Глобальная антикоррупционная стратегия: новые тенденции и приоритеты


Коррупция является глобальной угрозой. Какую бы страну мы ни брали, о каком бы политическом устройстве или уровне экономического развития ни говорили - коррупция всегда ставит под удар стабильность и благосостояние общества, делает людей бесправными и беззащитными, наносит неминуемый, колоссальный ущерб безопасности и суверенитету государства.

На различных международных площадках, прежде всего в рамках Организации Объединенных Наций, ведется постоянный поиск наилучших способов борьбы с коррупцией. Принят целый ряд международных и региональных антикоррупционных конвенций. Разработаны механизмы оценки в выполнении государствами положений этих договоров. Однако полностью искоренить коррупцию еще не удалось ни одной стране мира.

Можно ли минимизировать коррупцию? И каким образом? Для этого требуются глобальные усилия. В преамбуле к универсальной Конвенции Организации Объединенных Наций против коррупции (далее - КПК ООН) как раз говорится о том, что для эффективного противостояния коррупции на национальном уровне необходимо взаимодействие всех государств.

Вопросам наращивания совместных усилий на глобальном уровне, формирования культуры тотального неприятия коррупции был посвящен Первый международный антикоррупционный саммит, состоявшийся в Лондоне 12 мая 2016 года по инициативе бывшего премьер-министра Великобритании Д.Кэмерона. Официальный Лондон охарактеризовал его как «уникальный» и «беспрецедентный», впервые объединивший лидеров государств, бизнеса и гражданского общества для выработки практических мер по борьбе с коррупцией.

Оценки СМИ и международных экспертов были намного скромнее. К примеру, британский журнал «Экономист» отмечает, что «большинство международных саммитов являют собой полный провал и перспективы нынешнего не особо радужные: организация неважная, участие не столь представительное, как ожидалось»1. При этом известный американский экономист Джеффри Дэвид Сакс заявил: «Чтобы покончить с коррупцией, нужно начать с США и Великобритании - они закрывают на нее глаза»2.

Следует отметить, что из 43 стран - участниц лондонского саммита только 11 были представлены главами государств или правительств. И вряд ли причиной там стала публичная оговорка Д.Кэмерона накануне саммита о том, что ожидается участие лидеров фантастически коррумпированных стран, таких как Нигерия и Афганистан. К слову, по оценке британской газеты «Дейли телеграф», наибольший резонанс в обществе эти слова получили после того, как стало известно, что с момента вступления Д.Кэмерона в должность премьера эти две страны получили от Великобритании финансовую помощь в размере 2,3 млрд. фунтов3.

Сам факт проведения Лондоном подобного мероприятия неоднозначен. Британские заморские территории, особенно Британские Виргинские острова, превратились в «офшорную столицу мира» и в шутку именуются в прессе «второй английской империей». Там сосредоточено до одной трети всех мировых офшорных операций. В одном только Лондоне зарегистрировано 44 тыс. объектов иностранной частной собственности, большая часть которых, по мнению все того же журнала «Экономист», приобретена на средства от коррупции (всего в Великобритании около 100 тыс. таких объектов).

Хотя слово «офшоры» и звучит как что-то экзотическое и заморское, на самом деле это вполне может быть страной или территорией отдельно взятого государства. Причем крупные державы нередко контролируют эти юрисдикции, как минимум экономически. Например, упомянутые Британские заморские территории входят в состав Содружества Наций (The Commonwealth of Nations), где помимо них еще четыре десятка суверенных государств (всего 53), расположенных на пяти континентах. Зачастую офшоры можно обнаружить и в стране, активно борющейся с «налоговыми гаванями». Яркий пример - США. Ведь сегодня штаты - Невада, Вайоминг, Южная Дакота - превращаются в основное место притяжения капиталов, «бегущих» из рассекреченных офшоров4.

В то же время в мировой экономике по-прежнему неспокойно. Как следствие - бюджетный дефицит на национальном уровне, необходимость находить новые источники доходов и средств для выполнения правительственных обязательств перед собственным населением. Есть мнение экспертов, что все эти факторы заставили западные страны по-новому взглянуть на колоссальные денежные ресурсы лиц, укрывающихся от налогов, которые оказались размещенными в офшорах.

