Умеренные неуспехи Варшавы

00:00 28.11.2011 Владислав Гулевич, эксперт журнала «Международная жизнь»


Срок председательства Польши в ЕС приближается к завершению. Уже сейчас можно сказать, что многим амбициозным планам Варшавы сбыться не довелось. Прежде всего, это касается намерения Польши реактивировать программу восточного партнёрства (ВП) – приоритетного инструмента польской восточной политики, нацеленной на максимально глубокую интеграцию постсоветских республик в западные политико-экономические структуры. Главная причина неудач в том, что данный вопрос имеет  значение и потому остро воспринимается только Польшей. Варшаве так и не удалось завладеть вниманием «старожилов» Евросоюза, тем более что политическая конъюнктура преподнесла целый ряд сюрпризов – от волны арабских революций до кризиса в зоне евро, приковавших к себе внимание мирового сообщества. Без массированной поддержки союзников Польша не в состоянии выступить в качестве альтернативного России полюса притяжения. Не менее сложной задачей оказались попытки примирить разные общественно-политические системы стран-членов ВП. И не только с политическими механизмами, действующими внутри Евросоюза, но и между собой, поскольку и с экономической, и с политической, и с социальной точки зрения между Белоруссией и Азербайджаном, Молдавией и Арменией, Украиной и Грузией лежит существенная дистанция.   

О перманентности нахождения стран-членов ВП вне зоны приоритетов Парижа, Берлина и Рима говорят тематические нюансы прошедшей в ноябре 2011 г. во Вроцлаве конференции «Польская восточная политика», в ходе которой велись панельные дискуссии  на тему «Восточная Европа в вечном ожидании или во что играет Евросоюз» и «Восточная Европа: откат от демократии» (1). Участники конференции были вынуждены признать, что в отношении столь мозаичного региона, каковым является Восточная Европа, у инициаторов программы ВП – Швеции и Польши – нет чётко выверенной тактики и стратегии. Ситуация усложняется усталостью Брюсселя от «трудно перевариваемых» кусков, «проглоченных» ещё в 2004 г., стабильностью российско-германских связей (ось Москва – Берлин) и неспособностью постсоветских элит обеспечить бесперебойный курс вверенных им стран строго на Запад. Наиболее перспективными партнёрами Польша считает Молдавию, Украину и Грузию. Но для гарантированного продвижения этих республик навстречу Варшаве необходим мягкий контроль над политическими процессами в регионе, а также усиление роли «третьего сектора» в деле создания благоприятного прозападного климата. Особые надежды Варшава возлагала на Кишинёв, но последние социологические исследования показали усталость молдавского общества от европейских обещаний и численный перевес сторонников интеграции с членами Таможенного союза (45%) над приверженцами пути на Запад (33%), а самыми популярными политиками в республике являются Владимир Путин и Дмитрий Медведев (2). При этом 60% опрошенных назвали главным стратегическим партнёром Молдавии Россию, 23% - ЕС, 4% - Румынию, 2% - США и 1% - Украину.

Революций прозападного толка ни в Белоруссии, ни на Украине, ни тем более в Молдавии ожидать не приходиться, поэтому Польша перешла к тактике ненавязчивого и растянутого во времени укрепления собственных позиций в регионе. Для этого приходиться отказываться от революционных идей прометеизма, всё ещё востребованных рядом польских интеллектуалов, и заняться кропотливым выстраиванием архитектуры отношений Польши со своими восточными соседями. Прометейская идея, окончательно оформившись в 1920-х гг., предусматривала раскол России вдоль национальных швов. На современном этапе Польша удовлетворена наличием на карте мира суверенных де-юре республик бывшего СССР и видит первоочередную задачу в максимальном их отдалении от России и закреплении достигнутых результатов. Но чрезмерная активность Варшавы в этом вопросе не очень радует западного соседа Польши – Германию. Прочные торговые связи с Москвой, нежелание столкнуться с нестабильностью и трудно предсказуемым политическим «броуновским движением» у западных границ России заставляют Берлин сдерживать восточные аспирации Варшавы. Так, за интеграционной риторикой польских властей Берлин видит попытку Польши не лишиться многомиллиардных вспомоществований из общеевропейского бюджета, направляемые на эти нужды (3). В период с 2007 по 2013 г. Польша должна получить в общей сумме 68 млрд евро, что сделает её первым по объёму получателем  помощи. Благодаря этому в стране дополнительно созданы 315 000 рабочих мест. Следующая за Польшей Испания получит, к примеру, в два раза меньше. И хотя Европейская комиссия идёт на повышение интеграционного бюджета с 308 до 336 млрд евро,  Париж, Лондон и Берлин в условиях кризиса выступают за более экономное расходование средств. При этом германские власти готовы участвовать в выработке совместной немецко-польской стратегии на восточном направлении, дабы не заставлять Варшаву нервничать и идти на необдуманные поступки.

