Как Грузия, Абхазия и Осетия вошли в Российскую империю


АВГУСТОВСКИЕ СОБЫТИЯ НА КАВКАЗЕ и связанные с ними многочисленные комментарии побуждают вновь обратиться к истории и обстоятельствам вхождения Грузии, Абхазии и Осетии в состав России. Ознакомление с архивными документами однозначно свидетельствует: во-первых, еще в те далекие времена (XVIII - начало XIX в.), когда решались вопросы, связанные с вхождением упомянутых стран в состав Российской империи, речь шла о независимых и самостоятельных правосубъектах; во-вторых, Россия пошла навстречу четко выраженным, подчас неоднократным просьбам этих стран о принятии их под российское покровительство и защите от угрозы физического уничтожения или поглощения, исходившей от близлежащего окружения. Таким образом, это не было, вопреки расхожим утверждениям, ни "оккупацией", ни "аннексией", а, скорее, актом братской помощи и ответственности за судьбу малых соседних православных народов. Обратимся к фактам.

Грузия

ОТНОШЕНИЯ между Россией и грузинскими княжествами (напомним, что до 1918 г. единого грузинского государства в границах, близких к нынешним, не существовало) имеют давние исторические корни. Это связано в первую очередь с географическим положением грузинских христианских княжеств, которые оказались в сфере пересекающегося влияния двух крупных исламских государств региона - Османской империи и Ирана. Периодически попадая под власть то одного, то другого, грузинские княжества зачастую оказывались буквально на грани физического уничтожения.

Единственным христианским государством региона, которое могло защитить эти княжества, в тот период была Россия. Именно к ней они и обращались неоднократно с просьбами о помощи. Можно упомянуть такие свидетельства, как грамота 1638 года мингрельского царя Леона к царю Михаилу Федоровичу о желании грузинского народа перейти в подданство России1, грамота кахетинского царя Теймураза I к царю Михаилу Федоровичу о принятии им присяги на верность и подданства России от 25 апреля 1639 года2, жалованная грамота царя Михаила Федоровича грузинскому царю Теймуразу I от 31 мая 1641 года о согласии принять Грузию в русское подданство3, жалованная грамота царя Алексея Михайловича от 19 мая 1655 года имеретинскому царю Александру о принятии Имеретии в российское подданство4, письмо грузинского князя Шеншии Давыдова командующему русскими войсками в Дагестане генерал-майору В.П.Шереметьеву от 25 января 1726 года с сообщением о желании его народа перейти под российское покровительство5.

В  декабре 1771 года картлийский и кахетинский царь Ираклий II обратился к Екатерине II с письмом, в котором просил принять Восточную Грузию под покровительство России. "С благоговением, с верным сердцем и наисмиреннейшим духом, - говорится в письме, - прошу милосердия Вашего Величества удостоить нас ныне таким покровительством, дабы всем, как доброжелателям нашим, так и неприятелям нашим, видно было, что я нахожусь точным подданным Российского государства, и мое царство присовокуплено к Российской империи на таком основании, как высочайшему двору об оном всенижайше представлено"*(*См. с. 74.). Уже в апреле1783 года командующему Кавказской линией П.Потемкину были даны директивные указания о заключении соответствующего трактата.

Так называемый Георгиевский трактат был подписан 24 июля (4 августа) 1783 года в крепости Георгиевск на Северном Кавказе. Со стороны России его подписал П.Потемкин, со стороны Картли-Кахети - И.Багратиони и Г.Чавчавадзе.

Трактат носил характер декларации, демонстрации взаимной симпатии и назывался "дружественным договором". Он содержал преамбулу, 13 основных статей, четыре сепаратных статьи, образец присяги или клятвенного обещания, которое должен был произнести царь Ираклий II, и дополнительную статью "о венчании царей на царство"6.

Согласно трактату, Ираклий II признавал покровительство России и отказывался от самостоятельной внешней политики, а также от всякой зависимости от Персии или "иной какой державы" (ст. 1, 4), обязывался своими войсками служить российской императрице (ст. 7).

Российская сторона ручалась за сохранение целостности владений Ираклия II, включая те, которые могут быть им приобретены впоследствии (ст. 2). В данном случае подразумевалось восстановление Грузии в ее исторических пределах.

Грузия получала полную внутреннюю автономию (ст. 6), при этом грузинские привилегированные сословия уравнивались в правах с русскими (ст. 8-11). Стороны обменивались дипломатическими представителями в ранге "министров или резидентов" (ст. 5).