Отечественный экономист В.Катасонов, например, считает, что заявленная на лондонском саммите борьба с офшорами есть не что иное, как переезд глобальных офшоров в США. В Великобритании, мол, собираются открыть для публичного доступа реестр бенефициарных собственников компаний. Да и сама коррупция, по мнению В.Катасонова, представляет собой один из самых удобных предлогов для «смещения извне политиков, не устраивающих западную элиту»5. Другой целевой установкой может стать национализация коррупционных активов, незаконно вывезенных из других стран, чтобы таким образом поправить состояние собственных экономик.

Такова конечная цель или нет - для лучшего понимания ситуации важно детально ознакомиться с конкретными решениями прошедшего саммита и международными процессами, ему предшествовавшими.

Итак, по итогам саммита 40 стран подписали глобальную декларацию и развернутое коммюнике. 43 страны, включая Россию, взяли на себя конкретные обязательства (country statements). Соответствующие документы опубликованы на сайте Правительства Великобритании6.

В последние годы Российская Федерация проявляет себя активным участником международного антикоррупционного сотрудничества. В частности, наша страна председательствовала в авторитетных международных форумах, в том числе АТЭС, «Группе 20», Группе разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег (ФАТФ), БРИКС. В 2015 году Россия успешно провела в Санкт-Петербурге крупнейшее антикоррупционное мероприятие - Конференцию стран - участниц КПК ООН. Таким образом, на ближайшие два года к России перешло председательство в профильных экспертных группах ООН.

Основой реализации государственных усилий на данном направлении является позиция Президента Российской Федерации, для которого вопросы противодействия коррупции - безусловный приоритет.

Президент Российской Федерации В.В.Путин не раз говорил о необходимости комплексного подхода в организации антикоррупционной деятельности в России. Причем не только посредством ужесточения фискальной политики или правоохранительных мер, но и воспитательной работой, которая по факту ограничила бы возможность для проявлений коррупции7.

В России в целом сформированы организационные и правовые основы противодействия коррупции. Принят Федеральный закон «О противодействии коррупции» и Национальная стратегия противодействия коррупции. Каждые два года Президент Российской Федерации утверждает национальные планы противодействия коррупции, где содержатся конкретные задачи в данной сфере. В целом же в связи с ратификацией и принятием Россией ключевых международных антикоррупционных конвенций изменениям подверглись положения законов о государственной и муниципальной службе, нормы уголовного, уголовно-процессуального законодательств, а также нормы Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации, гражданского и трудового законодательств8.

Участие России в лондонском саммите еще раз продемонстрировало намерение нашей страны продолжить активное взаимодействие с другими государствами по линии КПК ООН, антикоррупционных рабочих групп АТЭС, «двадцатки» и т. д. Безусловно, противодействие коррупции на международном уровне требует четких антикоррупционных правил и общих, согласованных усилий. В то же время наша страна неизменно отстаивает следующую позицию: эффективное международное сотрудничество в антикоррупционной сфере, в том числе на площадках вышеперечисленных форумов, должно осуществляться при центральной координирующей роли Организации Объединенных Наций на основе КПК ООН. Именно эта конвенция является единственным универсальным международно-правовым инструментом, задающим главное направление развития и регулирующим весь комплекс вопросов международного сотрудничества по противодействию коррупции. Официальная позиция МИД России в преддверие саммита явилась тому подтверждением9.

Вместе с тем «неформальные» встречи (организуемые не под эгидой конкретной организации или форума) и так называемые публичные или политические обязательства, которые страны берут на себя добровольно, сегодня все чаще встречаются в международном диалоге по антикоррупционной тематике и другим вопросам. И с этой мировой тенденцией необходимо считаться.

Итак, вернемся к решениям саммита. Декларация содержит такие громкие заявления, как публичные обязательства разоблачать коррупцию, где бы она ни была обнаружена, наказывать тех, кто совершает или замешан в коррупционных действиях, а также оказывать поддержку обществам, пострадавшим от коррупции.

Коммюнике отражает результаты дискуссий и договоренности по ряду чувствительных вопросов, в том числе по проблеме секретности международных финансовых потоков, связанных с доходами от коррупции, по антикоррупционным усилиям в спорте, добывающих отраслях, сфере закупок для государственных нужд и т. д.

