Фактором, предопределяющим развитие обстановки на Ближнем Востоке и в Северной Африке, являются в настоящее время массовые выступления населения практически во всех странах региона.

Особенностью этих выступлений стало то, что они охватили не только «проблемные», но и «благополучные» (с социально-экономической точки зрения) государства - Тунис, где за период 2004-2009 годов доход на душу населения вырос с 3,5 тыс. тунисских динаров (2,7 тыс. долл.) до 5 тыс. тунисских динаров (3,9 тыс. долл.) и на средний класс, составляющий 60% населения, приходится 83% потребления, 80% семей являются собственниками жилья и 21% владеет автомобилями; и нефтедобывающую Ливию, где, как всегда в начале года (и буквально накануне восстания), нуждающиеся семьи получили дотации деньгами, продовольствием, а кое-кто и бесплатными сертификатами на автомобили1.

Эти выступления были порождены комплексом общих для большинства арабских стран обстоятельств. Немалую роль сыграли процессы формирования гражданского общества. Наряду с поколениями, воспитанными в традициях патернализма и преклонения перед харизматическими лидерами, появились новые, более образованные и информированные поколения, не желающие мириться с всевластием авторитарных режимов. Молодых людей не устраивает «фасадная демократия», за которой скрываются авторитарные режимы, они ощущают себя не подданными, а гражданами, которые хотят сами решать проблемы своих стран, а не возлагать надежды на мудрость «отца нации». Росту протестных настроений почти повсеместно способствовали высокая безработица среди молодежи, а также прекращение действия «социальных лифтов», вызванное окостенением политических систем.

С другой стороны, налицо упрочение позиций и усиление влияния национальной буржуазии, стремящейся покончить с разделом экономики на «сферы влияния» между семейными кланами или группами бюрократической буржуазии, повальной коррумпированностью госаппарата, превращением арабских стран в «наследственные республики», подавлением демократических свобод. Немаловажное значение имело и недовольство существующим положением среднего класса, верхние слои которого выступали за демократизацию, а нижние опасались, как бы кризисные явления в экономике, непреодоленные полностью, не привели их к падению на «социальное дно». Во многих странах на это наслоилась порождающая чувство безысходности нищета значительной части населения.

Существовали, естественно, и локальные причины: крайне тяжелое социально-экономическое положение в Египте, где 40% населения живет менее чем на два доллара в день; почти монопольный контроль над экономикой кланов Бен Али и Тараблуси, которые владели 30% национального богатства Туниса; недовольство племен Киренаики в Ливии, считающих себя «обделенными»; социальное неравенство между суннитами и шиитами в Бахрейне; межплеменные противоречия в Йемене и т.д.2.

Правящие режимы повсеместно недооценили грозившую опасность. О непонимании ими складывающейся ситуации свидетельствуют намерения Президента Хосни Мубарака и лидера ливийской революции Муаммара Каддафи передать по наследству власть своим сыновьям. Если бы, например, в Сирии были выполнены принятые в 2005 году на Х съезде партии «Баас» решения, предусматривавшие политическую либерализацию, а М.Каддафи прислушался к советам своего сына Сейф аль-Ислама, принял Конституцию и провел выборы в парламент, нынешних трагедий могло бы и не быть.

В Тунисе планируется избрать Национальную учредительную ассамблею, которая разработает новую Конституцию.

В Сирии отменено чрезвычайное положение, приняты декреты о введении многопартийности, об условиях и порядке выборов в Народный совет и местные советы, о местном самоуправлении и свободе печати. С согласия властей были проведены две конференции оппозиционных сил, в феврале 2012 года должны состояться парламентские выборы.

В Саудовской Аравии оппозиция требует выборов в Консультативный совет (который сейчас назначается королем) и преобразования страны в конституционную монархию.

В Бахрейне радикальные шиитские организации добиваются провозглашения республики, а умеренные - принятия новой Конституции, в соответствии с которой министры будут избираться, а не назначаться королем.

В Алжире предполагается изменить законы, регулирующие избирательный процесс и деятельность политических партий.

