Великобритания, Греция и Австрия диктуют моду в Евросоюзе (I)

12:59 13.12.2011 Пётр Искендеров, старший научный сотрудник Института славяноведения РАН, кандидат исторических наук


Часть II

Решения столь сильно ожидавшегося саммита Европейского союза 8-9 декабря в Брюсселе производят странное впечатление. Если судить по официальной повестке, лидеры 27 стран-членов «единой Европы» успели переговорить буквально обо всех проблемах, так или иначе волнующих европейцев – от Балкан и евро до Ирана и Шенгена. Однако ни по одному из вопросов не удалось принять конкретных и обязывающих решений. Отчасти – в силу существующего в Евросоюзе принципа консенсуса. По сути – вследствие углубляющегося раскола в ЕС, не позволяющего данной организации играть активную и, главное, самостоятельную роль в важных международных вопросах.  Великобритания и Греция – эти две страны чаще других упоминались в последние недели в качестве основных источников «головной боли» брюссельской бюрократии. Однако не меньше оснований считать их представителями «свежей струи» в рамках Евросоюза, не позволяющей данной организации окончательно скатиться до уровня ведомства, механически штампующего  чужие и чуждые решения.

С финансово-экономическими проблемами все ясно: как ни старалась «галльско-саксонская коалиция» в лице Франции и Германии «пробить» собственный проект реформирования Лиссабонского договора – обойти ожидаемое вето Великобритании им не удалось.  И дело здесь даже не в личной неприязни Дэвида Кэмерона и Николя Саркози. Просто Лондон видит в предлагаемых Парижем и Берлином шагах путь к экономическому и политическому расколу Евросоюза по признаку наличия или отсутствия в той или иной стране евро.  Правда, дело не только в этом. Суть  позиции британского премьера очень откровенно изложил на условиях анонимности один из участников неформальных переговоров в Брюсселе: «Его обоснования выглядели так: «Вы хотите изменения договора, - я тоже хочу изменения договора». Но при этом «я хочу что-то, поскольку и вы хотите чего-то». И это «что-то от Кэмерона» заключалось, во-первых, «в безопасности внутреннего рынка», а во-вторых – в неприкосновенности «финансовых служб». И если первое условие отчасти уже закреплено в решениях ЕС, то второе представляло собой ничто иное, как требование избавить британский финансовый центр в Сити от «регламентаций, вводимых Брюсселем».

Понятно, что на это творцы нового бюджетно-финансового союза на фундаменте (или на развалинах?) Европейского союза пойти не могут. Председатель Совета Евросоюза Херман ван Ромпей может сколько угодно обещать, что создающийся на базе ЕС бюджетно-налоговый союз станет «долгосрочным инструментом европейской стабильности», - мировые финансы скорее прислушаются к выводам рейтингового агентства Standard and Poor's. А его экспертов настолько разочаровали итоги брюссельского саммита,  что они теперь намерены снизить кредитный рейтинг Франции «не на одну, а на две отметки».  К тому же окончательный текст соглашения о новых принципах действия ЕС в бюджетно-финансовой области будет готов не раньше марта 2012 года, а вступит в силу, очевидно, с 2013 года.

А до этого времени ситуация в Европе и за ее пределами способна измениться радикально. И здесь многое будет зависеть от способности ЕС занять взвешенную позицию в отношении происходящего на его внешних рубежах – в том числе на Балканах, Ближнем Востоке и вокруг Ирана.

Первоначально предполагалось, что обсуждение ситуации вокруг ядерной программы Ирана – в отличие от мер по спасению евро - не встретит на нынешнем саммите ЕС особых затруднений. В преддверии саммита Франция и Великобритания вынесли на обсуждение министров иностранных дел проект введения всеобъемлющего эмбарго на импорт странами-членами ЕС иранской нефти. Учитывая, что, помимо Парижа и Лондона, за максимальное давление на Иран выступает также Берлин, вопрос казался предрешенным. Однако вновь - как и в вопросах финансовой стабильности в зоне евро – европейским «тяжеловесам» пришлось задуматься о том, что делать с Грецией. Афины  энергично воспротивились введению нефтяного эмбарго против Ирана. И дело здесь не только в том, что каждый третий баррель нефти Греция получает из Ирана. В Афинах хорошо понимают, что обострение ситуации вокруг Ирана дестабилизирует весь мировой нефтяной рынок. Тегеран уже заявил, что в случае эскалации конфликта цена на нефть подскочит до 250 долларов за баррель с нынешних 100. И если «тяжеловесы» ЕС смогут отчасти сбалансировать ситуацию на своем рынке, то Греции такой возможности нет. Да и Италия – также заинтересованная в бесперебойных поставках иранской нефти и не отличающаяся финансовым здоровьем – по имеющейся информации, высказала «скептицизм» в отношении нефтяного эмбарго.

В результате идея нефтяного эмбарго ЕС против Ирана так и не получила единогласного одобрения на саммите Евросоюза. В официальном заявлении обтекаемо сказано о том, что государства-члены данной организации должны «продолжить работу по увеличению перечня ограничительных мер ЕС и по расширению существующих санкций посредством изучения дополнительных мер против Ирана в качестве приоритетной задачи».  Понятие «нефтяного эмбарго» в решениях саммита отсутствует, а на неофициальном уровне участники саммита констатировали необходимость более детального анализа технических аспектов и экономических последствий антииранского эмбарго. Ведь дестабилизация нефтяного рынка неизбежно приведет к росту цен на энергоносители – в том числе и на те, которые страны ЕС получают из России. А это уже – более высокий уровень глобальных энергетических игр.

Так или иначе, нефтяное эмбарго против Ирана станет предметом нового обсуждения на уровне глав МИД стран ЕС ближе к концу декабря, а соответствующее решение на высшем уровне ожидается не ранее января 2012 года. Перед Евросоюзом стоит непростая дилемма: либо сосредоточиться на финансовом спасении Греции и других «проблемных стран», либо втянуться в геополитические разборки на Среднем Востоке и тем самым нанести зоне евро, быть может, решающий и непоправимый удар…

Неудивительно, что на подобном фоне вопрос о приеме в состав ЕС новых членов с Балкан оказался даже не на втором, а на третьем плане. И если с Хорватией Евросоюз подписал техническое соглашение, позволяющее ей вступить в ЕС с 1 июля 2013 года, то сербская заявка в очередной раз – теперь благодаря стараниям в первую очередь Австрии - положена под сукно. Пока – до марта 2012 года.

 

(Окончание следует)

 

www.fondsk.ru

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Версия для печати