Цифровая экономика приведет к экономической киберсистеме


Глобальный кризис, выражающийся в растущем хаосе, порождает новые проблемы, с которыми цивилизация ранее не сталкивалась. Использовать привычные методы решения кризисных проблем путем организации глобальных военных действий невозможно. Как отметил в своем выступлении на Генеральной Ассамблее ООН Президент РФ В.В.Путин, экспорт социальных экспериментов приводит к трагическим последствиям, к общественной деградации. По его мнению, необходимым инструментом для решения общих мировых задач является переход к цифровой экономике (ЦЭ), «задающей новую парадигму развития
государства, экономики и всего общества», позволяющей использовать информационные технологии (ИТ) для повышения эффективности управленческих решений1. Существуют два принципиально разных подхода к построению ЦЭ.

Эклектическая ЦЭ - «Big Data», или «экономика данных»

Публично обсуждаемая сегодня концепция базируется на эклектических представлениях ЦЭ как совокупности направлений, разрабатываемых статистиками, инженерами и специалистами ИТ: «Big Data» («Большие данные»), искусственный интеллект, «умные» отрасли и города, цифровые (электронные) финансы (FinTech), технологии проектирования (BIM), государственные услуги (E-Gov), «интернет вещей» и др. Стихийное внедрение направлений ЦЭ может быть эффективным с точки зрения снижения затрат отдельных субъектов, но не быть эффективным с точки зрения общественных затрат и тем более не может решить проблему бескризисного или пропорционального развития мировой экономики. В этом вопросе помощником должна стать не статистика «Big Data», а научно обоснованная экономико-математическая модель (ЭММ), на основе которой формируются платформа ИТ, определяющая взаимодействие отраслевых и региональных платформ в режиме реального времени, а также требования к сбору исходной информации («Big Data») для выхода на траекторию устойчивого роста.

К настоящему времени Правительством РФ (Распоряжение от 28 июля 2017 г. №1632-р) утверждена программа «Цифровая экономика Российской Федерации» (далее - программа), в которой в качестве цели названо создание экосистемы ЦЭ Российской Федерации. Под ней понимается использование цифровых данных для обеспечения эффективного взаимодействия бизнеса, научно-образовательного сообщества, государства и граждан. При этом под ЦЭ понимается ее представление в виде трех взаимодействующих уровней: отраслей экономики, в которых кооперируются субъекты (поставщики и потребители товаров, работ и услуг); платформы и технологии, формирующие компетенции для развития отраслей экономики; среда, создающая условия для развития платформ и технологий, эффективного взаимодействия субъектов отраслей экономики, которая включает нормативное регулирование, информационную инфраструктуру, кадры и информационную безопасность. Далее авторы программы уточняют, что настоящая программа сфокусирована на двух нижних уровнях ЦЭ, поскольку определение ими целей и задач развития институтов, как нормативное регулирование, формирование компетенций, технологических заделов и образования, автоматически позволит им достичь цели ЦЭ2.

Анализ программы выявил отсутствие в ней научно обоснованной ЭММ для организации ЦЭ. По сути, авторов вполне устраивает организация ЦЭ на основе огромного количества статистических показателей «Big Data». Они «наивно» полагают, что на основе некоего их нормотворчества (конкретно какого?) и собираемых каких-то статистических данных (конкретно каких?) автоматически экономические агенты будут эффективно взаимодействовать и сбудется чудо - повышение благосостояния граждан и тем самым переход к новой парадигме развития государства.

Подход к ЦЭ как «Big Data» стала популярным среди представителей ИТ-сектора, математиков, увлеченных созданием ЭММ, а также статистиков, использующих некоторые количественные взаимосвязи статистических показателей для составления эконометрических моделей. Создание на основе «Big Data» новых информационных, математических и эконометрических моделей, как и расширение «Big Data», может быть бесконечным, не имеющим никакого отношения к решению экономических проблем, но увеличивающим при этом рутинные затраты предприятий на сбор ненужной информации.