Договор заключался "на вечные времена" (ст. 12) и должен был быть ратифицирован в течение шести месяцев.

Четыре сепаратные статьи обязывали Россию содержать в Грузии два батальона пехоты, защищать Грузию в случае войны, а также настаивать на возврате царству Картли-Кахети отторгнутых у него Турцией территорий (ст. 2-4).

В договоре грузинам настоятельно рекомендовалось сохранять единство, формулировалась мысль о национальном единстве грузинского народа и давался совет царю Ираклию II приложить все усилия к прекращению вражды с царем Имеретии Соломоном (ст. 1).

21 сентября 1783 года Георгиевский трактат был ратифицирован Россией, а 24 января 1784 года - царством Картли-Кахети, над которым, таким образом, устанавливался протекторат России.

С этим не смирилась Османская империя, которая в августе 1787 года предъявила России ультиматум, потребовав, в частности, вывода русских войск из Грузии. Начавшаяся в результате русско-турецкая война 1787-1791 годов завершилась подписанием Ясского мира 29 декабря 1791 года (9 января 1792 г. по нов. ст.). По его условиям, Турция отказывалась от претензий на Грузию и обязывалась не предпринимать враждебных действий против грузинских земель7.

Новая угроза возникла через несколько лет уже со стороны Ирана. Основатель династии Каджаров Ага-Мохаммед-хан решил покорить вышедшие из вассального подчинения Северный Азербайджан и Грузию. Осенью 1795 года он начал наступление на Тбилиси, который был им взят и сожжен.

В Петербурге расценили вторжение Ирана в Грузию как действия против России. В декабре 1795 года русские войска вступили в Грузию, заняв впоследствии также Дербент, Шемаху и Баку. Однако взашедший на престол Павел I в сентябре 1796 года приказал отозвать войска в Россию. Воспользовавшись этим, Ага-Мохаммедхан разослал фирманы закавказским ханам с требованием подчиниться его власти и разорвать союз с Россией.

В связи с этим Ираклий II еще настойчивее стал требовать у Петербурга помощи. Он просил утвердить наследником картлийско-кахетинского престола царевича Георгия и обязывался принять законы России для управления государством. 11 января 1798 года Ираклий II скончался, однако вступление на престол его старшего сына Георгия  XII лишь обострило междоусобную борьбу.

Тем не менее на основании Георгиевского трактата Павел I утвердил Георгия XII на царство, а его сына Давида признал наследником престола. Иран же выступил в качестве защитника наследственных интересов и прав других сыновей Ираклия II. Лишь ввод русских войск спас страну от неминуемой гражданской войны.

Сознавая серьезность угрозы порабощения своей страны со стороны Ирана и Турции, Георгий XII обратился к Павлу I с просьбой о полном присоединении Грузии к России. В сентябре 1800 года в Петербург прибыло посольство с прошением о том, чтобы Картли-Кахетинское царство считалось принадлежащим державе российской с теми правами, которыми пользуются другие области империи. 

18 декабря 1800 года Павел I подписал Манифест о присоединении Грузии к России. После смерти Павла I Александр I 12 сентября 1801 года подписал новый Манифест о присоединении Грузии к России и Положение об управлении Грузией8. Началось создание на этой территории новой системы управления по образцу административного аппарата внутренних губерний России.

25 апреля 1804 года в российское подданство вступил Имеретинский царь Соломон9, а в 1805 году аналогичным образом поступили хан Шушинский и Карабахский, хан Шакинский, хан Шагагский, хан Ширванский и султан Шурагельский.

Такое развитие событий не устраивало Турцию, и она в декабре 1806 года объявила войну России (русско-турецкая война 1806-1812 гг.), которую шесть лет спустя проиграла. 28 мая (по нов. ст.) 1812 года в Бухаресте между двумя странами был подписан мирный договор, согласно которому, в частности, Россия удерживала за собой все добровольно присоединившиеся области Закавказья10. Бухарестский мир впоследствии подтверждался Аккерманской конвенцией 7 октября (по нов. ст.) 1826 года11.

24 октября 1813 года Россия заключила Гюлистанский мирный договор с Ираном, по которому в ее состав входили Дагестан, Грузия (с Шурагельской провинцией), Имеретия, Гурия, Мингрелия, Абхазия и ряд ханств на территории нынешних Азербайджана и Армении12.

