США и их ближневосточные союзники: чаще – кнут, пряники – реже

22:21 03.04.2016 Андрей Исаев, журналист-международник


Снижение военно-политической активности США на Ближнем Востоке – факт, отмечаемый многими экспертами. В качестве причины чаще называют неспособность единственной супердержавы современности «разруливать» (как представляется американцам) кризисные ситуации на всей планете. Вашингтону пришлось сосредоточить свои усилия на проектах Транстихоокеанского и Трансатлантического партнерства. Первый имеет целью прежде всего противостояние растущей мощи Китая, второй призван подкрепить военно-политическое сотрудничество в рамках Североатлантического альянса торгово-экономическим союзом. К тому же стремление соответствовать избранному для себя имиджу миротворца заставляет нынешнего американского президента менять тактику на Ближнем Востоке – в регионе, который еще очень долго будет зоной жизненных интересов для США, несмотря на «сланцевую революцию»,  развитие альтернативных источников энергии и т.д. И, конечно, извлечены уроки из политических провалов в Афганистане и Ираке. Рассуждая о действиях Барака Обамы в ближневосточном регионе, обозреватель Le Figaro Изабель Лассер отмечала: «Одержимый идеей не дать втянуть себя в конфликт (сирийский – А.И.), он стремится «разделить бремя ответственности» со своими европейскими союзниками»  (http://www.lefigaro.fr) и, добавим, - региональными.

Для обеспечения контроля над регионом Вашингтон взял за образец модель Багдадского пакта середины 50-х годов, когда за «региональную безопасность» отвечали местные союзники под присмотром западных партнеров. Правда, времена изменились, и приходится учитывать новые реалии. Уже давно нет «коммунистической угрозы», которая смогла тогда, пусть на время, но сплотить сильно разнившиеся друг от друга режимы Ирака, Ирана, Пакистана и Турции и Великобритании (в качестве «регулятора»). Мир стал более прагматичным, и национальные интересы в политике безусловно превалируют над идеологическими установками. При этом речи о новом блоке идти не может - интересы американских союзников противоречат друг другу, а их амбиции порой выходят за рамки здравого смысла. Так что Вашингтону приходится, демонстрируя свою «незаменимость», сдерживать аппетиты основных соратников - Анкары и Эр-Рияда, одинаково претендующих на лидерство в регионе. Первая при этом «козыряет» экономикой и армией, второй – нефтедолларами и статусом хранителя священных городов ислама, Мекки и Медины.

Конечно, еще есть Израиль, но на роль «регулятора» он никак не подходит: для подавляющего большинства стран региона та или иная степень конфронтации с еврейским государством является обязательным атрибутом внешней политики.  

В погоне за имперской мечтой турецкий лидер настолько утратил чувство реальности, что превращение его в политического изгоя, похоже, лишь вопрос времени. А чем меньше у Турции союзников, тем крепче она будет привязана к США. На этом поприще разыгрывается сразу несколько карт, прежде всего – курдская. Вашингтон отказывается признать курдскую партию «Демократический союз» террористической организацией, на чем настаивает турецкий «султан». Не так давно Эрдоган призвал Вашингтон сделать, наконец, окончательный выбор «между Турцией и террористами». В ответ Госдепартамент демонстративно подтвердил свою позицию: в Белом Доме сирийских курдов считают прежде всего эффективными борцами с ДАИШ. Более того, по информации The Wall Street Journal, после взрывов в Брюсселе Вашингтон потребовал от Анкары согласиться на перекрытие отрядами сирийских курдов последнего коридора между Турцией и подконтрольный  ДАИШ территорией в районе сирийского города Мембидж. Очевидно, положительного ответа не последовало, и Обама, по информации ряда СМИ, отказался от запланированной встречи с Эрдоганом в Вашингтоне на полях саммита по ядерной безопасности «в связи с плотным рабочим графиком». А через несколько дней турецкая пресса сообщила, что американские ВВС начали «расчищать» окрестности Мембиджа от боевиков ДАИШ, чтобы облегчить продвижение отрядов курдских ополченцев. Анкара пошла на попятный, и глава ее внешнеполитического ведомства поспешил заявить: «Мы не собираемся ссориться с США из-за «Демократического союза». В «плотном рабочем графике» Обамы нашлось 50 минут, что позволило турецкому коллеге «сохранить лицо».

По существу, единственной страной, которую еще можно назвать союзником эрдогановской Турции, остается Азербайджан. Некоторое время назад и в США, и в Европе вдруг активно заговорили о массовом нарушении демократических прав и свобод в этой стране. Посыл понятен: прежде всего за это же Запад критикует Турцию. Заодно Вашингтон пригрозил введением санкций: Хельсинская комиссия американского парламента подготовила соответствующий законопроект, по которому ограничительные меры могут быть введены против членов правительства республики, бизнесменов, торгующих с США, сотрудников силовых структур и судебной власти. С другой стороны, устами исполнительного директора Американского Еврейского Конгресса (организации в высшей степени влиятельной!) Дэвида Харриса было заявлено о том, что Азербайджан является важным стратегическим партнером США и Запада, а также ценным другом и партнером Израиля и всего еврейского народа. (http://www.forumdaily.com) Ильхам Алиев намек понял и продемонстрировал приоритет западного направления своей политики над «общетюркским» тем, что начал освобождать политзаключенных.

