ГЛАВНАЯ > Экспертная аналитика

Иран: ракеты и политика

13:25 15.12.2019 • Владимир Сажин, старший научный сотрудник Института востоковедения РАН, кандидат исторических наук

На днях постоянные представители Великобритании, Франции и Германии при ООН в совместном послании генсеку Антониу Гутерришу обвинили Исламскую Республику Иран (ИРИ) в разработке баллистических ракет, способных нести ядерный заряд.[1]

В своем письме дипломаты трех европейских стран привели четыре примера испытаний баллистических ракет средней дальности[2], осуществленных Ираном в этом году. [3]

По мнению европейцев, подобная деятельность Ирана в сфере развития ракетных технологий и НИОКР [4] несовместима с резолюцией Совета Безопасности № 2231 от 20 июля 2015 года, одобряющей ядерное соглашение.

Однако объективно говоря, нарушений со стороны Ирана не было и нет. Как всем известно, ядерное соглашение – Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД) вообще не содержит упоминаний о запрете на ракетные испытания, а в Резолюции 2231 говорится: «К Ирану обращается призыв не осуществлять любую деятельность, связанную с разработкой и созданием баллистических ракет, спроектированных таким образом, чтобы они были способны доставлять ядерное оружие, включая запуски с использованием технологии баллистических ракет, до даты, наступающей через восемь лет после даты принятия СВПД, или до даты, когда МАГАТЭ представит доклад, подтверждающий расширенное заключение, в зависимости от того, что произойдет раньше».[5]

То есть это лишь призыв к Ирану воздержаться от ракетной деятельности и то - до 20 июля 2023 года. Но этот призыв вряд ли был услышан в Тегеране. В условиях жесткого давления на Иран со стороны США трудно остановить программу развития ракетных технологий, уже более 30 лет развиваемую военно-промышленным комплексом ИРИ, который находится под полным контролем Корпуса стражей исламской революции (КСИР).

За эти годы Иран сформировал мощную ракетостроительную инфраструктуру, объединяющую семь крупных научно-производственных центров и около двух десятков производств, прямо или косвенно осуществляющих ракетную программу ИРИ.

И надо отметить, что иранский научно-промышленный комплекс обеспечил значительные успехи в ракетной сфере. Создана целая линейка (свыше 20 направлений) ракет различных типов и классов. Естественно, оппонентов Ирана особо беспокоят баллистические ракеты среднего радиуса действия (БРСД).

На основе семейства Shahab с помощью северокорейских технологий удалось создать Shahab-3 дальностью до 1700 км. От нее «отпочковалась» новая серия – Ghadr, представляющая три ее модификации: одноступенчатая Ghadr -101» с дальностью полёта до 800 километров; двухступенчатые Ghadr -110» - 2000-2500 километров и Ghadr -110A» - до 3000 километров.

Иранские специалисты, используя китайский опыт и технологии, приобретали практику создания твердотопливных ракет на примере ракет малой дальности. И добились успеха. Становится все более очевидной тенденция перехода в военной сфере ИРИ от производства жидкостных ракет к твердотопливным, что существенно повышает их боеготовность. В 2009 году была испытана двухступенчатая твердотопливная ракета Sejil. Дальность стрельбы этой ракеты составляет 2,2 тыс. км, а при уменьшении веса головной части до 500 кг - до 3 тыс. км.

Как считают специалисты, в ближайшие годы программы ИРИ по совершенствованию баллистические ракет средней дальности получат дальнейшее развитие. После принятия на вооружение твердотопливной ракеты Sejil-2 через четыре-пять лет возможно создание новой трехступенчатой баллистической ракеты использующей твердое топливо. По имеющимся оценкам дальность ее полета при головной части весом в 1 тонну составит до 3,5 тыс. км.[6]

Еще одной новейшей разработкой иранского ВПК является БРСД Khorramshahr. [7] Дальность действия ракеты составляет 2000 км. Ракета может оснащаться несколькими боеголовками индивидуального наведения (MIRV).[8]

Тегеран планировал также разработку баллистических ракет семейства Shahab с дальностью стрельбы до 5-6 тыс. км. (то есть межконтинентальных ракет). Однако, по мнению специалистов, иранские возможности развития ракет в этом направлении в значительной степени исчерпаны. [9]

Иран не только производит современные ракетные системы, но и успешно применяет их. Так, ракетные подразделения КСИР неоднократно наносили удары по целям в Сирии. 18 июня 2017 г. с ракетных баз в иранских провинциях Керманшах и Курдистан было запущено 10 ракет Zolfaghar и Shahab-3 по позициям ИГИЛ (запрещена в РФ). По имеющейся информации ракеты пролетели около 650 км, после чего поразили цели в районе Дейр Эз-Зор. 1 октября 2018 г. шесть иранских БРСД Qiam и Zolfaghar стартовали с пусковых установок в провинции Керманшах и пролетев 570 км., поразили командные пункты террористов на восточном берегу Евфрата, в районе Абу-Кемаль. [10]

Развитие ракетных НИОКР и возможности иранского ВПК достигли такого уровня, что в зоне досягаемости иранских ракет находятся не только цели в Сирии, но и других соседних территорий. При этом военно-политическое руководство ИРИ рассматривает ракеты средней дальности в качестве своего рода «оружие возмездия» в случае агрессии против своей страны.