Такой подход к решению экономических проблем с использованием ИТ не является новым. Он повторяет ошибки Общегосударственной автоматизированной системы учета и обработки информации (ОГАС), на внедрение которой были затрачены огромные суммы, а итогом явился «ручной», не автоматизированный расчет на местах статистических показателей, передаваемых на верхний уровень, который использовал «Большие данные» в некоторых прогнозных эконометрических моделях, экстраполирующих существующие тенденции экономического развития3. Такой подход не отвечает задаче ЦЭ организовать эффективное взаимодействие экономических агентов с Центром в режиме реального времени. В этом смысле сбор статистических данных «Big Data» и использующие их для некоторых расчетов эконометрические модели являются «мертвыми». Важно негативный опыт ОГАС не забывать.

Однако если выгодно, то можно забыть о прошлых ошибках. В современных дискуссиях о ЦЭ существует большое количество разных представлений о ней. Общим для всех является связь ЦЭ с множеством собираемых статистических данных по производству товаров и услуг, с необходимостью внедрения современных ИТ для мониторинга и контроля, автоматизации расчетов, документооборота, оказания услуг и т. д.

Поскольку международные экономические организации не располагают в своем арсенале научно обоснованной ЭММ, то «Big Data», задаваемая стандартом национальных счетов ООН, представляет собой статистические показатели, содержащие повторный счет и дисбалансы. Далее эта недостоверная информация используется Всемирным банком и правительствами стран для прогнозирования развития экономики на основе «мертвых» эконометрических моделей, игнорирующих обратную связь от источников информации для организации взаимодействия бизнеса, государства и общества в режиме реального времени с использованием ИТ для выхода из кризиса. Учитывая, что подход к ЦЭ как к «экономике данных» для статистических целей известен еще со времен В.Петти*, (*В.Петти делал статистические вычисления и сопоставления еще в XVII в., например о населении земного шара в разные периоды времени, сравнительном богатстве разных стран и т. д., на основании собранных им цифр, предположительных и произвольных данных.) а первый международный стандарт ООН был внедрен еще в 1953 году, данные которого использовались для проведения некоторых эконометрических расчетов, то в этом смысле никакого перехода к ЦЭ как новой экономической парадигме нет. Все последующие международные стандарты, принимаемые ООН, лишь расширяли «экономику данных», включая последний стандарт, принятый в 2008 году4. Соответственно, продолжает увеличиваться арсенал эконометрических моделей Всемирного банка, не имеющих никакого отношения к решению кризисных проблем.

В июне 2017 года прошли обсуждения в Аналитическом центре при Правительстве РФ о готовности России к ЦЭ5. Участники отметили, что нет общего представления о том, что представляет собой ЦЭ, и что каждая страна имеет свой путь в ее развитии, учитывая опыт других стран. Ввиду отсутствия научного понимания ЦЭ у экспертов, включая представителей Всемирного банка, научную методологию оценки готовности стран к ЦЭ подменили субъективными оценками экспертов.

ИТ - это технический механизм, инструмент реализации ЦЭ. Создание ИТ и «умной» техники, цифровизация финансов, электронных услуг и диспетчерского управления движением транспорта и материалов являются прерогативой инженеров и специалистов в области ИТ. Все эти направления могут быть эффективными с точки зрения снижения затрат конкретных субъектов, использующих те или иные ИТ, но не быть таковыми с точки зрения общественных затрат. Решение технических проблем, как и неких математических задач, с помощью использования супервычислительных мощностей, создание технологий «Big data», блокчейн, «умной» техники, «умных» отраслей и городов, цифровых (электронных) финансов (FinTech), технологий проектирования (BIM), государственных услуг (E-Gov), чипизация граждан и др. не могут сами по себе решить важнейшую экономическую проблему пропорционального развития экономики (согласования общественно необходимых потребностей и производственных возможностей) для выхода цивилизации из глобального экономического кризиса и удержания ситуации под контролем.

Главной причиной продолжения глобального кризиса является диспропорциональность экономического развития или несоответствие развития отраслей экономики потребностям ее конечных потребителей - домашних хозяйств, государства, экспортеров. Она ведет к снижению степени удовлетворения потребностей конечных потребителей, росту бедности, банкротству малого и среднего бизнеса, работающего на потребности домашних хозяйств, и его поглощению более крупным капиталом. Диспропорциональность и хроническая всеобщая инфляция, запущенная в преддверии Первой мировой войны и продолжающаяся до настоящего времени, сопровождается централизацией мирового капитала, ростом бедности и международного терроризма, ухудшением экологии, деградацией цивилизации с уничтожением государств и цивилизации в целом.

