Недоученные уроки упорного Хирона

00:00 15.04.2011 Александр Моисеев, обозреватель журнала «Международная жизнь»


Музей-мемориал в Плайя-Хирон.

Вглядеться в прошлое США и Кубы, поразмышлять о настоящем предлагает читателям автор этих строк.

Середина апреля для Кубы – время особое. А нынешний апрель – тем более: страна отмечает полувековую годовщину победы на Плайя-Хирон. К этому 50-летию «приурочен» и долгожданный VI съезд Коммунистической партии Кубы, который должен стать судьбоносным для острова и его народа, наметить и обосновать дальнейшие шаги актуализации, то есть, по сути, модернизации страны.  

Победа на Плайя-Хирон – событие символическое. Полвека назад в боях с наемниками спецслужб США кубинцы отстояли независимость и суверенитет острова, свое право на социалистический эксперимент. Обозленные решениями новых, революционных властей Кубы бывшие хозяева жизни, бежавшие с острова и потерявшие там власть, собственность и деньги, с помощью своих идеологов и хозяев в США подошли к проблеме просто – решили свергнуть поддержанный народом режим Кастро, вернуть все утраченное.

В те, уже далекие, дни тучи над революционной Кубой сгущались с нарастающей быстротой. На рассвете 15 апреля 1961 года жители Гаваны проснулись от разрывов авиабомб. Пилотируемые кубинскими контрреволюционерами и военными пилотами США американские самолеты Б-26 подлетели к кубинской столице и нанесли удары по аэродромам. Жертвами пиратского налета стали десятки мирных людей.

На следующий день, выступая на похоронах жертв бомбардировки, кубинский лидер Фидель Кастро заявил об историческом выборе, который сделала его страна – он произнес знаменательные слова: «Наша революция – это социалистическая, демократическая революция обездоленных, совершенная обездоленными для обездоленных. За нее мы готовы отдать жизнь!».

Кубинский руководитель назвал варварскую бомбардировку Гаваны прелюдией агрессии, призвал кубинцев к бдительности.

Фидель оказался прав. Ранним утром 17 апреля 1961 года по сигналу из Вашингтона началось вооруженное вторжение на Кубу. Сформированная при участии ЦРУ США бригада «2506» - около полутора тысяч кубинских контрреволюционеров – при поддержке эсминцев и боевых самолетов Соединенных Штатов высадились в малонаселенном районе заболоченного побережья залива Кочинос (Свиней). По плану «Плутон» боевики, то есть, «оппозиционеры», должны были захватить кусочек территории страны, создать там временное правительство и официально вызвать на помощь войска США.

Замыслы агрессоров в апреле 1961 разбились о мужество и героизм простых кубинцев. Солдаты молодых Революционных вооруженных сил и бойцы народной милиции острова всего за 72 часа разгромили «бригаду вторжения». Они доказали свою приверженность новой власти и верность предложенному ею курсу.

Они продемонстрировали нежелание возвращаться в прошлую жизнь.

…От Гаваны до полуострова Сапата примерно два с половиной часа хорошей езды. Местность кругом болотистая, малонаселенная. Крупных поселков всего два – Плайя-Ларга и Плайя-Хирон. Именно здесь, на таких обычных с виду песчаных пляжах, на поросших колючим кустарником болотах и вдоль стратегически важной дороги, ведущей вглубь страны, развернулись 50 лет назад ожесточенные бои.

- Вон там, - показал мне в сторону побережья местный житель Энрике Бланко, который участвовал в отражении агрессии, - они высадились с американских кораблей и направились к берегу…

Пожилой Энрике был свидетелем того, как наемники, одетые в пятнистую маскировочную форму, открыли огонь по бойцам народной милиции, как они взрывали и жгли крестьянские хижины, убивали мирных жителей. Он видел своих товарищей, погибших и раненых, изуродованных и обожженных напалмом.

- А потом, - продолжил ветеран, - когда мы им хорошенько всыпали, они начали разбегаться, пытались спрятаться, срывая с себя пятнистую униформу, кричали от страха и вязли в болотах. А сдаваясь в плен, эти мерзавцы, все как один, называли себя «поворами» и «кашеварами». И о создании «временного правительства» в районе Хирона поспешили забыть…

Сейчас по Плайя-Хирон разгуливают местные и иностранные туристы. Жаль, что в этом месте не бывают высокие гости из США. Да и вообще немногие из простых американцев посещают Кубу из-за запретов официального Вашингтона. И свою торгово-экономическую блокаду острова отменять в США пока не собираются. Некоторые послабления, обещанные администрацией Барака Обамы, тоже пока остаются на бумаге. Поэтому десятки тысяч туристов из США по-прежнему приезжают на Кубу полулегально, через третьи страны. Но на Плайя-Хирон бывают редкие из них. А ведь немало могли бы осмыслить и понять гости из США, посещая залив Кочинос и беседуя с местными жителями. Нельзя сказать, что официальные связи между двумя соседними странами намертво заморожены. Контакты время от времени случаются – по ураганам, по миграционным проблемам, по борьбе с наркоторговлей и торговлей людьми... 

