Обама вспомнил про Европу

00:00 31.05.2011 Владислав Гулевич, эксперт журнала «Международная жизнь»


Европейское турне американского президента, предпринятое, главным образом, для участия в саммите Большой восьмёрки во французском Довиле, кроме официально заявленных целей, призвано решить ещё целый ряд вопросов - от пропагандистских до геополитических. Эта «многофункциональная» поездка – и попытка Барака Обамы подыграть своей партии в преддверии выборов, и желание аккуратно избавиться от излишнего груза ливийской проблемы, переложив его на плечи европейцев, и стремление подбодрить восточно-европейских сателлитов в их боязни лишиться американского покровительства.

Посещение Б. Обамой Ирландии и его настойчивые поиски своих ирландских корней были рассчитаны, несомненно, на многомиллионное сообщество американцев ирландского происхождения, среди которых – немало сторонников Демократической партии. «Ирландский» ресурс –  количественно очень мощное подспорье, которым в США не пренебрегает ни одна политическая сила, поскольку численность американцев ирландского происхождения достигает 36 000 000 человек.

Гораздо более существенные вопросы обсуждались во время визита в Великобританию. На совместной пресс-конференции с британским премьером Дэвидом Кэмероном американский президент сделал ряд значимых заявлений о ситуации в арабском мире –  о том, что президент Йемена Али Абдулла Салех должен уйти в отставку,  о неотвратимости наказания для мятежного полковника Каддафи,  о положении дел в Афганистане и т.д.  Не секрет, что для  администрации Б.Обамы важно дистанцироваться от прямого участия в ливийских событиях, и не только в военной фазе операции, но и в вопросах послевоенного обустройства этой страны (до президентских выборов в США осталось чуть более года). В то же время европейские державы не прочь сейчас напомнить миру о своих амбициях. Слова Б. Обамы о том, что «мы – США, Великобритания и наши демократические союзники – формируем мир», европейские лидеры, надо полагать, поняли правильно: Вашингтону всё тяжелей нести бремя своего лидерства, и Лондон выбран в соратники в деле укрепления англосаксонской гегемонии. Да, остальную Европу пригласили к участию в переделе карты мира, но прозрачно намекнули, что мировая политика и дальше будет «делаться» англосаксами. Всем, кто успеет прыгнуть в «англо-американский поезд», места  найдутся. Остальные пеняйте на себя. Этим и объясняется лихорадочное рвение французов и итальянцев в Ливии и их удивительное единодушие с Вашингтоном по целому ряду ключевых вопросов (не в пример иракской кампании Джорджа Буша).  

Побывал бы Барак Обама в гостях у своих европейских союзников, не будь саммита Большой восьмёрки? Кроме Лондона, вероятней всего, нет. Европа вообще в последнее время теряет для Вашингтона былую внешнеполитическую привлекательность. Европейский континент по-прежнему несёт огромную геополитическую нагрузку в стратегических планах Белого дома в его игре против России, но не является больше фаворитом. Б. Обама же – едва ли не первый со времён Первой мировой войны президент Соединённых Штатов, которого открыто называют «не проевропейским трансатлантистом» (1). Но за годы доминирования США на мировой арене Европа настолько прочно оказалась впаяна в американоцентричную модель мироустройства, что даже при охлаждении к ней внимания со стороны Вашингтона всё равно вынуждена во всём  следовать за американцами. Исключения редки. А после избрания Николя Саркози президентом Франции и последовавшего за этим поворота Парижа в сторону Вашингтона позиции Белого дома в Европе ещё более укрепились. Если раньше американцы могли рассчитывать только на взаимопонимание Лондона, то теперь имеет смысл говорить о геополитических векторах Вашингтон-Лондон и Вашингтон-Париж. Другие западноевропейские столицы – Мадрид, Рим, Берлин – тоже в значительной степени подчинены Вашингтону, а Восточная Европа в одностороннем порядке целиком ориентируется исключительно на США.