Для движения к новому обществу, использующему достижения ЦЭ для процветания наций и гармоничного развития личности, необходима научно обоснованная ЭММ, базирующаяся на объективных экономических законах, открытых в «Капитале» К.Марксом. Ее разработка - прерогатива экономической науки, исследующей объективные законы развития экономики, и экономической кибернетики, использующей эти знания в создании экономической киберсистемы. Ее ядром должна стать «живая» научно обоснованная ЭММ, организующая сбор и обработку экономической информации с использованием ИТ в режиме реального времени для повышения эффективности управленческих решений. ИТ-специалисты создают технологическое обеспечение экономической киберсистемы.

Цифровые стратегии государств

Как и всякий другой глобальный кризис, нынешний кризис ведет к обновлению производства на новой материально-технической базе. Наступает эра ЦЭ - «умных» орудий труда с внедрением новейших ИТ для работы с «экономикой данных», которая может быть «оплачена» странами-жертвами, импортирующими иностранные инвестиции для развития инфраструктуры (в т.ч. цифровой) и финансовых спекуляций, чтобы обеспечить переход Запада к новому типу общественного производства. «Экономические эпохи различаются не тем, что производится, а тем, как производится, какими средствами труда»6. При этом решающая роль в определении эпохи общественного производства принадлежит развитию механических средств труда или орудиям труда, воздействующим на предмет труда и повышающим производительность труда, а не средствам труда, служащим в качестве материальных условий производства (здания, дороги, трубы и т. д.). Именно в цифровизации экономики обострится следующий этап жесточайшей конкуренции государств за выживание. Поэтому стратегии и программы развития ЦЭ оказываются в центре внимания руководителей государств и научной общественности.

В стратегии Великобритании четко сказано, что страна намерена стать мировым лидером в формировании глобального киберпространства для обеспечения процветания нации за счет роста производительности труда, создания больше высококвалифицированных высокооплачиваемых рабочих мест в будущем и дающего возможность гражданам страны безопасно жить и работать онлайн7.

Обычно под киберпространством понимается виртуальное пространство, создаваемое компьютерными системами, в частности Интернетом, в котором создаются киберсистемы, имитирующие поведение реальных объектов, реагирующих на управленческие воздействия и события внешней среды в режиме реального времени*. (*Авторство понятия принадлежит американскому писателю-фантасту Уильяму Форду Гибсону.) Для того чтобы виртуально созданные киберсистемы вели себя аналогично материальным системам, их разработчики должны учитывать объективные законы развития материальных систем. Тогда пользователи киберсистем смогут воздействовать на материальные объекты в соответствии с объективными законами (например, в физике - Законом всемирного тяготения, отражения и др.)*. (*В развлекательных целях пользователям виртуальных миров позволяется больше, чем возможно в реальной жизни (например, создавать любые предметы и т. п).)  Поскольку экономика развивается по своим объективным законам, то для эффективного управления экономикой требуется представление ЦЭ как экономической киберсистемы, базирующейся на научно обоснованной ЭММ, учитывающей действие объективных экономических законов.

Не имея научной ЭММ для создания экономической киберсистемы, Великобритания, как и другие страны, намерена развивать «Big Data», понимая под ней расширение возможностей использования статистических данных в экономике и повышение общественного доверия к их использованию. Тем не менее основанием для амбициозной стратегии Великобритании служит то, что она является лидером в мировых финансах, имеет конкурентные преимущества в области искусственного интеллекта (ИИ), используемого бизнесом и конечными потребителями, а также в отрасли FinTech, состоящей из компаний, использующих ИТ на рынке финансовых услуг, предоставляемых целиком или по большей части через Интернет, конкурируя с традиционными финансовыми институтами (банками, биржами и т. д.).

