румынию, Хорватию и Эстонию.

Во время российско-американской встречи в верхах 20-21 марта 1997 года в Хельсинки американская сторона подтвердила, что расширение НАТО будет продолжено, что ни одной европейской стране не будет отказано в рассмотрении ее заявки, что не будет «второсортного» членства и что НАТО будет развиваться и далее. Иными словами, неизменность избранного США курса была подтверждена на высшем уровне. Технология смены неугодных политических режимов с помощью «цветных революций» была испытана на постсоветском пространстве в Грузии, Киргизии, Молдове и дважды в Украине. Не прекращается поиск средств смены действующего политического режима и в России.

На глобальном направлении

На пути институционального оформления однополярной системы международных отношений в области поддержания международного мира и безопасности на глобальном уровне стоят полномочия Совета Безопасности ООН (СБ ООН), на который Уставом ООН возложена главная ответственность за осуществление этой миссии. Это единственный международный орган, имеющий право принимать решения о вмешательстве в дела суверенных государств или вводить против них коллективные санкции в тех случаях, когда развитие в них расценивается большинством членов СБ ООН при совпадающих голосах его постоянных членов как угроза международному миру и безопасности.

При создании ООН считалось, что единогласие постоянных членов СБ ООН при принятии таких решений является гарантией предотвращения войн прежде всего между самими великими державами. Идея предоставления права вето постоянным членам СБ ООН была предложена США.

В годы военно-политической конфронтации между мировым капитализмом и коммунизмом почти каждый локальный конфликт в мире рассматривался как проявление борьбы за пути дальнейшего развития мира. Поэтому согласие постоянных членов СБ ООН на международное вмешательство в ту или иную конфликтную ситуацию служило гарантией того, что оно не спровоцирует военного столкновения между ними. Любое такое вмешательство или коллективные санкции, осуществляемые без одобрения СБ ООН, считаются незаконными и не соответствующими общепринятым нормам международного права.

В современных условиях этот порядок поддержания международного мира и безопасности для единственной «супердержавы» становится обременительным, так как вынуждает ее искать согласия в СБ ООН с государствами, которые являются объектами политической и экономической экспансии западных единомышленников, способными подорвать доминирование Запада в мировой экономике и политике. Изменить существующее положение вещей без одобрения всех постоянных членов СБ ООН невозможно, не разрушив действующий миропорядок.

После завершения холодной войны на смену противоречиям между мировым коммунизмом и капитализмом пришло углубляющееся соперничество, с одной стороны, между западными единомышленниками - членами «клуба богатых стран», выступающими за построение однополярного мира и дальнейшее освоение экономического пространства «мировой периферии» в своих интересах и на своих условиях, и государствами, с другой стороны, стремящимися отстаивать свое право на самостоятельное и независимое от западного диктата развитие в условиях многополярного мира. В эту область сдвинулось сегодня основное противоречие мировой политики.

Для оппонентов западных единомышленников, отстаивающих свое право на независимое от диктата руководимых западными странами международных торговых, финансовых и экономических институтов развитие, важное значение приобрело создание самостоятельных международных объединений и свободных от этого диктата структур, строящих свою деятельность на основе суверенного равенства государств-участников, а также отстаивание демократических ценностей, включающих их культурные, социальные, экономические и политические приоритеты и национальные традиции.

Конкретными шагами в этом направлении стали учреждение Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) и международного объединения БРИКС, создание странами объединения специального финансового органа - Contingent Reserve Arrangement (CRA) с начальным капиталом в 100 млрд. долларов, решение Китая учредить Азиатский банк инфраструктурных инвестиций (Asian Infrastructure Investment Bank, AIIB), к которому присоединились несколько десятков стран, включая Россию, усилия по укреплению международных позиций юаня и рубля, расширение сферы использования национальных валют в торгово-экономических операциях, а также отстаивание собственных гуманитарных ценностей.

