Одиночество Грузии?

15:41 27.03.2013 Владимир Разуваев, доктор политических наук


Нельзя сказать, чтобы нынешнее правительство Грузии сделало хотя бы одну кардинальную внешнеполитическую ошибку. Другое дело, что предыдущие руководители  республики наломали столько дров, что сегодня Тбилиси находится перед неразрешимыми проблемами.

С 90-х годов прошлого века внешняя политика независимой Грузии формировалась, на мой взгляд, слишком импульсивно и эмоционально. Но в дипломатии эмоции хороши только тогда, когда за ними скрывается холодный расчет, а импульсивность полезна лишь если она хорошо и заранее продумана. Наполеон мог кататься в истерике во время переговоров, и никто из историков ему это в вину не ставит.

Во внешнюю политику Грузии с самого начала был заложен принцип стратегической «одновекторности». Конечно, присутствие северной державы на своих границах нельзя было не замечать, даже если бы этого очень не хотелось, однако свои долгосрочные перспективы Тбилиси видел исключительно на Западе. Возможно, учитывая геополитическое положение Грузии, это была ошибка. Впрочем, об этом судить в Тбилиси.

Данная ситуация полностью соответствовала внедрению в общественное сознание исторической мифологии, которая легла в основу новой национальной идентичности. Россия из защитника и покровителя неожиданно превратилась в завоевателя и эксплуататора. На деле ситуация выглядела совершенно противоположным образом, и люди моего поколения прекрасно помнят, что в советское время в Грузии жили гораздо лучше, чем в РСФСР. Однако идеологический маховик уже был запущен, и теперь в республике появились поколения, которые видят в России исторического врага. А внешняя политика в своей основе есть продолжение внутренней, эту истину никто не отменял.

Да простят меня в моей родной Грузии, но в ней, да и не только в ней, существуют, скажем так, элементы провинциального мышления, если речь идет о внешней политике. Это как во время первого съезда народных депутатов СССР, когда у последних существовала убежденность, что весь мир смотрит на нашу страну и вслушивается в каждое слово, сказанное ими с высокой трибуны. Но политический мир смотрел тогда на деле только на тех, кто реально делал политику в Советском Союзе. Поэтому боюсь, что в Тбилиси сегодня существует определенная переоценка своей геополитической значимости, что чисто психологически мешает стране проводить более диверсифицированную международную политику.

В результате этих факторов и некоторых других Грузия оказалась недостаточно подготовлена к ситуации, в которой оказалась. В географической Евразии идут нарастающие центростремительные геополитические процессы. ЕС уделяет определенное значение укреплению своей восточной периферии. С другой стороны, все явственнее становятся укрепляющиеся перспективы Таможенного союза, который уже скоро может перерасти в нечто большее и стать одним из реальных геоэкономических центров мира.

Проблема для Грузии в том, что она остается фактически вне обоих процессов, что грозит ей геополитическим одиночеством.

Совершенно очевидно, что поворот на Север в обозримой перспективе невозможен. Причин тому масса. Основная – инерционная составляющая нынешней грузинской политики. Непрекращающийся эмоциональный шок от событий 2008 г. Неразрешимая при нынешних условиях проблема Южной Осетии и Абхазии. Накопившиеся подозрения и предубеждения. Нежелание признавать свои собственные ошибки.

В грузинском обществе царит вполне по-человечески объяснимая жажда лучшего. Причем последнего требуется сразу и его должно быть много. Существуют иллюзии, что это сможет сделать ЕС и НАТО, тем более, что сотрудничество Грузии с обеими организациями идет успешно и по нарастающей.

Почему иллюзия? Да посмотрим, как дело обстояло с Молдавией. Парламент страны буквально штамповал законы, которые навязывал ему Брюссель для того, чтобы страна подписала соглашение об ассоциации с ЕС. Приняли даже закон о сексуальных меньшинствах в республике (кстати говоря, Тбилиси тоже предстоит его принять, если она хочет дальнейшего сближения с Брюсселем. Легко понять, как отреагирует на это грузинское общество. Если, конечно, оно не изменилось кардинально в результате реформ команды Саакашвили). И что в результате? Брюссель заявил, что подписанию соглашения препятствует приднестровская проблема. Вполне понятный намек для Грузии. 

Существует мнение, что сближению Тбилиси с Москвой главным образом мешает проблема Южной Осетии и Абхазии. Это – очевидный миф. Хотя в истории вроде бы нет сослагательного наклонения, давайте представим, что этого вопроса не существует. И что, Грузия изменила бы свою позицию в отношении России в условиях, когда Запад категорически против диверсификации внешних связей любой страны, попадающей в его орбиту? Да ни за что.

Общий итог очевиден. К сожалению, Грузия пока остается вне основных трендов мировой политики. Со старыми друзьями она поссорилась, новые держат ее на расстоянии. На исправление ситуации потребуются в лучшем случае годы, если не десятилетия. А пока все выглядит так: «ЕС нельзя Россия». Поставьте запятую. В Тбилиси знают, где ее ставить. Сейчас, во всяком случае. Но это уже выбор Грузии.

Ключевые слова: Россия ЕС Грузия

Версия для печати