В Марокко король Мухаммед VI принял решение о разработке новой Конституции, которая будет предусматривать выдвижение премьер-министра от победившей на парламентских выборах партии вместо назначения его монархом по своему усмотрению.

По-иному обстоит дело в Ливии, где в соответствии с подготовленной Переходным национальным советом (ПНС) декларацией предполагается в течение двухлетнего «переходного периода» принять Конституцию и подготовить всеобщие выборы, а целью проводимых преобразований будет, по словам председателя ПНС Мустафы Абд-аль-Джалиля, создание «исламского государства»3.

Таким образом, следствием народных выступлений станет, видимо, некоторая либерализация существующих политических систем, произойдет расширение политического представительства на плюралистической основе. Масштабы либерализации во многом будут зависеть от того, что будут представлять собой новые конституции государств региона, и от того, как будут организованы и каковы будут результаты парламентских и президентских выборов.

Но при этом было бы преждевременно рассчитывать на превращение арабских стран, где гражданское общество только еще формируется, в демократии западного образца (что наглядно продемонстрировал пример Ирака). В данном контексте может представлять интерес мнение Б.Скоукрофта, бывшего помощника по национальной безопасности Президента США, считающего, что «последние события в мире, в частности на Ближнем Востоке, - это не демократия как таковая. Но это крик о человеческом достоинстве. Люди хотят, чтобы правительства их уважали и не относились как к пешкам, думая лишь о выгоде для себя и кучки приближенных»4.

Главным является, однако, даже не предстоящая либерализация политических систем, а выход на политическую арену народных масс, бывших ранее безучастными наблюдателями того, как одни авторитарные режимы сменяются в результате военных переворотов другими. Хотя политическая активность масс в перспективе, видимо, спадет, население арабских стран вряд ли вновь превратится в прежнюю покорную толпу и новые правители не смогут это игнорировать. «Раньше, - отмечает сотрудник иракского Центра стратегических исследований Азиз Джабер, - во всех арабских странах считали, что народ боится своих руководителей. Теперь руководители должны бояться своих народов. Это - эпохальное событие в арабской политической жизни, в арабской истории»5. Нет, однако, никаких гарантий того, что массы всегда будут действовать конструктивно, а не деструктивно…

Новым властям придется столкнуться с немалыми сложностями. Только прямые потери в результате восстаний достигли 6,3 млрд. долларов в Египте и 2,6 млрд. евро в Тунисе. На это наслаивается угроза снижения прибылей от туризма, обеспечивающих 11% доходов АРЕ и формирующих 50% бюджета Туниса6. Ливии, по словам главы ведомства по реконструкции экономики ПНС Ахмеда Джехани, потребуется десять лет, чтобы ликвидировать ущерб, нанесенный народному хозяйству страны гражданской войной, который достиг в сентябре (по оценке Франко-ливийской торговой палаты) 200 млрд. долларов.

Согласно прогнозу Международного валютного фонда, валовой внутренний продукт Сирии сократится в 2011 году на 2%, а Египта - на 1,2% (в 2010 г. рост ВВП в этих странах составил 3,2 и 5,1% соответственно).

Арабским странам придется решать и такие задачи, как ликвидация нищеты (бедняки составляют 41,8% населения Йемена, 22,6% - Алжира, 19% - Марокко) и трудоустройство молодежи (безработица среди молодежи достигает 42,8% в Египте, 30,4% - в Тунисе, 24,4% - в Сирии). Для решения только этих проблем потребуются годы.

После падения режима М.Каддафи может трагически сложиться судьба Ливии, где противостояние регионов Киренаики (Восток) и Триполитании (Запад), а также между различными племенами (которых насчитывается больше сотни), арабами и берберами, исламистами и секуляристами плюс между местными революционерами и вернувшимися из эмиграции лидерами оппозиции способно привести к «сомализации» страны.

