«Близкий сосед лучше дальнего родственника»

13:59 01.08.2016 Андрей Исаев, журналист-международник


Руководствуясь этой турецкой пословицей, Реджеп Тайип Эрдоган отправляется в Санкт-Петербург на встречу с российским президентом с тем чтобы, по формулировке МИД Турции, «оживить двусторонние отношения». Как отметил Дмитрий Песков, «Дефицита тем для обсуждения, можно сказать с уверенностью - не будет» (http://tass.ru/politika). В последние дни уже состоялся ряд переговоров на министерском уровне, на которых обсуждались возможность возобновления чартерных рейсов, отмены виз, снятия запрета на поставки турецкой сельскохозяйственной продукции, реанимация проектов «Турецкий поток» и АЭС «Аккую».

Экономические ограничения, введенные Россией в отношении Турции, вызвали тревогу и в бизнес-сообществе, и в руководстве нашего южного соседа. Даже без ограничительных мер, по данным Минэкономразвития РФ, объем товарооборота между двумя странами, в 2014 году выросший до 31 млрд. долларов, в 2015 году снизился до 18-19 млрд. А на 2016 год турецкий государственный Деловой банк прогнозировал дальнейшее сокращение объема торговли на 4.4-7.3 млрд. долларов, что означало замедление роста ВВП Турции на 0.6-1.0%. При этом предполагалось, что в наибольшей степени пострадают предприятия, работающие с Россией в таких сферах как поставки продовольственной продукции (спад на 25-50% оборота), «челночная» торговля (на 40-50%), туризм (на 50-70%), строительство (на 50-100%). (https://ekonomi.isbank.com.tr)

Продолжение противостояния с Россией грозило и более серьезными рисками: в Турции отдают себе отчет в том, что «Газпром» обеспечивает более половины потребности страны в природном газе.

Россия, столкнувшаяся с жесткими экономическими санкциями со стороны западных держав, также заинтересована в восстановлении нормальных экономических отношениях с Турцией – по крайней мере, об этом свидетельствует согласие Кремля на возобновление диалога с Анкарой после не вполне внятных извинений Эрдогана. В этой связи некоторые эксперты вспоминают, что Турция в недавнем прошлом ощутимо помогла Ирану пережить эмбарго, «добывая» для него кредиты и технологии на западных рынках.

К сближению Анкару и Москву стимулирует и международная обстановка. Если Россию Запад давно подталкивает к политической изоляции, то для Турции этот процесс только начинается (ошибки ее руководства на ближневосточном направлении – вопрос особый). В европейских столицах выражают резкое недовольство широкомасштабными чистками, предпринятыми режимом Эрдогана в отношении участников недавнего путча и их пособников – реальных, потенциальных и мнимых. Брюссель дал понять Анкаре, что процесс ее интеграции в европейские структуры фактически уже заморожен, а еще не так давно казавшаяся вполне реальной перспектива отмены визового режима для граждан Турции становится все более призрачной.

Нарастает напряженность и в отношениях с администрацией США, недавно устами Джона Керри пригрозившей Анкаре, ни много ни мало, отлучением от НАТО. В ответ Турция все более в резкой форме требует экстрадировать из США проповедника Фетхуллаха Гюлена, которого считают главным вдохновителем мятежа. В интервью France 24 Эрдоган совсем недипломатично ответил лидерам ЕС, раскритиковавшим введение чрезвычайного положения в стране: «Меня не интересует то, что говорят европейские лидеры, и я к ним не прислушиваюсь», — сказал президент. (Цит. по: http://inosmi.ru) А отвечая заочно на упрек директора Национальной разведки США Джеймса Клэппера по поводу волны арестов в офицерском корпусе Турции, он был еще более резок: «Ты кто такой? Тебе следует знать свое место!» (http://t24.com.tr)

В то же время нет сомнений в том, что диалог в Санкт-Петербурге не будет легким.

Для реального сближения с Москвой Эрдогану прежде всего необходимо в значительной степени скорректировать свою политику в отношении Сирии и Закавказья. При этом нужно отметить, что подвижки есть: прежняя непримиримо антиасадовская позиция Анкары уже претерпела заметные изменения в сторону смягчения. Вероятно, руководство страны осознало, что план дезинтеграции Сирии, который отстаивает Запад, опасен и для самой Турции, так как центробежные процессы уже реально угрожают ее территориальной целостности. «Курдский» аспект сирийской проблемы в глазах турецкого руководства превалирует теперь над судьбой Башара Асада.

