Сирийское урегулирование: дорогу осилит идущий

22:46 23.11.2017 Андрей Исаев, журналист-международник


Обсуждать проблему сирийского урегулирования после победы над террористами к президенту России в Сочи приехали лидеры Турции и Ирана. Впервые за 500 лет дипотношений России с этими странами. Значит, оно того стоит.

Владимир Путин, Реджеп Таййип Эрдоган и Хасан Рухани, отметив существенные успехи в борьбе с терроризмом (по словам Владимира Путина, удалось  предотвратить распад страны!), подтвердили готовность наращивать взаимодействие и дальше. А по итогам переговоров глава РФ отметил: «теперь стоит уделить особое внимание процессу политического урегулирования». Министерство иностранных дел Сирии приветствовало итоговое заявление трех лидеров.

В совместном итоговом заявлении стороны подчеркнули, что «Астанинский формат и его достижения стали эффективным инструментом содействия миру и стабильности в Сирии». Ведь именно в Астане за столом переговоров встречаются силы, непосредственно задействованные в сирийском кризисе, тогда как в Женеве общаются в основном те, кто выпестован западными странами. Один факт отсутствия там Турции и Ирана говорит о многом.

Накануне переговоров российский президент принял в сочинской резиденции Башара Асада, разговаривал по телефону с лидерами США, Израиля, Египта, Катара и Саудовской Аравии – дабы пресечь возможные разговоры о кулуарном и сепаратном характере совещания в Сочи.

Известно, что борьба с общим врагом сплачивает союзы и коалиции. Но чем ближе победа, тем явственнее выступают разногласия, коренящиеся в национальных интересах союзников. С чем же стороны подошли к переговорам?

Сыгравшая основную роль в разгроме террористических формирований (что признает и сирийский президент) Россия призывает к созданию в Сирии баланса сил и интересов всех игроков (в том числе и внешних) – после многолетней войны другого пути к нормализации обстановки просто нет. И сейчас Москва заинтересована в политическом компромиссе между самыми различными сирийскими акторами, что, помимо достижения главной задачи - внутрисирийского мира, - еще больше укрепит ее авторитет международного посредника, действующего непредвзято и эффективно.

В Тегеране ситуация видится несколько иначе. Сквозь призму иранской внешнеполитической парадигмы успехи на поле боя выглядят, прежде всего, как победа над суннитским терроризмом (благо и ИГ, и Джебхат ан-Нусра рекрутируют неофитов именно этой конфессии), и искать компромиссы теперь в общем-то необязательно. Не случайно совсем недавно премьер-министр Турции Бинали Йылдырым раскритиковал Иран за стремление установить в регионе «гегемонию одной из ветвей ислама».

Далее, Тегерану не по душе стремление России учитывать интересы Израиля, который не останавливается перед обстрелом иранских и проиранских формирований, когда они подходят слишком близко к Голанским высотам. Пока Иран терпит эти выпады и не отвечает. На сколько еще хватит его терпения, неизвестно.

Анкара по ходу войны смогла во многом «перестроиться», что позволило ей претендовать на одну из ведущих ролей в региональной политике. «Не только Россия и Иран, но уже США, Франция и даже Саудовская Аравия занимают более гибкую позицию по Асаду. - признал глава турецкой дипломатии Мевлют Чавушоглу. - Мы должны быть реалистами». Хотя по словам пресс-секретаря турецкого президента Ибрагима Калына, «Башар Асад не является тем человеком, который может возглавить демократический режим».

Отказ от непримиримой позиции совпал с ростом напряженности в отношениях с западными союзниками Турции. Реджеп Таййип Эрдоган сегодня прямо обвиняет США в том, что они «используют одну террористическую организацию против другой. Это не союзнические отношения.» Нетрудно догадаться, что турецкий лидер имеет ввиду опекаемую Вашингтоном курдскую Партию Демократический союз (ПДС) и ИГ.

Приоритетом Анкары в Сирии со временем стало не свержение Асада, а ослабление позиций курдов. Любая степень и форма курдской государственности в этой стране рассматривается как угроза территориальному единству самой Турции. Так что закрепившиеся в приграничной зоне турецкие войска покидать Сирию в обозримой перспективе явно не собираются. Более того, руководство Турции открыто говорит о подготовке силовой операции в курдском анклаве Африн. Предлог – обеспокоенность «демографической ситуацией» в этом районе. Очевидно, имеется ввиду этническая ситуация, т.е., как считают в Турции, выдавливание курдскими властями из Африна туркменского населения, во многом симпатизирующего Анкаре.

Важнейшим итогом сочинской встречи следует считать договоренность о проведении Конгресса народов Сирии. Напомним, идея была предложена Владимиром Путиным («судьбу Сирии должны определять сами сирийцы, как сторонники действующей власти, так и оппозиции») и поддержана лидерами Ирана и Турции.

Главная проблема здесь в том, что пока не понятно, кого приглашать на конгресс. Не случайно президенты трех стран в совместном заявлении согласились, что состав участников подлежит дополнительному согласованию. Всем ясно, что без представителей курдов конгресс превратится в фикцию, но Турция занимает в этом вопросе особую позицию. Она выступает не против сирийских курдов вообще (наладила же Анкара вполне деловые отношения с Иракским Курдистаном), а против ПДС, аффилированной с Рабочей партией Курдистана, которую в Турции считают террористической организацией. Но проблема в том, что как раз ПДС играет первую скрипку в политической и военной сфере в курдских районах Сирии. Так что договариваться с другими, «умеренными» с точки зрения Анкары курдами, смысла по большому счету нет. Непримиримую позицию Турции в этом вопросе Эрдоган озвучил в очередной раз по окончании переговоров в Сочи: «Исключение террористических элементов, покушающихся на национальную безопасность нашей страны, на политическое единство и территориальную целостность Сирии, останется нашим приоритетом. Раз мы выступаем за территориальное и политическое единство Сирии, мы не можем рассматривать в качестве легитимного партнера кровавую банду, которая старается разделить страну». (Цит. по: gazeteduvar.com.tr) Отступать Эрдогану теперь нельзя – на кону его политическое будущее.

По мере приближения победы над ИГ на первый план выходит курдский вопрос, который остается и камнем преткновения, и предметом торга между основными игроками в Сирии. Сыгравшие огромную роль в победе над ИГ сирийские курды, опираясь на поддержку США (по данным турецкой разведки, они получили от американцев в общей сложности три с половиной тысячи грузовиков с оружием и амуницией) уже взяли под контроль треть территории страны, при том что их доля в населении не превышает 12-15%. Американцы же создали в Сирийском Курдистане с десяток военных баз и, как и турки, уходить из Сирии явно не собираются.

Так что до окончательной нормализации обстановки в стране еще  далеко. Не случайно президенты России, Турции и Ирана заявили, что при необходимости они готовы встречаться еще.

Никто не ждет, что путь к миру будет легким. Подводя итог мирной фазы разрешении кризиса, Владимир Путин предупредил: «Этот процесс будет непростым и потребует компромиссов, в том числе от официальных властей».

Ключевые слова: Сирия Путин Эрдоган урегулирование Рухани встреча в Сочи

Версия для печати