Стабилизации обстановки не способствуют и начавшееся сведение счетов сил ПНС с туарегами, которых считают сторонниками М.Каддафи, самосуды над неграми-ливийцами и чернокожими иммигрантами, убийства из-за мести, похищения людей, пытки захваченных в плен военнослужащих. Ситуацию еще больше осложняет то, что ПНС, укомплектованный в основном выходцами из Киренаики и пришедший к власти с помощью натовских штыков, не будет рассматриваться жителями Триполитании и Феззана (Юг) как легитимная власть. Придется к тому же создавать государственные структуры, призванные занять место джамахирийских органов управления. Не являются обнадеживающими и перспективы возобновления добычи нефти, производство которой упало с 1,6 млн. баррелей до 0,1 млн. баррелей в день7. По прогнозам специалистов, вывести ее экспорт на довоенный уровень удастся лишь через один-три года8.

Снижению вероятности развития событий по «сомалийскому сценарию» и новой вспышки гражданской войны могло бы способствовать быстрое формирование новых органов власти, включающих в себя представителей всех регионов и крупнейших племен Ливии, проводящих политику национального примирения и способных в кратчайшие сроки организовать парламентские и президентские выборы.

Расходы по ликвидации материального ущерба, причиненного восстаниями в арабских странах, повлекут за собой падение жизненного уровня населения. На это наложится разочарование в неоправдавших себя моделях местного развития («капиталистической» - в Египте, «социал-демократической» - в Тунисе, «джамахирийской» - в Ливии). Вполне вероятно, что через какое-то время будет потеряно доверие и к демократическим институтам из-за их неспособности быстро решить стоящие перед арабскими странами проблемы (по мнению еженедельника «Телькель» этот процесс уже начался в Марокко)9. Возникнет идеологический вакуум, который может заполнить идеология «религиозного возрожденчества». «Будет удивительно, - пишет английский исследователь Дж.Батт, - если первые свободные и честные выборы в арабском мире не выявят исламистских групп, скрывающихся внутри революций, которые были порождены не связанными с религией мотивами»10. Правда, на данный момент влияние фундаменталистов в большинстве государств Ближнего Востока и Магриба не столь уж значительно. Так, в АРЕ Ассоциацию «Братья-мусульмане» (АБМ) поддерживает 15-20% населения (впрочем, сами эти «Ихваны» рассчитывают получить в Народном собрании половину мест)11.

Формируются, таким образом, предпосылки для усиления влияния исламистов. Встает, однако, вопрос, каких именно исламистов. В Тунисе ведущей интегристской организацией является «Ан-Нахда», перешедшая еще десять лет назад на умеренные позиции: на состоявшемся в 2001 году в Лондоне конгрессе этой организации было объявлено об отказе от силовых методов борьбы и приверженности демократии12.

Руководство египетской Ассоциации «Братья-мусульмане» с 1977 года взяло курс на превращение ее в политическую партию. «Ихваны» пришли к выводу, что терроризм ведет религию к духовному самоубийству, и начали осуждать вылазки экстремистов13. Ассоциация стала считать парламентскую, более того, многопартийную систему соответствующей исламским принципам14. Отказались «Братья» и от деления мусульман на истинных и неследующих предписаниям ислама15. В настоящее время АБМ пользуется поддержкой респектабельных «мусульманских» банков и компаний, для которых следование религиозным нормам является оружием в конкурентной борьбе.

Стремление «исламского капитала» к сотрудничеству с перешедшими на умеренные позиции «Ихванами» объясняется и надеждами на то, что те могут стать заслоном против роста влияния радикальных исламистов. «Братья-мусульмане», - констатирует профессор Эксетерского университета Г.Ноннеман, - не являются радикальной и экстремистской организацией, как это представляют некоторые СМИ. Скорее, наоборот, эта организация борется с различными формами исламского радикализма»16. Конечно, в Египте существуют и экстремистские группировки, такие как, например, «Аль-Гамаа аль-исламийя», но значительным влиянием они пока не пользуются и число их приверженцев невелико. В свете вышеизложенного приход к власти «Ан-Нахды» в Тунисе либо «Братьев» в АРЕ (даже если такое произойдет) вряд ли приведет к превращению этих государств в некое подобие «Исламского эмирата Афганистан».

