ГЛАВНАЯ > Экспертная аналитика

Каждому полюсу по «цифре». Государственные цифровые валюты могут стать еще одной сферой конкуренции между державами

09:58 30.09.2020 • Андрей Кадомцев, политолог

Журнал China Finance, который издает Народный банк Китая, пишет о необходимости для КНР стать первой страной, которая выпустит в обращение цифровую национальную валюту. Как передает Reuters, по мнению журнала, данный шаг будет способствовать усилиям Китая по расширению международной роли юаня. А также уменьшит зависимость страны от международной долларовой платежной системы.[i] Также отмечается, что права на выпуск и контроль цифровой валюты станут «новым полем битвы», сферой конкуренции между суверенными государствами.

По данным Банка международных расчетов, в последнее время почти четыре пятых центральных банков мира, в той или иной мере, изучают возможность создания национальных цифровых платежных систем. Центральным элементом в таких системах должны стать национальные цифровые валюты, известные также как цифровые валюты центральных банков (CBDC). CBDC – это виртуальные деньги, эмиссию и контроль над которыми осуществляет национальный, или наднациональный, как в случае ЕЦБ, центральный банк. И которые существуют лишь в виде записей на чипах компьютерной памяти и не предполагают выдачи наличных.

CBDC полностью контролируются государственными финансовыми институтами. В отличие от большинства нынешних криптовалют, они эмитируются централизованно и являются эквивалентом традиционных «бумажных» денег, только в цифровой форме. Центральный банк, эмитирующий CBDC, выступает в роли не только регулятора, но и держателя счетов всех владельцев национальной цифровой валюты. Каждая единица CBDC выступает в роли эквивалента бумажной банкноты. В целом, предполагается, что CBDC способны заимствовать лучшие качества криптовалют – удобство и безопасность. Добавив к этому проверенные временем свойства традиционной банковской системы: регулирование денежного оборота и его обеспечение надлежащими резервами.

Пионером во внедрении цифровых государственных валют выступает Китай. Первые теоретические исследования на тему цифрового юаня были начаты по инициативе Народного банка Китая (НБК) еще в 2014 году. Исследовательская лаборатория по вопросу цифровых валют появилась в 2017.[ii] В конце апреля нынешнего года официальный представитель НБК подтвердил начало испытаний цифрового юаня в нескольких городах КНР: Шеньчжене, Сучжоу, Ченгду, Сюнъань, а также «в местах проведения Зимней олимпиады 2022» в Пекине. Практическую работу осуществляют «уполномоченные структуры» в лице коммерческих банков и платежных систем. Такая структура позволяет избежать концентрации рисков на уровне ЦБ, а также снизить расходы на создание и развитие инфраструктуры. Среди других стран мира, ближе всех к началу тестовой эксплуатации цифровой валюты – э-кроны, подошла Швеция.

CBDC КНР существенно отличается от нынешних частных проектов криптовалют. Эмиссия осуществляется централизованно, а репутация центрального банка не ставится под сомнение; что делает излишней ключевую для частных криптовалют технологию blockchain. В случае одобрения идеи о начале выпуска цифрового юаня, такие денежные единицы станут частью агрегата М0, наряду с банкнотами, монетами и депозитами на счетах НБК. При всем том, речь о замене цифровой валютой всех наличных денег в настоящий момент не идет.

Скептики полагают, что «цифровой юань» сохранит в ближайшее время все те же ограничения, например, с точки зрения конвертируемости, что и фиатный. Что «главная цель Пекина — не интернационализация юаня, а установление тотального контроля над платежами граждан и компаний, борьба с теневой экономикой и коррупцией».[iii] Что речь не идет об «изобретении денег заново», а «перспектива Китая в отношении статуса резервной валюты зависит от того же набора факторов, что применимы к эмитенту этой валюты».[iv]

Тем не менее, геополитические последствия начала эмиссии CBDC могут быть очень значительны. Еще несколько лет назад журнал Newsweek отмечал, что власти и спецслужбы США стали внимательно наблюдать за первой частной криптовалютой, bitcoin буквально с первых дней его появления. Главное опасение состоит в том, что «врагам Америки», будь то государства или негосударственные образования, удастся создать финансовую сеть, абсолютно не зависящую от американского доллара. В этом случае США потеряли бы важнейший инструмент невоенного давления на своих оппонентов и врагов.

Напомним, что в настоящее время, более четырех пятых всех валютно-обменных операций в мире приходится на доллар. В результате, для блокирования нежелательных финансовых операций, Вашингтону достаточно внести подозрительных лиц, организации или государства в «черный список», рассылаемый во все банки мира. Из-за опасений потерять возможность проведения расчетов в долларах, подавляющее большинство финансовых учреждений мира послушно выполняют указания американских властей. В таком контексте, частные криптовалюты вызывают в Вашингтоне опасения, но, скорее, правоприменительного, чем политического характера.

Иное дело, если и когда за эмиссию криптовалют возьмутся государства или межгосударственные институты. Могут потерять смысл односторонние санкции; а также выход одной страны, даже такой могущественной, как США, из многосторонних соглашений, выполнение условий которых подкрепляется угрозой введения санкций. Наконец, Вашингтон утратит возможность беспрепятственно отслеживать денежные потоки в долларах.

