Исторические события нередко имеют последствия, которые совсем не прогнозировались их вершителями. Парадоксально, но благодаря революционным событиям октября 1917 года и последовавшим за ними рассеянием наших соотечественников по всему миру россияне обрели интереснейший корпус дневников, воспоминаний, переписки - своего рода всемирную архивную эмигрантскую библиотеку.

Не так давно состоявшаяся публикация дневников дипломата - князя Льва Владимировича Урусова* (*Дневники Л.В.Урусова. 1914-1917. Тамбов, 2017. 592 с.) (1877-1933 гг.) - важное событие и в академической, и общественной жизни. Министерство иностранных дел Российской Федерации, его Историко-документальный департамент и Архив внешней политики Российской империи неслучайно приурочили это издание к 100-летию Русской революции. Дневники князя Л.В.Урусова охватывают 1914-1917 годы и повествуют о судьбоносных для России исторических событиях устами профессионального дипломата и в то же время тонкого и наблюдательного современника.

Многие десятилетия представление советского/российского общества об истории отечественной дипломатической службы было редуцировано до узкого перечня «разрешенных» имен и институций, занимавшихся в современной терминологии преимущественно политологическими исследованиями. Между тем полнокровная история отечественной дипломатии складывается из нескольких неразрывных составляющих - «дореволюционной» и «советской», и в то же время «эмигрантской» и «репрессированной». Каждая из них обладает великим множеством индивидуальных и институциональных особенностей. Эта сложная «множественность» была, с одной стороны, характерной чертой российского дипломатического сообщества XX века, а с другой - обеспечивала возможность и власти, и обществу в целом получать разнообразные и объемные сведения о политических, социально-экономических, культурных и интеллектуальных процессах в сопредельных странах.

Дневники князя Л.В.Урусова, которые он вел преимущественно в Японии, являются уникальным источником как для изучения истории российской дипломатии в Дальневосточном регионе, так и для понимания того, как актуальные события всемирной истории отражались и трансформировались в сознании русского дипломата. Они заметно выделяются необычным для представителей дипломатического сообщества ярко эмоциональным дискурсом автора.

Князь Лев Владимирович Урусов родился в семье профессиональных дипломатов, тесно связанных с Российским императорским двором. Его отец, князь Владимир Павлович Урусов (1838-1880 гг.), служил в российских дипломатических миссиях в Тегеране и Вене*, (*По некоторым сведениям, Л.В.Урусов как раз и родился в 1877 г. в Вене, а не в Санкт-Петербурге, как обычно пишут в сетевых энциклопедиях.)

 имел придворный чин камергера Двора Его Императорского Величества. Мать Льва Владимировича - Юлия Львовна (1849-1919 гг.), урожденная княжна Гагарина, была известным коллекционером старой европейской живописи и русского портрета XVIII века.

Князь Л.В.Урусов окончил знаменитый «пушкинский» Императорский Александровский лицей в одном выпуске, 1898 года, с известным в будущем дипломатом Е.В.Саблиным (1875-1949 гг.). С того же года он состоял на службе по Министерству иностранных дел. Основные вехи дипломатической карьеры князя Урусова были связаны с работой за рубежом, он - первый секретарь российских миссий и посольств в Гааге (Голландия), Софии (Болгария) в 1910-1912 годах и Токио (Япония) в 1912-1916 годах. Не приняв большевистской революции 1917 года, Урусов эмигрировал во Францию и жил в Париже. Хроника русской эмигрантской жизни в этой столице русского зарубежья зафиксировала его выступления в 1924 году с докладами на различных собраниях, посвященных десятилетию начала Первой мировой войны, в 1925 году он выступал в Русском обществе изучения Востока, а в 1926 году - на открытии Русского клуба и торжественном завтраке по случаю 50-летия литературной деятельности А.А.Плещеева.

В эмиграции Л.В.Урусов стал членом Союза объединенных монархистов (1925 г.) и Организационного комитета по созыву Российского зарубежного съезда (1926 г.) в Париже. Он возглавлял Общество служащих чинов Министерства иностранных дел России. Похоронен на известном православном кладбище в Сент-Женевьев-де-Буа рядом с женой Ниной Владимировной (1889-1936 гг.), урожденной фон Ломан. По некоторым сведениям, дочь Льва Владимировича, княжна Нина Львовна Урусова, после 1945 года жила в Нью-Йорке.

