Совместная ЕвроПРО: кооперация или конфронтация? (часть II)

00:00 23.11.2011 Владимир Козин – государственный советник Российской Федерации 2 класса, кандидат исторических наук, член Экспертного совета Межведомственной рабочей группы при Администрации Президента Российской Федерации по взаимодействию с НАТО в области ПРО


Часть I

 

Модернизация СНВ и ТЯО на фоне ПРО

 

К сожалению, функциональная особенность современных средств ПРО у  США и их ближайших союзников по Североатлантическому союзу такова, что они никогда не действуют сами по себе, в отрыве от наступательных стратегических и тактических ядерных вооружений. Всегда и только вместе, исключение составит перехват случайного пуска какой-то баллистической ракеты. И глобальная система ПРО США, и европейская система ПРО США и НАТО, в которой главнейшую роль также будут играть Соединенные Штаты, призвана защитить страны блока не только от гипотетических ударов баллистических ракет каких-то государств, частью названных, частью не названных, но и американско-натовские ядерные средства от удара возмездия (ответного удара) со стороны других ядерных государств, если США и их союзники по НАТО вознамерятся применить ядерные средства против них в первом ударе.

Органическую взаимосвязь ядерных наступательных вооружений и противоракетных систем стратегического и тактического назначения еще никто не отменял. Поэтому не случайно, что в свое время СССР и США, а затем Россия и США неизменно отмечали в своих политических документах и договорах по контролю над вооружениями наличие тесной и непосредственной связи между стратегическими оборонительными (противоракетными) и стратегическими наступательными ядерными вооружениями.

По этой причине начавшееся развертывание средств ПРО США на европейском континенте представляет серьезную опасность для России и ее союзников по СНГ, поскольку оно происходит одновременно с модернизацией американских СНВ и с обновлением тактических ядерных средств США и НАТО в Европе.

Нельзя не учитывать, что на поддержание и модернизацию существующих ядерных арсеналов СНВ нынешняя американская администрация решила выделить в течение последующих десяти лет рекордную сумму в 80 млрд. долларов (а по данным американских экспертов – даже до 123 млрд.). Одновременно намечено осуществить производство некоторых новых видов ядерных боезарядов СНВ в следующие сроки: W-78 для БРПЛ в 2020-2026 годы, W-80-1 для КРВБ в 2020-2030 годы и W-88 для МБР в 2026-2030 годы. Еще 100 млрд. долларов в такие же временные рамки предполагается израсходовать на модернизацию и обслуживание ракетно-авиационных средств доставки СНВ и авиационных – для ТЯО.

Пересмотренный план обновления американского стратегического и тактического ядерного арсенала, принятый в июне 2011 года Национальным управлением по ядерной безопасности США, предполагает запустить программу по увеличению срока эксплуатации одновременно двух видов ракетно-ядерных боезарядов стратегического назначения и четырех видов тактической ядерных боезарядов, устанавливаемых на авиабомбы В-61. Принципиально важно, что эти авиабомбы, размещенные в Европе, являются оперативно развернутыми, то есть готовыми к применению в любое время. Более того, самолеты пяти стран-членов НАТО, на территории которых размещены тактические ядерные средства США, регулярно участвуют в проведении реальных боевых учений. К таким учениям привлекаются неядерные государства альянса, которые проявляют «ядерную солидарность» с Соединенными Штатами в соответствии с программой «Поддержка ядерных операций с помощью обычных ВВС».

Принятие на вооружение истребителя-бомбардировщика нового поколения F-35, который заменит F-15E и F-16 в 2017-2018 годах,  усилит американские средства доставки ТЯО в Европе. Кстати говоря, на нем и предполагается устанавливать авиабомбу В-61-12. Сообщается, что  авиабомба В-61-12 будет иметь мощность меньше, чем В-61-7 (утверждается, что мощность новой авиабомбы 50 килотонн), но благодаря повышению точности наведения она может быть использована против подземных высокозащищенных целей, например против ракетных шахт МБР.

Хотя Национальное управление по ядерной безопасности США не раскрывает предполагаемую стоимость программы модернизации тактических ядерных средств на европейском континенте, директор проекта по ядерной информации Федерации американских ученых Ханс Кристенсен предполагает, что общие ассигнования на реализацию программы по модернизации авиабомб типа B-61 к 2022 году могут превысить 4 млрд. долларов.

