Иракский Курдистан: политика против экономики?

12:42 22.09.2017 Пётр Искендеров, старший научный сотрудник Института славяноведения РАН, кандидат исторических наук


Намерение руководства иракских курдов провести 25 сентября референдум по вопросу независимости Иракского Курдистана создало в регионе новые линии противоречий и углубило уже имеющиеся. При этом рассматриваемый вопрос имеет как военно-политическое, так и финансово-экономическое (в том числе энергетическое) измерение.

В политическом плане главными оппонентами властей Эрбиля выступили фактически образовавшие единый тактический блок Багдад, Анкара и в значительной степени Тегеран. Верховный суд Ирака за неделю до плебисцита постановил, что вышеуказанный референдум является нелегитимным, а в качестве ключевого обоснования, согласно имеющейся информации, послужило обострение военной ситуации на турецко-иракской границе. В этом районе Турция начала масштабные военные учения, призванные продемонстрировать решимость турецкого руководства и лично президента Реджепа Тайипа Эрдогана применить все возможные меры (в том числе военные по образцу недавней операции в Сирии «Щит Евфрата») для того, чтобы воспрепятствовать созданию независимого курдского государства. Соответствующее заявление Верховный суд Ирака сделал 18 сентября. В нем подчеркивается, что Суд «издал национальный приказ о приостановке процедур референдума, запланированных до разрешения вопроса о конституционности указанного решения». (vestifinance.ru)

А учитывая, что шиитские власти Ирана действуют с оглядкой на позицию и интересы Ирана, можно говорить об укреплении общих региональных позиций противников Эрбиля – к числу которых в определенной степени можно отнести и Катар, в настоящее время активно укрепляющий взаимодействие с Турцией в условиях объявленной против него блокады со стороны других государств Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ). Как раз на днях Турция согласилась увеличить импорт из Катара сжиженного природного газа (СПГ). Катарская компания Qatargas подписала соответствующее трехлетнее соглашение с турецкой компанией Botas на поставку 1,5 млн тонн СПГ в год, что эквивалентно 2,1 млрд кубометров газа. Соответствующие поставки должны начаться уже 1 октября текущего года. При этом за весь 2016 год Турция импортировала объемы СПГ, эквивалентные 7,7 млрд кубометров газа, и из них на Катар пришелся только 1 млрд кубометров. (vedomosti.ru)

Однако за последнее время сторонники проведения референдума в Иракском Курдистане также получили существенную внешнюю поддержку – со стороны Израиля. Израильский премьер-министр Биньямин Нетаньяху заявил 13 сентября, что его страна поддерживает «законные усилия курдского народа по установлению своего собственного государства». Аналогичную позицию – что особенно важно – занимает и военная израильская верхушка. На состоявшейся в начале сентября в американской столице конференции, организованной Вашингтонским институтом ближневосточной политики, бывший заместитель начальника генерального штаба израильской армии генерал-майор Яир Голан заявил, что считает «позитивной стабилизирующей силой в регионе» создание не просто Иракского Курдистана, а так называемого Большого Курдистана, включающего в себя населенные курдами районы Сирии, Ирака, Ирана и Турции.

Ссылки на ситуацию именно в Иранском Курдистане, прозвучавшие из уст представителей Израиля, способны создать наиболее опасную линию противостояния в вопросе о действиях иракских курдов. При всех различиях в позициях, интересах и культурно-национальных исторических традициях курдов Ирака, Ирана, Сирии и Турции, именно призрак появления на ближневосточной карте «Большого Курдистана» видится «заинтересованным» региональным столицам главной угрозой. Иракский вице-президент Нури аль-Малики уже пообещал, что «мы не допустим создания второго Израиля на севере Ирака», и потребовал, чтобы региональное правительство Курдистана «отказалось от референдума, противоречащего конституции и не отвечающего общим интересам иракского народа, а не только специфическим интересам курдов». А премьер-министр Ирака Хайдер аль-Абади прямо пригрозил, что иракская армия «проведет военное вмешательство», для того чтобы защитить иракцев от угрозы «применения силы» со стороны курдов. И даже один из высокопоставленных курдских чиновников в региональном правительстве в Эрбиле признал, что курды ожидали от Израиля «тихой дипломатической деятельности, а не прямолинейной политики, которая может подорвать тонкую структуру отношений с соседними государствами». «Если бы Израиль действительно хотел помочь, он мог бы продвинуть этот вопрос в Белом доме и заставить администрацию заявить о своей поддержке независимого государства», – подчеркнули в Эрбиле. Со своей стороны, администрация президента США Дональда Трампа после вышеуказанных заявлений предложила иракским курдам отменить референдум и «продолжить переговоры» с Багдадом.