Процесс включения в повестку дня мировых форумов проблематики борьбы с коррупцией во всем ее многообразии начался более десяти лет назад и со временем стал набирать обороты. Сначала эта тематика фигурировала в решениях «Группы семи». После 2011 года - в декларациях саммитов «Группы 20» и ее профильной антикоррупционной рабочей группы. Параллельно о том, как лучше противодействовать коррупции, регулярно дискутируют на площадках ООН, Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), Группы разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег (ФАТФ) (Financial Action Task Force on Money Laundering - FATF), АТЭС, Группы государств по борьбе с коррупцией (Group of States Against Corruption) - международной организации, созданной Советом Европы, - ГРЕКО, Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ), Международной антикоррупционной академии. С 2015 года по инициативе России эта тема стала предметом диалога в БРИКС.

Приоритетных вопросов здесь много: это противодействие взяточничеству, легализации доходов от коррупции, выполнение стандартов ФАТФ по прозрачности бенефициарных собственников юридических лиц, меры прозрачности и добросовестности в государственном секторе экономики, включая госинвестирование, госзакупки, налоговую и бюджетную транспарентность, защиту заявителей о фактах коррупции и т. д.

Однако анализ деклараций и решений перечисленных форматов за последние годы являет собой иллюстрацию постоянно повторяющихся сюжетов. Что говорилось и принималось десять лет назад - примерно такой же набор заявлений и в прошлом году. И невольно задаешься вопросом: а есть ли прогресс в глобальном антикоррупционном движении? Полагаю, что отчасти саммит в Лондоне созывался для поиска ответа на этот вопрос и, возможно, корректировки проводимого курса. Его, кстати, в шутку именуют «антикоррупционным крестовым походом».

Кроме того, такого рода всплески «антикоррупционной активности» зачастую совпадают с разгаром избирательной кампании либо внутрипартийной борьбы в отдельно взятых странах.

Вместе с тем практические результаты саммита говорят о том, что какие-то ответы все же найдены. Приоритеты, судя по всему, тоже расставлены. Именно деофшоризация и возврат активов станут главными направлениями работы в международном антикоррупционном сотрудничестве на ближайшую перспективу. Для этого, надо полагать, имеются свои основания.

Офшоры

Д.Кэмерон заявил, что в июне 2016 года Великобритания станет первой страной «Группы 20», создавшей открытый для публичного доступа реестр бенефициарных собственников. Еще одно многообещающее заявление британского правительства: «Офшорные компании и другие иностранные юрлица, приобретающие активы или уже владеющие ими в Великобритании, должны будут декларировать своих конечных владельцев в новом публичном (открытом) реестре».

Помимо Британии к инициативе публичных реестров присоединились Франция, Нидерланды, ЮАР, Нигерия, Украина. Австралия, Новая Зеландия, Иордания, Индонезия, Ирландия и Грузия объявили, что работают в этом направлении.

40 стран и юрисдикций, включая некоторые Британские заморские территории (острова Кайман, Ангилья, Бермуды, Мэн), договорились обмениваться информацией о реестрах бенефициарных собственников в автоматическом режиме. США в этом списке нет.

Возврат активов

В 2017 году в США пройдет Глобальный форум по возврату активов, который будет посвящен оказанию содействия таким странам, как Украина, Нигерия, Тунис и Шри-Ланка. Организаторами форума выступят США и Великобритания при поддержке ООН и Всемирного банка.

Примерно 20 стран подтвердили намерение принять законы или законодательные поправки для того, чтобы упростить выявление, арест и возврат активов, приобретенных преступным путем.

Пункт 16 упомянутого коммюнике посвящен мерам по укреплению сотрудничества правоохранителей, в том числе национальных антикоррупционных органов по конфискации и возврату похищенных активов в соответствии с нормами КПК ООН10.

Фигурирует в коммюнике и такая неоднозначная тема, как взаимодействие в рамках процедур конфискации доходов без обвинительного приговора и постановлений о конфискации по делам, связанным с так называемым «необъясненным богатством» (пункт 18).

Застрельщиком в этом вопросе выступила Великобритания в апреле 2016 года, предложив разработку правовых инструментов по «необъясненным богатствам». Речь идет и о переносе бремени доказывания на владельцев соответствующего имущества. Собственность лиц, которые не способны подтвердить, что они накопили свое состояние законным путем, может быть отчуждена по решению суда.

Госзакупки

На саммите отмечено, что на цели госзакупок тратится до 30% госрасходов, или приблизительно 10 трлн. долларов в год, из которых существенная часть идет на коррупцию. По мнению экспертов Сети Омидьяра (американского частного некоммерческого венчурного инвестиционного фонда), «60% взяток в мире сосредоточены в сфере госзакупок»11.