США стремится с помощью цифровых технологий стать лидером в международной торговле. Уже в 2014 году США экспортировали примерно 400 млрд. долларов в виде услуг, предоставляемых в цифровом виде, что составляет более половины всего экспорта услуг США и около одной шестой от ВВП страны. Исходя из того, что конкурентоспособность и рост экономики полностью зависят от возможностей в ЦЭ, разработана межведомственная программа «Электронная экономика»8. Согласно программе, США будут поддерживать распространение Интернета в качестве глобальной платформы для общения, торговли, выражения людей как личностей и для инноваций. Для оказания помощи малым и средним предприятиям в увеличении экспорта их продукции с использованием американских глобальных каналов электронной коммерции США запустили пилотную программу «Цифровой атташе», что, в свою очередь, будет способствовать развитию ЦЭ в США.

Ускоренно развивать ЦЭ намерен Сингапур, являющийся ведущей страной, наряду с США, в области цифровизации экономики9 и, согласно Глобальному индексу инноваций (GII) 2016 года, шестой по величине инновационной экономикой в мире10. По заявлению правительства, «страна стремится стать «умной» нацией11. При этом под «умностью» понимается не просто внедрение ИТ, а использование их обществом для улучшения качества жизни граждан. С этой целью при правительстве организована группа, отвечающая за координацию действий правительства, отраслей и общественности в применении цифровых технологий12. Своими конкурентными преимуществами в развитии ЦЭ правительство считает значительное присутствие венчурного капитала и финансовых межнациональных корпораций в небольшом, но глобально связанном городе-государстве, что будет способствовать быстрому и эффективному тестированию, разработке и реализации решения.

Большие достижения в производстве высокотехнологичной электронно-вычислительной техники имеет Китай. По данным 2014 года, Китай имеет высокую долю электронной коммерции (торговли через интернет-магазины) - 8,4% в общем обороте его розничной торговли. Более высокие показатели имели только Великобритания и Германия. Для преодоления разбалансировки экономики, ведущей, по мнению экспертов, в тупик, руководство КНР приняло десятилетний план, нацеленный на реиндустриализацию страны, рассматривая строительство ЦЭ («умной» экономики, интернет-экономики) в качестве спасителя экономики. По замыслу плана Китай должен превратиться к 2049 году из мировой фабрики в планетарную лабораторию. В качестве приоритетных моторов развития выбран Интернет и непрерывное развитие национальной ИТ-индустрии для обеспечения стратегической безопасности13.

Согласно международному индексу сетевой готовности стран к ЦЭ Россия занимает 41-е место14. В программе России особое внимание уделяется правовому регулированию отношений, возникающих в ЦЭ, подготовке кадров ЦЭ, созданию к 2024 году не менее десяти компаний-лидеров в области «сквозных» технологий, конкурентоспособных на глобальных рынках. В отличие от программ развития ЦЭ в передовых странах, определяющих их конкурентные преимущества для мирового лидерства в одном (нескольких) направлениях глобальной ЦЭ, в программе России отсутствуют устремления России как единого государства стать глобальным лидером в развитии ЦЭ. Это противоречит национальной технологической инициативе (НТИ), выдвинутой 4 декабря 2014 года В.Путиным в Послании Федеральному Собранию, призванной сформировать принципиально новые рынки и создать условия для глобального технологического лидерства России к 2035 году.

Совещание по вовлечению научного и экспертного потенциала РАН в реализацию НТИ выявило неспособность участников ее осуществить. Так, представитель Агентства стратегических инициатив (АСИ) Д.Песков призвал к необходимости что-то делать, в частности строить «Big Data». Ссылаясь на то, что все новые рынки - от сельского хозяйства до рынка космоса - представляют собой сети, в которых посредники замещаются на управляющее программное обеспечение, высказал мнение, что России необходимо осваивать новые рынки и занять на них лидирующие позиции15. Критикуя РАН за отсутствие у фундаментальной науки целеориентированности НТИ, помощник Президента РФ А.Белоусов сделал вывод, что эту задачу частично выполняет принятая программа ЦЭ (в частности, развитие сквозной технологии «Big Data» и т. д.) и что РАН должна иметь общий язык, объединяющий языки науки и технологий16.

