Китайская карта мировой политики (II)

00:00 29.09.2011 Виктор Кузнецов, эксперт Фонда стратегической культуры


Часть I


Западные исследователи для описания международной политики часто применяют модель игры в шахматы. Китайцы же оценивают расклад и действия политических сил по модели игры в карты, где игроков может быть три и больше. С позиции игры в шахматы, текущая партия в глобальной политике разыгрывается между США (белые) и Китаем (чёрные). Противоборство ведётся за контроль над природными ресурсами планеты (поле шахматной доски), значительная часть которых находится на территории России. Для Китая как мировой фабрики XXI века главные ресурсы – это нефть и газ.

Задача «белых» состоит в том, чтобы не дать «чёрным» занять клетки «Великой шахматной доски», где залегают нефть и газ. Дестабилизация Судана и его раздел разрушили долгосрочные планы Китая получать нефть из этой страны. Дестабилизация и военный переворот в Ливии «выдавила» Китай из нефтедобычи в Северной Африке. Ответом «чёрных» стал нажим на контролируемые США белые клетки мировых финансов.

Эти общие рассуждения легко проиллюстрировать фактами. Как известно, активное присутствие Китая в Африке насчитывает уже более двадцати лет, за это время КНР стала одним из основных партнёров Ливии, Нигера, Анголы и других стран. Укрепляя свои позиции на Африканском континенте, Китай не только вкладывает огромные деньги в добычу необходимых ему стратегически важных ресурсов (нефти, урана и др.), но и развивает местное производство, одновременно «экспортируя» на континент свою «модель мира».  Своеобразным «ассиметричным ответом» на эти шаги стали похищения китайских дипломатов, военные перевороты именно в тех африканских государствах, которые уж очень активно сотрудничают с Пекином, и некоторые иные действия, направленные против китайских компаний. Приведём примеры. Почти сразу после того, как Нигер стал продавать Китаю уран и заключил соглашение о разработке нефтяного месторождения на севере страны, там произошёл государственный переворот (в феврале 2010 г.). Новая власть расторгла с Китаем часть контрактов. Как только Китай начал добывать нефть в Судане, в этой стране сразу же обострились межплеменные противоречия, закончившиеся её разделом. После того как дочерняя (ангольская) нефтяная компания Китая внедрилась в добычу нефти на шельфе Кот-д'Ивуара в этой стране началась "цветная" революция «африканского образца» (в ноябре 2010 г). Политический кризис перерос в вооружённое противостояние.  Всё завершилось вмешательством ООН и серией «миротворческих» ударов по резиденции бывшего президента Гбагбо, после чего к власти пришёл ориентированный на Запад президент Уаттара.

По прогнозам аналитиков, в скором времени доля американского импорта нефти из Африки может существенно увеличиться и достичь 25%, и Америка самым серьёзным образом готовится отстаивать свои интересы на Африканском континенте с помощью военной силы. С этой целью в 2008 г. было создано «Объединённое командование вооруженных сил США в зоне Африки» (Африком). В задачи указанной структуры, кроме проведения «миротворческих операций» по поддержанию порядка и подавлению вооруженных столкновений, дестабилизирующих обстановку в регионах, где работают американские компании, входит организация противодействия экономической экспансии Китая.

Что касается столкновения США с Китаем в Азии, то там действия американцев направлены, прежде всего, на блокирование транспортных и энергетических путей. Это относится к нефтепроводу Иран – Пакистан – Индия – Китай, а также к транспортным магистралям, связывающим Китай с портами на берегу Индийского океана, через которые в страну идёт нефть с Ближнего Востока. Значительная часть этих магистралей проходит по территории Пакистана. В связи с этим такие проекты Китая, как строительство в пакистанском Гвадаре глубоководного порта, предназначенного для приёма нефтяных танкеров большого водоизмещения и развёртывания базы ВМС, вызывают нервозную реакцию  Вашингтона. Дошло до того, что американцы потребовали от китайской стороны объяснений (!) относительно планов ввода в боевой состав ВМФ КНР авианесущего крейсера «Варяг».

Одной из существенных причин, обусловивших переход США к стратегии "АфПак" с переносом усилий по борьбе с Талибаном на пакистанскую территорию, является реакция на усиление китайского присутствия в Пакистане. В результате ситуация в этой стране осложняется с каждым днем. Все больше населения гибнет от ударов американской авиации, усиливается террористическая активность по отношению к пакистанским военнослужащим. Как следствие, всё активнее поднимается (в целом правомерный) вопрос о том, что ядерное оружие в такой нестабильной стране представляет большую угрозу, ибо есть вероятность того, что это оружие может попасть в руки террористов. Всё вместе формирует предпосылки к развёртыванию кампании, оправдывающей внешнее вмешательство в дела Пакистана. Представляется, что в Пекине вполне адекватно оценивают происходящее. В мае 2011 г. Китай заявил, что Пакистан является его стратегическим партнёром и любые шаги, направленные против Пакистана, будут рассматриваться как вызов Китаю.

