Зачем России Латинская Америка? Откровенный разговор на заданную тему

00:00 19.07.2011 Александр Моисеев, обозреватель журнала «Международная жизнь»


Зачем нам Латинская Америка? Этот вопрос я не раз задавал и себе, и другим экспертам, потом разные собеседники часто его задавали мне, а в целом он звучит уже на протяжении веков, начиная с той поры, когда на Руси впервые узнали об этой далекой земле.

Пресловутый вопрос недавно возник снова.

Российские латиноамериканисты недавно отметили 50-летний юбилей Института Латинской Америки Российской Академии наук (ИЛА РАН). В рамках мероприятий, приуроченных к этому событию, виновник торжества подготовил и провел масштабную международную конференцию, центральной темой которой стало формирование полицентричного мирового порядка и воздействие этого процесса на страны Латинской Америки и Карибского бассейна, а также и на государства Иберийского полуострова.  

Выступая с приветственным словом на торжественном заседании, посвященном 50-летию Института заместитель Министра иностранных дел России Сергей Рябков, в частности, сказал:

«Фундаментальные и динамичные перемены глобального характера, которые переживает мировое сообщество в последние годы, прежде всего процесс формирования многополярного мироустройства, не оставили в стороне и Латинскую Америку, которая постепенно стала превращаться в один из его новых и наиболее быстро растущих центров. Показательно, что сегодня в экспертных кругах говорят о начале «десятилетия Латинской Америки».

Созвучность подходов России и латиноамериканских стран к формированию многополярного мира позволили создать развитую систему многопланового политического диалога с Латинской Америкой. Посмотрите, только за последние три года состоялись 22 саммита и более 60 встреч на высоком уровне, а из порядка полутора сотен двусторонних документов, подписанных с 1992 г. по настоящее время, более 70 были заключены в период 2008-2011 годов. Подобная интенсивность контактов показывает, что латиноамериканское направление – самостоятельный стратегический вектор российской внешней политики, рассчитанный на длительную перспективу».

 

Как продемонстрировали российские и зарубежные исследователи, выступая перед аудиторией, продолжается процесс формирования элементов инновационной экономики в ведущих государствах Латинской и Карибской Америки (ЛКА), а также воздействия, которые оказывает и будет оказывать на регион укрепление новых центров силы в лице восходящих стран-гигантов. Конференция показала также, что в фокусе внимания ИЛА остается проблематика глобального экономического кризиса и путей преодоления его последствий. Институт возвращается к решению прогностических задач в долгосрочной перспективе. В последнее время это направление все более востребовано.

С докладами выступали видные российские ученые и начинающие исследователи, чилийский сенатор и Чрезвычайные и Полномочные Послы ряда стран в России, руководители научных центров и зарубежные мэтры латиноамериканистики.

Темы докладов были одна интереснее другой. Перечислю особенно заинтересовавшие аудиторию: «Латинская Америка: политические процессы и корректировка моделей развития», «Социальная составляющая модернизации», «БРИКС – тактическая схема или новый инструмент мировой политики?», «Интеграция и межгосударственные конфликты в Латинской Америке», «Экологический вызов и Латинская Америка», «Возможность и необходимость организации Года Латинской Америки в России» и многие другие.

 

После конференции, когда все организационные страсти вокруг нее улеглись, я попросил ответить на ряд вопросов директора Института Латинской Америки РАН, доктора экономических наук Владимира Давыдова и заместителя директора, доктора политических наук Бориса Мартынова.

 

 

- Владимир Михайлович, обращаюсь к Вам с обывательским вопросом -  и все-таки зачем нам сегодня Латинская Америка, когда мы, вроде бы, от социализма «отошли», а она, наоборот, шагает к социализму XXI века,  когда у нас столько решенных и нерешенных проблем в области сотрудничества со странами ближнего зарубежья, другими соседями - мировыми державами?

- Да, на Латинскую Америку двуглавый орел на нашем гербе ни одной головой, кажется, не смотрит. Он глядит на Восток и на Запад. Но если говорить серьезно и ответственно, то Латинская Америка нашей стране необходима затем же, зачем и Европа, Азия, Северная Америка или Африка и Австралия. Россия была и остается крупной мировой державой и она всегда играла существенную роль в мировой политике и экономике. И сегодня, наверное, как никогда раньше, Россия нуждается в самых разнообразных международных связях. Нам необходимо осваивать новые рынки, а искать их лучше там, где страна не присутствует своими сырьевыми товарами – нефтью, газом, металлом, а там, где она может быть поставщиком продукции машиностроения и современных технологий, наукоемких услуг. И рынки стран Латинской Америки подходят для России более других, они могут стать для нас точкой опоры для получения серьезных поступлений от экспорта в перспективных направлениях многих отраслей. Кроме того, России нужна солидарность и поддержка латиноамериканских стран по многим вопросам современной мировой повестки дня.    

