Между Нью-Дели и Пекином – азиатский шпагат канцлера Мерца

Канцлер ФРГ Фридрих Мерц в начале уходящей недели посетил с двухдневным официальным визитом Индию, который привлёк пристальное международное внимание. За каждым эпизодом визита тщательно наблюдали не только в штаб-квартире Евросоюза, где считают своим большим просчётом слишком затянувшееся в прошлом расширение связей с 1,5-миллиардным азиатским гигантом, но и весьма внимательно в Пекине, где немецкого канцлера также ожидают в ближайшем будущем.

Из Берлина на борту правительственного авиалайнера вместе с Мерцем прибыла представительная делегация немецкого делового мира, в которую вошли главы 25 самых известных концернов и компаний, заинтересованных в продвижении своего бизнеса на индийском рынке. Но миссия Мерца на этот раз не ограничивалась традиционным подходом к углублению сотрудничества двух стран. Канцлер не скрывал, что одной из главных его задач было придать окончательный импульс заключению соглашения о свободной торговле между Индией и Евросоюзом, на которое очень надеются в Брюсселе. Как рассчитывает руководство ЕС, такое соглашение может быть подписано уже в конце января. На фоне резко ухудшившихся торгово-экономических отношений с США из-за протекционизма Дональда Трампа, а также торговых сложностей с Китаем, которого в Европе бесконечно обвиняют в «нечестной конкуренции», индийское направление видится европейцам спасительной магистралью к новым альтернативным рынкам для экспорта в Азию. А Германия с её сильно ориентированной на экспорт экономикой – самый заинтересованный, пожалуй, в этом плане игрок.

Заслуживший репутацию «многовекторного политика» Нарендра Моди обычно весьма радушно принимает всех важных гостей, подчёркнуто демонстрируя им высочайшую индийскую доброжелательность. Но, как известно, тёплые приветствия Моди порой вовсе не означают для гостей лёгких переговоров. Мерца Моди пригласил на встречу 12 января не в индийскую столицу, а на свою родину - в восьмимиллионный город Ахмедабад на западе страны, в штате Гуджарат. На языке индийской дипломатии это особый жест расположения. И начал встречу с совместного посещения мемориала Махатмы Ганди. Символизм был в этой встрече и со стороны гостя - Мерц как канцлер впервые совершил свой самый значимый визит в Азию, начав именно с Индии. И это был демонстративно иной выбор, чем у его предшественников во время их первых азиатских поездок. Напомним, что Олаф Шольц (СДПГ) сначала посетил Японию как партнёра по G7, Ангела Меркель (ХДС) — Китай, а Герхард Шрёдер (СДПГ) в своём первом азиатском турне сразу побывал в Японии, а затем в Китае.

Ещё в прошлом году в качестве первой азиатской поездки лидера ФРГ тоже поначалу рассматривался Китай, но, увы, подпортившаяся атмосфера двусторонних отношений не слишком тому благоприятствовала. В октябре канцлер готов было уже стартовать в Пекин, но китайская сторона дала понять, что не готова к диалогу. Визит перенесли на начало 2026 года. И, судя по всему, в Берлине решили: соперничающая с Поднебесной Индия – наилучшая альтернатива. В немецких политических кругах давно звучат призывы к ослаблению слишком сильной экономической зависимости ФРГ от Китая за счёт более активного расширения делового партнёрства с другими странами. Индия как самая быстрорастущая в мире крупная экономика (+ 6,5%) до сих пор занимает лишь 23-е место среди торговых партнёров Германии. Хотя для Индии сама Германия среди стран ЕС является партнёром номер один, объём взаимной торговли, по оценкам экспертов, имеет большой потенциал к росту. В 2024 году этот объём составил 31 миллиард евро, но Германия экспортировала больше, чем импортировала. Основные поставки в Индию включают станки и оборудование, химическую продукцию, самолёты, суда и железнодорожный транспорт. А импорт из Индии – это преимущественно фармацевтические препараты, различная химическая продукция, электроника и одежда.

В Ассоциации торгово-промышленных палат Германии (DIHK) рассматривает Индию как стратегически перспективный рынок для немецких предприятий. Как было заявлено, немецкие предприниматели надеются на значительное снижение тарифов вплоть до нулевых процентов во всех отраслях промышленности, а также упрощение индийской бюрократии в вопросах технических требований и сертификации. Надеются они и на повышение гарантий безопасности для инвестиций в стране. В свою очередь, в Индии рассчитывают на немецкий опыт в таких актуальных направлениях, как технологии «зелёной» энергетики, цифровизация промышленности, развитие инфраструктуры, а также подготовка квалифицированных специалистов.

