Актуальная ситуация в Иране: внутренние и внешние факторы

На круглом столе, посвящённом актуальной ситуации в Иране. Слева направо: О.Буряк (модератор), В.Сажин (старший научный сотрудник Центра изучения стран Ближнего и Среднего Востока Института востоковедения РАН), А.Марьясов (Чрезвычайный и Полномочный Посол России в Иране в 2001-2005 гг.), В.Евсеев (заведующий отделом евразийской интеграции и развития ШОС Института стран СНГ). Фото А.Торина.

В конце 2025 года в Иране начались акции протеста, причиной которых стал целый ряд факторов: возобновление после десятилетнего перерыва санкций ООН, снижение цен на нефть, ослабление национальной валюты, повлекшее за собой резкий рост цен, недостаточные меры поддержки экономики и как следствие — недовольство иранцев экономической политикой властей. Участники протестных акций требовали смены политического руководства, а некоторые из них - и прихода к власти Резы Пехлеви, сына свергнутого в 1979 году шаха, проживающего ныне в США. Высший совет национальной безопасности Ирана возложил ответственность за организацию массовых беспорядков на США и Израиль. О развитии ситуации в Иране и вокруг него шла речь в ходе круглого стола, состоявшегося в Москве.

Чрезвычайный и Полномочный Посол России в Иране (2001-2005 гг.) Александр Марьясов отметил, что нынешняя волна антиправительственных выступлений является уже третьей по счёту. В 2009 году она была связана с так называемым «Зелёным движением», возникшим в ответ на якобы имевшие место подтасовки при подсчёте результатов президентских выборов (тогда выступления в стране продолжались с 13 июня по 27 декабря), в 2022 году – под лозунгом «Женщины, жизнь, свобода» - была ответом на гибель 22-летней девушки курдского происхождения Махсы Амини, арестованной полицейскими за неправильное ношение хиджаба (протесты длились с 17 сентября 2022 года до начала 2023 года). Нынешняя волна, как отметил дипломат, была более масштабна, чем предыдущая. Непосредственным поводом стала девальвация национальной валюты страны: за 1 доллар стали давать 1,4 млн. риалов. Протесты охватили около 100 городов и населённых пунктов. Прежде всего, это коснулось торговцев, которые связаны с валютными операциями, и тегеранский базар взбунтовался. «Нужно помнить, что на Востоке, и в Иране в том числе, базар – не только сосредоточение деловой жизни страны, но и политической, где формируются общественные настроения. Именно из столицы протестная волна начала распространяться на другие города, к торговцам стали присоединяться другие слои общества, включая молодежь. Ситуацию осложнили и другие острые социально-экономические проблемы: рост инфляции, безработица, сильнейший разрыв между богатыми и бедными. Так экономические протесты переросли в антиправительственные», - подчеркнул эксперт.

На этом фоне внутренними проблемами в стране пользуются противники Ирана на международной арене. В стране участились нападения на заправочные станции, полицейские участки и даже на мечети, что вроде бы является нонсенсом для исламской республики. Но, если учесть что в Иране до сих пор действует немало агентуры западных и израильских спецслужб, в том числе среди курдского населения страны, то последний факт можно этим вполне объяснить.

Старший научный сотрудник Центра изучения стран Ближнего и Среднего Востока Института востоковедения РАН Владимир Сажин отметил, что, начиная с 2009 года, протестные процессы носят в стране волнообразный характер, то вновь вспыхивая, то угасая. «Образно это можно сравнить с пожаром в торфяниках: на поверхности он потушен, но в глубине продолжает тлеть, и при благоприятных условиях разгорается вновь… Были и другие выступления: В 2017 году поводом для них стало подорожание яиц, в 2019-м – рост цен на бензин. Однако все лозунги выступавших до поры до времени не выходили за рамки чисто социально-экономических требований. В 2022 году, после гибели Махсы Амини, в стране возникло идеологическое противостояние вокруг целесообразности ношения хиджаба, сейчас поводом стало повышение цены доллара. Многие «базари» связаны с иностранным капиталом, к тому же в стране фактически существует три валютных системы: официальная, коммерческая и неподконтрольный властям “черный рынок”. В декабре 2025 года меджлис решил убрать эту систему. Это решение и привело к политическому взрыву, жертвами которого, по иранским данным на 15 января, стало около 3 тыс. погибших», - подчеркнул учёный.