Критика РАН за отсутствие практической ориентации в их научных исследованиях справедлива. Однако не следует втягивать РАН в реализацию, по сути, антинаучной программы ЦЭ. Пресловутое экспоненциальное развитие сетевой экономики означает рост числа посредников в цепочке между потребителями и производителями, что не означает роста потребительской полезности. Д.Песков и А.Белоусов не правы, считая, что отдельные проекты и сквозные технологии могут автоматически обеспечить сбалансированное развитие экономики страны в отраслевом и региональном аспектах для роста качества жизни.

Более того, реализуемый в программе сетевой подход, отрицающий координирующую функцию государства, тем самым отбрасывает Россию в далекое историческое прошлое безгосударственного мира с анархией и примитивным хозяйством. Программа становится очередным инструментом согласования интересов разных групп, претендующих встраивать отечественную ЦЭ в глобальное цифровое пространство, формируемое странами-лидерами, где стране отведена роль жертвы в обеспечении технического прогресса в странах-лидерах.

Однако продолжение глобального кризиса, сопровождаемого расширением «Big Data» и лоббированием технократических интересов, приведет и страны-лидеры к безгосударственному роботизированному обществу с массовой безработицей и деградацией пользователей достижений ЦЭ, замещаемых роботами. Люди будут все более интернет-зависимыми и получать БОД (безусловный основной доход)17, цифровое рабство сменит цифровой первобытный строй. Эксперты этих стран надеются на то, что внедрение ЦЭ приведет ко все более расширяющемуся применению экономического планирования на уровне государств. Так, в статье Дж.Торнхилла, редактора раздела «Инновации» газеты «The Financial Times», отмечается возможность использования государственных цифровых платформ для планирования производства, распределения и потребления благ и приводятся слова Джека Ма, основателя Alibaba (крупнейшей китайской торговой интернет-платформы), что «Big Data» сделает рынок более «умным» и позволит планировать и прогнозировать рыночные силы, что позволит, наконец, достичь плановой экономики18.

Однако при отсутствии научно обоснованной ЭММ, организующей ЦЭ в интересах благополучия наций (мирового сообщества), процесс поиска модели плановой экономики на основе стихийно формируемой «Big Data» может быть бесконечно долгим и повторяющим ошибки советского ОГАС, но уже на глобальном уровне.

Люди, все более замещаемые роботами, не должны оставаться без работы и деградировать. Их нужно вовлекать в работу, используя для этого достижения современных ИТ для расчета траектории (плана) пропорционального развития общественного производства с использованием всего ресурса общественного рабочего времени для улучшения жизни. И тогда опыт СССР в планировании экономики оказывается бесценным.

Научно обоснованная ЦЭ - экономическая киберсистема, или киберэкономика

Промышленная революция, начавшаяся в конце XVIII века, знаменовалась появлением машин, оперирующих сразу несколькими механическими орудиями, преодолевающими ограниченные возможности человека, что стало основой для небывалого в истории роста производительности труда. По сути, она началась с автоматизации технологических процессов, оставляя за человеком «на первое время, наряду с новым трудом по наблюдению за машиной и по исправлению своими руками ее ошибок, также и чисто механическую роль двигательной силы»19. Развитие машинного производства привело к социальной революции, утвердившей капиталистический способ производства как определенной системы экономических отношений с соответствующей материально-технической базой. Появление машин-роботов, имеющих автоматическое управляющее устройство механическими орудиями труда, свидетельствует о переходе к высшей ступени автоматизации управления технологическими процессами.

Производство представляет собой совокупность материальных (управляемых) и информационных (управляющих) процессов20. При этом материальные и информационные процессы разделяются между собой в пространстве и времени. Это разделение становится все более четким по мере развития производства, когда оперативная информация о состоянии управляемого объекта в данный конкретный момент и цель управления все более усложняют выбор управляющих воздействий. Если выявлению закономерностей материальных процессов в производстве посвящены естественные и технические науки, то изучение закономерностей информационных процессов в системах управления с использованием ЭВМ началось лишь в середине XX века. Это было связано с появлением новой науки - кибернетики. В ней выделяют три основных направления - биологию, технику и экономику.