Государственные цифровые валюты угрожают такому весомому рычагу политического влияния США, как система межбанковских расчетов SWIFT. Поскольку потенциально обеспечивают почти мгновенную возможность проведения международных платежей, и всё без участия доллара. На фоне роста раздражения относительно эскалации Америкой политики санкций, Канада, Сингапур, Гонконг и Таиланд тестируют обмен информацией и проведение платежей без участия SWIFT и американских банков-корреспондентов. ЕЦБ создал рабочую группу, изучающую возможности взаимодействия проектов национальных цифровых валют, с участием Канады, Японии, Швеции, Швейцарии и Великобритании.[v]

С этой точки зрения, появления цифрового юаня носит особенно угрожающий для США характер. Поскольку, при наличии соответствующих усилий со стороны Пекина, возможно быстрое формирование круга стран в Африке, на Ближнем Востоке и Юго-Восточной Азии, ведущих торговлю без использования доллара США.

Лидирующие позиции в области цифровых финансовых технологий, Финтеха, позволяют Китаю предложить своим партнерам полный спектр инфраструктурных решений, как на государственном уровне, так и для конечных потребителей, коммерческих структур и частных лиц. Проведение платежей, получение и погашение кредитов, платежные терминалы, покупки и оплата услуг онлайн. В свою очередь, подобные меры повысят спрос на юань в качестве резервной валюты. А КНР фактически получит право вето на любое решение других стран о введении санкций против кого-либо.[vi]

Пример возможных геоэкономических последствий подобного развития событий представил еще год назад датский Saxo Bank в рамках серии своих традиционных «шокирующих предсказаний». Согласно одному из них, в 2020 году прогнозировалось появление «нового резервного актива», цифрового Азиатского права заимствования (ADR), эмитентом которого выступил бы Азиатский банк инфраструктурных инвестиций (АБИИ). ADR стал бы «очевидным шагом» в сторону «устранения американского доллара из региональной торговли», а также, вероятно, и мировой. Доллару, при таком развитии событий, предсказывалось ослабление «на 20% относительно ADR и на 30% — относительно золота» «всего за несколько месяцев»[vii].

На сегодняшний день, существуют несколько сценариев формирования валютно-цифровой «многополярности». В условиях нынешней торгово-финансовой конфронтации США и КНР, и при сохранении поступательного расширения масштабов присутствия Китая в мировой экономике, наиболее вероятным представляется движение в сторону «биполярной» системы цифровых валют, доллара и юаня. С важной, но, преимущественно, региональной ролью цифровых евро и японской йены.

Вместе с тем, в условиях растущей озабоченности международных экономических и финансовых структур по поводу эскалации противостояния доллар-юань, могут вырасти шансы «третьей силы» на превращение в глобальное цифровое средство платежей и резервный актив. И первый претендент – пока гипотетический «цифровой евро». В пользу цифровой валюты, эмитируемой ЕЦБ может сыграть политическая «отстраненность» главного института монетарной политики в еврозоне. ЕЦБ, время от времени, подвергается критике со стороны финансовых властей едва ли не каждой из стран-членов зоны евро. И в этом – залог его «равноудаленности» и, следовательно, потенциальной привлекательности для субъектов международного торгового обмена.

Третьим вариантом может стать появление некой «глобальной», «общемировой цифровой валюты». К примеру, «оцифровка» Специальных прав заимствования МВФ. Идею «синтетической валюты-гегемона», основанной на корзине ведущих валют, высказывал не так давно бывший глава Банка Англии Марк Карни. Вместе с тем, тенденции к экономическому размежеванию, а также вызванная коронакризисом потребность многих стран в реиндустриализации, наряду с желанием защитить национальные банковские системы, может вдохнуть новую жизнь и в идею «негосударственной» международной цифровой валюты или валют. Промежуточным этапом может стать и вовсе система, где бок о бок существуют как государственные, так и частные и корпоративные цифровые платежные инструменты.[viii]

В целом, государственная цифровая валюта позволяет преодолеть такие недостатки частных криптовалютных проектов, как нестабильность курса, и ограниченное внедрение в платежный оборот. Выпуск криптовалюты центральным банком сводит на нет важнейшую проблему подобных денежных инструментов - проблему доверия к ним. В том числе, со стороны органов государственной власти и регуляторов монетарной политики.

Появление цифровой валюты, эмитентом которой выступали бы монетарные власти одной из ведущих экономик мира, имело бы весьма значительный, если не революционный, экономический и политический эффект. В частности, существенно снизило бы значимость ряда традиционных инструментов государственной международной политики. Одновременно, задав направление для разработки новых подходов, если даже не парадигм.

Вместе с тем, сегодня, главный вызов для любых цифровых платежных инструментов – возможно ли создать технологию, одновременно устойчивую к внешним воздействиям и легкую в использовании? Непредвиденные «наплывы» пользователей регулярно приводят к «падениям» государственных электронных ресурсов по всему миру, даже в отсутствие целенаправленных атак. Когда же речь пойдет о национальной цифровой валюте, предсказать последствия «отказов в обслуживании» не берется никто.

 

Мнение автора может не совпадать с позицией Редакции

 


Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.

Версия для печати