Восточная Европа между евразийской и евроатлантической политикой

00:00 28.10.2011 Елена Студнева, обозреватель журнала «Международная жизнь»


В современной геополитической картине мира страны Восточной Европы стоят перед «интеграционной дилеммой»: выработать ли им обновлённую политику соседства и принять «Восточное партнёрство» Евросоюза или начать выстраивать отношения с Россией.  От того, какой вектор ими будет выбран, зависит и стабильность системы общеевропейской и мировой безопасности, и уровень значимости, и приоритеты Центральной и Восточной Европы в современном российском геополитическом мышлении. Об этом шла дискуссия в формате круглого стола, организованная журналом «Международная жизнь».

Экспертное научное сообщество представляли Светлана Глинкина – заместитель директора по научной работе Института экономики РАН, Елена Гуськова – руководитель Центра по изучению современного балканского кризиса Института славяноведения РАН, Игорь Орлик – главный научный сотрудник Института экономики РАН, Елена Хотькова – руководитель Отдела евроатлантических исследований (РИСИ), Любовь Шишелина – заведующая Отделом восточноевропейских исследований Института Европы РАН.

Тема отношений России со странами Центральной и Восточной Европы в новых геополитических реальностях выходит на новый, более высокий уровень изучения научным сообществом, - отметила Любовь Шишелина – заведующая Отделом восточноевропейских исследований Института Европы РАН. А именно – на межинститутский, межакадемический. По её словам, интерес к региону Восточной Европы не случаен, поскольку он переживает сейчас новую геополитическую ситуацию. Это связано со многими обстоятельствами, в том числе и с разразившимся в 2008 году глобальным экономическим кризисом, который поставил в сложную ситуацию весь Европейский союз. Западная Европа была вынуждена признать, что допустила ошибку, пойдя на расширение ЕС за счёт вступления в него новых членов – восточно-европейских государств.

Теперь те страны, которые не входят в зону евро, прежде всего, Польша, Чехия, Венгрия, Латвия, Литва, Болгария, Румыния, должны будут определить своё отношение с Евросоюзом в новых экономических условиях, когда ЕС вводит новые внутренние экономические механизмы взаимодействия. И главный вопрос для них – в тот ли Евросоюз они вступали?

Второе обстоятельство, заставляющее задуматься всё над тем же вопросом, – это позиция США, которые отказывают Евросоюзу в помощи по выходу из кризиса. Это свидетельствует о том, что назревает кризис в отношениях между двумя берегами Атлантики, т.е. страны Восточной Европы оказываются на стыке двух тенденций: тенденции к атлантизации в своей геополитике и склонности к евразийской геополитике. Обе тенденции входят в конфликт, поскольку влиять на решение стран Восточной Европы будут и сами эти государства, и те, кто находится по ту сторону Атлантики, и государства евразийского континента. Причём, полагает Любовь Шишелина, многое  зависит от того, как будут протекать интеграционные процессы в евразийском регионе.

Что касается стран Восточной Европы, то за время своего пребывания в ЕС они окрепли, особенно Польша, которая получила шестую часть всех дотаций из фондов ЕС. Страны эти набирают вес, и сегодня невозможно представить ситуацию, которую мог позволить ещё несколько лет назад Жак Ширак, заявивший на реакцию этих стран по поводу Иракского конфликта: «А вы бы лучше помолчали». Кроме того, экономические тенденции показывают, что эти государства обособляются, особенно Вышеградский регион (Венгрия, Польша, Словакия и Чехия), который начинает играть в Евросоюзе роль региональной структуры. Это один из новых геополитических факторов, который очевидно будет играть значительную роль в европейской политике при кризисной ситуации.

К новым реалиям эксперт отнесла и попытки Польши заявить о себе как о действительном интегрирующем центре на постсоциалистическом пространстве. Что касается отношений с Россией, то страны Центральной и Восточной Европы, накопив серьёзный опыт, могут сравнивать и выбирать инициативы, которые исходят от России. В наших отношениях преодолена тенденция к разрушению, наметилась тенденция к сближению, и надо быть очень осторожными, терпеливыми и умными, чтобы эту тенденцию закрепить, - предупредила эксперт.

Дискуссия развернулась вокруг того, что мир поменялся настолько быстро, что страны Центральной и Восточной Европы столкнулись с новыми вызовами. Это связано, прежде всего, с тем, - считает Елена Хотькова – руководитель отдела Евроатлантических исследований  (РИСИ), – что в 2000-е годы эти государства не добились необходимых для них отношений с США. Вступая в НАТО, они рассчитывали на привилегированные отношения с США. А уж приход Барака Обамы и история с «перезагрузкой» и вовсе стали для них «холодным душем». К такому вызову эти государства не были готовы.

Вступая в Европейский союз, страны Центральной и Восточной Европы видели свою задачу, в частности, в том, чтобы привнести в ЕС своё отношение к России, далёкое от позитива. Они настаивали на том, что необходимо говорить с Москвой единым «еэсовским» голосом. А в период обсуждения Лиссабонского договора они проявили непредвиденную самостоятельность и даже некоторую независимость. Для России ключ к выстраиванию отношений с этими странами в том, как считает Елена Хотькова, что нам надо отстаивать идею, которая прозвучала в статье Владимира Путина от 3.10.2011, то есть мысль о создании Большой Европы. Речь идёт не об усилении конфронтации, а о мягком и тонком оппонировании тенденции противостояния. Регион сложный, страны его на распутье: что возьмёт верх – усиление тенденций на раскол Европы или общеевропейская тенденция объединения и желания выйти из кризиса сильной и Большой Европе.