В СМИ уже появилась информация о том, что главы МИД Германии и Польши Гидо Вестервелле и Радослав Сикорски выступили с совместным призывом к ЕС о разработке новой стратегии в отношении Москвы. Основной упор предлагается сделать на модернизацию экономики и политической системы, а также соблюдение демократических ценностей. Очевидно, что участие западных инвесторов в модернизации российской экономики будет напрямую зависеть от дисциплинированности Москвы в вопросах прав человека, своеобразно понимаемых Западом. О конкретном практическом наполнении инициативы Сикорского и Вестервелле говорить рано, но некоторые прогнозы можно сделать уже сейчас. Первое впечатление - Россию хотят принудить к игре по правилам Запада, а за это обещают некоторые экономические послабления.   

Сам факт договорённостей между Берлином и Варшавой по «русскому вопросу» может означать контуры новой геополитической конструкции – ось Берлин-Варшава. Идея ориентации Польши на Германию не нова. Впервые предельно внятно и обоснованно её озвучил польский геополитик германофильских убеждений Владислав Гизберт-Студницки, ещё в начале ХХ века. По мнению Студницкого, Польше самой природой уготована роль союзницы Германии. Этот союз должен быть направлен на борьбу с Россией. Берлину он отводил ведущую роль, Варшаве – вспомогательную. Немцы поэтому должны контролировать всю Центральную Европу, а полякам будет отдана Европа Восточная, в т.ч. территории, на тот момент входящие в состав Российской империи (Украина, Белоруссия). Германофильство Гизберт-Студницкого было настолько сильно, что даже после разгрома Польши вермахтом в 1939 г. он обращался к руководству Третьего Рейха с идеей воссоздания Войска Польского под нацистским командованием для совместной войны против Советского Союза

 Геополитическая логика в концепциях Гизберт-Студницкого предполагала присоединение Польши к конструированию т.н. Средней Европы (Mitteleuropa), понятой не географически, а политико-идеологически. Концепция Средней Европы была выдвинута немецким политическим деятелем Фридрихом Науманном во время Первой мировой войны и предполагала доминирование Германии в масштабах всей Центрально-Восточной Европы, оттеснение России вглубь евразийского материка и создание санитарного кордона из небольших, по максимуму германизированных, государств, зависимых от Германии – Литва, Латвия, Польша, Украина и т.д. Гизберт-Студницки понимал, что если Польша будет пассивна, она превратится в объект геополитики и не будет её субъектом. Выход, по его мнению, был в присоединении Варшавы к империалистическим планам Берлина, пусть и на вторых ролях.

Союз Берлина и Варшавы принесёт немало хлопот для российской политики в Европе. Тем более Польша сильно зависит от США. В июне 2011 года в Варшаве было открыто бюро базирующегося в США немецкого Фонда Джорджа Маршалла (German Marshall Fund of the United States). Директором варшавского бюро стал американский профессор польского происхождения Эндрю Михта, специалист по безопасности Центрально-Восточной Европы. Задачами бюро являются «анализ и исследование вопросов трансатлантического сотрудничества, проблем Центральной Европы и её восточных соседей, в том числе, с применением сетевых принципов работы и в тесной кооперации со штаб-квартирой Фонда и его представительствами». Примечательно, что варшавское бюро фонда при сборе аналитической информации будет работать в обход посольства США в Польше – у него иная вертикаль подчинения.

Пока же Польша пытается хотя бы на йоту приблизить к Евросоюзу Украину – ключевое звено своей системы безопасности. Но в самой Украине продолжается шумиха вокруг дела Юлии Тимошенко и очередные визиты польских политиков в Киев как раз продиктованы необходимостью сгладить отрицательные последствия этого события, которое ставит под сомнение проведение 19 декабря в Киеве саммита Украина – ЕС и может болезненно отразиться на авторитете Варшавы.  

 

Ключевые слова: Восточное партнёрство, Германия, Польша, ЕС, Россия

 

 

Olga Adamczyk „Polska Polityka Wschodnia” – quo vadis?» («Nowa Europa Wschodnia» 24.11.2011)

«Mołdawianie wybierają Rosję» (Kresy.pl 25.11.2011)

«Róg obfitości dla Polski jest zagrożony» (Deutsche Welle 25.11.2011)

Władysław Gizbert-Studnicki «System polityczny Europy a Polska»  (Warszawa, 1935)

Версия для печати