13 стран присоединилось к Стандартам публикации открытых данных по государственным контрактам (OCDS). При этом 12 стран намерены запретить компаниям, уличенным в коррупции, участвовать в госзакупках.

Налоговая прозрачность

В июле 2016 года ожидается публикация совместного отчета ООН, ОЭСР, Всемирного банка и МВФ для «Группы 20» по механизмам эффективной реализации Глобального стандарта для автоматического обмена налоговой информации (Common Reporting Standard - CRS).

ОЭСР разрабатывает «объективные критерии» для идентификации юрисдикций, которые плохо сотрудничают по вопросам налоговой прозрачности. Так, можно ожидать последующей разработки ОЭСР механизмов давления на проштрафившиеся страны.

Примечательно, что именно в день проведения саммита в Лондоне Россия подписала Международное соглашение ОЭСР об автоматическом обмене финансовой информацией, став его 81-м участником. Речь идет о получении сведений о зарубежных счетах российских налоговых резидентов от иностранных налоговых органов. Обмен такой информацией с налоговыми службами других стран будет происходить с 2018 года и коснется данных за 2017 год12.

В числе участников соглашения - Британские Виргинские острова, Белиз, Бермудские острова, острова Джерси и Гернси, Кипр, Швейцария, Панама и другие.

Подключение к международному сотрудничеству в этой сфере направлено на борьбу с налоговым мошенничеством и незаконным вывозом прибыли из России.

К слову, по результатам исследования профессора Колумбийского университета Дж.Генри, к концу 2014 года из развивающихся стран в офшоры было выведено более 12 трлн. долларов. Причем, по его оценке, отток капиталов из России к концу 2014 года составил 1,3 трлн. долларов, что на 500 млрд. долларов превышает его же данные по России по состоянию на 2012 год - 798 млрд. долларов13.

Страновые сюжеты

Из Британских заморских территорий (всего 14) в саммите приняли участие только Бермудские и Каймановы острова.

Министр острова Мэн обратился с призывом к США предпринять более решительные меры по борьбе с собственными офшорами, например штатом Делавэр. В ответ Дж.Керри сказал, что администрация Президента Обамы объявила о запуске дополнительных мер финансового регулирования, направленных на раскрытие компаниями «большей информации о своих владельцах»14.

Китай, председательствующий в этом году в «Группе 20», был представлен на уровне министра контроля Хуан Шусьена. В своем выступлении китайский руководитель заявил о намерении Китая строить новые «платформы для международного антикоррупционного сотрудничества», добиваться практических результатов в поиске сбежавших из страны коррупционеров и украденных активов15.

По его словам, в настоящее время КНР участвует в 15 глобальных и региональных антикоррупционных механизмах, осуществляет взаимодействие с 89 странами и регионами, подписала 44 соглашения об экстрадиции, 57 соглашений о взаимной правовой помощи по уголовным делам, а также договоренности об обмене финансовой информацией с 35 странами и регионами.

Для сравнения, США имеют соглашения об экстрадиции более чем со 110 странами мира (по состоянию на 2013 г.). Среди своих обязательств по итогам саммита США отмечают две новые законодательные инициативы: обязывающую все компании, учрежденные в США, сообщать информацию о своих бенефициарных владельцах в Министерство финансов и наделяющую правоохранителей дополнительными полномочиями по борьбе с транснациональной коррупцией16.

В настоящее время в США рассматриваются дела о коррупционных преступлениях, повлекших причинение ущерба на сумму 1,8 млрд. долларов. США также заявили о своем намерении возвращать доходы от коррупции в пострадавшие государства (с 2004 г. возвращено 153 млрд. долл.).

Итоги саммита и направления работына ближайшую перспективу

1. Наметилась мировая тенденция по укреплению организационных основ противодействия коррупции на международном уровне:

 - в Лондоне создается новый Международный координационный центр в сфере борьбы с коррупцией* (*Страны-участницы: Австралия, Сингапур, Швейцария, Германия, Новая Зеландия, Канада, Великобритания и США.), основной целью которого станет содействие усилиям правоохранителей по преследованию коррупционеров и возврату активов. При этом декларируется, что к компетенции Центра будут также отнесены вопросы коррупции в высших эшелонах власти (grand corruption);

 - готовится к принятию новый Антикоррупционный план действий «Группы 20» на 2017-2018 годы;

 - создается Инновационный центр передовых антикоррупционных технологий.