Техническая кибернетика изучает и создает технические системы на общих принципах кибернетики, в которых информационные системы обслуживают управляющее воздействие человека на материальный объект. Предметом исследования экономической кибернетики является управление общественным производством как установление эффективной координации деятельности экономических субъектов в направлении роста качества жизни.

Реалии управления общественным производством таковы, что при росте масштабов производства и усложнении производственных взаимосвязей в экономике страны (мировом сообществе) значительно растет объем информации, поступающей на верхний уровень управления, что делает все более сложным и трудоемким ее обработку и принятие эффективных решений. Наступает момент в развитии производительных сил, когда рост затрат труда в обслуживании информационных процессов начинает ускоряться значительно быстрее затрат труда в реальном секторе экономики. Увеличение численности управленческого персонала, способствуя росту ошибочной информации и снижая возможность принятия наилучших решений, переносит центр тяжести управления с непосредственного руководства производством на управление управленческим персоналом и документооборотом - подготовку справок, докладов и отчетов, обсуждение и согласование решений и т. д. В конце концов система становится неуправляемой и работает в режиме «ручного» управления.

Чтобы сдержать рост численности управленческого персонала и улучшить контроль за исполнением заданий, привлекаются ИТ для автоматизации управления документооборотом. Однако хаотический рост «Big Data» увеличивает загруженность персонала, что опять-таки ведет к увеличению его численности и дополнительному документообороту. Для выхода из нарастающего информационного хаоса и повышения эффективности управления экономикой требуется внедрение экономической киберсистемы, координирующей деятельность экономических агентов для реализации целей развития в режиме реального времени. Внедрение экономической киберсистемы знаменует начало управленческой революции, которую можно считать киберреволюцией.

Следует отметить, что уже в 1950-х годах в США, когда наблюдался резкий рост численности управленцев во всех странах, началась автоматизация отдельных функций управления производством (например, использовать ЭВМ для расчетов заработной платы, календарного плана, бухгалтерского учета и т. д.). С ее помощью США смогли сдержать бурный рост управленцев. В СССР автоматизация производства началась с запозданием - в 1960-х годах. Но если в США автоматизация управления ограничивалась уровнем корпораций, то в СССР впервые была поставлена амбициозная задача создания ОГАС, что могло бы существенно повысить качество управления экономикой страны и обеспечить в конечном счете выигрыш СССР в холодной войне. Как было сказано выше, ОГАС «погас» из-за приоритетности его создателями технических проблем экономическим. По этой же причине неудача постигла и известного кибернетика-философа Ст.Бира, пытавшегося реализовать в Чили с ее Президентом С.Альенде проект «Киберсин» для преодоления бюрократизма. Постановка цели определила реализацию проекта посредством институциональных мер, что и определило ее провал.

Несмотря на безуспешность попытки создания ОГАС и ошибки плановой экономики, СССР нарабатывал опыт построения «живого» плана «затраты - выпуск», учитывающего прямую и обратную связь всех уровней управления экономикой для обеспечения пропорционального развития экономики при полной занятости в направлении благополучия наций.

Решению задач «живого» планирования была посвящена экономическая и техническая мысль в СССР. Советские ученые достигли огромного прогресса в этом направлении, далеко уйдя вперед в экономических знаниях от западных теоретиков. Именно поэтому в СССР родилась наука «Экономическая кибернетика», необходимая сегодня для создания научно обоснованной ЦЭ, обеспечивающей выход из глобального кризиса. Принципы и методы экономической кибернетики для создания экономической киберсистемы были впервые изложены в книге Н.Ведуты «Экономическая кибернетика». Им же разработана динамическая модель межотраслевого-межсекторного баланса (МОСБ)21, служащая ядром экономической киберсистемы, в которой учитываются объективные законы развития общественного производства.

Модель представляет собой систему алгоритмов с прямой и обратной связью, итеративно согласующих плановые расчеты «затраты - выпуск» всех отраслей и секторов экономики для эффективного выполнения производителями заказов конечных потребителей (домашних хозяйств, государства, экспортеров) в режиме реального времени. Принципами модели являются достижение пропорциональности и эффективности развития национального производства, оптимизация структуры конечного продукта с точки зрения роста полезности (качества жизни), что предполагает включение в модель информации по динамике цен равновесия потребительского рынка в качестве обратной связи. Имитация в модели действия закона стоимости означает создание условий, при которых этот закон как стихийный регулятор не действует, то есть ликвидируется главная причина кризиса - диспропорциональность экономики.

