Саммит стран Восточного партнёрства в Польше: итоги и нюансы

00:00 06.10.2011 Владислав Гулевич, эксперт журнала «Международная жизнь»


Прошедший 29-30 сентября саммит стран-участниц проекта Восточного партнёрства (ВП) можно назвать умеренно успешным. На мероприятии присутствовали представители 27 государств, а Брюссель заявил о дальнейшей готовности поддерживать евроинтеграционные устремления шести постсоветских республик-участниц проекта (Армении, Азербайджана, Белоруссии, Грузии, Молдавии и Украины). Особой строкой оговаривалась возможность подписания Соглашения об ассоциации между Брюсселем и Киевом уже к концу текущего года, что, очевидно, обусловлено российскими предложениями Киеву о вступлении в Таможенный союз. Тем не менее, на будущие нужды проекта ВП выделено не так уж много средств, всего 600 млн. евро до 2013 г.   Даже если объём помощи будет увеличен почти до 2 млрд. евро к 2014 г. (о чём говорится в декларации саммита), этого тоже будет недостаточно. Экономики этих стран находятся не в самом лучшем положении, и переориентация их государственной машины строго на Европу требует внушительных затрат. 

Инициативность Варшавы вполне предсказуема. Польша постепенно теряет лидерские  позиции в Центрально-Восточной Европе (1). Если раньше Варшава выступала в качестве ведущей столицы сразу для нескольких стран постсоциалистической Европы, то теперь ей удаётся сохранять определённую привлекательность только для своих восточных соседей, в первую очередь, для Прибалтики и Украины. Польша пробует придать проекту ВП, как базовой площадке для польского лидерства,  новый импульс, но достигает лишь эпизодических успехов в этом направлении. Многие государства, находившиеся в тени Варшавы, предпочитают сегодня общаться с европейскими «тяжеловесами» (Германией, Францией, Италией) без посредников. При этом Германия, несмотря на сбалансированные отношения с Кремлём, старается играть в рамках ВП не последнюю роль. Причина – стремление немцев нейтрализовать французский проект Средиземноморского союза. В случае успеха проекта Франция могла бы стать лидером в средиземноморском регионе, а впоследствии выдвинуться на ключевые позиции в целом в Европе. Германия, не будучи средиземноморским государством, не могла претендовать на непосредственное участие в Средиземноморском союзе и вынуждена признать роль Парижа как посредника между континентальной и средиземноморской Европой, а также североафриканскими и ближневосточными странами. Поэтому ангажированность в программе ВП позволяет Берлину не оставаться на дипломатических «задворках» и оставаться в кресле лидера.

Правительство премьера Дональда Туска старается использовать период польского председательства в Евросоюзе для укрепления своих позиций не только в целом по Европе, но внутри страны. Этого требуют приближающиеся парламентские выборы, назначенные на 9 октября 2011г., в ходе которых будет обновлён состав Сейма (460 депутатов) и Сената (100 депутатов). Согласно данным польских социологов, в частности Центра исследования общественного мнения, 61% респондентов заявляют о своём твёрдом намерении принять участие в голосовании, а негласным лидером предстоящих выборов считают партию премьер-министра Д. Туска «Гражданская платформа» (Platforma Obywatelska - РО). За неё свои бюллетени отдадут 37%, то есть треть всех зарегистрированных избирателей. За национал-консервативную и католико-клерикальную партию Ярослава Качинского «Право и справедливость» (Prawo i Sprawiedliwość - PiS) готовы проголосовать 20% поляков, т.е. каждый пятый избиратель (2).

Кроме того, 2011 год – десятая годовщина существования на политической сцене Польши этих двух самых влиятельных партий. С 2009 года поддержка гражданами партии Д. Туска остаётся преимущественно стабильной – на уровне около или чуть более 40%. Партия Я. Качинского наибольшей популярностью пользовалась у поляков после пресловутой смоленской авиакатастрофы, но затем наметился определённый спад, заметный и сейчас. Симптоматично, что сторонники РО и PiS представляют собой два разных политических лагеря, две предельно оппозиционных силы, несмотря на некоторое сходство партийных программных установок. В периоды снижения популярности РО партия  Я. Качинского не получила дополнительных голосов из числа недовольных политикой премьера. Также и наоборот. Даже выражая несогласие с политикой PiS, её приверженцы не спешили поддерживать РО и Д. Туска.  Национал-консерваторы позитивно относятся к самому проекту ВП и даже призывают к более активным действиям на восточном направлении. Созыв саммита ВП при Д. Туске мог бы склонить чашу предвыборных весов окончательно в сторону партии РО, если бы на нём были подписаны прорывные декларации или прозвучали революционные по содержанию декларации. Но этого не произошло. Скорее напротив, прошедший саммит с предельной чёткостью высветил отсутствие единодушия среди участников, и не только внутри самого Евросоюза, но и между Брюсселем и постсоветскими государствами. Главная новость саммита - выработать общую позицию по белорусскому вопросу участникам саммита так и не удалось. Декларацию, осуждающую ситуацию с соблюдением прав человека в Белоруссии, подписали только главы государств и правительств стран Евросоюза. Представители постсоветских республик ставить свою подпись под документом отказались.  У каждого из них были на то свои причины, лежащие, как правило, в сфере взаимоотношений центральных властей с местной оппозицией. Подписать антибелорусскую  декларацию для них означало бы дать в руки оппозиции прекрасный информационный повод для обвинений в адрес властей в  антидемократическом правлении. 

Важно понимать, что проект ВП – это воплощение восточного измерения европейской политики, в фокусе которой находятся страны со стратегически важным географическим положением. Хотя сам проект родился в недрах ЕС, им охвачены также страны совершенно не европейские – Грузия, Армения и Азербайджан. Это -  стратегически выгодный участок для воздействия на политические процессы на Кавказе и Закавказье. Азербайджан, к тому же, в своих спорах с Ереваном и Москвой вполне может сделать ставку на Тбилиси, а немалые запасы нефти и газа просто заставляют Брюссель желать азербайджано-европейской дружбы.

Необходимо учитывать, что проект ВП имеет цивилизационный формат. Продвижение границ ВП на восток означает продвижение в этом направлении западного влияния  с целью изолировать Россию от восточно-европейской политики и от политических процессов непосредственно у южных границ России с гипотетической возможностью милитаризации этого региона.

Ключевые слова: Восточное партнёрство, ЕС, Россия, Польша

 

“Polska straciła pałeczkę lidera” (Włodzimierz Cimoszewicz “Polityka Wschodnia” 3. 10. 2011)

“Wybory do Sejmu 2011”  (Centrum Badania Opinii Społecznej 19.09.2011)

Версия для печати