А 19 марта Эрдоган получил, надо полагать, последнее предупреждение. В тот день по обвинению в мошенничестве, отмывании денег и нарушении санкций против Ирана в США был арестован Реза Зарраб — ключевая фигура в коррупционном скандале, разразившимся в Турции в декабре 2013 года. Представленные тогда доказательства прямо указывали на то, что нити коррупционного синдиката идут непосредственно к главе государства. Прокуроров срочно поменяли, и скандал был замят ввиду «отсутствия состава преступления». В Турции многие считают, что Эрдоган надеялся на встрече с Обамой обсудить, прежде всего, судьбу одиозного бизнесмена – если Зарраб заговорит, только чудо сможет сохранить Эрдогану его пост. Или же «деликатность» Белого дома.

При всем при этом регулярные заверения Вашингтона о стратегическом партнерстве с Турцией звучат вполне искренне – геостратегическое положение страны столь уникально, что американцы не могут себе позволить потерять такого союзника. Надо только его «образумить».

Другой, тоже давний и не всегда надежный соратник США в регионе – Королевство Саудовская Аравия, являющееся к тому же центром притяжения для монархий Аравийского полуострова (за исключением Катара). КСА, как впрочем, и Турцию, американцы стараются «сбалансировать» теперь уже «безъядерным» Ираном. Для Саудовской Аравии он опасен не только в качестве экономического конкурента: Тегеран  позиционирует себя в роли главного миссионера шиитского ислама, и словом, и делом оказывая разнообразную поддержку единоверцам во всем регионе, в том числе – и в Аравии. В этих условиях, да еще учитывая, что йеменская кампания продемонстрировала крайне низкую боеспособность вооруженных сил Королевства и активизировала протестное движение аравийских шиитов, постоянное военное присутствие американцев имеет жизненное значение и для Саудитов, и для прочих суннитских монархий полуострова.

Постепенное снятие санкций с Тегерана привело к возвращению на мировой рынок крупнейшего поставщика углеводородов. К тому же, по данным международной консалтинговой компании FGE, в 2013-2015 годах общий рост нефтедобычи в мире вкупе со «сланцевым бумом» в США уже привел к снижению доли Саудовской Аравии на девяти из ее пятнадцати важнейших рынков сбыта, в том числе в Китае и США (http://www.ft.com) А обвал цен на нефть, резко сокративший доходы Эр-Рияда, подтолкнул Саудитов к некоторому сближению с Москвой. Напомним: примерно месяц назад было объявлено о заключении соглашения между Россией, Саудовской Аравией, Кувейтом и Катаром о заморозке объема добычи нефти на уровне января 2016 года. Цены на энергоносители начали расти, что ударило по американским производителям сланцевой нефти.

Вскоре делегации стран - экспортеров нефти должны встретиться (вероятно, в Дохе) для выработки общей экономической стратегии. На этой встрече станет понятно, флиртует ли Саудовская Аравия с Москвой, пытаясь вызвать ревность со стороны Вашингтона, или же она действительно настроена на сотрудничество. Впрочем, на реальное сближение России и КСА рассчитывать вряд ли приходится – решительные действия России в Сирии нарушили геостратегические планы Эр-Рияда (как, впрочем, и Анкары). Рискнем предположить, что одной из причин поддержки Вашингтоном российских усилий по мирному разрешению сирийского конфликта стало стремление ограничить рост политического влияния своих неуемных союзников.

Символично, что такое стремление американцев вполне отвечает и интересам Москвы – недаром операция российских ВКС началась именно в тот момент, когда казалось, что интервенция с севера и с юга становится неизбежной, и Сирия неминуемо погрузится в хаос. Потом еще были попытки Турции и КСА продемонстрировать решимость «идти до конца», но было понятно, что это не более чем потуги сохранить хорошую мину при совсем уже развалившейся игре. Трудно не согласиться с политологом Федором Лукьяновым: «Мы видим на сирийском примере, что США и Россия остаются единственными государствами, способными что-то сделать. Многие другие приложили свою руку к сирийскому кризису. Но именно усиливающееся сближение интересов Москвы и Вашингтона привело к перемирию и вынудило разные стороны конфликта сесть за стол переговоров в Женеве. Никакая другая страна или союз сил не смогли бы этого добиться». (http://www.csmonitor.com)

Ключевые слова: Иран Саудовская Аравия Турция Азербайджан Эрдоган Санкции США на Ближнем Востоке

Версия для печати