- Владимир Михайлович, после катастрофического спада интереса к региону в 1990-е годы поле для приложения сил в отечественной латиноамериканистике сегодня, как свидетельствуют факты,  начинает расширяться. Но как, каким образом?

-  Оставаясь примерно стабильным в традиционно академическом секторе, где речь идет больше о повышении эффективности, это поле дает прирост в сегменте высшей школы. Другой заметный прирост наблюдается в сфере прикладных аналитических разработок и консультационных услуг. Хотя в нашей области спрос здесь относительно ограничен. Но восходящую тенденцию в этом секторе стоит отметить. Востребованность экспертного мнения латиноамериканистов растет как среди государственных ведомств, включая органы администрации в субъектах федерации, так и секторе частного бизнеса, медленно, но верно осознающего потребность в профессиональных услугах. Ведь объективный, неангажированный анализ – важное преимущество академического института в его диагностической работе и профессиональных рекомендациях.

Диверсификация деятельности ведет к диверсификации научного продукта. Институт наш уже пошел по этому пути. Помимо традиционного жанра монографий, стремясь быстрее довести до адресата результаты исследований, стал практиковаться выпуск «Аналитических тетрадей ИЛА РАН», а с 2004 года издается серия «Саммит». Основным средством регулярного распространения знаний о странах Латино-Карибской Америки (ЛКА) и достижений отечественной латиноамериканистики и стержнем объединения российских специалистов в этой области все эти годы продолжает оставаться ежемесячный журнал «Латинская Америка». Отрадно отметить и то, что имена наших специалистов по ЛКА все чаще можно встретить и на страницах журнала «Международная жизнь», других изданий общей экономической, политологической и культурологической направленности. А достойной визитной карточкой Института за рубежом является ежеквартальный журнал “Iberoamerica”, который мы издаем на испанском языке. 

- Борис Федорович,  давайте поговорим о кадрах, которые когда-то, по афористичному выражению вождя, «решали все». Как пополняется «армия» российских латиноамериканистов и пополняется ли она? 

- «Армией» всех наших коллег в необъятной России назвать трудно, даже если говорить образно. Как мне представляется, специализация по Латинской Америке в любом случае не будет и, наверное, не должна быть востребована массово. В советское время, например, в 1980-е, профессиональное сообщество латиноамериканистов не выходило за рамки 700-800 человек.

Сегодня у нас в стране число специалистов, чья профессиональная деятельность постоянно связана с латиноамериканистикой, как мы оцениваем, находится в пределах 350-400. Если говорить о среднесрочной перспективе, можно полагать, что России потребуется профессиональное сообщество нашего профиля в размере 500 специалистов, в том числе порядка 100 – в академическом секторе, то есть, прежде всего в стенах нашего ИЛА. Такая численность соответствует стандартам крупных государств, активно участвующих в мировой политике.

Казалось бы,  численно мы близки к оптимуму. Но дело, увы, в демографическом провале в науке вообще и в латиноамериканистике в частности. Это означает, что в ближайшие пять-десять лет нам необходимо выработать повышенные нормы подготовки научных кадров и на уровне университетского диплома, и на уровне кандидата наук. Неплохой «приплод» молодых латиноамериканистов обеспечивает и налаженное сотрудничество Института с другими российскими вузами.

- Борис Федорович, а что можно сказать о планах Вашего Института на будущее?

- В перспективе у нас немало поводов для оптимизма. Хотелось бы думать, что «минное поле» проблем, образовавшееся перед российской академической наукой в 1990-е годы, мы в основном преодолели, и новой полосы подобных препятствий, смеем надеяться, больше не будет.

Объекты нашего исследования, страны Латино-Карибского региона, задают ныне мажорную тональность, усиливая свою роль в мировой экономике и политике и расширяя диапазон сотрудничества с нашей страной. В свою очередь и Россия, руководствуясь принципами многовекторности внешней политики и экономической практичности, проявляет все более живой и деятельный интерес к латиноамериканским государствам. Поэтому, как можно предположить, наши латиноамериканисты без работы не останутся.

Благодарю вас за интересные ответы на вопросы.

Версия для печати