По словам В.Сажина, без внешней поддержки это выступление, несмотря на свои масштабы, иссякнет. Но причины недовольства никуда не денутся, поскольку по разным данным, от 55 до 75% населения в той или иной мере недовольны самой системой управления государством. «Такая ситуация останется в стране надолго. Нужны кардинальные изменения в системе, которая уже не может обеспечивать своё выживание», - считает востоковед.

«Внутри любого государства должны быть основы, условия, которые создают базу для недовольства, и это не зависит от внешних сил, это исключительно внутренняя позиция. Кстати, в начале этих событий президент Ирана Масуд Пезешкиан заявил: „Это мы виноваты в том, что происходит, это мы не сделали много, что могли бы“. В этом он совершенно прав», - отметил учёный.

В то же время США и Израиль заинтересованы в свержении существующего режима в Иране. «Правда, действуют они по-разному. Если Белый дом в лице Дональда Трампа заявлял, что готов для поддержки выступлений против иранских властей даже на нанесение ударов по территории Ирана, то Израиль проводит более хитрую политику, предпочитая использовать собственную агентуру в стране. Израиль против нанесения удара по иранской территории, поскольку сам этот факт может привести к сплочению части протестующих с властью против внешнего врага… Сами Соединённые Штаты и их союзники уже призвали своих граждан покинуть территорию исламской республики. Правда, граждан США там не так много, чего нельзя сказать о количестве лиц с двойным гражданством – иранским и американским. Временно прекратило свою работу и посольство Великобритании в Тегеране. Такое ощущение, что удар по Ирану, которым грозит Трамп, всё-таки рано или поздно будет нанесён, но вопрос – какой именно? Есть несколько вариантов: или это будет показательный удар, который только подтвердит многочисленные слова президента Трампа, или это будет удар исключительно по тем силам, которые противостоят протестующим. Речь идёт об объектах Корпуса стражей исламской революции и ополчения “басидж”. Но есть и вариант с более серьёзным ударом, направленным на уничтожение ядерных и ракетных объектов. Это будет означать войну. Трамп совершенно непредсказуем, всё зависит от его настроения и от политики, которую он так “сильно” проводит», - пояснил В. Сажин.

Скептически отозвались эксперты о перспективах сына свергнутого в 1979 году шаха, проживающего ныне в США, стать лидером оппозиции.

«Многие протестовавшие помнят и знают, какая жизнь была при шахе, и они понимают, что ничего хорошего возвращение Резы Пехлеви, если он встанет во главе государства, не принесет. Но это и нереально даже, потому что никто не позволит ему вообще появиться в Иране, тем более возглавить иранское государство. Конечно, по медийному влиянию во время протестов сын шаха затмевает всех. Это неудивительно, поскольку он проживает в США, где существует немало монархистов, бежавших из страны в конце 70-х годов ХХ века, и поддержкой которых он пользуется. Но внутри самой страны сторонников шахзаде крайне мало», — сказал Чрезвычайный и Полномочный Посол в Иране (2021-2005 гг.) Александр Марьясов.

В свою очередь, старший научный сотрудник центра изучения стран Ближнего и Среднего Востока Института востоковедения РАН Владимир Сажин заявил, что, по разным оценкам, всего около 8% населения Ирана если не поддерживает, то, по крайней мере, нормально относится к Пехлеви. «Почему часть протестовавших в ходе своих выступлений заявляла, что она поддерживает кронпринца? Это лозунг, выдвигая который, они тем самым показывали, насколько они не приемлют существующий политический режим в стране», - отметил он.