Иной выглядит ситуация в Йемене, где сторонники шариата и «Аль-Каиды» на Аравийском полуострове установили контроль над тремя городами на юге страны. Так же складывается ситуация и в Ливии, где на стороне повстанцев сражаются боевики Ливийской исламской боевой группы (возглавлявший ее в 1990-х годах Абд аль-Хаким биль-Хадж стал верховным командующим Военного совета Триполи), а также организации «Аль-Каида» в странах исламского Магриба и собственно «Аль-Каиды» (бойцы которой прибыли в Ливию из Афганистана). Активизировались исламисты и в Сирии, где баасистам противостоят «Братья-мусульмане» и «Аль-Каида».

Складывающаяся ситуация вызывает обеспокоенность, в частности, в соседнем с Ливией Алжире, где развязанная религиозными экстремистами в 1990-х годах гражданская война унесла 200 тыс. жизней. «НАТО и Франция - пишет алжирская пресса - установили в ливийском хаосе исламистскую власть c сильным джихадистским душком»17. Приход фундаменталистов к власти в Сирии, Ливии или Йемене повлек бы за собой превращение этих стран в рассадник религиозного экстремизма со всеми вытекающими из этого опасными последствиями для Арабского Востока, Запада, да и для России.

Симптоматично, что главарь «Аль-Каиды» Эйман аз-Завахири заявил о поддержке акций протеста в арабских странах, выразив надежду, что «всех марионеточных диктаторов свергнут» и на Ближнем Востоке и в Северной Африке наконец-то наступит «эпоха настоящего ислама»18.

Что касается воздействия на события внешнего фактора, то в какой-то мере влияние на настроения в арабском мире оказали американские идеи реформирования «Расширенного Ближнего Востока и Северной Африки», пропаганда американцами демократических ценностей, критика ими авторитаризма. Вместе с тем вряд ли правомерна точка зрения, в соответствии с которой Вашингтон является непосредственным организатором нынешнего хаоса. Другое дело, что американцы сумели быстро разобраться в обстановке. Свидетельство тому - их отказ от поддержки Х.Мубарака. Видимо, в Соединенных Штатах сразу же пришли к выводу, что его режим обречен, и предпочли открыть путь к установлению тесных отношений с грядущим «новым Мубараком».

Исключение составляет опять же Ливия. В последнее время в западных столицах возникли новые претензии к М.Каддафи. После того как руководство ВСНЛАД (Великой Социалистической Народной Ливийской Арабской Джамахирии - так власти Каддафи именовали страну) отказалось от планов создания оружия массового уничтожения, оно пошло еще на ряд шагов навстречу Западу. Были приняты решения выплатить 2,7 млрд. долларов компенсации родственникам пассажиров погибшего над Локерби авиалайнера и погибших от взрыва в дискотеке «Ля Белль» в Западном Берлине - в организации обоих терактов обвинялись именно ливийцы. Власти Джамахирии допустили в страну иностранные компании19, поэтому у европейцев и американцев появились, похоже, надежды, что М.Каддафи пойдет на приватизацию Национальной нефтяной корпорации (ННК), контролирующей большую часть добычи углеводородов в стране, и выставит ее акции на продажу. Этого, однако, не произошло.

Следующий шаг, который мог вызвать раздражение Запада, был сделан в январе 2009 года, когда М.Каддафи заявил, что Джамахирия может национализировать иностранные нефтяные компании в случае, если цена нефти на мировом рынке не увеличится до 100 долл./баррель. Вскоре после этого ННК пересмотрела условия контрактов с французской компанией «Тоталь» - Ливия получила единовременный бонус в размере 500 млн. долларов, а доля ее участия должна была увеличиться до 50%. Было также объявлено, что доля участия в разработках нефти иностранных корпораций в Ливии будет понижена до 10-15%. Кроме того, начав переговоры с Францией о покупке 14 истребителей «Рафаль», М.Каддафи через четыре года прервал их и сделал выбор в пользу российских самолетов20.

