Российско-японское сближение

21:27 01.09.2017 Евгений Педанов, специальный корреспондент


Фото: ok.ru

Несмотря на то, что за последние несколько лет в российско-японских отношениях наметились положительные тенденции, прочными их назвать нельзя. Для экономического сотрудничества из-за падения цен на нефть российские проекты недостаточно привлекательны. Для политического – отсутствуют предпосылки к решению ключевых вопросов (спорные территории и мирный договор), а также сильно отличаются взгляды на обеспечение безопасности на Корейском полуострове.

В преддверии Восточного экономического форума (ВЭФ) во Владивостоке дискуссионный клуб «Валдай» выпустил доклад «Российско-японское сближение: возможности и ограничения». На презентации доклада выступили авторы Анна Киреева и Андрей Сушенцов, а также приглашенные эксперты: заведующий кафедрой востоковедения МГИМО МИД РФ Дмитрий Стрельцов и старший представитель японского банка JBIC Тайсукэ Абиру. Основные цели доклада: понять насколько долговременна положительная тенденция в российско-японских отношениях и выявить существующие и потенциальные препятствия.

Позиция Японии

По словам авторов доклада, инициатива сближения была выдвинута Японией. В 2013 году в ходе визита Синдзо Абэ в Москву лидеры двух стран договорились запустить переговоры по мирному договору и диалог в формате «2+2» с участием министров иностранных дел и обороны России и Японии. На предыдущем ВЭФ в 2016 году японский премьер-министр предложил план по совместному развитию Дальнего Востока из 8 пунктов (среди них развитие городской инфраструктуры, «умные города», поддержка малого и среднего бизнеса, передовые технологии, энергетика и гуманитарные обмены). Кроме того, он создал пост министра по экономическому сотрудничеству с Россией, чтобы стимулировать японский бизнес разрабатывать совместные проекты.

По мнению Анны Киреевой, главными факторами сближения стали:

  • цель Синдзо Абэ решить территориальный вопрос;

  • стратегия на усиление роли Японии как регионального лидера путем диверсификации внешнеполитического курса;

  • политика безопасности (не допустить союза России и Китая на антияпонской основе);

  • желание Дональда Трампа улучшить отношения с Россией;

  • сотрудничество по вопросам безопасности на Корейском полуострове.

Ограничения сотрудничества между Россией и Японией:

  • стратегическая ориентация Японии на альянс с США в области безопасности;

  • негативный имидж России в Японии;

  • стереотип о светской оккупации японской территории;

  • отсутствие инвестиционной привлекательности российских проектов для Японии (сложность российского бизнес-климата, узость рынка на Дальнем Востоке);

  • Япония не согласна проводить деятельность на Курильских островах под юрисдикцией России;

  • территории опережающего развития (ТОР) «Южные Курилы», где могут наравне с Японией участвовать и другие инвесторы;

  • модернизация российской армии и милитаризация Курильских островов;

  • различие позиций по отношению к кризису на Корейском полуострове (Япония поддерживает США, позиция России близка к КНР).

«То, что Япония согласилась обсуждать совместную экономическую деятельность – это уже является очень серьезным шагом для японского правительства», –  заметил Тайсукэ Абиру. Он опасается, что решение российского руководства привлечь в ТОР других участников может создать серьезные препятствия для двустороннего соглашения о совместной экономической деятельности. Более того, по словам японского специалиста, цены на нефть не способствуют заключению крупных договоров между Россией и Японией в энергетической сфере. «Стратегическое партнерство невозможно без укрепления доверия, мы пока не достигли того уровня, когда можем спокойно обсуждать животрепещущие вопросы (заключение мирного договора и территориальный спор)», – заключил Тайсукэ Абиру.

Позиция России

Андрей Сушенцов считает, что сближение двух стран стало возможным благодаря тому, что в ответ на японскую инициативу Владимир Путин заявил, что Россия привержена Советско-японской декларации 1956 года, согласно которой СССР «в качестве жеста доброй воли» был готов передать Японии острова Хабомаи и Шикотан после подписания мирного договора. Автор доклада также привел слова российского президента о том, что обсуждение вопроса спорных территорий возможно при условии создания благоприятной атмосферы, которая позволит без политизации обсуждать эту проблему. Как говорится в докладе, российская позиция противоречит японским ожиданиям.  Если Сидзо Абэ стремиться решить вопрос спорных территорий в течение своего пребывания у власти, то Россия откладывает решение проблемы на более длительный срок. Как пример в статье приводится урегулирование территориального спора с КНР, которое продолжалось 10 лет. По словам Андрея Сушенцова, Россия заинтересована в японских инвестициях в Дальний Восток и хочет диверсифицировать экономические связи в регионе. При этом он подчеркнул, что, несмотря на важность урегулирования территориального спора, Россия не приемлет давления и политизации этого вопроса с японской стороны.

Дмитрий Стрельцов обратил внимание на снижение идеологических мотивов и рост прагматизма во внешней политике Японии и России. Как замечает эксперт, национальные интересы начинают отстаивать, пользуясь теорией малых дел. Он считает, что заключение мирного договора и решение территориального спора отсутствуют в двусторонней повестке, тем не менее, страны могут снижать уровень угроз за счет диверсификации внешней политики: «Этому способствует еще и то, что США на протяжении многих лет ослабевают, их уровень венного и политического присутствия в Восточной Азии снижается, для Японии повышается значение третьих стран». Отношения с Японией как с участницей G7, по мнению Дмитрия Стрельцова помогут преодолеть конфронтацию с остальными членами «семерки». Кроме того, он отметил: «Сотрудничество с Японией имеет самостоятельную ценность, в России уже понимают восточноазиатские страны (Китай, Япония, Южная Корея) будут определять лицо будущей экономики и политики». Говоря о ближайших перспективах российско-японского сближения, он выразил сомнение в том, что в преддверии президентских выборов в 2018 году диалог с Японией (в том числе и по вопросу спорных территорий) будет воспринят в России положительно.

Перспективы сближения

Эксперты пришли к общему мнению, согласно которому в Японии и России сближение двух стран не поддерживается большинством населения. Нет заинтересованности ни экономических, ни политических групп. Для Японии это связано с негативным имиджем России и стереотипом о советской оккупации Курильских островов. Для России – с нежеланием обсуждать проблему спорных территорий. Кроме того, у обеих стран есть гораздо более важные отношения (у Японии – с США, у РФ – с КНР), которыми они не готовы рисковать ради сближения. Это во многом определяет коренное расхождение взглядов на безопасность на Корейском полуострове. Все выступившие в своих наблюдениях назвали нынешнюю положительную тенденцию в двусторонних отношениях «хрупкой», так как держится она лишь на личном расположении и взаимном доверии двух лидеров. Владимир Путин и Синдзо Абэ, по словам экспертов, идут «против течения». Когда политическая конъюнктура возьмет верх над прагматическим сотрудничеством, отношения вновь ухудшатся. Так уже было, когда в 2014 году «сближение» России и Японии прервалось антироссийскими санкциями.

Ключевые слова: Дмитрий Стрельцов Тайсукэ Абиру Анна Киреева Андрей Сушенцов Владимир Путин Синдзо Абэ Россия Япония Дональд Трамп США Китай КНР Хабомаи Шикотан Курильские острова Восточный экономический форум ВЭФ ТОР территории опережающего развития Южные Курилы Курильские острова Восточная Азия КНДР

Версия для печати