 Прагматизм нынешней политической элиты (в отличие от многих прежних) обещает нахождение определенного консенсуса между Анкарой и Москвой и по кавказской проблематике, в том числе, в поисках компромисса по проблеме Нагорного Карабаха.

Возможность «разворота на Восток» нынешней анкарской администрации активно обсуждается в проправительственных СМИ Турции, причем неизменно подчеркивается важность встречи президентов двух стран. Известно, что на Санкт-Петербургском экономическом форуме В.В.Путин предложил новый проект «Большой Евразии», и Эрдоган наверняка проявит к нему интерес. Перерастет ли интерес в реальные действия? Это совсем другой вопрос. Пока турецкий лидер предложил идею «тройственного союза» с Россией и Ираном, по информации иранского агентства IRNA, заявив: «Мы сегодня, больше чем прежде, полны решимости рука об руку с Ираном и Россией, во взаимодействии с ними способствовать решению региональных проблем и намерены активизировать усилия по возвращению мира и стабильности в регион». (Цит по: http://svpressa.ru) Впрочем, искренность турецкого президента в вопросе о долгосрочном союзе с Ираном вызывает сомнения.

С другой стороны, одновременное и несколько неожиданное для многих замирение Эрдогана и с Россией, и с Израилем породило спекуляции о некой российско-турецко-израильской газовой сделке. Россия, якобы, получит доступ к разработке газовых месторождений в израильском секторе средиземноморского шельфа. А поставки газа в Европу пойдут через Турцию, параллельно с объемами «Южного потока». (http://kommersant.ru) И в это верится с трудом сколько-нибудь прочный и долговременный союз с еврейским государством будет означать смену онтологической модальности нынешнего турецкого режима.

Пока не очень понятно, имеют ли под собой реальную почву исходящие из Анкары сигналы о «развороте на Восток». До сего дня подобные заявления предназначались прежде всего западным союзникам Турции и служили лишь инструментом для «выбивания» у последних тех или иных политических и экономических уступок (исключение – кратковременное пребывание у власти исламистской Партии благоденствия Неджметтина Эрбакана (1996-1997 гг.)). И в этот раз быстрая и явно ситуативная переориентация страны, в частности, на Россию, по-прежнему, вызывает некоторые вопросы.

Во-первых, география и история давно сделали Россию и Турцию геополитическими соперниками и лишь сравнительно недавно – экономическими партнерами. Ни география, ни история не изменились.

Во-вторых, 65% товарооборота Турции приходится на страны ЕС, в которых работают миллионы турецких граждан, исправно переводящих часть заработка на родину. В-третьих, трудно себе представить, чтобы НАТО легко «отпустило» Турцию, имеющую столь уникальное геостратегическое положение. Да и в Анкаре искренне дорожат членством в Альянсе. Возможно, Турция даже надеется на роль посредника в улучшении отношений между Россией и НАТО. Так что риторика – отдельно, политические и экономические дивиденды – отдельно.

По мнению португальской газеты Observador: «В восстановлении двусторонних отношений с Эрдоганом Кремль должен учесть, что турецкий лидер заботится только о своей личной власти и что «дружба с Россией» служит ему исключительно для укрепления собственных позиций внутри страны и может в любое время трансформироваться в «удар» в спину Путина». (Цит. по: http://inosmi.ru) Может, это и преувеличение (Запад будет стараться сделать все, чтобы это сближение не состоялось), но прислушаться к предостережению стоит.

Смогут ли на этот раз Москва и Анкара стать реальными стратегическими партнерами или останутся политическими «попутчиками», мы увидим уже в обозримом будущем. Но «близкое соседство» всегда будет подталкивать наши страны к нормальным отношениям. И хотя повестка переговоров четко не определена, можно предположить, что по итогам переговоров, скорее всего, возобновится старый формат: активное и взаимовыгодное экономическое сотрудничество при завуалированном подспудном геополитическом противостоянии. Что ж, первое – совсем неплохо, второе, по крайней мере, - привычно. 

Ключевые слова: Россия Турция Путин Эрдоган

Версия для печати