В изменившейся международной ситуации по-иному стала оцениваться возможность военного столкновения между великими державами - постоянными членами СБ ООН, что не может не сказываться на всей системе поддержания международного мира и безопасности. Вероятность военного конфликта между западными единомышленниками в СБ ООН - США, Великобританией и Францией - практически исключена. Угроза возникновения военного конфликта между ними и другими постоянными членами СБ ООН - Россией и Китаем - оценивается как незначительная. В этой связи США и их единомышленники, очевидно, решили, что задача предотвращения войны между великими державами - постоянными членами СБ ООН не является более актуальной и жизненно важной.

В результате США и их западные единомышленники стали проявлять готовность действовать в обход СБ ООН, не опасаясь, что их односторонние действия вызовут конфликт между великими державами. Так было, например, в Сербии, когда союзники по блоку НАТО предприняли бомбардировки ее территории. Так случилось и при вторжении США в Ирак для свержения власти Саддама Хусейна.

Они осуществляют попытки использовать полномочия СБ ООН в своих интересах, в частности для замены неугодных США и их западным единомышленникам политических режимов, представляя не только их действия, но и само существование как угрозу международному миру и безопасности. В случае с Ливией им удалось использовать полномочия СБ ООН для насильственного свержения режима полковника М.Каддафи и его физического уничтожения. Подобные попытки предпринимались и в отношении политического режима в Сирии.

В русле усилий по превращению СБ ООН в инструмент политики западных единомышленников оказывается мощное внешнее политическое, экономическое, финансовое и иное давление на других постоянных членов СБ с целью заставить их принять позицию западных союзников и действовать так, как они этого желают, как это происходит с незаконными коллективными санкциями против России, инициированными США и ЕС и предпринятыми вне рамок ООН. Их следует расценивать как прямую атаку на существующий миропорядок, полномочия СБ ООН и его главную ответственность за поддержание международного мира и безопасности, так как невралгическим узлом действующей системы является добровольное, а не принуждаемое согласие между постоянными членами Совета Безопасности ООН при принятии решений.

К этим незаконным санкциям против одного из постоянных членов СБ ООН присоединились некоторые нейтральные западные страны, в том числе те, нейтральный статус которых закреплен международными договорами. До недавнего времени переход этого рубикона малыми европейскими странами был просто немыслим. Очевидно, они сочли, что для обеспечения их безопасности солидарность с западными единомышленниками является более надежной защитой, чем вероятные гарантии СБ ООН. Процесс пересмотра фундаментальных основ действующего миропорядка и установления новой системы поддержания международного мира и безопасности, желанной западным единомышленникам, оказался запущенным.

Военные компоненты такого давления, призванные побудить их не препятствовать осуществлению политики западных единомышленников, обретают все более четкие очертания. США в одностороннем порядке вышли из Договора по противоракетной обороне, приступив к созданию сети баз ПРО вокруг территории России, фактически торпедировали Договор об обычных вооруженных силах в Европе, под надуманными предлогами предотвратив ратификацию его обновленного варианта западными единомышленниками, оказывают возрастающее военное давление на Китай8.

Так как добиваться согласия на международное вмешательство в конфликтные ситуации на «мировой периферии» с другими постоянными членами СБ ООН для единственной «супердержавы» и ее западных единомышленников становится делом обременительным, они предпочитают возлагать задачу военного вмешательства в такие ситуации на подконтрольные структуры - НАТО или временные коалиции государств, руководимые США. В результате главная ответственность СБ ООН за поддержание международного мира и безопасности на практике ставится ими под вопрос.

Выступая на открытом заседании Совета Безопасности ООН 23 февраля 2015 года, министр иностранных дел России С.В.Лав-ров счел необходимым поставить перед участниками заседания вопрос: «Хотим ли мы действительно видеть СБ ООН эффективным и влиятельным инструментом поддержания мира и безопасности или же готовы допустить его превращение в арену пропагандистского противостояния, в результате чего Совет будет исключаться из процесса поиска ключевых международных решений»9. Создается впечатление, что США выбор для себя уже сделали не в пользу СБ ООН.

Западные единомышленники уже давно предпринимают целеустремленные усилия, направленные на превращение руководимой США НАТО в де-факто основной глобальный инструмент поддержания международного мира и безопасности вместо СБ ООН.