Тем не менее Иран не смирился с потерей влияния в Закавказье и при поддержке Англии начал новую войну (1826-1828 гг.). После поражения Ирана 10(22) февраля 1828 года в деревне Туркманчай был подписан мирный договор на условиях, продиктованных Россией. Он подтвердил статьи Гюлистанского мирного договора. Кроме того, Россия получила Эриванское и Нахичеванское ханства. Этот договор оставался основой российско-иранских отношений вплоть до 1917 года.

Турция, в свою очередь, также попыталась изменить ситуацию в свою пользу. Очередная русско-турецкая война (1828-1829 гг.), в которой победу одержала Россия, завершилась подписанием Адрианопольского мирного договора13. В нем, в частности, Турция признавала присоединение к России Грузии, Имеретии, Мингрелии и Гурии, а также Эриванского и Нахичеванского ханств (которые перешли от Ирана по условиям Туркманчайского договора).

Таким образом, к 1828 году вхождение Грузии в состав России было окончательно оформлено.

Абхазия

ВЫДЕЛИВШАЯСЯ на рубеже XVI-XVII веков в самостоятельное княжество, Абхазия находилась под властью Турции. В XVIII - начале XIX века абхазы не раз восставали против вассальной зависимости от Оттоманской империи, тормозившей социально-экономическое и культурное развитие княжества. Антитурецкие восстания абхазов при участии и поддержке русских казаков имели место в 1725, 1728, 1733 и 1771 годах.

Угроза окончательного порабощения со стороны Турции побуждала правителей Абхазии - по примеру грузинских царей - искать помощи и покровительства России. Еще в 1770 году абхазский князь Леван Шервашидзе вел об этом переговоры с генералом Тотлебеном, командовавшим русским экспедиционным отрядом, направленным в Грузию Екатериной II. Сторонником русской ориентации был и преемник Левана Келеш-бек Шервашидзе. В 1804 году, сразу же после присоединения к России граничившей с Абхазией Мингрелии, он возобновил контакты с русским командованием, выражая желание вступить в подданство России. В ответ на этот шаг турецкая эскадра в 1806 году совершила нападение на Сухум, но абхазское ополчение во главе с Келеш-беком сумело отразить турецкий натиск и овладеть крепостью. В 1808 году Келеш-бек пал жертвой заговора, организованного агентами султана, и крепость была передана туркам.

Сын Келеш-бека Сефер-бек (Георгий) Шервашидзе в 1810 году обратился за помощью к русскому правительству и был признан им "наследственным князем абхазского владения под верховным покровительством" России. 23 августа 1810 года Сефер-бек принес присягу на верность русскому престолу14.

Спустя полгода русский десантный отряд выбил турок из Сухумской крепости и занял ее. Неоднократные попытки османов вновь завладеть Сухумом не имели успеха.

В 1864 году в Абхазии было введено русское управление, и княжество преобразовано в Сухумский отдел (впоследствии - округ), подчиненный кутаисскому генерал-губернатору.

Осетия

ОСЕТИЯ и ее различные районы долгие годы были предметом экспансии кабардинских и грузинских феодалов, а также ингушских племен. Кроме того, осетины, будучи оттесненными кабардинцами в XIV-XV веках в горные районы Главного Кавказского хребта, были крайне заинтересованы в переселении на равнину, в том числе в целях развития торговли. Осетинские старейшины осознавали, что только Россия способна обеспечить Осетии внешнюю безопасность, способствовать решению вопроса о землях предков.

В 40-х годах XVIII века Осетия выступила с инициативой о проведении дипломатических переговоров с Россией. Уже тогда отдельные осетинские территории заявили о своем желании быть под ее покровительством.

В ноябре 1744 года российский Сенат принял решение о направлении в Осетию духовной миссии во главе с архимандритом Пахомием для восстановления христианства среди осетин.

В конце сентября 1749 года в Россию отправилось первое осетинское посольство во главе с видным осетинским дипломатом Зурабом Магкаевым. Одним из наиболее важных итогов русско-осетинских переговоров явилось возросшее осознание среди осетин значения России как ключевого фактора в решении осетинских проблем. Вскоре вслед за тагаурскими, дигорскими и куртатинскими старшинами к императрице Елизавете Петровне с прошениями обратились практически все общины Осетии. Они желали не только помощи в переселении на равнинные земли, но и присоединения к России.