Очень похожие события происходят также в Шри-Ланке, Бангладеш, Мьянме и других государствах региона, где реализуются китайские проекты. Как только (в 2010 г.) было развёрнуто строительство газопроводов и нефтепроводов между Китаем и портами Мьянмы,  сразу же «активировалась» такая неправительственная организация (со штаб-квартирой в Вашингтоне), как Freedom House, бюджет которой на 70-80 % финансируется правительством США. Freedom House определил Мьянме одно из ведущих мест в «проскрипционных списках» злостных нарушителей прав человека (рядом с КНДР). После этого ряд мировых СМИ принялся распространять негативную информацию о «преступной хунте», стремящейся заиметь собственное ядерное оружие.

Однако центральным направлением политики США по противодействию Китаю являются всемерные усилия по поддержанию индийско-китайского конфликта в демонстрационной (приближённой к «горячей») фазе противостояния, подчинение своему влиянию южных соседей Китая и обеспечение полного контроля над Малаккским проливом, через который проходят основные пути танкерного снабжения Китая ближневосточной нефтью.

Руководство США даже не стремится завуалировать свою конфронтационную политику, направленную на противостояние с Китаем и генерацию потока угроз его энергетической безопасности. Хотя Китай ещё нужен Америке как ее «обособленный промышленный цех», но слишком бурное развитие китайской экономики, сопровождаемое  ростом военной мощи КЕР, американцев пугает. Такое развитие Китая квалифицируется (даже в официальных документах) как серьёзная угроза национальной безопасности США. В военной доктрине США содержится положение о том, что Америка "испытывают тревогу по поводу масштаба и стратегических целей проводимой Китаем модернизации вооружённых сил, действий Китая в Жёлтом море, Восточно-Китайском и Южно-Китайском морях". Это обуславливает планы США "активизировать сотрудничество в сфере безопасности с южными соседями Китая – Вьетнамом, Филиппинами, Индонезией, Малайзией".

Что касается России, которую США настойчиво убеждают в наличии растущей "китайской угрозы", то её в Вашингтоне рассматривают как важный инструмент антикитайской политики, готовя условия для того, чтобы направить «прыжок» обозленного «Китайского тигра» в северном направлении.  Ну, и конечно, встаёт вопрос: «А нам это нужно?»

Применительно к России одним из объектов противоборства на мировой шахматной доске выступает контроль над запасами ее природного газа. Китай («чёрные») добивается выполнения Россией стратегических соглашений о строительстве двух газопроводов из Сибири в Китай. А США («белые») пытаются блокировать как строительство этих двух трубопроводов, так и возможный третий маршрут подачи газа в Китай с острова Сахалин. Не исключено, что этой цели служит проработка проекта строительства газопровода с Сахалина в Южную Корею. А поскольку с Россией граничит не Южная Корея, а Северная, то «ход конём» невозможен, и обойти договоренность с вождём Северной Кореи американцам никак не удастся.

Скорее всего, для этих переговоров и приезжал в Сибирь Ким Чен Ир. Наверняка, основным условием льготных поставок газа в КНДР из транзитной трубы в Республику Корея был весьма актуальный для США вопрос свёртывания северокорейской ядерной программы. При этом  ясно, что, когда дойдёт до дела, Ким Чен Ир согласится с условиями «белых» лишь в обмен на БЕСПЛАТНЫЙ газ для КНДР. Пойдёт ли российская сторона, несмотря на большой отрицательный опыт с транзитом российского газа через Украину, на строительство транзитного газопровода в обмен на уступки КНДР в ядерных делах?

Китай до сих пор очень сдержанно реагирует на действия США, ограничиваясь довольно вялой игрой против доллара. Создаётся впечатление, что Китай всё время пытается избежать прямой конфронтации, тогда как Америка использует любые средства для наращивания давления. Как отмечают российские специалисты, в данных условиях Китай может «подменить игру» в конфликтном противоборстве с Америкой и перейти от модели «шахматной игры» к «игре в карты». С тем чтобы США, вроде бы выиграв противоборство в шахматах, проиграли бы в карты паре КНР – «Финансовый интернационал».