Системное определение показателей МОСБ позволяет избавиться от повторного счета, присутствующего в системе национальных счетов ООН, и отражает движение всех произведенных доходов и расходов в экономике страны. Принципиальное отличие динамической модели МОСБ от эконометрических моделей состоит в описании движения экономики от ее исходного состояния в направлении, задаваемом конечными потребителями в виде системы алгоритмов с прямой и обратной связью, уточняющей задания конечных потребителей в зависимости от возможностей производителей, в том числе с учетом их предложений по новым технологиям в режиме реального времени (онлайн). Поэтому данная ЭММ является основой экономической киберсистемы. Ее управляющим параметром являются государственные производственные инвестиции, которые могут быть совместными с бизнесом (государственно-частное партнерство). В результате расчетов по модели определяется распределение производственных инвестиций по отраслям экономики, максимальный прирост реальной платежеспособности рубля за счет оптимизации структуры конечного продукта для потребительского рынка, плановый МОСБ.

Начатый в 1917 году проект «СССР» по созданию сознательно организованной экономики, обеспечивающей процветание нации, завершился в 1991 году. Первоочередная значимость науки управления - экономической кибернетики для эффективного управления «корпорацией» СССР была проигнорирована руководством страны. Ориентация на ключевые отрасли ВПК, отключение цен равновесия как обратной связи, информирующей производителей о предпочтениях потребителей, отсутствие гибкого реагирования системы на новые технологии и изменение конечного спроса вели экономику СССР в кризис. Этот процесс ускорялся реформированием системы управления, увеличивающим информационный хаос.

Переход России в начале 1990-х годов к новой экономической модели, предполагающей отказ от планирования, заблокировал начатую в СССР киберреволюцию, что имеет негативные последствия для прогрессивного развития цивилизации в целом. В настоящее время во всех странах вместо «живого» планирования «затраты - выпуск» используются монетарные методы, обслуживающие цикличность «инфляция - дефляция» в интересах централизации мирового капитала, и субъективные оценки по распределению выделяемых из бюджета финансовых средств, что является основой для коррупции. Мировое сообщество теряет время на дискуссиях об экономических проблемах и внедрении эклектической «Big Data».

В Декларации лидеров «G20», принятой в июле 2017 года, поддержана деятельность по мониторингу со стороны ВТО, ЮНКТАД и ОЭСР, а также деятельность Всемирного банка и МВФ по укреплению торгового и инвестиционного сотрудничества. По их мнению, цифровая трансформация является движущей силой глобального, инновационного и устойчивого роста, способствующая сокращению неравенства и выходу на устойчивое развитие к 2030 году. Поэтому они взяли на себя обязательства обеспечить к 2025 году всех их граждан «цифровой связью», особенно приветствуя при этом развитие инфраструктуры ЦЭ в странах с низким уровнем дохода22.

Исторический опыт показывает, что для выхода из кризиса требуется усиление координирующей роли государства (межгосударственного блока) в экономике. Будущее принадлежит тем, кто осуществит «стучащую во все колокола» киберреволюцию, изменяющую тренд глобализации. И в этом вопросе у России есть конкурентные преимущества - наработки в области экономической киберсистемы и организационно-техническая база для ее внедрения в виде системы распределенных ситуационных центров органов государственного управления, чтобы первой осуществить киберреволюцию. Это будет полезно для всех стран мира - США, Великобритании, Китая и других, поскольку без экономической киберсистемы ни одна страна никогда не выйдет из глобального кризиса. Такую ЦЭ можно по праву считать новой парадигмой развития государства, экономики и всего общества, в котором «умный» Госплан используется «умным» правительством в интересах технического и культурного прогресса.