В 1757 году Коллегия иностранных дел представила Сенату свое заключение по "осетинским делам", где высказывалось негативное мнение в отношении переселения осетин, так как оно шло в нарушение Белградского мира 1739 года с Турцией. Впоследствии Коллегией был предложен новый проект переселения осетин, по которому Осетии отводились земли на русской пограничной линии в районе современного Моздока. Этот проект был одобрен императрицей Екатериной II. В начале 60-х годов XVIII века Россия приступила к укреплению этого участка своей границы, началось строительство крепости Моздок. Одновременно осуществлялось и переселение осетин в этот регион.

С подписанием Кючук-Кайнарджийского мира по итогам русско-турецкой войны 1768-1774 годов исчезли последние препятствия для присоединения Осетии к России. Астраханскому губернатору П.Н.Кречетникову было предложено провести переговоры с Осетией по этому вопросу. Прибывшая в Моздок в октябре 1774 года делегация осетинских старейшин привезла с собой "Прошение" на имя П.Н.Кречетникова, в котором подчеркивалась приверженность осетинского народа "христианскому закону" и выражалась благодарность России за возрождение христианства. В документе отмечалась политическая независимость Осетии от какой-либо другой страны, а набеги кабардинских князей назывались главной внешней опасностью. Стремление осетин к союзу с Россией формулировалось как надежда на то, что "мы противу желания нашего оставлены не будем и будем под протекциею всемилостивейшей нашей государыни"15. Данный документ  является не просто ходатайством, а носит актовый характер, так как, во-первых, определяет условия, на которых осетинские территории желают находиться под покровительством России, а во-вторых, скреплен подписями основных старейшин осетинских деревень и уездов.

Присоединение Осетии к России не вызвало у сторон разногласий, однако решающее слово было оставлено за императрицей. Была достигнута договоренность о вводе в Осетию российского воинского отряда для обеспечения безопасности осетин. России разрешалась разработка месторождений полиметаллических руд в Осетии.

Резолюцией "быть по сему" на представленном ей весной 1775 года докладе губернатора императрица ратифицировала договоренности, достигнутые в Моздоке. Суть утвержденной Екатериной II политической линии, которой должна была придерживаться Россия в отношении Осетии, состояла в том, чтобы осетины "в торге, промыслах и прочих позволенных упражнениях имели свободу и чтобы военные и гражданские начальники не стесняли их в том ни под каким видом, но паче всяким благодеянием и помощью их подкрепляли".

Позднее, в 1781 году к России была присоединена и Дигория, жители которой в результате охвативших эту территорию волнений подтолкнули местных феодалов к преодолению колебаний и принесению клятвы на верность русскому престолу вместе с остальными районами Осетии.

 

1 РГАДА РФ, ф. Сношения России с Грузией, оп. 110, оп. 1, 1638 г., д. 1.

2 РГАДА РФ, ф. Сношения России с Грузией, оп. 110, оп. 2, 1639 г., д. 3.

3 РГАДА РФ, ф. Сношения России с Грузией, оп. 110, оп. 1, 1641 г., д. 2.

4 РГАДА РФ, ф. Сношения России с Грузией, оп. 110, оп. 1, 1653 г., д. 1.

5 АВПРИ, ф. Сношения России с Персией, оп.77/1, 1726 г., д. 4, лл. 150-151 (заверенная копия).

6 АВПРИ, ф. 163, Трактаты, оп. 2, д. 178, лл. 3-8, 9-16 об.

7 АВПРИ, ф. 163, Трактаты, оп. 2, д. 450.

8 АВПРИ, ф. СПб. Главный архив, 1-7, оп. 6, 1800 г., д. 1, п. 3, лл. 1-4.

9 АВПРИ, ф. СПб. Главный архив, 1-10, оп. 9, 1803 г., д. 2, лл. 66-67.

10АВПРИ, ф. 163, Трактаты, оп. 3, д. 1370, лл. 1-15.

11АВПРИ, ф. 163, Трактаты, оп. 3, д. 1381, л. 1.

12АВПРИ, ф. 163, Трактаты, оп. 3, д. 1025, лл. 4-15.

13АВПРИ, ф. 163, Трактаты, оп. 3, д. 1381, лл. 1-10.

14АВПРИ, ф. СПб. Главный архив, 1-10, оп. 9, 1808, д. 1, л. 87-88.

15АВПРИ, ф. Осетинские дела, оп. 128/2, д. 1, лл. 197-198.

Отправить статью по почте