Именно исходя из этих соображений, Тегеран наотрез отказывается сворачивать свою ракетную программу. В ответ на озабоченность иранским ракетным потенциалом, выраженную послами Британии, Германии и Франции при ООН, постпред ИРИ в этой международной организации Маджид Тахт Раванчи заявил: «Иран полон решимости продолжать свою деятельность, связанную с баллистическими ракетами и космическими ракетами-носителями» [11]

Насколько подобная политика соответствует международному праву? Мы уже выяснили, что ракетная программа ИРИ формально не вступает в противоречие с СВПД. Однако есть и другие международные законодательные акты ограничивающие развитие и распространение ракетного оружия. Например, «Режим контроля за ракетными технологиями (РКРТ)» [12] и «Международный кодекс поведения по предотвращению распространения баллистических ракет» (МКП) [13].

РКРТ вписывается в общую систему нераспространения оружия массового уничтожения (ОМУ) и средств его доставки. Но он имеет свои особенности, свою специфику.

Если говорить об ОМУ, то в основе законодательных актов по этому вопросу лежат: Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), Конвенция о запрещении разработки, производства, накопления и применения химического оружия, Конвенция о запрещении биологического оружия.

Все эти документы являются юридически обязывающими международными договорами, подписанными и ратифицированными подавляющим большинством стран. Во исполнение этих договоров созданы ограничительные списки, связанные с экспортом соответствующих товаров, тем самым (вместе с некоторыми другими мероприятиями) создана организационная основа нераспространения ОМУ.

В отношении непосредственно средств доставки ОМУ положение совсем другое. Здесь нет чего-либо похожего на упомянутые договоры и конвенции.

По ракетным средствам доставки создан своего рода клуб избранных государств, которые добровольно решили ввести ограничения на свой собственный экспорт в области ракетных технологий - РКРТ. Более того, РКРТ - это вообще не соглашение в прямом смысле этого слова. Это своеобразное джентльменское соглашение.

Спустя несколько лет после заключения РКРТ, государства - его участники[14] - пришли к выводу, что неохват большинства стран мира (по количеству) какими-либо обязательствами при наличии у них стремления быть «сильными» сам по себе представляет определённую угрозу.

По этой причине они выступили инициаторами разработки МКП, имея в виду передать его затем международному сообществу, в т.ч. и ООН. В 2002 г. в Гааге 93 страны приняли этот Кодекс, который вместе с РКРТ должен укрепить ракетное нераспространение.

Основными целями Кодекса являются:

  • обеспечение доверия и транспарентности в отношении программ баллистических ракет (БР) и космических ракет-носителей (КРН), в т.ч. на основе регулярных сообщений об испытательных пусках ракет;

  • признание государствами, принявшими МКП, того факта, что приверженность разоруженческим и нераспространенческим нормам и полное их соблюдение укрепляет доверие в отношении мирных намерений государств;

  • обязательство со стороны государств, принявших МКП, не оказывать содействие каким-либо программам баллистических ракет в странах, которые возможно разрабатывают ОМУ, используя способы, несовместимые с нормами, установленными договорами по разоружению и нераспространению.

При этом Иран не присоединился ни к одному из этих «джентльменских соглашений» по ракетам.

Безусловно, в нынешней чрезвычайно разогретой международной обстановке было бы позитивным дальнейшее расширение состава членов РКРТ за счёт присоединения к нему других ракетных держав, прежде всего Ирана, Индии, Пакистана и Северной Кореи. В сущности, в настоящее время присоединение к Режиму, не входящих в него обладателей ракетных технологий, представляется основным способом предотвратить ракетное распространение, исходящее от нечленов РКРТ.

Однако, исходя из нынешней политики президента США Трампа, который вывел Соединенные Штаты не только из СВПД, но и из Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД), было бы корректным констатировать, что надеяться на добрую волю неприсоединившихся к РКРТ и МКП стран и убедить их ограничить свои ракетные возможности нереально.

