Астана – 6: интересы региональных сил

14:16 11.08.2017 Евгений Педанов, специальный корреспондент


Слева направо: Никита Смагин, Борис Долгов,Юрий Мавашев.Фото: Е. Педанов

Востоковед Борис Долгов считает, что ожесточенность сирийского конфликта обусловлена внешними силами. При этом, как полагает эксперт, если Иран и Турция преследуют собственные интересы, курс США в Сирии соответствует политике Израиля. Россия, в свою очередь, сохраняет возможность вести переговоры со всеми сторонами конфликта.

В пресс-центре МИА «Россия сегодня» прошел круглый стол, на котором обсуждались процесс сирийского урегулирования и предстоящие переговоры в Астане. В качестве экспертов выступили: старший научный сотрудник Центра арабских и исламских исследований Института востоковедения РАН Борис Долгов, руководитель политического направления Центра изучения современной Турции Юрий Мавашев, главный редактор интернет-издания «Иран сегодня» Никита Смагин.

Одним из результатов астанинских переговоров стало создание зон деэскалации. Тем не менее, переговоры в Астане лишь этап в разрешении кризиса. Здесь в основном обсуждаются вопросы военного взаимодействия. Главными участниками обсуждения являются страны-гаранты режима прекращения боевых действий (Турция, Иран, Россия), а также оказывающие большое влияние на сирийское урегулирование США.

Турция не допустит создания курдского государства

За вооруженными формированиями, противостоящими сирийской правительственной армии, зачастую стоят внешние силы. Одной из таких сил является Турция. Она контролирует ряд группировок участвующих в переговорах в Астане. В частности, под ее влиянием находится одно из крупнейших вооруженных формирований «Свободная сирийская армия». Задача турецких властей, по мнению Бориса Долгова, – не допустить создания курдского государственного образования на границах с Турцией. Этой цели, в частности, служит турецкая армия, находящаяся в Сирии. Другой задачей эксперт называет аннексию части сирийской территории, где проживают туркоманы[1].

Как полагает Юрий Мавашев, Турция намерена возобновить операцию «Щит Евфрата». Благодаря этой военной кампании год назад турецкая армия зачистила 2 тысячи километров на севере Сирии. В провинции Идлиб, над которой в рамках астанинского процесса Турция взяла протекторат, усиливается влияние «Джабхат ан-Нусры». «Чтобы провести операцию и вернуть контроль над Идлибом, Турция на переговорах в Астане будет согласовывать свою позицию с Россией, – считает эксперт. – Активизируя усилия, Турция надеется перехватить инициативу у США после того, как курдская операция по освобождению Ракки завершится». В целом для Турции, по словам Юрия Мавашева, свойственно преувеличивать курдскую угрозу, чтобы сохранять основания для вторжения.

Иран заинтересован в сохранении режима Башара Асада

Для Ирана важным является борьба с «Исламским государством». Он не может допустить на своих границах появления террористического суннитского формирования. Иранскую политику проводят добровольные шиитские группировки и в первую очередь «Хезболла». При этом, как утверждает Борис Долгов, сирийское правительство высоко ценит поддержку Ирана и «Хезболлы». Иран, по его словам, стремится также не допустить экспансию монархий Персидского залива и утвердить свое влияние в Ливане.

Иран и Россия, являясь формально союзниками и поддерживая Башара Асада, имеют разные представления о дальнейшей судьбе Сирии. Россия выступает за переговоры с участием всех задействованных сил для выработки плана перехода к новому правительству и новой конституции. Иран же заинтересован в сохранении на сирийской территории власти нынешнего президента Башара Асада. Как уверяет Никита Смагин, переговоры в Астане – это попытка вовлечь Иран в российский сценарий мирного урегулирования. Договор России с США и Иорданией о зоне деэскалации на юго-западе Сирии был заключен без участия Ирана. Несмотря на это, по словам эксперта, без его одобрения не удастся сохранить новую зону деэскалации: «У Ирана существует огромное число возможностей, чтобы саботировать процесс примирения на этой территории».

Россия может вести диалог со всеми

Россия – единственная сила, которая находится в Сирии на законных основаниях, по просьбе избранного сирийского правительства. С точки зрения международного законодательства силы Турции и международной коалиции действуют нелегитимно. Никита Смагин считает, что Россия заинтересована в том, чтобы быстрее вывести армию из Сирии: «Она хочет сохранить свое уникальное положение в регионе: со всеми вовлеченными сторонами у нее либо хорошие, либо просто рабочие отношения». Сейчас Россия – единственная сторона, которая может вести диалог со всеми. Продолжение военных действий с большой вероятностью приведет к росту противоречий.

США стремятся к разделению Сирии

США в Сирии создают опорные пункты на территориях, которые контролируются их союзниками (курдами и силами умеренной оппозициями). «Если раньше американские власти делали ставку на исламистов, то сейчас они всеми силами поддерживают курдов», – полагает Борис Долгов. Курдские формирования продолжают штурмовать Ракку, при этом основным направлением военных действий постепенно становится Дейр-эз-Зор. США стремятся закрепиться в стратегически важных районах. Несмотря на то, что в качестве цели операции декларируется борьба с «Исламским государством», как утверждает эксперт, для США первичны задачи, которые они продвигали с начала конфликта, а именно:

  • устранение Башара Асада,

  • создание сил лояльных США,

  • разделение Сирии.

Согласно прогнозам Бориса Долгова, политика США в Сирии будет соответствовать интересам Израиля: «Несмотря на предвыборные заявления, Дональд Трамп будет проводить курс, начатый Бараком Обамой».

Без консенсуса нет урегулирования

Как заявляют представители сирийской оппозиции и Стаффан де  Мистура, сейчас после «Женевы-7» в переговорах наметился прогресс. Все стороны сирийских переговоров признают важность перехода к политическому урегулированию. Этому процессу должно предшествовать прекращение военных действий, которое, по мнению Бориса Долгова, должно пройти в 2 этапа:

  1. создание зон деэскалации,

  2. трансформация вооруженных группировок оппозиции в политические силы.

«То, что происходит в Сирии, показатель того, как внешние игроки продвигают свои интересы, используя внутренние противоречия», – считает Борис Долгов. – В Сирии не было факторов для такого ожесточенного и масштабного конфликта». Как заключил эксперт, без консенсуса региональных сил, невозможно дальнейшее урегулирование сирийского конфликта.



[1] Туркоманы – проживающие в Сирии тюркские народы, зачастую имеющие турецкое гражданство.

Ключевые слова: Женева Астана Сирия Борис Долгов Никита Смагин Юрий Мавашев США Россия Турция Иран Исламское государство ИГИЛ ИГ Джабхат ан-Нусра курды Башар Асад

Версия для печати