ГЛАВНАЯ > Экспертная аналитика

Турция на Балканах: марш на Запад

11:21 25.06.2020 • Андрей Исаев, журналист-международник

Балканы становятся центром притяжения для многих внешних интересантов – от Пекина до Вашингтона и от Брюсселя до Эр-Рийяда. Заметную активность на этом направлении проявляет Анкара.

Регион важен для Турции с историко-культурной, политической и экономической точек зрения, служит для нее «мостом» в Европу. К тому же тюркско-исламская парадигма внешней политики подталкивает Анкару к активным действиям: почти 17 млн., или более трети всего населения здесь – мусульмане,[i] а Реджеп Тайип Эрдоган позиционирует себя в качестве главного «адвоката» исламского мира. И надо признать, что его авторитет как покровителя балканской уммы растет.

Мусульмане численно преобладают в Албании, Косово, Боснии и Герцеговине, Санджаке (в Сербии), а в Македонии и Черногории, например, доля мусульмансокго населении составляет соответственно 33% и 17%. Более того, на полуострове проживает порядка полутора миллионов балканских турок, несмотря на то, что многие из них эмигрировали в Турцию, а после второй мировой войны Турция и Греция провели обмен населением.

Повышенный интерес к региону Анкара стала проявлять с момента распада Югославии, но новый импульс балканское направление получило в 2009 году с приходом в турецкий МИД Ахмета Давутоглу, заявившего, что Турция возьмет на себя роль посредника между ЕС и странами региона, способствуя сближению и интеграции последних в евроатлантические структуры.

С тех пор поступательным ростом характеризуются турецко-балканские внешнеэкономические связи, военно-политическое сотрудничество. Основным направлением его стало вовлечение государств региона в программы НАТО, реформирование вооруженных сил балканских государств в соответствие со стандартами НАТО. Анкара, начиная с 1995 года, принимала участие во всех натовских операциях на Балканах, командировала своих военнослужащих в международные силы безопасности в Косово, Боснии и Герцеговине. И останавливаться не планирует - в турецких военных училищах преподают сербский, хорватский и албанский языки.

В последние годы Турция все чаще заставляет говорить о своей «мягкой силе», и Балканы не стали исключением. Здесь реализуются десятки проектов в сфере образования, здравоохранения и культуры. Турция финансирует гуманитарные кампании, инвестирует крупные суммы в образовательные и медицинские проекты, в инфраструктурные и энергетические объекты. На стадии осуществления находится план создания совместных учебников по истории региона с Албанией, Северной Македонией, Боснией и Герцеговиной. А по признанию интернет-издания Balkan Insight, популярность турецких «мыльных опер» на Балканах способствует росту авторитета Турции, одновременно позволяя ей «переписывать историю».

Если в 1990-е годы балканская политика Анкары была направлена прежде всего на близкие в этническом и религиозном отношении государства и группы населения, то сегодня Турция пытается «охватить» своим вниманием все страны полуострова. При этом основными партнерами турки считают Албанию, Боснию и Герцеговину, Северную Македонию, Румынию. Контрагентами «второго уровня» - Хорватию, Черногорию, Косово и Сербию. Причем, значение последней в глазах турецкой дипломатии растет.

Так, Эрдоган, посетивший Белград в октябре прошлого года, назвал Сербию «ключевой страной для мира и стабильности на Балканах», сотрудничество с которой достигло «идеального» уровня.

В оппонентах числятся Болгария (в меньшей степени) и Греция – страны, в которых сильны антитурецкие настроения. Особенно - Греция. Как отмечает турецкая газета Hürriyet, Анкара и Афины «противостоят друг другу на нескольких фронтах» - это сухопутная граница, акватория Эгейского моря, Кипр и в целом Восточное Средиземноморье, где дискуссионными остаются вопросы о богатом природным газом континентальном шельфе и морских границах.[ii] Спор о принадлежности разведанных и предполагаемых газовых месторождений совсем недавно чуть было не вылился в открытое противостояние: министр обороны Греции Никос Панайотопулос в интервью греческому телеканалу Star тогда пригрозил даже «взяться за оружие». Его турецкий коллега ответил адекватно: «... мы настойчивы и решительны в защите наших интересов и наших прав, и у нас есть необходимая для этого мощь». Правда, довольно скоро обе стороны смягчили риторику.