2. Активизировалась разработка международных предложений и рекомендательных актов в области возврата активов:

 - ООН готовит практическое руководство для государственных структур, занимающихся возвратом активов;

 - ФАТФ и ОЭСР поручена разработка предложений по совершенствованию практических механизмов обмена информацией о бенефициарах;

 - ООН, ОЭСР и Всемирный банк рассматривают возможность «компенсационных платежей» странам, пострадавшим от коррупции.

3. Великобритания разрабатывает поправки в антикоррупционный закон, направленные на ужесточение ответственности для руководящих работников компаний, которые не сумели предотвратить коррупцию или отмывание денег. Ожидается, что другие страны последуют ее примеру.

4. Обозначены приоритетные направления международных исследований на ближайшую перспективу: технологии оценки рисков и уровня коррупции, предотвращение конфликта интересов, измерение эффективности мер по противодействию коррупции, предпринимаемых государствами.

Значение итогов саммита для Российской Федерации

Сразу возникает как минимум два вопроса: может ли Россия участвовать в происходящих процессах? И что будет, если от них абстрагироваться?

Международное сотрудничество в сфере противодействия коррупции необходимо. Не для того, чтобы кому-то что-то доказывать. А потому что коррупция - это не национальная, а международная проблема. И все, что происходит на национальном уровне, в той или иной степени отражает происходящие в мире процессы.

На прошедшем саммите была четко обозначена тенденция по усилению антикоррупционных структур и наращиванию международной координации. Переформатируются сами институты и формы сотрудничества, механизмы и способы обмена данными. Происходит если не отход от традиционных организаций и форумов, то, по крайней мере, создание некой «параллельной реальности» - более мобильных, результативных и инициативных объединений, которые в принципе открыты для всех. Но где с пользой для себя смогут участвовать лишь те страны, которые проявляют активность, генерируют конструктивные предложения, отстаивают свои интересы и в то же время открыты для поиска совместных решений. Причем надо учитывать, что выгодных только одной стране решений практически не бывает. Здесь результат во многом зависит от постановки вопроса.

Все это означает, что в современных условиях для результативного взаимодействия с другими странами в сфере противодействия коррупции страна должна быть хорошо подготовлена как в профессиональном (ресурсном) плане, так и экспертном. И, наверно, самое важное - наладить эффективную координацию между профильными госорганами, участвующими в противодействии коррупции.

Следует полагать, что помимо заявленной цели - бескомпромиссной борьбы с коррупцией - саммит представляет собой важный шаг в сторону оздоровления мировой экономической и финансовой систем. И нельзя сторониться этих процессов, а, напротив, следует принимать в них самое деятельное участие.

Нужно определиться с позицией России по возможному участию в создаваемых международных антикоррупционных центрах. Полезным видится также подключение представителей России к работе над новыми инициативами в области репатриации доходов от коррупции.

Вопрос возврата активов требует отдельного рассмотрения17. Проблематика конфискации, справедливого распределения и репатриации средств от коррупционных преступлений за последние несколько лет превратилась в один из самых «горячих» вопросов для международных структур (ООН, ОЭСР, Всемирный банк).

В той или иной степени эти вопросы включены в большинство международных антикоррупционных документов, в том числе в Конвенцию ООН против транснациональной организованной преступности, Антикоррупционную конвенцию ОЭСР, Рекомендации ФАТФ, Варшавскую конвенцию Совета Европы. Безусловно, наиболее комплексно названная тематика раскрыта в КПК ООН, включая взаимодействие правоохранительных органов по отслеживанию активов, а также механизмы международных запросов по конфискации имущества.

Однако немаловажный вопрос разделения имущества между государством, осуществившим его конфискацию, и страной происхождения коррупционных доходов отражен в КПК ООН лишь в общих чертах. Более того, эта конвенция не устанавливает императивных обязательств по возврату такого имущества в страну происхождения.

Таким образом, существует определенный пробел, вызванный, по всей видимости, издержками переговорных процессов по согласованию соответствующих международных норм. В статье 59 КПК ООН фактически содержится призыв к государствам заполнить данный пробел самостоятельно путем заключения двусторонних и многосторонних соглашений по возврату и разделу имущества.