Немецкая пресса с самого начала предрекала, что для Мерца эта поездка не будет легкой прогулкой, хотя атмосфера визита была довольно мажорной. Канцлер не скупился на комплементарные речи в адрес хозяев - называл Индию «желанным партнёром», акцентировал взаимное неприятие протекционизма, другие объединяющие стороны моменты вроде общих демократических ценностей и всячески продвигал идею о её сближении с Европой не только в экономическом плане, но и в сфере политики безопасности.

Как отмечали западные комментаторы, самым сложным и деликатным моментом в переговорах оставался российский фактор – столь раздражающие Запад дружеские отношения Нью-Дели с Москвой. Мерц не удержался от провокационных попыток убедить Моди дистанцироваться от «агрессора», но индийский лидер таких надежд не давал. Вбить клин в российско-индийские отношения канцлеру не удалось. Тем не менее, стороны договорились о более тесном военно-техническом сотрудничестве. Правительство Моди уделяет особое внимание оборонным возможностям страны и самым современным вооружениям. Согласно данным Стокгольмского международного института исследований проблем мира (SIPRI), Индия сейчас является крупнейшим в мире импортером оружия, причём старается диверсифицировать его поставки. Россия здесь – важнейший партнёр. Например, за период с 2019 по 2023 год на российские вооружения приходилось 36 процентов всех индийских военных закупок.

Немецкая сторона, раскручивающая сейчас милитаристский маховик своей экономики, высказала готовность к увеличению военных поставок для индийской армии в широком диапазоне, пытаясь заместить, в том числе, российские вооружения. Индия, в частности, проявляет заинтересованность в немецких подводных лодках и транспортных самолетах Airbus A400M. Компания Thyssenkrupp Marine Systems (TKMS), занимающаяся производством подводных лодок и фрегатов, уже готовит контракт о строительстве для ВМС Индии шести ударных подводных лодок современного класса Type 214. Стоимость его составит свыше семи миллиардов евро – и это будет крупнейший военный контракт в истории германо-индийских отношений.

Резюмируя итоги визита Мерца, аналитики называют его наглядной демонстрацией того, как происходит перестройка мира на фоне сильных изменений геополитического ландшафта, когда «Китай, Россия и США больше не играют по одним и тем же правилам». «Времена, когда канцлеры германских правительств ездили в Китай с бизнес-делегациями, рассчитывая на стабильный экономический рост, прошли. Немецкому правительству необходимо сосредоточиться на диверсификации, и Индия теперь является лишь логичной первой целью», - подчёркивает Handelsblatt.

В отличие от Индии отношения с Китаем и у Берлина, и у Евросоюза в целом сегодня переживают не лучшие времена. Китайская товарно-экономическая экспансия на европейские рынки последних лет и обострившаяся в итоге на них конкуренция заметно повлияли на снижение доходов многих предприятий ЕС и, как следствие, сокращение производства, особенно в ключевых отраслях европейской индустрии – автопроме, металлургии и химической промышленности. В этой связи в ЕС упрямо обвиняют китайских экспортёров в нечестной конкуренции и демпинговой стратегии. Кроме того, европейские компании жалуются, что на самом китайском рынке сталкиваются с рядом ограничений для своего экспорта.

Ситуацию усугубило и торговое противостояние США с Китаем, заложниками которого стало большинство индустриальных гигантов ЕС. Тот факт, что Пекин в ответ на санкционные действия США ввёл жёсткий контроль за экспортом на редкоземельные ресурсы и магниты, подтолкнул ЕС быстрее завершать затянувшееся подписание соглашения о свободной торговле со странами МЕРКОСУР, где также есть крупные редкоземельные месторождения. В ЕС за последнее время пострадали почти все предприятия автомобильной, авиационной, электронной и других отраслей промышленности, где применяются редкоземельные материалы. Убытки огромные, зависимость критическая. Так, по данным немецкого института исследований Китая MERICS, из КНР поступают 95% процентов редкоземельных элементов, используемых в Германии.