Учитывая необходимость внедрения ЦЭ как новой парадигмы для изменения вектора глобализации, требуется гласное обсуждение научно обоснованной ЭММ, на основе которой должна выстраиваться не только национальная, но и глобальная ЦЭ. По итогам обсуждения следует создать Мозговой центр (Think Tank) для внедрения экономической киберсистемы, состоящей из разработчиков научно обоснованной ЭММ, ученых головных институтов и специалистов всех отраслей и секторов экономики, включая специалистов в области ИТ, экономической статистики, бухгалтерского учета, финансов и права. Создание Мозгового центра позволит решить проблемы методического, математического, программного и организационно-технического обеспечения для внедрения экономической киберсистемы в практику государственного управления, а также подготовки новых кадров, умеющих работать в условиях ЦЭ.

 

 1Выступление В.В.Путина на пленарном заседании ПМЭФ-17 // http://eanews.ru/news/policy/Vladimir_Putin_vystupil_na_Peterburgskom_ekonomicheskom_forume_STENOGRAMMA_02_06_2017/

 2 file:///C:/Users/Администратор.000/Desktop/Международная%20жизнь/программа%20ЦЭ.pdf

 3VedutaE. The intrasystemic correction of the global economic model // Міжнародний науковий журнал «Математичне моделювання в економіці».  Киiв, квітень-червень 2015. №2 (3).

4Система национальных счетов 2008/ Комиссия Европейских сообществ, МВФ, ОЭСР, ООН, Всемирный банк // Сайт ООН, 2012 // http://unstats.un.org/unsd/nationalaccount/docs/SNA2008Russian.pdf

 5http://ac.gov.ru/events/013543.html

 6Маркс К. и Энгельс Ф. Сочинения. М.: Изд-во политической литературы, 1960. Т. 23. С. 191. См. там же: Примечание 2 к изданию. «Как ни мало историческая наука знает до сих пор развитие материального производства, следовательно, основу всей общественной жизни, а потому и всей действительной истории, однако, по крайней мере, доисторические времена делятся на периоды на основании естественно-научных, а не так называемых исторических изысканий, по материалу орудий и оружия: каменный век, бронзовый век, железный век».

 7https://www.gov.uk/government/publications/uk-digital-strategy/uk-digital-strategy

 8Alan Davidson, Director of Digital Economy, Commerce Department Digital Economy Agenda, May 2016 // https://www.ntia.doc.gov/files/ntia/publications/alan_davidson_digital_economy_agenda_deba_presensation_051616.pdf

 9http://bit.samag.ru/uart/more/67

10http://inno-mir.ru/news/64-2015-12-03-10-07-34/341-global-innovation-index-2016

11https://www.smartnation.sg/about-smart-nation

12https://www.gov.sg/news/content/smart-nation-and-digital-government-group-office-to-be-formed-under-pmo

13Шулльцева В. Цифровая экономика Китая // http://www.lastmile.su/journal/article/4702

14file:///C:/Users/Администратор.000/Desktop/Международная%20жизнь/программа%20ЦЭ.pdf

15Новости сибирской науки // http://www.sib-science.info/ru/ras/tekhnologicheskaya-initsiativa-07062017

16https://nangs.org/news/members/rukovoditel-its-compmechlab-aleksej-borovkov-vystupil-v-prezidiume-akademii-nauk-na-soveshchanii-po-vovlecheniyu-nauchnogo-i-ekspertnogo-potentsiala-ran-v-realizatsiyu-natsionalnoj-tekhnologicheskoj-initsiativy

17Стендинг Г. Прекариат: новый опасный класс // http://fictionbook.ru/static/trials/09/00/36/0900
3651.a4.pdf

18Thornhill John. The Big Data revolution can revive the planned economy // Financial Times, 04.09.2017

19Маркс К. и Энгельс Ф. Сочинения. М.: Изд-во политической литературы, 1960. Т. 23. С. 385.

20Ведута Н.И. Экономическая кибернетика. Минск: Наука и техника, 1971.

21Ведута Е.Н. Межотраслевой-межсекторный баланс: механизм стратегического планирования экономики. М.: Академический проект, 2016.

22Final Declaration: G20 States Vow to Promote Global Trade, 'Digital Connection' // https://sputniknews.com/politics/201707081055370421-g20-summit-results-declaration/

Отправить статью по почте