Агрессия США и Израиля против Ирана: цугцванг военного искусственного интеллекта?

Противостояние Израиля с Ираном продолжается с 1979 года — с тех пор, как в Иране свергли шахский режим и к власти пришло шиитское духовенство во главе с аятоллой Рухоллой Хомейни. Он заявил, что Иран не признает существование Государства Израиль и обвинил его в оккупации исторически арабских земель.

28 февраля 2026 года войдет в скрижали истории не только как начало неспровоцированной агрессии США и Израиля против Ирана (операция «Эпическая ярость» / «Рёв льва»), но и как дата первых в истории масштабных боевых действий, в которых ключевую роль сыграл ИИ. В ответ Иран нанёс удары по Израилю и американским военным базам в регионе, в рамках операции под названием «Правдивое обещание 4».

Конфликт Пентагона и Anthropic: этические ограничения против военной необходимости

Ключевым фактором, определившим технологический облик операции, стал конфликт между Пентагоном и компанией-разработчиком ИИ Anthropic, возникший осенью 2025 года. Anthropic, чья ИИ-модель Claude использовалась американскими военными через платформу Palantir, настаивала на запрете использования своей технологии в системах массового наблюдения и для наведения автономного оружия, что было расценено как попытка "диктовать правила" Пентагону.

Это вызвало резкую реакцию администрации президента Трампа. 28 февраля 2026 года Трамп в своем заявлении назвал Anthropic «радикально левой компанией», обвинил ее в давлении на военных и запретил всем правительственным ведомствам использовать ее технологии.

Однако всего через несколько часов CENTCOM применил Claude для ударов по Ирану. Военные одержали тактическую победу над корпоративной этикой, доказав приоритет оперативной необходимости. Этот инцидент подтолкнул Министерство обороны США к объявлению Anthropic «угрозой поставкам» и форсированию заключения контрактов с более сговорчивыми игроками, такими как OpenAI и Google, готовыми работать без ограничений.

"Венесуэльский пролог": репетиция перед Ираном

Решающим прологом к иранской операции стало использование Claude в ходе захвата Николаса Мадуро в Венесуэле (январь–февраль 2026 года). Тогда коммерческая нейросеть впервые была применена для обработки данных о передвижениях лидера, схемах охраны и расположении средств ПВО. Успех в Венесуэле подтвердил эффективность ИИ, и этот опыт был напрямую перенесен на иранскую операцию.

Использование ИИ позволило за считанные часы обработать огромные массивы разведданных (спутниковые снимки, перехваты, данные соцсетей) и смоделировать сценарии ударов, поразив более 500 целей, включая ликвидацию верховного лидера Али Хаменеи. Это знаменовало качественный скачок в военном применении ИИ по сравнению с операциями 2025 года.

Эволюция военного ИИ: 2025 → 2026

Сравнивая атаки июня 2025 года с массированным ударом по Ирану в 2026-м, можно проследить четкую эволюцию роли искусственного интеллекта.

В 2025 году Израиль в рамках "Доктрины Дахия"^[1] протестировал автоматизацию разведки и огня, планируя к 2028 году интегрировать ИИ в 50% систем ЦАХАЛ. Однако именно в 2026 году ИИ, «обученный» на данных ближневосточных конфликтов, позволил перейти от экспериментального применения к полноценному, боевому.

Роль ИИ в подготовке агрессии

ИИ использовался для обработки спутниковых снимков, перехватов сигналов и данных соцсетей, чтобы точно определять цели, такие как командиры КСИР и ядерные объекты. В предыдущих атаках на Иран (2025 г.) Израиль применял ИИ для категоризации целей по угрозе, что ускорило выбор приоритетных объектов. Это позволило интегрировать разведданные от агентов Моссада с автоматизированным анализом.​

Технологический прорыв 2026: LUCAS и автономные системы

Отдельным направлением стало использование автономных дронов. США впервые задействовали LUCAS — бюджетные «камикадзе-дроны» (стоимостью около $35 000) с ИИ-управлением. По иронии судьбы, они были созданы на базе захваченных иранских Shahed-136 (реверс-инжиниринг). Рои таких дронов использовались для подавления иранской ПВО, демонстрируя, как технология, созданная Ираном, была обращена против него же, усиленная американскими алгоритмами.

Стратегические последствия и выводы

Операция "Рык льва" / "Epic Fury" (28 февраля 2026 года) и последовавшие за ней удары продемонстрировали сдвиг в военной парадигме:

1. Скорость принятия решений: ИИ заменил человека в обработке массивов разведданных (спутниковые снимки, перехваты, данные соцсетей и др.), сократив цикл планирования с недель до часов.
2. Новая экономика войны: дешевые автономные дроны (LUCAS) изменили экономику ударов по укрепленным целям.
3. Риски эскалации: эксперты указывают на опасность "алгоритмических петель", когда ИИ может создавать неконтролируемые сценарии эскалации, прогнозируя движения противника без учета человеческой дипломатии.