Принципиально важно, что ныне действующие военно-стратегические установки США и НАТО как раз и предусматривают применение ядерного оружия в первом ударе практически против  любого государства мира. Распространяются они и на Европу, применительно к которой существует специальная ядерная стратегия – «extended nuclear deterrence» («стратегия ядерного сдерживания, выдвинутого на передовые рубежи»). Она предполагает размещение на постоянной основе за пределами национальной территории США тактических ядерных средств передового базирования. Принятие альянсом нового военно-стратегического документа «Обзор политики НАТО в области сдерживания и обороны» к саммиту Североатлантического договора в Чикаго (май 2012 года) приведет к дальнейшему усилению этой стратегии и к еще большей «сцепке» особой триады XXI века: ракетно-ядерных сил, противоракетных систем и обычных  вооружений  ведущих стран альянса с Соединёнными Штатами во главе, в том числе и на европейском континенте.

Иными словами, США и их ближайшие партнеры по НАТО решили создать в Европе принципиально иную военно-стратегическую ситуацию: обеспечить размещение на континенте модернизированных ядерных вооружений, надежно прикрытых противоракетными средствами четырех различных видов – наземного, морского, воздушного базирования, а также в перспективе размещаемыми на беспилотных летательных аппаратах. Кроме того, их ракетно-ядерные средства будут усилены КРМБ в обычном снаряжении, которые установлены на четырех модернизированных американских ПЛАРБ, переделанных под этот вид высокоточного и эффективного оружия (на их борту будет размещено свыше 600 таких ракет).

Если пока ограниченные американские средства ПРО в Европе и вокруг нее в настоящее время не могут в полной мере угрожать безопасности России, то, по признанию  упомянутого выше генерал-лейтенанта Патрика О'Рейлли, из 905 ракет-перехватчиков, которые будут на вооружении США к 2015 году, только 38 (или 4,2 процента) будут находиться на континентальной части Соединенных Штатов, а остальные 95,8 процентов – развернуты в различных точках земного шара, а том числе и в Европе, и в АТР. В результате противоракетная и ракетно-ядерная угрозы для России станут всеохватывающими.

Следует также упомянуть в связи с проблемой ЕвроПРО тот факт, что США и их ближайшие союзники по НАТО уклоняются от достижения международной договоренности о предотвращении размещения оружия в космосе.

 

Альтернативные решения проблемы 

 

Нет сомнения в том, что достижение с НАТО предметных договоренностей по ПРО в значительной степени улучшило бы отношения между Россией и альянсом, укрепило бы атмосферу доверия между ними, устранило бы остающиеся после периода «холодной войны» элементы недоверия и подозрительности. Если бы такой совместный проект был реализован, он бы создал солидный задел на будущее. Вопросы стратегической стабильности утратили бы налет противостояния, а российско-натовские отношения могли бы подняться до уровня, который можно было бы называть уже приближающимся к союзническому.

Председатель Мюнхенской конференции по вопросам политики в области безопасности, известный германский дипломат Вoльфганг Ишингер в опубликованной в июне 2011 года в газете «Франкфуртер альгемайне цайтунг» статье «Крыша для европейского дома» обоснованно указал на важность участия России в создании совместной системы ПРО в Европе на равноправных условиях и с учетом российских интересов. Германский дипломат считает, что реализация совместного проекта по ПРО окончательно закрыла бы период «холодной войны» между Востоком и Западом, подала бы сигнал о бесперспективности ракетного устрашения и положительным образом сказалось бы на решении проблемы сокращений тактических ядерных и обычных вооружений в Европе.

По-настоящему эффективным проект ЕвроПРО может стать только в том случае, если будет действительно совместным проектом и поможет радикально поменять правила игры в российско-американско-натовском взаимодействии в позитивном ключе. В случае реализации подобный проект стал бы материальным вкладом в процесс формирования свободного от разделительных линий «сообщества безопасности» в Европе. Вместе с качественно новым Договором по европейской безопасности он во многом содействовал бы созданию единого пространства безопасности и стабильности в Евро-Атлантике и далеко за ее пределами.

Для России главное, чтобы создающаяся система ПРО США и НАТО в Европе не подрывала российские силы ядерного сдерживания, чтобы она не вызвала гонку противоракетных вооружений в мире. А такая гонка вполне может начаться, если обеим сторонам не удастся договориться.

Конечно же, наиболее радикальным и приемлемым способом преодоления проблемы создания совместной системы ЕвроПРО был бы полный отказ США от размещения своих информационно-разведывательных и ударно-боевых средств на территории Европы (европейские страны – члены НАТО вполне могут защитить себя от потенциальных ударов баллистических ракет сами). Это было бы самой мощной гарантией безопасности России со стороны США и НАТО.