За этими строками официальной биографии Л.В.Урусова оставались его личные увлечения, которые со временем принесли ему даже бόльшую известность, чем служение интересам императорской России на дипломатическом поприще. Так, Урусов был одним из сильнейших российских теннисистов, победителем II Всероссийского чемпионата по теннису в 1908 году; он также выиграл открытое первенство Токио в одиночном разряде в 1913 году. А в 2008 году имя князя Льва Урусова было внесено в списки Зала российской теннисной славы в номинации «Пионеры отечественного тенниса». Выступавшая на церемонии знаменитая российская теннисистка Анна Дмитриева рассказала, что организаторам, к сожалению, не удалось разыскать находящихся за границей родственников князя Урусова. «Но мы будем хранить эту статуэтку и этот диплом, - заметила она. - Вдруг кто-нибудь узнает, что их знаменитого прапрадеда вспомнили в России, и тогда мы им передадим награду».

Еще более значимо, что князь Урусов представлял Россию в Международном олимпийском комитете и сохранил свое членство в МОК до 1933 года. Более того, в 1923 году, на сессии МОК в Риме, именно он предпринял попытку убедить членов МОК допустить на Игры VIII Олимпиады в Париже две самостоятельные команды - из спортсменов СССР и спортсменов-эмигрантов. Патриотизм как ведущая мотивация был присущ всем дипломатам российской дореволюционной школы, он ярко проявил себя в деятельности князя Л.В.Урусова и в эмигрантский период.

Когда именно он начал вести дневники, пока доподлинно неизвестно. Они поступили на хранение в АВПРИ в 1936 году. Жаль, что нет сведений, как дневники так быстро попали в СССР, ведь князь скончался в 1933 году. Благодаря публикации они занимают теперь важное место среди дипломатических записей русских зарубежных представителей, давая не только подробное отображение главных вопросов внешней политики России тех лет, но и способствуя более глубокому пониманию особенностей международной обстановки, сложившейся в первые десятилетия ХХ века. Проблемы, затронутые автором в дневнике, а именно исторический взгляд на Первую мировую войну и политику союзников в ее годы, крушение империй, политику царской России на Дальнем Востоке и другие, сегодня также вызывают живой интерес.

Японская часть дневников Льва Урусова - самая значительная не только по количеству прожитых в этой стране лет, но прежде всего по накалу исторических событий, активным и непосредственным участником которых он оказался. Отправляясь на дипломатическую службу в Японию, Урусов рассматривал свою работу в посольстве как миссию по продвижению геополитических, экономических и культурных интересов России и расширению ее влияния в Дальневосточном регионе. Однако жизнь распорядилась иначе. В Токио Льву Владимировичу пришлось работать в тот период, когда кроваво и трагически начала завершаться историческая судьба Российской империи, а с ней и многих ее подданных.

Страстные размышления о месте и роли России в кризисном мире - основная тема записей Л.В.Урусова. На Рождество
1915 года, 24 декабря, он записал: «Боязнь России, как и любовь к России, не исходят из рассудка - в этих чувствах есть что-то мистическое, как к чему-то необъятному и непонятному, что именно своими размерами, не могущими быть сколько-нибудь точно учтенными, и страшит или притягивает… Размеры русского господства непонятны: либеральные слова, часто великодушные «славянские» побуждения и самая невероятная действительность, которая осуществляется некультурными мелкими пешками, не имеющими ни малейшего представления о смысле совершающихся событий, с которыми нет сладу и на которые нет управы, разве только подкуп»1.