Что же касается Ирана, то эта страна в своей ракетной деятельности формально, как мы уже констатировали, не нарушает ни СВПД, ни международных договоренностей, ограничивающих ракетные технологии, ни «джентльменских соглашений» по ракетам (поскольку не участвует в них).

Беспокойство оппонентов ИРИ понятно - ракетоносители большой дальности и ядерное оружие – это две стороны медали: они не нужны и не логичны друг без друга. В этом плане, конечно, ракетная программа Ирана способна вызывать опасения. Возможно, в перспективе – при смене политики США в отношении ИРИ, появятся условия для начала равноправного диалога, взаимовыгодных переговоров и по иранской ракетной программе. Сегодня же инициатива дипломатов Великобритании, Франции и Германии явно преждевременная. Она явно не отвечает особенностям нынешней международной обстановки, ситуации в Иране и вокруг него из-за односторонней политики США.

 

Мнение автора может не совпадать с позицией Редакции

 


[1] Сайт издания AlJazeera. Europeans warn Iran over nuclear-capable missile development. 05.12.2019. [Электронный ресурс] – URL: https://www.aljazeera.com/news/2019/12/europeans-warn-iran-nuclear-capable-missiles-development-191205070418122.html

[2] По международной классификации ракеты подразделяются на ракеты малой дальности, средней (от 1000 до 5500 км) и большой дальности (свыше 5500 км – то есть межконтинентальные ракеты).

[3] 23.04.19. - испытание ракеты «Shahab-3», 24.07.19. – ракеты Borkan-3; 02.08.19. - ракеты Qiam-1; 29.08.19. – неудачная попытка запуска ракеты Safir.

[4] НИОКР – научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы

[5] Сайт ООН. [Электронный ресурс] – URL: https://undocs.org/ru/S/RES/2231(2015)

[6] Ганиев Т., Задонский С, Карякин В. Военная мощь Исламской Республики Иран. Том I, М.:ИБВ,2019,-536с. С. 470

[7] Ракета получила это название в честь иранского города Хорремшехр, который во время ирано-иракской войны (1980 – 88 гг.) иранские бойцы удерживали 26 дней при четырехкратном превосходстве иракцев в живой силе. Интенсивность сражений принесла городу прозвище «Город крови».

[8] Сайт Global Security [Электронный ресурс] – URL: https://www.globalsecurity.org/wmd/world/iran/khorramshahr.htm

[9] Ганиев Т., Задонский С, Карякин В. Военная мощь Исламской Республики Иран. Том I, М.:ИБВ,2019,-536с. С. 467

[10] Сайт информационного агентства EurAsia Daily. 02.10.2018. [Электронный ресурс] – URL: https://eadaily.com/ru/news/2018/10/02/iranskiy-general-raketnym-udarom-v-sirii-unichtozheny-desyatki-liderov-ig

[11] Сайт информационного агентства Reuter. 05.12.2019. [Электронный ресурс] – URL: https://www.reuters.com/article/us-iran-nuclear-un/iran-says-it-will-continue-ballistic-missile-program-tweet-idUSKBN1Y9206

[12] РКРТ является добровольным соглашением 34 государств. РКРТ образован в 1987 году с целью снижения риска распространения ядерного оружия посредством установления контроля за поставками оборудования и технологий, способствующими разработке беспилотных систем доставки ядерного оружия.

Список оборудования, материалов и технологий, которые могут быть использованы при создании средств доставки ядерного оружия, состоит из двух категорий (I и II). В категорию I входят ракеты (включая баллистические ракеты, ракеты-носители и исследовательские ракеты), способные доставлять полезную нагрузку не менее 500 кг на дальность не менее 300 км, атмосферные беспилотные летательные аппараты (включая крылатые ракеты). Считается, что продукция категории I не может передаваться другой стороне. Во II разделе списка содержится то, что можно при определенных условиях передавать (продавать) в другие страны. Подробнее см. [Электронный ресурс] – URL: https://mtcr.info/wordpress/wp-content/uploads/2016/04/MTCR_Annex_Handbook_RUS.pdf

[13] Сайт Консорциум Кодекс. Электронный Фонд правовой и нормативно-технический документации [Электронный ресурс] – URL: http://docs.cntd.ru/document/902114201

[14] Государства - участники РКРТ: Австрия, Австралия, Аргентина, Бельгия, Бразилия, Великобритания, Венгрия, Германия, Греция, Дания, Ирландия, Исландия, Испания, Италия, Канада, Люксембург, Нидерланды, Новая Зеландия, Норвегия, Польша, Португалия, Россия, США, Турция, Украина, Финляндия, Франция, Чешская Республика, Швейцария, Швеция, Южная Африка и Япония. Китай и Израиль заявили о своем намерении соблюдать принципы РКРТ.

Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.

Версия для печати