 «Локомотивом» Центрально-Европейского региона является Польша, хотя претензии на региональное лидерство выказывают также Венгрия и Румыния. Все три страны конкурируют за внимание Вашингтона, но Польша, как самый крупный по численности армии и населению союзник США в Восточной Европе, остаётся «главным любимчиком» американской администрации. Поэтому визит Б. Обамы в Варшаву был вполне предсказуем, раз уж американского президента занесло в Европу. Тем более что поляки не раз разочарованно отзывались о развитии американо-польских отношений. По их мнению, Белый дом не стремится использовать тот потенциал, который можно извлечь из союзнических контактов Варшавы и Вашингтона.  Но достигнутые в ходе визита Б. Обамы договорённости должны успокоить польское руководство: в 2018 г. в Польше появятся элементы американской системы ПРО, а в 2013 г. – группировка ВВС США, которая разместится на трёх авиабазах (Кшесина, Ласк и Повидз). Пока на временной основе, но Варшава уже сегодня настаивает, что лучше бы на постоянной.

Полякам этот визит был нужнее, чем самим американцам. Варшава для Вашингтона хоть и важный, но далеко не привилегированный союзник (2). Статус «единственного баловня» американского внешнеполитического ведомства достался Варшаве в беспокойные 1990-е. Тогда Польша рассматривалась Соединёнными Штатами как ключевое звено в борьбе с Россией, а в польском обществе царствовала антироссийская эйфория. Но «особая» любовь американцев к полякам значительно поблекла. Варшава, как и прежде, ключевой союзник США в Восточной Европе, но основные акценты американской политики всё больше смещаются на Ближний и Средний Восток и Восточную Азию. Ирак, Иран, Афганистан, Индия, Китай – место приложения основных внешнеполитических усилий Белого дома. Восточноевропейские элиты опасаются превращения региона в «дипломатическое захолустье», куда американские политики если и будут заглядывать, то не часто. Очевидно, этими соображениями продиктована успешная попытка Варшавы по созданию нового военного блока, членами которого, кроме Польши, стали Чехия, Словакия и Венгрия, т.е. страны Вишеградской четвёрки.  О достижении договорённостей на этот счёт было объявлено 12 мая 2011 г.  Отмечается, что к  2016 г.  новоиспечённый блок превратится в полноценный военно-политический механизм с отдельными от НАТО полномочиями (3).

Решение Вишеградской четвёрки «сплотиться силой» можно назвать стратегически выверенным. С осуществлением их затеи восточно-европейское направление будет «запечатано» для российской внешней политики. С геополитических позиций границы нового блока тоже вполне выгодны: он раскинется от Балтийского побережья до границ Румынии. В итоге получаем интересную картину – по центру будут сосредоточены вооружённые силы Вишеградской четвёрки во главе с Польшей, а с флангов находятся Румыния с её экспансионистскими идеями и отношением к России как к врагу №1 (что прописано в военной доктрине Бухареста) и страны Прибалтики с натовским контингентом и традиционной русофобией. Это разительно напоминает проект «Междуморья» Юзефа Пилсудского - объединение в единый антироссийский блок почти всех государств от Балтики до Чёрного моря. Как и при Ю. Пилсудском, особое значение приписывается суверенной де-юре Украине, присоединение которой к Вишеградскому военному союзу в ближайший десяток лет уже обсуждалось 12 мая 2011 г.  Для того чтобы полностью отгородиться от России, Вишеградской группе желательно заручиться поддержкой Болгарии и Турции. Открыто София помогать «замуровывать» восточно-европейские рубежи не собирается, но она также не собирается препятствовать этому. Сложнее с Анкарой. С недавних пор отношения Турции и РФ значительно улучшились, а это значит, что «вишеградский заслон» на южных рубежах так и не упрётся в Черное море.

 В сложившихся обстоятельствах приобретает ещё большую актуальность военно-стратегический союз России с Белоруссией, оказавшейся на переднем крае противостояния по линии Вашингтон-Москва. Ряд американских экспертов настойчиво призывают администрацию Б. Обамы воспользоваться неустойчивым экономическим положением Минска для смены власти в республике. Такие попытки следует рассматривать в комплексе с достигнутыми американо-польскими соглашениями, поскольку появление подразделений американских войск у западных рубежей России значительно увеличивает «пробивную мощь» вишеградской  группировки.

 

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

 

Ключевые слова Key words: Обама, Европа, Вишеградская группа, Польша, РоссияObama, Europe, Vishegrad group, Poland, Russia 

1)    Jan Techau “Doing Geopolitics in Eastern Europe” Carnegie Endowment

2)    Bartosz Mroczkowski „Obama w Warszawie” Europejski Centrum Analiz Geopoplitycznych

3)    G. Friedman “Visegrad: A New European Military Force”

Версия для печати