В результате осуществленной Западом интервенции, принесшей победу повстанцам, цель «прибрать к рукам ливийскую нефть» была, судя по всему, достигнута. Как заявил 16 сентября М.Абд аль-Джалиль, выступая в Триполи на совместной пресс-конференции с Президентом Франции Н.Саркози и премьер-министром Великобритании Д.Кэмероном, «союзники, которые принимали участие в войне на территории Ливии, будут иметь приоритетное право при заключении контрактов».

Заметную роль играет внешний фактор и в разжигании беспорядков в Сирии. Мятежники получают поддержку со стороны Саудовской Аравии и других стран Персидского залива, считающих, что падение дружественного Тегерану режима Президента Башара аль-Асада ослабит влияние Ирана на Ближнем Востоке. Аналогичной точки зрения придерживаются и западные державы, наращивающие политическое и экономическое давление на Дамаск. Сирийская оппозиция рассчитывает со своей стороны, что стремление заполучить сирийскую нефть подтолкнет европейцев и американцев к более жесткому вмешательству в события в САР. Пока, правда, надежды на это не сбываются. «Больно видеть, - сетует основатель Дамасского исследовательского центра по правам человека, один из лидеров оппозиции Радван Зияде, - что никто не поддерживает борьбу сирийцев за свободу, как будто у нас нет нефти»21.

С другой стороны, стремление египетских, а также иорданских оппозиционных группировок нажить политический капитал на требованиях «разорвать экономические связи с Израилем», «не допустить возвращения израильских послов», «расторгнуть Кэмп-Дэвидские соглашения» способно только негативно сказаться на отношениях Каира и Аммана с Тель-Авивом. Возврат к положению, существовавшему до подписания мирного договора между Египтом и Израилем в Кэмп-Дэвиде, представляется, впрочем, маловероятным: Египту, с одной стороны, не нужна конфронтация с Израилем, да и выдержать ее он был бы просто не в состоянии, а с другой - АРЕ слишком нуждается в американской помощи, чтобы идти на риск ее свертывания в случае возникновения серьезного кризиса в египетско-израильских отношениях.

Небезупречную роль сыграла в связи с происходящими событиями Организация Объединенных Наций. Приняв резолюции 1970 и 1973, Совет Безопасности нарушил статью 2 Устава ООН, запрещающую Организации вмешательство во внутренние дела государств-членов. Занятие Совбезом ООН различных позиций по отношению к, идентичным по существу, событиям в Ливии, Сирии и Йемене может восприниматься как свидетельство о его приверженности «двойным стандартам». Совбез никак не реагировал на действия авиации НАТО в интересах ливийских повстанцев, то есть на выход за рамки мандата, предоставленного резолюцией 1973, предпочел закрыть глаза на поставки Францией и Катаром оружия формированиям оппозиции в нарушение резолюции 1970.

Тем не менее присутствие ООН в Ливии в посткризисный период может быть полезным. Организация, отмечает постоянный представитель РФ при ООН В.И.Чуркин, «должна играть ведущую роль в постконфликтном восстановлении Ливии», в то время как Совет Безопасности «должен осуществлять политический контроль над этим процессом»22. Но при этом речь не идет о проведении в Ливии операции по поддержанию мира: ливийцы весьма ревниво относятся ко всему, что может рассматриваться как посягательство на их независимость, а именно таким образом они, скорее всего, воспримут присутствие в их стране иностранных воинских контингентов, даже прибывших под голубым флагом ООН.

Важным шагом на пути к подключению Организации к процессам посткризисного обустройства стало принятие 22 сентября 2011 года Советом Безопасности резолюции 2009 об учреждении миссии ООН по содействию в Ливии, в задачу которой входит оказание помощи «в восстановлении безопасности и порядка, поддержании законности, налаживании открытого для всех политического диалога, содействии достижению национального примирения и началу работы по выработке Конституции страны и организации выборов». Особое значение будет, как представляется, иметь помощь в проведении выборов, без чего невозможно сформировать новую государственность. Сложность же их подготовки обусловлена, по словам специального посланника Генсекретаря ООН по Ливии И.Мартина, тем, что в стране «нет живых воспоминаний о выборах, нет избирательной системы, избиркома, истории политических партий и независимого гражданского общества»23.