Сравнение 2025 и 2026 годов показывает: мир перешел от эпохи, где ИИ помогал военным выбирать цели, к эпохе, где ИИ помогает уничтожать цели в масштабах целых государств, а споры об этике остаются позади на поле боя.

Риски эскалации и «ловушка сортировки»

Эксперты указывают на опасность «алгоритмических петель», когда ИИ может создавать неконтролируемые сценарии эскалации, прогнозируя ходы противника без учета человеческой дипломатии. Возникает так называемая «ловушка сортировки» — опасный сценарий, когда ИИ не помогает принять решение, а заранее его предопределяет, сужая пространство для манёвра до одной-единственной опции.

• Исчезновение выбора: система отфильтровывает альтернативы на ранних этапах, и командиру остаётся лишь формально согласиться с «лучшим» решением от ИИ.
• Иллюзия уверенности: в условиях оперативного давления фраза «ИИ уже проверил это» становится одной из самых опасных. Человек перестаёт самостоятельно оценивать ситуацию и превращается в «штамп», молчаливо соглашаясь с выводом алгоритма.

Меры для минимизации рисков

• Перед санкционированием удара лицо, принимающее решение, должно кратко (одним предложением) объяснить, почему эта цель соответствует критериям. Если чётко сформулировать причину не получается, то действие приостанавливается
• Процесс оспаривания решения ИИ должен быть таким же простым, как и его одобрение. Если для сомнения нужно сделать пять кликов, а для согласия- один, система по умолчанию толкает к автоматическому принятию
• Система должна сначала показывать рекомендацию ИИ (например, выделенную цель), а только потом- показатель её достоверности. Это позволяет аналитику сформировать собственное мнение до того, как на него повлияют цифры
• Спасение кроется не в интерфейсе, а в институциональных решениях. Политика часто требует «участия человека», но не определяет, что это участие должно быть осмысленным

Скорость – это оружие. Рассудительность - щит. И здесь возникает главный вопрос: насколько мы готовы пожертвовать щитом ради мгновенной реакции? Сохранится ли человеческое суждение в эпоху ИИ, зависит от того, осознанно ли организации будут защищать саму возможность выбора.

ИИ и информационно-психологическое поле битвы

Утром 28 февраля 2026 года одновременно с началом совместных американо-израильских авиаударов по Тегерану миллионы иранских пользователей получили провокационные push-уведомления через приложение для определения времени молитв BadeSaba Calendar. Сообщения содержали призывы к военнослужащим сложить оружие и обещания амнистии в случае перехода на сторону «сил освобождения».

Анализ инцидента указывает на предварительную компрометацию цифровых активов и отложенную активацию вредоносной нагрузки: по оценке экспертов, внедрение кода могло произойти задолго до авиаударов, что свидетельствует о высоком уровне подготовки и наличии у инициаторов значительных разведывательных и кибервозможностей^[2].

Таким образом, инцидент представляет собой информационно-психологическую операцию, встроенную в общую архитектуру силового давления и ориентированную на воздействие на внутреннюю аудиторию в момент военной эскалации. В данном случае гражданское религиозное приложение было использовано как канал доставки политически мотивированных сообщений, что размывает грань между военной операцией и вмешательством в гражданскую цифровую инфраструктуру.

СМИ Израиля также сообщили^[3] о кибератаках в отношении иранских медиаресурсов, которые сопровождали период авиаударов и приводили к перебоям в работе новостных сайтов. В ответ иранские власти предприняли меры по ограничению интернет-трафика и локализации киберинцидентов – по информации компаний NetBlocks и ArvanCloud, наблюдалось снижение интернет-активности и сбои сервисов.

При этом усилилась и иранская киберактивность за пределами страны^[4]. Иранские хакерские группы активизировали операции против западных компаний, используя фишинговые кампании и вредоносное ПО, что подтверждает двусторонний характер киберэскалации, при котором киберпространство используется как инструмент асимметричного давления и ответных мер.

Таким образом, текущий конфликт отражает понимание высшим руководством стран необходимости наращивания цифровых возможностей, интегрированных в более широкий военно-политический контекст. Совокупность эпизодов демонстрирует институционализацию киберопераций как устойчивого элемента межгосударственного противоборства, в то время как медиаинфраструктура рассматривается как стратегическая уязвимость, способная повлиять на управляемость общественного восприятия и внутреннюю устойчивость.

В стратегическом измерении данная динамика подтверждает синхронизацию кинетических и киберкомпонентов конфликта − киберпространство перестает быть вспомогательной средой и закрепляется как равноправный инструмент силовой политики, в рамках которого информационно-психологические эффекты используются как мультипликатор военных действий. Подобная модель гибридной эскалации размывает границу между военными и гражданскими объектами, усиливает политизацию цифровой среды и формирует прецедент использования гражданских платформ в логике стратегического давления.