Частичным решением проблемы мог бы также стать отказ США от развертывания ракет-перехватчиков SM-3 Block II различных модификаций, производство которых предусмотрено третьим и четвертым этапами развертывания американско-натовской системы ПРО в Европе, а также от их размещения на территориях европейских государств или в морских акваториях, омывающих Европейский континент, вблизи российских границ и других стран СНГ. То есть, когда они не приближались бы на максимальную дальность действия их ударно-боевых систем, что не позволило бы Соединённым Штатам создать угрозу национальной безопасности России и ее СЯС.

Представляется, что окончательное решение о каком-то участии России в проекте совместной с НАТО системы ПРО может быть принято также только после получения твердых письменных бессрочных гарантий от США и ведущих государств-членов блока о неиспользовании в бессрочной перспективе евроатлантической системы ПРО против России и ее союзников в целом.

На предстоящем саммите НАТО в Чикаго в мае 2012 года Москва надеется не просто получить от Запада политическую декларацию о необходимости оказания противоракетного противодействия угрозам распространения баллистических ракет, а хотела бы подписать специальное соглашение с США/НАТО об основных принципах и конкретных военно-технических деталях взаимодействия с альянсом в сфере ПРО.

Такое соглашение должно подлежать ратификации и содержать юридические гарантии того, что средства ПРО никогда не будут использоваться против России. Российскую сторону также интересует согласие Запада на изложение конкретных параметров, которыми сможет обладать эта система, в том числе: количество ракет-перехватчиков, находящихся на пусковых установках и в резерве; места их дислокации, скорость и дальность полета таких ракет; должен параметры алгоритмов ракетного перехвата; порядок взаимного информирования сторон в случае возникновения чрезвычайных ситуаций, а также дальность действия соответствующих РЛС. Разумеется, Москва даст аналогичные обязательства всем другим натовским участникам ЕвроПРОекта.             Помимо возможного взаимодействия между Россией и НАТО по ПРО необходимо возродить Договор по ПРО. Но его участниками должны быть не только Россия и США. Это быть принципиально новый договорный акт, разработанный на многосторонней основе. Он мог бы ограничивать размещение наземных противоракетных сил и средств за пределами национальных границ, а его участниками могли бы выступить все государства, располагающие потенциалом создания систем ПРО, да и вообще все желающие стать таковыми.

Разумеется, что в случае полного провала консультаций или переговоров о создании совместной системы ПРО в Европе с участием США, НАТО и России,

последняя будет просто обязана принять ответные меры военно-технического характера с тем, чтобы парировать грядущую угрозу.

Некоторые российские эксперты предлагают пойти по пути дальнейшего совершенствования СЯС, в том числе увеличить темпы серийного производства новых МБР РС-24 «Ярс» и БРПЛ Р-30 «Булава», начать НИОКР по новому боевому оснащению этих ракет, модернизировать тактические ядерные средства и средства их доставки, отказываться от ведения переговоров с США о сокращении ТЯО при одновременном требовании от Вашингтона вывести все его ТЯО из Европы, развернуть ОТРК «Искандер» в Калининградской области, Краснодарском крае и в Белоруссии, ускорить оснащение боевых кораблей своего ВМФ средствами ПРО, улучшить средства ведения РЭБ, укрепить свой военно-морской потенциал в Балтийском, Средиземном и Черном морях, а также в зоне Арктики и Тихого океана.

Предлагается, чтобы Россия также развернула эффективную систему воздушно-космической обороны и вышла из Пражского договора СНВ-3, который предусматривает такую возможность.

Ответ Москвы, как отметил в интервью 17 ноября этого года газете «Красная звезда» постоянный представитель России при НАТО и специальный представитель Президента России, руководитель Межведомственной рабочей  группы при Администрации Президента Российской Федерации по взаимодействию с НАТО в области ПРО Дмитрий Рогозин, должен быть «жёстким и неприятным» для тех стран Запада, которые пытаются взять нас в противоракетные клещи.

Все эти и, возможно, другие предложения по защите национальных интересов следует осуществить. Иного варианта ответа национальная безопасность России предусматривать не может. Москва не имеет права допустить взлома военно-стратегического паритета с ведущими странами трансатлантического альянса ни в настоящее время, ни в сколь угодно отдаленном будущем.

И если противостояние между Россией и некоторыми странами НАТО из-за проблемы ПРО всё же возникнет, вся вина за случившееся ляжет в таком случае на США и их ближайших партнеров по альянсу.

 

www.fondsk.ru

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Версия для печати