Своевременным выглядит и решение, принятое 21 сентября на встрече министров иностранных дел «Группы восьми» в Нью-Йорке, о предоставлении Египту, Тунису, Марокко и Иордании 80 млрд. долларов на содействие осуществлению демократических реформ.

Что касается России, то можно предполагать, что какие бы режимы (за исключением радикальных исламистских) ни пришли к власти в арабских странах, на наших политических отношениях с ними это вряд ли отразится. На Ближнем Востоке и в Северной Африке исходили и будут исходить из того, что Россия, как, впрочем, и Европейский союз, и, пусть в меньшей степени, Китай, выступают на региональной арене в качестве противовеса США и поддержание активных отношений с ними позволяет арабским государствам придавать своей внешней политике сбалансированный характер.

 

 

 1См: Филатов С. Тунисский бунт. Бессмысленный и беспощадный // Русский обозреватель. 2011. 21 янв. // http://www.rus-obr.ru/idea/9335; Попов В.В. Близкий Тунис. Очерки истории и современности. М., 2005. С. 121; Абдулатипов Р.Г., Воробьев С.А. Очерки практической арабистики. М., 2006. С. 269; Le Monde. 2006. 28 mars.

 2См.: Попов В.В. Меняется политическая карта арабского мира // Новое восточное обозрение. 2011. 10 фев. // http://www.journal-neo.com/?q=ru/node/4414; Ndiaye M., Fadjri W. Situation dans le monde arabe: Une aubaine pour l’opposition? // Afrique en ligne. 2011. 9 фев. // http://www.afriquejet.com/situation-dans-le-monde-arabe-une-aubaine-pour-lopposition-201102091001.html   

 3Levinson Ch., Coker M., Entous A., Hatoum L., Miller W. Defiant Gadhafi Vows to Fight // Middle East. 2011. 24 Aug. // http://online.wsj.com/article/SB10001424053111904875404576527650707951690.html?mod=   

 4Интервью Скоукрофта Б.Бабаевой С. // Московские новости. 2011. 10 авг.

 5Давыдов П. Египет возвращается в арабский мир, считают эксперты // РИА Новости. 2011. 2 фев. // http://ria.ru/world/21000202/329349828.html

 6См:Юрьев В. Мубарак ушел, туристы поедут? // Аргументы и факты. 2011. 16-22 фев.; Филатов С. Указ. соч.

 7См:Кезик И. Ливийская премия // Московские новости. 2011. 24 авг.

 8См:Крючков И., Ефимова М., Добровольский В., Данилович Е. Конец джамахирии // Московские новости. 2011. 23 авг.

 9См:Tellequelle. 2011. 29 août.

10Butt G. Are secular forces being squeezed out of Arab Spring? // BBC. 2011. 9 Aug. // http://www.bbc.co.uk/news/world-middle-east-14447820

11Ibidem.

12 См: L’Audace. Аvril 2001. Р. 9-10, 12.

13 См: Taheri A. Holy Terror: Inside the World of Islamic Terrorism. Bethesda, 1987. Р. 225.

14См.: Аль-Ахрам. 07.11.1983; Аш-Шарк аль-Аусат. 18.02 и 04.05.1985.

15См.: Brière C., Carré O. Islam: Guere à l’Occident? P., 1983. Р. 207.

16Попов В.В. Указ. соч.

17Ghezali Salima. Le révélateur libyen // La Nation // http://www.lanation.info/Le-revelateur-libien_a271.html

18Юрченко И. Новый главарь «Аль-Каиды» радуется акциям протеста в арабском мире // Комсомольская правда. 2011. 15 сен. // http://kaliningrad.kp.ru/online/news/976386

19Подробнее см.: Егорин З.А. Муаммар Каддафи. М., 2009. С. 326-344.

20См.:  Добровольская Н. Миссия «Рафаля» // Московские новости. 2011. 24 авг.

21  Libération. 2011. 20 sept.

22Самохоткин А. Особый случай // Московские новости. 2011. 1 сент.

23Там же.