Позиция России в связи с агрессией США и Израиля против Ирана

Позиция России с осуждением неспровоцированного акта вооруженной агрессии США и Израиля против Ирана изложена в официальных заявлениях МИД России от 28 февраля 2026 года ^[5] и от 1 марта 2026 года (по ситуации вокруг Ирана в связи с известием о гибели Верховного руководителя и духовного лидера Исламской Республики Иран аятоллы Али Хаменеи)^[6]. В Заявлении подчеркивается: «Особую тревогу вызывает серийный характер осуществляемых Администрацией США на протяжении последних месяцев дестабилизирующих ударов по международно-правовым опорам миропорядка, среди которых – невмешательство во внутренние дела, отказ от угрозы силой или ее применения, мирное разрешение международных споров.

Требуем немедленно вернуть ситуацию в русло политико-дипломатического урегулирования. Россия, как и прежде, готова содействовать поиску мирных развязок на базе международного права, взаимного уважения и баланса интересов».

2 марта 2026 года состоялся телефонный разговор Владимира Путина с Президентом Объединённых Арабских Эмиратов Мухаммедом Бен Заидом Аль Нахайяном^[7]. Были обсуждены беспрецедентные трагические события на Ближнем Востоке в контексте американо-израильской агрессии против Ирана и жёстких ответных действий Тегерана. С обеих сторон акцентирована необходимость скорейшего прекращения огня и возвращения к политико-дипломатическому процессу.

Владимир Путин отметил, что российская сторона многое сделала в плане содействия мирному урегулированию ситуации вокруг иранской ядерной программы и поиска взаимоприемлемых компромиссов. Активную роль в этом процессе играла также эмиратская сторона. Однако имевшиеся наработки были сорваны в результате неспровоцированного акта вооружённой агрессии против суверенного государства – члена ООН в нарушение основополагающих принципов международного права. Президент России поблагодарил Мухаммеда Бен Заида Аль Нахайяна за предпринимаемые усилия с целью помочь находящимся в Эмиратах российским гражданам, в том числе многочисленным туристам, в сложившейся форс-мажорной ситуации.

Президент ОАЭ особо подчеркнул, что иранские ответные удары напрямую затронули и Эмираты, нанося ущерб стране и создавая угрозу мирным жителям. По его словам, такие удары наносятся, несмотря на то что территория ОАЭ не используется как плацдарм для атак на Иран, и поэтому ничем не оправданы. Владимир Путин со своей стороны выразил готовность передать данные сигналы в Тегеран и в целом оказать возможное содействие в целях стабилизации общей обстановки в регионе.

Выводы

ИИ меняет национальную и международную безопасность многими способами, предлагая как возможности, так и риски. ИИ может сделать военные операции более точными и улучшить процесс принятия решений. Но он также может распространять ложь, вторгаться в частную жизнь или совершать смертельные ошибки. Поскольку ИИ становится все более распространенным в сфере безопасности, необходимо найти баланс между использованием его мощи во благо и контролем его опасностей. Это означает, что страны должны работать вместе и устанавливать четкие правила использования ИИ. 

В этом контексте, прогресс 2025–2026 гг., достигнутый в ООН, вселяет осторожную надежду: резолюция ГА ООН A/RES/79/325 (26 августа 2025 г.) учредила Независимую научную группу по ИИ и Глобальный диалог по управлению ИИ, резолюция A/RES/80/16 (1 декабря 2025 г.) одобрила отчет РГОС и обеспечила переход к Всемирному механизму по безопасности ИКТ; инициатива КНР от 1 ноября 2025 г. о глобальном регулировании ИИ со штаб-квартирой в Шанхае усилила многосторонние меры по равноправному управлению ИИ.

Таким образом, закладывается фундамент глобального регулирования ИИ в противовес эскалации гонки ИИ-вооружений в США.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

^[1] Доктрина Дахия разработана в ходе Второй Ливанской войны и обнародована в октябре 2008 г. Суть её сводится к нанесению критического ущерба не только боевой, но и гражданской инфраструктуре противника для оказания максимального воздействия.

^[2] http://www.wired.com/story/hacked-prayer-app-sends-surrender-messages-to-iranians-amid-israeli-strikes/

^[3] https://www.jpost.com/israel-news/defense-news/article-888271

^[4] https://www.bloomberg.com/news/newsletters/2026-02-25/iranian-hackers-skirted-internet-shutdown-to-launch-cyberattacks-on-israel

^[5] https://mid.ru/ru/press_service/official_statement/2083284/

^[6] https://mid.ru/ru/press_service/official_statement/2083359/

^[7] http://www.kremlin.ru/events/president/news/79242

Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.

Подписывайтесь на наш Telegram – канал: https://t.me/interaffairs