Американский генерал Дж.Джонс, тогдашний главнокомандующий Объединенными Вооруженными силами НАТО в Европе, в апреле 2006 года говорил о таких новых миссиях альянса, как обеспечение безопасности нефтегазовых промышленных объектов и контроль морского и воздушного пространств в регионах добычи и транспортировки углеводородов. Американский сенатор Р.Лугар на саммите НАТО в Риге предлагал распространить действия статьи 5 Вашингтонского договора на поставки энергоресурсов в страны НАТО и рассматривать срывы в таких поставках как акты агрессии с соответствующими последствиями для агрессора. Миссию поддержания именно такого международного мира и безопасности они хотели бы возложить на Организацию Североатлантического договора.

Появилось немало экспертов, в основном в западных странах, которые стали ставить под сомнение эффективность ООН и главную ответственность СБ ООН за поддержание международного мира и безопасности. Вольфганг Ишингер, например, возглавляющий Мюнхенскую конференцию по безопасности, недавно подверг резкой критике СБ ООН за «беззубость» в решении украинского вопроса и предложил расформировать СБ ООН, при этом отметив, что в мире уже создаются организации его заменяющие, к числу которых он отнес «Большую восьмерку» и «Группу двадцати»10.

Президент Украины П.Порошенко и лидер украинской партии «Батьковщина» Ю.Тимошенко предложили исключить Россию из СБ ООН. Вряд ли они не сознают, что этим будет положен конец существующему миропорядку и главной ответственности СБ ООН за поддержание международного мира и безопасности. Очевидно, это их западных покровителей уже не смущает.

В своем стремлении обрести глобальные функции НАТО стала брать на себя миссии обеспечения стабильности в различных частях света. Как известно, именно НАТО было поручено руководство антитеррористической операцией против «Талибана» в Афганистане. Альянс все более склонен предпринимать миссии, которые не связаны с защитой или обороной территории. Он активно работает над глобализацией западных ценностей и распространением их в различных районах мира, равно как над устранением или сменой тех политических режимов, в которых он видит препятствие для подобного распространения. Стратегия поддержки и провоцирования экспорта «цветных революций» против таких режимов становится важнейшей составляющей политики альянса и вне Европы.

Попытки привнести демократию, соответствующую стандартам НАТО, в другие страны под лозунгами борьбы за торжество универсальных демократических ценностей, как показывает опыт, неизменно сопровождаются многочисленными нарушениями прав и основных свобод человека, кровопролитием и неисчислимыми человеческими трагедиями. По мнению шведского эксперта Стефана Хедлунда, научного директора Центра российских и евразийских исследований Уппсальского университета, малоуспешность основанных на ценностях вмешательств объясняется тем, что под «универсальными» ценностями имеются в виду западные ценности.

Подчеркнув, что теперь главной задачей Североатлантического альянса является объединение стран, разделяющих аналогичные ценности и интересы, американские эксперты Иво Даалдер и Джеймс Голдгейер пришли к заключению, что «следующим шагом НАТО должно стать открытие своих дверей для членства любому демократическому государству в мире, которое желает и готово внести вклад в исполнение новых обязанностей альянса»11. Иными словами, политика расширения альянса обретает глобальные измерения, затрагивая в том числе многие постсоветские государства.

Руководство НАТО решительно отказывается от установления сотрудничества с Организацией Договора о коллективной безопасности (ОДКБ), ссылаясь на то, что это означало бы признание стран - членов ОДКБ российской сферой влияния. В действительности такое признание могло бы существенно затруднить отрыв отдельных стран-участниц от сотрудничества с ОДКБ и вовлечение их в сферу влияния НАТО.

Одновременно в рамках программы «Партнерство ради мира» предпринимаются активные усилия, направленные на формирование в постсоветских странах сил, готовых к взаимодействию с вооруженными силами стран - членов НАТО. Стамбульский саммит НАТО в июне 2004 года принял решение уделить особое внимание укреплению евроатлантического партнерства со странами Центральной Азии и Кавказа и ввести должность специального представителя НАТО на Кавказе и в Центральной Азии12.