С первых дней канцлерства Мерца было ясно, что Китай будет для него лично особенно серьёзным вызовом. В немецкой политтусовке активно обсуждался вопрос о том, что он предпримет на китайском треке во имя интересов Германии? Тем более, что его предшественник Олаф Шольц в диалоге с Пекином был не слишком успешен.

Ещё в июле прошлого года на встрече в Берлине с министром иностранных дел КНР Ван И Мерц получил заверения в стремлении Пекина к углублённому сотрудничеству: «Китай готов поделиться своими рыночными возможностями с Германией и совместно создавать новые перспективы развития». Но затем конфликтная ситуация с китайскими ограничениями на экспорт редкоземельных элементов и компьютерных чипов, а также расхождения во взглядах на западную санкционную политику, в том числе против России, заметно омрачили взаимоотношения двух стран.

Но настоящим гвоздём в них стал августовский визит мининдел ФРГ Йоханна Вадефуля в Токио, где гость, назвав Японию «премиальным партнёром» в Азии, обрушился с резкой и едва ли обоснованной критикой на Пекин за его « политику угроз» в регионе, имея в виду ситуацию в Южно-Китайском и Восточно-Китайском морях и Тайваньском проливе». Заодно Вадефуль бросился осуждать позицию Китая в отношении конфликта на Украине, намекая на китайские поставки в Россию товаров двойного назначения, по сути, вмешиваясь во внутреннюю политику страны. Эти вызывающие выпады немца в Пекине восприняли очень критически. МИД КНР с возмущением предостерег правительство ФРГ от «провоцирования конфронтации и разжигания напряженности».

Нормализация отношений Берлина и Пекина затем пошла медленно и поэтапно. Стороны объяснились лишь в ноябре на саммите G20 в ЮАР, где Мерц встретился с премьер-министром Китая Ли Цяном. Премьер призвал канцлера проводить «рациональную и прагматичную политику» в отношении Китая и избегать «вмешательства и давления», предложив развивать сотрудничество в стратегических секторах – это новые источники энергии, интеллектуальное производство, биомедицина и пр. После встречи с Ли Цяном Мерц как раз и объявил о поездке в Китай в начале 2026 года. Определенному смягчению напряженности способствовал также последовавший затем визит в Китай вице-канцлера и министра финансов ФРГ Ларса Клингбайля. Критик Пекина Вадефуль также съездил туда в декабре, сообщив о перспективе выдачи генеральных экспортных лицензий немецким компаниям для редкоземельных элементов. На вопрос о том, какой совет он мог бы дать канцлеру перед его визитом в Китай, министр Вадефуль ответил: «Китай ожидает от нас сотрудничества и уверенности в себе».

При этом в любых спорных взаимоотношениях с КНР Берлину приходится учитывать на чаше весов огромные инвестиции, сделанные Германией в китайскую экономику - немецкие компании создали там производственные мощности и предприятия на сумму около 100 миллиардов евро. Львиная доля из них приходится на немецкий автопром. Это «ахиллесова пята» Германии, которая не допускает риска торговых войн. Как раз в дни индийского визита Мерца была опубликована неприятная информация о больших потерях автопрома на китайском рынке. Три его гранда - VW, BMW и Mercedes – в 2025 году смогли продать в общей сложности 3,87 миллиона автомобилей – это самые низкие показатели с 2012 года. VW даже опустился на третье место на китайском рынке, уступив своим местным конкурентам BYD и Geely.

Сегодня очевидно - традиционной силы бренда уже недостаточно. Потребители покупают продукцию компаний, предлагающих лучшие сервисы и технологии. VW, BMW и Mercedes быстро учатся и теперь сотрудничают с китайскими разработчиками технологий. Судя по всему, немецкие автостроители видят в этом ключ к успеху. А вот в чём видят ключ к успеху немецкие политики и чему сумели научиться? Уступит ли в 2026-м время международных политических интриг и экономических претензий приоритет конструктивному диалогу? Очевидно, что внятных ответов на эти вопросы сейчас не услышать. Во всяком случае, как в Германии, так и в Евросоюзе в целом сохраняется высокая настороженность в отношении Китая, и призывы ослабить от него зависимость европейской экономики звучат громче призывов к сотрудничеству. И даже тяжёлое протекционистское давление США на экономику тех и других пока этой картины не меняет. Так что грядущий визит Мерца в Китай, если он состоится, станет еще одной вехой в проверке германского прагматизма и здравомыслия.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.

Подписывайтесь на наш Telegram – канал: https://t.me/interaffairs