Кроме того, налицо углубление противоречий между США и Турцией вследствие поддержки, оказываемой курдам американской администрацией в контексте военных операций в Ираке и Сирии. Согласно имеющейся информации, расширение административно-территориальных прав сирийских и иракских курдов рассматривалось Вашингтоном в качестве компенсации за участие курдских отрядов в военных действиях против «Исламского государства» в Ракке и Мосуле. Однако в Анкаре это вызвало плохо скрываемое раздражение и в значительной мере стало дополнительным импульсом к подключению Турции к консультациям по Сирии с участием России и Ирана в «астанинском формате». Как подчеркивает турецкое издание Güneş, «на встрече в Астане, нацеленной на поиски путей урегулирования ситуации в Сирии, где на протяжении семи лет продолжается гражданская война, были приняты критически важные решения. Турция, Россия и Иран договорились по многим вопросам, и Анкара встала из-за стола, получив желаемое». «С вмешательством России террористическая организация YPG (курдские «Отряды народной самообороны» – П.И.), поддерживаемая США, не смогла достичь своей цели – продвинуться к югу Сирии. Россия, которая разместилась в центре города Дейр-эз-Зор до террористов, заставила YPG отойти на север, к территориям так называемых кантонов», – отмечает турецкое издание. (gunes.com)

Однако не менее важными представляются и экономические аспекты проблемы, причем интересы в сфере энергетики вступают в прямое противоречие с интересами ведущих финансовых игроков и инвесторов.

Топливно-энергетические ресурсы Иракского Курдистана намного превышают соответствующие показатели остальной территории Ирака. По данным BP, добыча газа во всем Ираке в 2016 году составила лишь 1,1 млрд кубометров. При этом расчеты по району Иракского Курдистана, подготовленные по просьбе местных властей, свидетельствуют, что его потенциальные запасы могут составлять 5,67 трлн кубометров. В настоящее время британская компания Genel Energy уже разрабатывает два месторождения в Иракском Курдистане: Miran (запасы – 121 млрд кубометров газа) и Bina Bawi (201 млрд кубометров). Их конкурентом выступает региональный консорциум в составе иракской компании Pearl Petroleum и представляющих Объединенные Арабские Эмираты компаний Dana Gas и Cresent Petroleum. Данный консорциум в рамках реализации проекта Kurdistan Gas Project разрабатывает месторождения Khormor и Chemchemal с совокупной добычей 3,2 млрд кубометров газа в год.

Российские компании также проявляют интерес к месторождениям Иракского Курдистана. В частности, компания «Роснефть» сообщила на днях, что может профинансировать строительство газопровода мощностью более 30 млрд кубометров газа в год из Иракского Курдистана до Турции, причем соглашение о финансировании проекта может быть подписано с правительством Иракского Курдистана еще до конца текущего года. Согласно имеющейся информации, стоимость проекта может составить около 1 млрд долларов, сам газопровод планируется ввести в действие к 2019 году, а к 2020-му – начать по нему поставки в Турцию, а в перспективе – далее в Европу. Ранее в июне текущего года «Роснефть» и правительство Иракского Курдистана подписали соглашение о разделе продукции в отношении пяти «блоков» газовых месторождений «с существенным геологическим потенциалом». (vedomosti.ru)