Князь Л.В.Урусов много пишет о высокой политике, затрагивает важнейшие вопросы русско-японских двусторонних отношений, а также передает атмосферу дискуссий в среде коллег-дипломатов. Напомним, что он служил в посольстве, когда его почти десять лет возглавлял Николай Андреевич Малевский-Малевич, с которым у князя сложились весьма непростые отношения. Дмитрий Иванович Абрикосов (1876-1951 гг.), сменивший Урусова на должности первого секретаря посольства, вспоминал, что Лев Владимирович неоднократно «красноречиво рассуждал, какую политику он будет проводить в Японии, когда займет место посла»2. Однако провидение в очередной раз распорядилось по-своему, и после назначения послом в Токио Василия Николаевича Крупенского (1869-1945 гг.) князю пришлось вернуться в Россию. Казалось, после десятилетия заграничной дипломатической службы и при поддержке высокопоставленных коллег Урусов мог претендовать на неплохую аппаратную карьеру в России, однако этого не произошло. На момент Февральской революции он был лишь вице-директором II Департамента МИД. Как заметил коллега Л.В.Урусова Г.Н.Михайловский, в отличие от ряда сотрудников князь ничего не проиграл с революцией, но и не выиграл3. Человек бурного темперамента, игрок и победитель по натуре, Урусов был в обиде на руководство министерства, что не помешало ему стать инициатором создания Общества служащих чинов МИД России сразу после Октябрьского переворота и фактически возглавить противостояние карьерных дипломатов большевистским эмиссарам.

Еще 3 марта 1917 года, в момент крушения империи, Л.В.Урусов резюмировал: «Я был всегда убежденным противником самодержавия как всякого непроверенного авторитета, но считаю опыт республиканского правления в некультурной и многоязычной и национально не сплоченной России опытом, совершенно напрасным и не могущим дать длительных хороших результатов. Русской душе, устремленной ввысь и вширь, нужно дать для продуктивной работы нечто твердое и незыблемое. Президент российской республики - это громкое слово с таким ничтожным содержанием, что даже представляю себя на этом месте или лучшего человека, все-таки отдаешь себе отчет, что заменить Белого царя или царя-батюшку невозможно. Русская республика - это огонь в руках ребенка или шедевр искусства в руках сапожника, - и опасно, и жалко производить такие опыты, которые могут удасться временно, но которые по существу своему должны оказаться махровым пустоцветом. Ограниченная монархия - великолепная форма правления, и всякий президент будет стремиться ее осуществить, но по теперешним настроениям у нее совсем нет шансов успеха»4.

Дневники Л.В.Урусова содержат множество таких острых крупномасштабных размышлений и прогнозов. Предваряющая их публикацию статья «Война и революция глазами русского дипломата» А.И.Кузнецова - одного из лучших современных знатоков истории российской дипломатии, прекрасно показывает, интерпретирует и раскрывает сильные и слабые стороны общественно-политических взглядов и оценок Л.В.Урусова в контексте его профессиональной активности и многогранной деятельности российской дипломатии дореволюционного периода.

Хочется также сказать несколько слов об огромной работе, проведенной сотрудниками Архива внешней политики Российской империи по подготовке записей Л.В.Урусова к изданию. Несомненно, текстологическая обработка почти тысячелистной рукописи потребовала многолетней скрупулезной работы целого коллектива и она вызывает самое глубокое уважение. Реальный комментарий, сопровождающий и восстанавливающий опорные вехи фактографического, хронологического и географического рядов дневников, деликатно и лаконично предлагает читателю необходимые справки.

Издание содержит прекрасные фотографии из собрания АВПРИ, а также аннотированный именной указатель, помогающий ориентироваться в издании. Когда-то Историко-документальный департамент МИД уже подготовил и опубликовал биографический словарь репрессированных дипломатов, сейчас, по-видимому, пришло время отдать должное и российским дипломатам, вынужденно оказавшимся в эмиграции. «Трава забвения» еще недавно грозила полностью уничтожить память о многих россиянах, окончивших свои дни в зарубежье, однако время и усилия потомков постепенно возвращают нам их имена, дела и рукописи.

Князь Лев Владимирович Урусов принадлежал к той многочисленной плеяде российских дипломатов, которые вершили «большую политику» непосредственно на местах. Своей деятельностью и самим образом жизни и мысли они напрямую влияли на формирование представлений о России и россиянах в странах и городах пребывания. Дневники Л.В.Урусова - еще один памятник всем тем, кто сохранял верность и преданность России, понимая, что возврата к прошлому уже не будет.

 

 

 1Дневники Л.В.Урусова… С. 232-233.

 2Абрикосов Д.И. Судьба русского дипломата. М., 2008. С. 26.

 3Михайловский Г.Н. Записки. Из истории российского внешнеполитического ведомства, 1914-1920 гг. Книга 1. М., 1993. С. 18.

 4Дневники Л.В.Урусова… С. 370-371.