В этой игре, по мнению аналитиков из «Института российско-китайского стратегического взаимодействия», Китай как бы «разыгрывает партию в бридж», где за «карточным столом истории» сидят две пары игроков. В текущей сдаче карт игру заказали США. Их партнёром выступает «Группа восьми» (G-8), которая играет роль «болвана» с открытыми картами и лишь подыгрывает Соединённым Штатам. Другую пару составляют Китай и «Финансовый интернационал». Их задача - не дать Америке и G-8 взять заявленные взятки. «Козырной мастью» в игре США объявили военную силу. Однако разыграть козыри в полной мере американцам не удаётся. С позиции силы США пока сумели взять контроль над нефтью и газом, но никак не удаётся силой овладеть ситуацией с «мировыми финансами». Здесь взятки уходят от США, о чём и говорят результаты визита вице-президента США Джо Байдена в Пекин.

Однако «козырный туз» США – большая война – ещё ждет своей очереди и может быть введён в игру тогда, когда других сильных карт у США не останется.

Как представляется, если США текущую «карточную партию» проиграют, то вместе с ними в проигрыше будут и их партнеры по G-8. Больше всех может проиграть Россия, природные ресурсы которой и будут делить в покрытие проигрыша.

Вместе с тем, необходимо отметить, что не в последнюю очередь под влиянием антикитайской политики США в Китае сформировались и укрепляются национально ориентированные силы, ставшие влиятельным компонентом китайской элиты. Они ориентируются на необходимость более резких действий по отношению к США, чем те, на которые готовы «конфуцианцы». Их манифестом и стала упоминавшаяся в первой части нашей статьи книга «Китай недоволен. Великая эпоха, великие цели и наши внутренние и внешние неурядицы».

Политика - это в том числе ответ на вопрос "кто враг?", так вот, в данной книге ответ однозначен: враг - это Запад и в первую очередь США. С точки зрения авторов книги, КПК и всему населению страны следует добиться единого понимания того, что собой представляют великие цели Китая.

Таких целей выдвигаются две.

Первая цель - навести порядок в мире в целом, то есть устранить возможность применения насилия, кем бы то ни было.

Вторая цель - гарантировать для Китая возможность распоряжаться по своему усмотрению гораздо большими и гораздо более многообразными природными ресурсами, чем те, которыми Китай обладает в настоящее время; кроме того - «принести счастье» народам всего мира.

Авторы данной работы, ратуя за возвышение Китая, видят путь к такому возвышению в изменении нынешних взаимоотношений между Китаем и Западом. Они считают, что это должен быть «обусловленный разрыв», или «отделение Китая от Запада на определенных условиях». Иными словами, речь идёт о выработке новых условий сосуществования Китая и Запада или новых условий взаимного приспособления Китая и Запада друг к другу.

С точки зрения авторов книги, развитие ситуации в мире поставило перед Китаем в повестку дня вопрос о том, готова ли страна к войне. Они исходят из того, что Китаю требуется срочно перестроиться на подготовку к возможным экономическим и реальным войнам. Только в этом случае он выживет и сможет  заняться в будущем решением  своих экономических и социальных проблем.

Таким образом, в Китае уже активно заявляют о себе силы, поднимающие вопрос о необходимых изменениях во внешней политике Пекина и о заблуждениях «конфуцианцев». В области внешней политики предлагается отход от принципов уклонения от прямого противоборства и указывается на необходимость «быть сильными; крепко держа в руках меч, заниматься экономикой и торговлей; смело вставать лицом к лицу с Западом; изгонять из души сомнения и заблуждения, препятствующие действию».

***

Россия и мир ислама, где сосредоточены основные ресурсы углеводородов на планете, фактически становятся сегодня театром военных действий  в финансово-экономической войне за эти богатства. По некоторым признакам, США намерены сдержать экономический рост своих конкурентов  - Китая и Европы – путём организации крупного регионального военного конфликта в Центральной Азии, с последующей блокадой путей поставок сырья и топлива. Северная Африка - всего лишь «детонатор», а «мина» может взорваться ближе к Китаю, России и Узбекистану… Удар по Ирану ещё окончательно не снят Вашингтоном с повестки дня как основной вариант действий. Вспомогательный вариант (более выгодный Израилю), способный вызвать ответный удар Ирана, – развязывание индо-пакистанского военного конфликта (к чему и была направлена провокация в Мумбаи), при котором возможна эскалация вплоть до применения ядерного оружия. Резервный вариант – организация войны непосредственно в Центральной Азии. И самым слабым звеном здесь является не входящий ни в один региональный блок Туркменистан - основное, по сути, нефте-газохранилище Прикаспия. А оттуда пожар какой-нибудь «хлопковой революции»  моментально перекинется на соседей,  кровавые последствия чего будут просто несопоставимы с беспорядками 2005 года в Андижане. Надо ли это России, Узбекистану, другим государствам Центральной Азии? Ответ очевиден.

 

www.fondsk.ru

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Версия для печати