В Балканском регионе Турции приходится конкурировать прежде всего, - с Европейским союзом, небезосновательно рассматривающим регион как «естественную» зону своих интересов. Причем, накал этой конкуренции нарастает по мере общего охлаждения отношений между Анкарой и Брюсселем.

Евроатлантический вектор сегодня доминирует во внешней политике практически всех балканских стран, несмотря на то, что радужные ожидания от расширения сотрудничества с Западом пока оправдываются далеко не всегда. «Европейской солидарности не существует», - грустно констатировал, например, сербский президент, объявляя в стране чрезвычайное положение из-за коронавирусной пандемии. [iii] Тем не менее Болгария, Румыния, Албания, Хорватия, Черногория и Северная Македония вступили в НАТО; Болгария, Греция, Румыния и Хорватия, являются членами ЕС, Сербия и Черногория ведут переговоры о вступлении в единую Европу, Албании и Северной Македонии Брюссель дал на это зеленый свет.

Хотя при этом чиновники Евросоюза в последнее время все чаще признают, что у них уже нет возможностей для приема новых членов - внутренних проблем хватает.

Однако, ЕС не снижает активности, так как, по мнению целого ряда западных аналитиков, чуть ли не единственным фактором, сдерживающим очередной «балканский взрыв», являются надежды стран региона на вступление в ЕС. Плюс к этому беспокойство у европейцев вызывает нарастающая активность Турции, Саудовской Аравии и ОАЭ в регионе. Вспомним, еще в 2017 году министр обороны Австрии Ханс-Петер Доскоцил выразил озабоченность «медленной исламизацией Балкан». Ну и, конечно, ЕС старается всеми силами уменьшить влияние России и Китая.

В этом деле полное единодушие с Брюсселем проявляет Вашингтон. Так в мае 2018 года госсекретарь США Майк Помпео, выступая в Комитете по международным делам палаты представителей США, заявил, что Россия (и Турция тоже) якобы занимаются «дестабилизацией ситуации» на Балканах. Отсюда - усиление военного присутствия американцев (их военные базы расположены на территории трех стран региона) и привлечении балканских государств к программам НАТО. Хотя, согласно официальной формулировке Госдепартамента, единственной целью американской политики на Балканах, является «содействие государствам региона в укреплении мира, установлению стабильности и создание условий развития».[iv] Но Балканы помнят югославский кризис и роль НАТО в агрессивном развале этого государства.

В текущих условиях трения с Анкарой толкают Вашингтон к созданию своей военной инфраструктуры с опорой на Румынию, здесь размещены элементы ПРО США, и Болгарию, где развернуты аж четыре американские военные базы. А два года назал США анонсировали создание еще нескольких баз на полуострове, преимущественно в Греции.

Сегодня Балканы можно отнести к важным направлениям для российской внешней политики. В ряде стран, и прежде всего в Сербии, сохраняется запрос на российское присутствие. По мнению авторов доклада «Куда идут Балканы? Новая парадигма сотрудничества для России» (2018 г.) дискуссионного клуба «Валдай», России необходимо приложить усилия к расширению круга партнеров в этом регионе, одновременно налаживая взаимодействие с внешними игроками.[v] Одним из направлений такого взаимодействия могло бы стать продолжение «Турецкого потока» в Европу.

Возвращаясь к Турции, подчеркнем важность региона в рамках парадигмы «неоосманизма», которая предполагает распространение экономического, культурного и политического влияния на бывшие территории Османской империи. Эта доктрина в последние годы официально не декларируется, но фактически составляет идеологическую основу внешней политики государства.

В 90-х годах прошлого века, на волне эйфории от образования целого ряда тюркских государств, одним из главных направлений внешней политики Анкары было провозглашено создание «Тюркского мира» - по мнению политических элит страны, лидерство в этом «мире» повысило бы значимость Турции на международной арене и таким образом облегчило бы ее вступление в Европейский союз. Сейчас, похоже, поставлена более амбициозная задача: в рамках этой идеологии Турция претендует на то, чтобы позиционировать себя в качестве равноправного партнера всей единой Европы, и присутствие на Балканах для нее жизненно важно.

«Тюркский мир» не сложился по многим причинам, среди прочего, идею не поддержал Запад, своих же сил и влияния у Турции на ее реализацию не хватило. Точно также Западу не нужен Pax Ottomana ни в какой форме, а усилия по его построению могут в конечном итоге оказаться непосильным грузом для турецкой экономики.

 

Мнение автора может не совпадать с позицией Редакции

 


Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.

Версия для печати