Индивидуальные планы действий партнерств НАТО и отдельных центральноазиатских стран включают участие в совместных учениях, обмен опытом в планировании, проведении и всестороннем обеспечении антитеррористических операций и операций по поддержанию мира под руководством НАТО, создание региональных центров в рамках программы «Партнерство ради мира». Конечной их целью является подготовка возможных кандидатов в члены альянса, хотя центральноазиатские страны не участвуют в планах действий по вступлению в НАТО13.

Реализация различных форм взаимодействия НАТО со странами Центральной Азии, как и с другими странами за пределами сферы ответственности НАТО, в военной сфере в рамках программы «Партнерство ради мира» нацелена на то, чтобы обеспечить полную оперативную совместимость вооруженных сил этих стран с вооруженными силами НАТО и их способность действовать под руководством альянса при исполнении им функций поддержания международного мира и безопасности вместо СБ ООН и без его санкций. В случае смены политических режимов в этих странах проблем интеграции их вооруженных сил в Объединенные вооруженные силы НАТО возникнуть не должно.

В своем послании «О положении страны» в 2015 году Президент США Б.Обама не оставил сомнений в том, что Соединенные Штаты и далее намерены следовать избранной стратегии: «Вопрос не в том, руководит ли Америка миром, а в том, как она это делает. Мы обеспечиваем свои лидирующие позиции тогда, когда соединяем нашу военную силу с искусной дипломатией, сочетаем нашу мощь с образованием коалиций… Конечная опора нашего лидерства - это привлекательность наших ценностей. Это то, что делает нас сильными и исключительными…»14.

На российском направлении

Западные единомышленники в этой панамериканской системе мира определили для России исключительно подчиненную и вспомогательную роль в мировой экономике, политике и международных отношениях, причем без ее ведома и помимо ее воли. В случае полновесного принятия российскими властями неолиберальной модели развития и западных ценностей, реалистических перспектив для России занять иное положение в этой системе практически не имеется. С этой целью западные единомышленники попытались сначала «задушить в объятиях» Россию.

На первых порах страны - члены ЕС, наградив Россию статусом своего стратегического партнера, предприняли попытки распространить на нее правила единого внутреннего рынка ЕС и приступить к освоению ее экономического пространства на условиях, действующих в ЕС. После того как «пакетного» решения добиться не удалось, Евросоюз стал в ходе различных форм взаимодействия в экономической сфере, включая отраслевые диалоги, добиваться «ползучего» внедрения своих законов, норм и стандартов в законодательство России и ее хозяйственную практику, в том числе в сфере энергетики15. По существу, России навязывался выбор в пользу углубления сотрудничества с ЕС на базе принятых в нем норм и правил и отказ от развития и углубления интеграционных процессов на постсоветском пространстве.

Соединенные Штаты со своей стороны объявили о «перезагрузке» своих отношений с Россией, рассчитывая побудить ее следовать в своей политике рекомендациям американских партнеров и не мешать им осуществлять свою глобальную стратегию.

Когда политическое руководство России обозначило свою неготовность подчинять российские национальные интересы геополитическим расчетам главных мировых игроков, влиятельные круги в США увидели в таком поведении России, как об этом заявил бывший посол США в Ираке Кристофер Р.Хилл, предательство того комфортного для Запада «нового мирового порядка», частью которого она являлась в течение последних 25 лет.

В результате Соединенные Штаты, ведущие державы ЕС и иные единомышленники решили заставить Россию следовать предписываемому ей курсу всеми находящимися в их распоряжении средствами.

В течение последней четверти века западные единомышленники не оставляли попыток оказывать массированное давление на Россию с целью повлиять на ее внутреннее развитие, состояние общества, систему власти и управления, а также на ее международную политику, чтобы приспособить ее к своим интересам, сделать послушным партнером, не препятствующим реализации их глобальной стратегии.

Нараставшее стремление руководства России эффективно отстаивать национальные интересы, суверенитет страны и демократические ценности, учитывающие культуру, менталитет, традиции многонационального российского общества, неизменно наталкивались на жесткую критику со стороны западных единомышленников и на их скоординированные попытки навязать ей свои ценности и направить развитие страны и ее политику в приемлемое для них русло.