В свою очередь, военный эксперт, заведующий отделом евразийской интеграции и развития ШОС Института стран СНГ Валерий Евсеев отметил, что важнейшим фактором, повлиявшим на возникновение протестов в Иране, стала ирано-израильская война в июне 2025 года, после которой многие ожидали проведения реформ государственного управления. Их не произошло, что вызвало дополнительное напряжение, которое и так присутствовало в иранском обществе. Сыграла свою роль и активная работа США и Израиля по подготовке протестов внутри страны: «В чём она заключалась? В страну было завезено большое количество терминалов для связи, чтобы можно было беспрепятственно выходить в сеть интернет. Была надежда на то, что хотя бы на начальном этапе это позволит управлять протестным движением и максимально искажать ту картину, которая наблюдалась в действительности. В реальности в Иране оказалась китайская аппаратура, которая позволила блокировать эти терминалы, выявлять места их работы и, как следствие, провести задержания и аресты лиц, пользующихся этими терминалами. Поэтому утверждать, что Запад вообще не участвовал в подготовке этих протестов, было бы неверно», - отметил эксперт.

«Интересен и другой вопрос: как повели себя национальные меньшинства? В ходе протестов они вели себя по-разному. Вооруженное сопротивление оказали курды и белуджи. Частично они использовали те запасы, которые у них были, а частично воспользовались поставками из Иракского Курдистана и Пакистанского Белуджистана соответственно. Но в этой схеме участвовали ещё и афганцы. С афганцами была следующая история: когда в 2025 году произошла ирано-израильская война, они активно помогали Израилю, поэтому около 3 млн. из 6 млн. находившихся в республике афганцев были высланы из страны; на этой почве возникла обида и желание отомстить. В результате часть оружия поступала еще и из Афганистана. Пакистанские власти были против, но они не контролируют полностью территорию Белуджистана, а наличие общей границы с Афганистаном и Пакистаном позволило осуществить поставки. Наконец, на территории Ирана проживают арабы. Они участвовали в протестах, но вооруженное сопротивление было минимальным. Но самым нетипичным стал тот факт, что в вооруженных выступлениях практически не принимали участия (иранские-ред.) азербайджанцы. Это принципиально важно, поскольку, если бы удалось всколыхнуть ещё и их, процесс приобрёл бы неуправляемый характер», - отметил военный эксперт.

«Когда мы говорим о политике Дональда Трампа, нужно понимать, что действующий президент США - человек весьма эмоциональный и не просчитывающий наперёд последствия своих действий. Это хорошо видно и по Ирану, и по Венесуэле», - пояснил В.Евсеев.

«В принципе, когда говорят о возможном противостоянии США и Ирана, рассматривают два возможных сценария, сейчас уже, наверное, три… Первый – крупномасштабное вторжение на территорию Исламской Республики Иран. Для него у США войск в регионе нет. Раньше для подготовки войны с Ираном использовалось три ударных авианосных группы, сейчас есть одна. По количеству войск – нужно было развернуть порядка 300 тыс. военнослужащих. Поэтому крупномасштабное вторжение сразу отметалось. Второй вариант - спецоперация по аналогии с проведённой в Венесуэле. Поступить так можно, но неясно, какие цели преследует такой вариант. К тому же от Вашингтона этого ждут, а значит, эффекта внезапности не будет по определению», - пояснил В.Евсеев.

«Нужно понимать ещё один факт. В текущем году, 4 июля, США готовятся отметить масштабную дату - 250-летие своей независимости. В преддверии этого юбилея честолюбивый американский лидер намерен сделать щедрый жест к 250-летию независимости США и дополнительно укрепить свои позиции.

«Если бы война была не молниеносной, то это бы создавало и большие риски для него. К юбилею государственности Трамп собирался принести на блюде Венесуэлу: он же называет себя президентом этой страны. Может быть, он бы хотел назвать себя еще президентом Исламской республики Иран, и как минимум Гренландии еще, забрав её у Дании. В общем, у Трампа есть планы на 4 июля», - сообщил Евсеев.

Тем не менее, эксперт счёл необходимым подчеркнуть, что затяжной военный конфликт, особенно с большими жертвами, привел бы не только к политическому фиаско Трампа в свете празднования 250-летия независимости США и выборов в конгресс, но и всей Республиканской партии. В Белом доме это, несмотря на неприязнь к Тегерану, хорошо понимают, поэтому до сих пор взвешивают все «за» и «против», стремясь выбрать наиболее оптимальный для себя вариант действий и дожидаясь выгодного для себя момента, считает эксперт.

Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.

Подписывайтесь на наш Telegram – канал: https://t.me/interaffairs