Многие в США и на Кубе выступают за нормализацию двусторонних отношений, за переход от конфронтации к активному и равноправному диалогу на основе доброй воли и взаимного уважения, за конструктивное улаживание накопившихся разногласий. Однако есть в США и немало влиятельных политиков, которые подобные рассуждения считают наивными иллюзиями и утопией.

А между тем, в одной из своих речей Фидель Кастро говорил, что Куба не сторонница вечного антагонизма с Соединенными Штатами, она готова жить в мире с ними, полагая, что настанет день, когда американская политика станет более мудрой.

Туристам из США, да из России тоже, полезно посетить Мемориальный музей  Плайя-Хирон, где собрано захваченное у интервентов вооружение, где стоят памятники кубинским героям. На каменной плите высечены имена павших защитников. Можно прочитать – Хосе Чавиано, Игнасио Абреу, Эктор Пенья… Имен – многие десятки. Кто они, эти кубинцы, защитившие страну, своих близких, строй и ускорившие победу над агрессорами? 

Хосе Чавиано – уроженец города Сьенфуэгос. Был рабочим и профсоюзным руководителем на фабрике. Позже в горах Эскамбрай сражался с бандами контрреволюционеров. В дни агрессии добился, чтобы его послали к месту боевых действий. Пуля наемников сразила Хосе, когда он отстреливался на песчаном берегу. Известно, что по возвращении из Плайя-Хирон парень собирался жениться.

Игнасио Абреу родился в Санта-Кларе, в детстве зарабатывал на жизнь сапожником. Окончил пять классов. После свержения диктатуры Батисты вступил в отряд милисьянос (народной милиции) и работал на обувной фабрике. Затем поступил в школу командиров милисьянос. Оттуда и был направлен на оборону Хирона. Погиб Игнасио, вступив в перестрелку с самолетом противника – пулеметная очередь воздушного пирата подкосила его в первый день агрессии. У него остались жена и двое детей.

Эктор Пенья был из провинции Ольгин. Вырос в крестьянской семье, участвовал в партизанской борьбе против режима Батисты. После победы революции 1959 года служил в армии танкистом. На Плайя-Хирон принял бой одним из первых. Сгорел в своем танке.

Здесь же увековечены имена совсем юных артиллеристов-зенитчиков, только недавно вступивших в Революционные вооруженные силы Кубы. Среди отдавших жизнь за родину – Нельсон Фернандес (14 лет), Роландо Вальдивия (15 лет), Хуан Доминго Кардона (17 лет), Уго Ривера (20 лет). Вместе с остальными защитниками Хирона они смогли из атаковавших кубинские позиции и населенные пункты 15 самолетов В-26 сбить целую дюжину. Заплатив за победу своими жизнями.

Находясь рядом с мемориалом и обелисками,  невольно задумываешься о том, что главный урок должен состоять в том, что сегодня, как и вчера, а завтра еще в большей степени, устрашение, давление и даже военные действия не смогут поколебать святую упрямость кубинцев идти по пути, избранному ими самими. Народ острова независимо, суверенно решит, что ему делать в ближайшем будущем, как жить и развиваться. Для этого, собственно, и собирается в те же юбилейные апрельские дни победы VI съезд Компартии Кубы. Ему и флаг надежды в руки. 

…Дома в Москве, у меня на письменном столе долгое время хранился небольшой сувенир – крупная горсть кубинских песчинок, запаянная в пластиковом пакетике с ладонь величиной. На нем было написано: «Песок с Плайя-Хирон». Это тот самый песок, который, как писал выдающийся кубинский прозаик Алехо Карпентьер, «был пропитан мелкой солью моря и крупной солью пуль».

Сувенир из залива Кочинос я долго берег как память о тех местах, где шли бои за судьбы кубинской мечты, независимости, суверенитета. Хранил его как память о победе на Плайя-Хирон. Но однажды решил подарить тем, кому такой сувенир нужнее – моим американским друзьям. И вручил его симпатичной молодой супружеской паре. Пусть священный песок Хирона заставит их размышлять о себе и политике властей. Быть может, он, как пепел далекой памяти, будет «стучать в сердцах» юных американцев, побуждая не повторять грехи своих отцов и дедов.

Наивная мысль? Но небезнадежная.

Версия для печати