При этом само руководство иракских курдов заявляло о готовности построить газопровод в Турцию еще в 2013 году, а в качестве конечного пункта маршрута назывался турецкий город Силопи. «Несмотря на то, что курдский вопрос уже давно является болевой точкой турецкой политики, растущая роль Анкары в нефтяной отрасли Курдистана очень привлекательна для нее самой, и это делает турецкую позицию по Курдистану сложной и неоднозначной», – весьма справедливо отмечает в этой связи издание Forbes. (regnum.ru)

Сооружение газопровода из Иракского Курдистана, действительно, способно в значительной степени снизить накал противостояния между Эрбилем и Анкарой даже в случае продвижения иракскими курдами идеи создания собственного государства. Однако не менее важными представляются и расчеты тех международных игроков и инвесторов, кто делает ставку на сохранение территориальной целостности Ирака.

Летом текущего года Ирак при поддержке иностранных инвесторов впервые более чем за 10 лет провел независимую международную эмиссию гособлигаций. С иракской стороны она была проведена Торговым банком Ирака (Trade Bank of Iraq), партнерами которого выступили Citigroup, Deutsche Bank, JPMorgan Chase. Эмиссия позволила привлечь порядка 1 млрд долларов инвестиций, причем первоначальный объем заявок инвесторов превысил 6,6 млрд долларов. Одновременно международные рейтинговые агентства S&P и Fitch присвоили облигациям рейтинг B-, а ранее Fitch повысило прогноз по рейтингу Ирака с негативного на стабильный, указав, что это является показателем улучшения экономической ситуации в стране. Что характерно, в начале текущего года в Ираке была проведена ограниченная эмиссию бондов на сумму 1 млрд долларов, однако они были выпущены под финансовые гарантии США и в «привязке» к пакету международной помощи, предоставляемой по линии МВФ. Что же касается последнего самостоятельного выхода Ирака на мировые долговые рынки, то оно имело место в 2006 году – когда были выпущены облигации на общую сумму в 2,7 млрд долларов со сроком погашения в 2028 году. Попытки самостоятельно выпустить облигации в 2015–2016 годах успехом не увенчались вследствие негативной позиции, занятой международными инвесторами, указавшими на чрезмерные финансово-экономические рынки. В преддверии же нынешней эмиссии первый заместитель директора-распорядителя МВФ Дэвид Липтон «положительно» оценил экономическую политику правительства Ирака. Доходность иракских ценных бумаг «соответствует нашим ожиданиям», – подчеркивает экономист компании Exotix Capital Стюарт Калверхаус: «Инвесторам сейчас нравятся развивающиеся рынки за их доходности, и иракскую они считают приличной, учитывая сильную международную поддержку страны». «Интерес инвесторов к иракским облигациям был ожидаем после сильного спроса на греческие бонды», – солидарен с ним директор компании Greylock Capital Энтони Антонелли. По его словам, Багдад «проводит реформы в полном соответствии с требованиями МВФ, победил в Мосуле «Исламское государство», а настроение участников нефтяного рынка значительно улучшилось за последние несколько недель». (vedomosti.ru)

В сложившейся ситуации политическим и экономическим интересам России отвечала бы сдержанная позиция в том, что касается оценки собственно референдума о независимости Иракского Курдистана, с прицелом на содействие налаживанию политического диалога в регионе на фоне продолжения борьбы с террористическими группировками. Кроме того, Москва должна иметь в запасе энергетические, инфраструктурные и финансовые проекты, которые позволили бы ей укрепить позиции в курдских районах Ирака, используя в том числе имеющиеся разногласия в треугольнике Турция-США-Ирак.

Ключевые слова: Россия США Ирак Турция Иран Сирия Израиль курды референдум Иракский Курдистан нефть газ финансы Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива Катар ОАЭ Саудовская Аравия

Версия для печати