Есть основания полагать, что значимость проблемы возврата активов в ближайшие годы будет только увеличиваться. Этому, несомненно, будет способствовать проведение очередного цикла взаимных оценок стран в рамках КПК ООН, который нацелен в том числе на обзор выполнения положений Главы V «Возврат активов». Кроме того, ФАТФ в ходе очередного раунда оценок также будет делать особый акцент на вопросы эффективности работы систем по возврату активов. Большое внимание данной теме уделяется и в рамках АТЭС, включая недавно созданную под ее эгидой Антикоррупционную сеть правоохранительных органов.

По скромным подсчетам Управления ООН по наркотикам и преступности и Всемирного банка, «ежегодно до 40 млрд. долларов в виде доходов от коррупции переводятся из развивающихся стран в иностранные юрисдикции»18.

Исходя из данных Всемирного банка, мировым лидером в объемах изъятия активов по делам о зарубежном подкупе являются США. Речь идет о конфискации коррупционных доходов транснациональных корпораций и крупных иностранных компаний, полученных ими в других странах, преимущественно в рамках государственных контрактов.

Всего в период с 1999 по 2012 год урегулировано (во внесудебном порядке) 395 дел, связанных с иностранным взяточничеством на сумму 6,9 млрд. долларов. Из них 275 таких дел, или 70%, урегулированы в США. Штрафных санкций наложено в размере 5,9 млрд. долларов. При этом «потерпевшие» страны (в основном развивающиеся) сумели вернуть лишь 3,3% изъятых средств (197 млн. долл.).

Очевидно, что за 11 лет существования КПК ООН установленные ею нормы по возврату активов фактически не работают. В свою очередь, Конвенция ОЭСР по борьбе с подкупом иностранных должностных лиц при осуществлении международных коммерческих сделок действует как своего рода механизм наращивания статистики по количеству дел, штрафов и объемов изъятых активов. На практике все это дает западным странам, прежде всего США, возможность продолжать использовать свою правоохранительную систему как эффективный инструмент «экспроприации» зарубежных активов.

История с возвратом Ливии активов Каддафи уже превратилась в притчу во языцех. А один из наиболее свежих примеров - замороженные в США активы Ирана (3 млрд. долл.), которые в соответствии с решением Верховного суда США от 20 апреля 2016 года должны быть выплачены в виде компенсации семьям погибших в результате теракта против американских морских пехотинцев в Бейруте в 1983 году. На этот счет агентство Рейтер приводит лаконичный комментарий официального представителя МИД Ирана - «кража»19.

Даже новый закон Франции о борьбе с коррупцией, разработанный министром финансов М.Сапеном, позиционируется как способ решения принципиальной для страны задачи - прекращения выплат французскими компаниями, обвиняемыми в коррупции, внушительных штрафов иностранным государствам, в первую очередь США. Причем во внесудебном порядке, в рамках так называемых соглашений об отсрочке судебного преследования (deferred prosecution agreements - DPA), широко используемых англосаксонскими странами.

Так, в соответствии с законодательством США и Великобритании, определенные действия со стороны компании-правонарушителя могут смягчить наказание или даже освободить от ответственности и санкций. А именно, заключение письменного соглашения об отсрочке уголовного преследования между правоохранительными органами и компанией, сотрудничающей со следствием.

Причем процедура отсрочки уголовного преследования может быть возбуждена как по инициативе компании, так и по предложению прокурора. В этом случае компания обязуется исполнить ряд условий, которые могут включать выплату денежного штрафа и компенсации, а также сотрудничество в отношении будущего преследования физических лиц из числа сотрудников, связанных с данными преступлениями.

Вектор вывода данных активов преимущественно односторонний: из стран с развивающимися экономиками в страны с развитыми экономиками и офшоры. В общем объеме незаконно выводимых из российской экономики средств значительную долю20 составляют доходы от преступлений коррупционной направленности и хищений из государственного бюджета. Эта проблема не менее актуальна и для других стран Евразийского региона, прежде всего Китая, который сталкивается с выводом коррупционных активов за рубеж, поражающим своими масштабами. Китай, как известно, последовательно и небезуспешно добивается возврата в страну сбежавших заграницу коррупционеров, а также вывезенных ими активов.

В контексте курса на деофшоризацию российской экономики и приоритетности государственной антикоррупционной политики возврат активов приобретает для России все большее экономическое значение. Надо полагать, что и наработанный китайскими партнерами опыт в этой сфере представляет для нас определенный интерес.

