Территориальный фактор в аргентинской идентичности

12:50 23.06.2017 Евгений Педанов, специальный корреспондент


Фото: lonicera-etrusca.blogspot.ru

Наибольшее значение в формировании аргентинской идентичности имела территория. Аргентина, будучи до обретения независимости самой крупной провинцией в Вице-Королевстве Рио де ла Плата (английская колония), по-прежнему претендует на влияние над другими бывшими провинциями: Уругваем, Парагваем и Боливией. Кроме того, аргентинские власти до сих пор не признали статус Фолклендских (Мальвинских) островов под юрисдикцией Великобритании, считая их ключевым фактором доминирования в Южной Атлантике.

В Институте Латинской Америке прошли выступления молодых ученых в рамках круглого стола «Геополитические коды крупнейших стран региона». Кандидат политических наук Анна Щербакова представила свой доклад о месте и роли территории в аргентинской геополитике. По ее словам, геополитический образ страны для аргентинцев значительно шире той территории, которая ей отведена международным правом. Для  Аргентины характерно то, что наряду с пространством, подпадающим под юрисдикцию государства, существуют также понятия «утраченных» (Мальвинские острова) и «воображаемых» территорий (часть Антарктики). Эти представления отражаются и на аргентинских картах, которые, как известно, очень сильно отличаются от карт других латиноамериканских стран. Утраченными считаются и нынешние Уругвай, Парагвай и часть Боливии, так как прежде все они входили в Вице-Королевство Рио де ла Плата. Во время борьбы за независимость с Великобританией контроль над ними был утерян. Чтобы освоить и колонизировать освобожденные от Великобритании земли аргентинские элиты вынуждены были ограничить территорию, чтобы отделить ее от сепаратистских провинций бывшего Вице-Королевства. По мнению Анны Щербаковой, изначально проект аргентинской нации был искусственным: «Элитам пришлось конструировать образ аргентинцев и воссоздавать черты нации, которые отличали бы их от других испаноговорящих государств». Она видит корни аргентинской геополитики в работах Фридриха Ратцеля и Альфреда Мэхэна.

Фридрих Ртацель утверждал, что определяющим в истории государств и их политическом устройстве является «жизненное пространство», при нехватке которого страна неизбежно будет стремиться к расширению границ. Аргентина – это страна с протяженным атлантическим побережьем и с 20 портовыми городами. Исходя из географического положения, самым важным для аргентинской геополитики стало то, что Южный конус – естественная сфера влияния Аргентины. В аргентинских политологических текстах Уругвай, Парагвай и Боливия называются буферными государствами между Аргентиной и Бразилией. Аргентинские политики всегда очень остро реагировали на угрозу потенциальной гегемонии Бразилии в регионе. Эти опасения отразились в концепции «живых границ», согласно которой экспансия Бразилии (из-за недостатка «жизненного пространства») может затронуть не только буферные страны, но и приграничные провинции Аргентины. В этой ситуации аргентинская геополитика становилась все более европоцентричной: большинство экспертов не связывали будущее развитие Аргентины с Западным полушарием и считали гораздо более приоритетными связи с Европой, чем взаимоотношения с Бразилией.

Анна Щербакова отмечает, что аргентинские политологи признавали отдаленность своей страны от центров  цивилизации и морской торговли. Последователи Альфреда Мэхэна считали, что Аргентина может эффективно взаимодействовать с ними только по морским путям с помощью портов. В связи с этим они называли Аргентину морской державой, которой нужно поддерживать хорошие отношения с соседними странами, чтобы размещать на их территориях военно-морские базы или флот. Аргентинские политологи полагали, что военно-морские силы позволят государству не только эффективно защищать свои интересы, но и способствуют развитию мировой торговли.

Геополитические концепции, о которых рассказала Анна Щербакова, по-прежнему оказывают значительное влияние на аргентинскую внешнюю политику. Желание доминировать в Южной Атлантике в качестве «морской державы» привело к стремлению взять под свой контроль Фолклендские острова (Мальвинскими по аргентинской версии). Территориальный спор, основанный на этих претензиях, привел в 1982 году к войне с Великобританией. Несмотря на поражение, Аргентина все еще заявляет свои права не только на сами острова, но и (на основании Конвенции ООН по морскому праву) на прилегающие акватории, которые дадут ей возможность контролировать морские пути. Кроме того, Аргентина претендует и на часть Антарктики. Невзирая на то, что эта территория оспаривается Великобританией и Чили, Аргентина считает ее частью своей провинции по праву территориального положения. Аргентинская провинция называется «Огненная Земля и Антарктида», основная валюта здесь – аргентинское песо.

Идея расширения «жизненного пространства» и концепция «морской державы», которые во время формирования аргентинской идентичности были заимствованы в трудах европейских и американских теоретиков геополитики, прижились и пустили глубокие корни. Образ Аргентины, который создавался, чтобы транслировать его внутри страны для собственных граждан, преодолел национальные границы и влияет на отношения как с ближайшими соседями (Бразилия, Уругвай, Парагвай и Боливия), так и с дальними странами (Великобритания).

Ключевые слова: ИЛА РАН Анна Щербакова Аргентина Фолклендские острова Мальвинские острова Антарктика Великобритания Бразилия Уругвай Парагвай Боливия Южная Атлантика Латинская Америка Вице-Королевство Рио де ла Плата

Версия для печати