Григорий Поволоцкий – шеф-редактор журнала «Международная жизнь» внёс уточнение в понятие Центральная и Восточная Европа, которое является политическим концептом, изменявшимся во времени. В начале 18 века впервые появляется идея о Восточной Европе, причём, уже тогда Россию не хотели видеть европейской страной. В этой связи Григорий Поволоцкий предлагает вспомнить идеи, высказанные известным геополитиком в 1904 году Хэлдером Маккендером, который писал: «Наиболее важный контраст, заметный на политической карте современной Европы – это контраст между огромными пространствами России, занимающими половину этого континента с одной стороны и группой мелких территорий, занимаемых европейскими странами с другой стороны». Этот момент был использован для виртуального раздела Европы на Западную и Восточную, а также на своеобразный «водораздел» и отделение России от Европы. Этот политический концепт был использован американцами таким образом, что с 1994 года госдеп США запретил упоминать термин Восточная Европа на переговорах всех уровней.

Сегодня и на перспективу целью России, по мнению Григория Поволоцкого, может быть изменение геометрии геополитического европейского пространства. Подходов для продвижения российских интересов в этом регионе несколько, но главное - это создание технологических мегапроектов, с помощью которых можно изменить геометрию этого пространства в пользу России. Что касается безопасности, то страны Восточной Европы не имеют исторического опыта работы со стратегическими системами в принципе. И это - одна из угроз, на которую в будущем надо обращать внимание. 

Армен Оганесян – ведущий «круглого стола» - активизируя дискуссию вокруг разноплановых проблем Центральной и Восточной Европы, поставил вопрос: «Как будут взаимодействовать два проекта евразийский и евроцентрический, евроатлантический, кто из стран этого региона может почувствовать в евразийском проекте какой-то магнит»?

Александр Стерник, заместитель директора Департамента общеевропейского сотрудничества МИД РФ, сконцентрировал внимание на проблеме безопасности. «Позиция европейских государств в отношении безопасности такова, - отметил он, - что они довольны защитой НАТО, но однако не могут не признать, что есть рецидивы конфликтов». Как себя чувствует Россия в этой системе этих координат? У России в этой связи можно увидеть простор для манёвров в работе с восточноевропейскими странами. Например, реакция государств Центральной и Восточной Европы на те или иные конфликты продиктована степенью их интегрированности в НАТО. И этот фактор может использовать Россия с пользой для себя. Кроме того, существует разноголосица в группе оппонентов и союзников России по Договору об общеевропейской безопасности. Причина в том, что отсутствует реальная альтернатива НАТО. Сейчас сложно объяснить натовцам, почему они должны чувствовать себя дискомфортно в отношении безопасности. На сегодня отсутствует универсальный механизм, способный обязать все государства следовать ранее принятым политическим или юридическим обязательствам мирного плана. НАТО в течение ближайших лет не в состоянии решать всё и за всех, рамки её международно-правовой легитимности ограничены, а Договор об общеевропейской безопасности содержит механизм гарантий безопасности для всех. Этот документ также, включая в свою ткань НАТО как одного из подписантов этого Договора, работал бы на легитимность самого альянса.  

Опасаются многие страны ЦВЕ побочных эффектов от вмешательства НАТО в региональные конфликты, особенно эта проблема стоит для южного «подбрюшья» Европы. «Поэтому, - считает эксперт, - спрос на креативные альтернативы росту конфликтности в международных отношениях сейчас просматривается». Модель Договора об общеевропейской безопасности могла бы показать, как можно организовать на справедливых основах региональную систему безопасности.

Елена Гуськова - руководитель Центра по изучению современного балканского кризиса Института славяноведения РАН внесла существенные коррективы в предмет обсуждения. Она отметила, что огромный регион, Балканы, выпадают из европейской системы, между тем, являясь частью Европы. Поэтому Елена Гуськова предложила использовать термин Центральная и Юго-Восточная Европа. Это поможет и рассматривать проблемы, касающиеся Балкан, в контексте данного региона. Югославия, а ныне и Сербия оставлены были один на один со своими проблемами. Россия подключилась к их решению очень поздно, только в 2007 году. Когда Сербия готова была идти на любые условия ЕС, только бы выжить, Россия сказала «нет» независимости Косово. Сербия растерялась, поскольку уже пообещала отдать Косово. Что получается? Российская поддержка Сербии - и политическая, и экономическая - всё время находится в противостоянии к Европе. «Все процессы, которые идут на Балканах, регулируются извне, - подчёркивает Елена Гуськова. - Косово – не последняя проблемная точка Сербии, за Косово последует Воеводина, есть проблема с албанским населением, которое претендует на автономию в Черногории», - отмечает эксперт.

Все эти нюансы и подводные камни необходимо учитывать России в своей внешней политике, дабы процесс выбора, перед которым сегодня стоят страны Центральной и Восточной Европы, не осложнялся напряжённостью и конфронтацией. Помочь в этом и призвано научное экспертное сообщество. 

 

Фотогалерея

Версия для печати