События вокруг украинского кризиса стали катализатором принятия западными единомышленниками решения о форсированном переходе к новому мировому порядку, принуждению России занять то место, которое они определили для нее в мировой политике. Западные санкции призваны заставить Россию принять правила игры на условиях, которые они продиктуют.

Санкции положили начало длительному и болезненному процессу борьбы за определение того нового миропорядка в глобальном масштабе, который в конечном счете будет установлен. Очевидно, что в ходе этой борьбы западным единомышленникам будет крайне сложно сохранить свои привилегированные позиции в мировой экономике и политике.

Этот процесс неизбежно затронет СБ ООН. Вызовы, с которыми сталкивается его главная ответственность за поддержание международного мира и безопасности в связи с попытками западных единомышленников придать глобальные измерения однополярному миру, беспрецедентны. Создать новую эффективную систему поддержания международного мира и безопасности в условиях однополярного мира не представляется возможным.

Надежное практическое решение этой задачи в меняющихся международных условиях в возрастающей мере зависит от способности международного сообщества скоординированными усилиями решать комплекс социально-экономических вопросов, нерешенность которых постоянно воспроизводит и расширяет спектр глобальных проблем современности. Роль ООН в этой сфере уникальна и незаменима. Ход и итоги реализации Целей развития тысячелетия ООН за истекшие 15 лет свидетельствуют о том, что реформа деятельности ООН уже стала реальностью и будет продолжена.

Многополярный мир, создаваемый на основе уважения национальной независимости и суверенитета современных государств, не имеет реалистической альтернативы, но нет сомнений в том, что его утверждение будет сталкиваться с жестким противодействием западных единомышленников.

 

 

 1The EU in a multiplex world by Antonio Missiroli. Brief-7-ESS. European Union Institute for Security Studies. March 2015. Р. 2.

 2Подробнее см.: Воронков Л.С. Общее экономическое пространство между Россией и ЕС? // Вестник МГИМО-университета. 2014. №4 (37). С. 125-132.

 3Подробнее см.: Воронков Л.С. Хельсинкский процесс и европейская безопасность. Что дальше? М.: МГИМО-университет. 2012.

 4Там же. С. 176.

 5Zellner Wolfgang. Russia and the OSCE: from High Hopes to Disillusionment // Cambridge Review of International Affairs. 2005. Vol. 18. №3. P. 390.

 6Haekkerup Hans. Russia, the OSCE and Post-Cold-War European Security // Cambridge Review of International Affairs. October 2005. Vol. 18. №3. P. 371.

 7Sean Kay. What Went Wrong with NATO? // Cambridge Review of International Affairs. April 2005. Vol. 18. №1. Р. 73.

 8Подробнее см.: Воронков Л.С. Хельсинкский процесс… С. 222-254.

 9Выступление министра иностранных дел России С.В.Лаврова на открытом заседании Совета Безопасности ООН по вопросу «Поддержание международного мира и безопасности: уроки истории, подтверждение приверженности принципам и целям Устава ООН». Нью-Йорк. 23 февраля 2015 г. //http://www.mid.ru/brp_4.nsf/newsline/B31D502B22D103FE43257DF50058F38D

10Барабанов Олег. Западные противники пытаются заглушить голос России в Совбезе ООН //http://www.mgimo.ru/news/experts/document267556.phtml

11Daalder Ivo and Goldgeier James. Global NATO // Foreign Affairs. September/October 2006. Р. 106.

12Подробнее см.: Акказиева Гульнура. Политика европейских региональных и трансатлантических организаций (ОБСЕ, ЕС и НАТО) в Центральной Азии. Москва - Бишкек: КРСУ, 2013. С. 134-189.

13Там же. С. 156-159.

14State of the Union. 2015 // http://edition.cnn.com/2015/01/20/politics/state-of-the-union-2015-transcript-full-text/index.html

15Подробнее см.: Воронков Л.С. Общее экономическое пространство…

Отправить статью по почте