Но именно международное сотрудничество является ключевым аспектом функционирования механизма репатриации активов, полученных коррупционным путем и выведенных за рубеж. И для его активизации явно требуются дополнительные меры. Такие, как, например, подготовка международного соглашения о сотрудничестве в области поиска и возврата активов, полученных преступным путем, а также установление во взаимодействии с иностранными государствами режимов эффективного управления, разделения и репатриации изъятых и конфискованных активов от коррупционных преступлений.

Учитывая, что в России работа на международном уровне в этом направлении ведется, было бы целесообразно активнее развивать и использовать апробированный другими странами опыт антикоррупционной борьбы, что вполне отвечает нашим национальным интересам.

 

 1What David Cameron’s anti-corruption summit did and didn’t achieve. 12.05.2016 // URL:http://www.economist.com/news/international/21698740-step-right-direction-what-david-camerons-anti-corruption-summit-did-and-didnt.

 2Sachs Jeffrey: «To end corruption, start with the US and UK. They allow it in broad daylight». 12.05.2016 // http://jeffsachs.org/

 3Explained: David Cameron's global anti-corruption summit // URL:http://www.telegraph.co.uk/news/2016/05/12/explained-david-camerons-global-anti-corruption-summit/

 4Drucker J. The World’s Favorite New Tax Haven Is the United States. 12.05.2016 // URL:http://www.bloomberg.com/news/articles/2016-01-27/the-world-s-favorite-new-tax-haven-is-the-united-states

 5Катасонов В.Ю. Америка берет под контроль «офшорную аристократию». 14.05.2016 // URL: http://reosh.ru/amerika-beret-pod-kontrol-ofshornuyu-aristokratiyu.html

 6Anti-Corruption Summit: country statements // URL:https://www.gov.uk/government/publications/anti-corruption-summit-country-statements

 7Путин: при борьбе с коррупцией неприкасаемых быть не должно. 23 ноября 2014 г. // URL:http://tass.ru/politika/1589948

 8Коррупция. Природа, проявления, противодействие / Отв. ред. Хабриева Т.Я. М., 2012. С. 161.

 9Комментарий Департамента информации и печати МИД России в связи с Антикоррупционным саммитом в Великобритании. 04.05.2016 // URL:http://www.mid.ru/foreign_policy/news//asset_publisher/cKNonkJE02Bw/content/id/2267401.

10См.: Официальный сайт правительства Великобритании // URL:https://www.gov.uk/government/publications/anti-corruption-summit-communique

11Подробнее см.: What David Cameron’s anti-corruption summit…

12Базанова E. Россия будет участвовать в автоматическом обмене налоговой информацией. 12.05.2016 // URL:http://www.vedomosti.ru/economics/articles/2016/05/12/640784-rossiya-podpisala

13Надыкто O. Исследование выявило отток из России в офшоры $1,3 трлн. 09.05.2016 // URL: http://www.rbc.ru/economics/09/05/2016/572fc4839a79479bd682e3eb

14U.S. Commitments at the Global Anti-Corruption Summit. 12.05.2016 // URL:http://www.state.gov/r/pa/prs/ps/2016/05/257124.htm

15Chinese official calls for deepening int'l cooperation at anti-corruption summit. 12.05.2016 // URL:http://news.xinhuanet.com/english/2016-05/12/c_135355066.htm

16Justice Department Proposes Legislation to Advance Anti-Corruption Efforts. 12.05.2016 // URL:https://www.justice.gov/opa/pr/justice-department-proposes-legislation-advance-anti-corruption-efforts

17Подробнее см.: Зубков В.А., Осипов С.К. Международные стандарты в сфере противодействия отмыванию преступных доходов и финансированию терроризма. Учебное пособие. М.: ИД «Юриспруденция», 2010. C. 7. Сухаренко А.Н. Международное сотрудничество России в сфере противодействия коррупции // Международное публичное и частное право. 2015. №2.

18Left out of the Bargain - Stolen Asset Recovery Initiative. 27.11.2013 // URL:http://star.worldbank.org/star/publication/left-out-bargain-settlements-foreign-bribery-cases-and-implications-asset-recovery.

19Hafezi P. Iran denounces U.S. ruling awarding Iran money to bomb victims: TV. 21.04.2016 // URL:http://www.reuters.com/article/us-usa-court-iran-reaction-idUSKCN0XI214

20Подробнее см.: Куликов В. Российская газета - Федеральный выпуск. №293 (6864).

Отправить статью по почте