Еще не конец. Часть III

00:00 26.08.2010 Армен Оганесян, главный редактор журнала «Международная жизнь»


Первая часть

Вторая часть

Итак, откуда же взяться инновационному мышлению не просто для очередного изменения мира вокруг нас, а для пусть постепенного, но глубокого его преображения? Как разорвать дурную бесконечность ожиданий, что за очередным поворотом истории количество интеллектуально-физических усилий человечества перерастет наконец в новое, счастливое качество жизни? (Слово «счастливое» здесь, чтобы кто-нибудь не принял за «новое качество» появление унитазов и самолетов.)

«Мир не может сам себя переделать, он не может, так сказать, вылезти из собственной шкуры или – как барон Мюнхгаузен – самого себя вытащить за волосы из болота, которое вдобавок здесь принадлежит к нему самому, так что он тонет в болоте только потому, что болото это таится в нем самом», - писал Франк. Кстати, не от этой ли внутренней отчаянности популярна в фантастике тема высших по отношению к человеку разумных существ, пришельцев иных миров, которым так и хочется сказать при сочувственном отношении авторов: «Придите и владейте нами». А то и просто, как в фильме «Аватар», превратиться в них, вычеркнув себя из состава человечества.

Гуманизм поставил человека в центр Вселенной. И вовсе не средневековье, а гуманистические представления Возрождения (и, соответственно, возрожденческого «христианства») были враждебны идее о том, что Солнце, а не Земля с его обитателями, – центр, вокруг которого организован ближайший к человеку космос. Однако и после победы Галилея преодоление циркульного человекоцентризма не состоялось. Дело в том, что само по себе сознание «нецентричности» человека (античность, современные формы язычества, оккультизм) еще не означает духовного прозрения «Солнца Правды» (тропарь Рождества Христова), вокруг которого организован духовный и творческий мир человека. «Без Меня не можете творити ничесоже» (Ин.15,5).

Самообожествление и человекоцентризм дорого обошлись человечеству в лице «гордых спасителей мира»: железо, кровь, «буря и натиск» и опять кровь. Но это в плане истории, а как же Земля и вся остальная тварь на ней, которая, по словам Апостола Павла, вместе с нами «стенает и мучится доселе». Странно, но гуманистов не привлекала высокая мысль о том, что человек, который в их глазах был царем природы, ради которого и был создан весь видимый мир, может заставить его плакать и страдать, радоваться, цвести и сердиться. Человек на протяжении истории своего общения с Природой верно заключил о своем ограниченном владычестве над ней, однако трагическим образом впал в забвение о «Царе царствующих и Господе господствующих». И это несмотря на то, что «Бог народа с самого начала раскрылся как Бог Вселенной» (кн. С.Н.Трубецкой).

Право, вытекающее из заповеди возделывать землю, сделало человека временно управляющим этим временным миром, ибо «ничто не вечно под луной». Вместе с тем, как тонко подметил Франк: «Богу мало было сотворить мир и человека. Ему надо было еще наполнить и пронизать собою мир». Но созданный свободным человек имел право сам принять или отвергнуть этот призыв, взяв на себя ответственность и за весь окружающий его мир, он мог только «пользоваться» им или любить его. Одного не понял человек - что и мир мог тоже любить или отвергнуть его...

В детстве, помню, с удивлением всякий раз разглядывал на бабушкином трюмо сделанную из оникса восседавшую на троне фигурку - не то человека, не то божка с толстым-претолстым животом, который, казалось, проглотил Землю, а может, даже солнышко, как в сказке Чуковского о злодее-крокодиле.

Вот и человек захотел воссесть на «горе богов», возведя себя из честных творческих возделывателей в хозяев и господ Природы, которые вместо милости к ней сказали: «Взять от нее все что можно – вот наша задача». В Евангелие образ виноградарей, которым был поручен виноградник и которые присланных за урожаем слуг хозяина кого убили, кому досадили, не побоявшись в конце концов убить и Сына, можно рассматривать и применительно к глобальной попытке человека выступить узурпатором Верховной власти над Природой и миром, внести в них свои законы чистой эксплуатации и наживы. Но «венец творения» забыл, что не только людям Бог дал свободу, в определенной мере она присуща и природе. «Не то, что мните вы, природа: не слепок, не бездушный лик. В ней есть душа, в ней есть свобода. В ней есть любовь, в ней есть язык» (Ф.Тютчев).

Не только животный мир, но и, оказывается, «камни вопиют», «утренние звезды ликуют», солнце и луна могут не дать света, а земля «может быть убита кровьми»… Весь русский эпос, не говоря уже о народных сказках, говорит живым языком с человеком. Вместе с тем не только в Писании, где святые и пророки могли подчинять себе действия стихий, но и совсем близкая к нам история сохранила немало фактов поразительной гармонии и любви в отношениях «меньших братьев» с праведным человеком. Наиболее известные из них - примеры общения с дикими зверями и природой Сергея Радонежского и Серафима Саровского.

Оскорбите человека, и он сначала сделается как будто немым и глухим, «мертвым» для вас. Так и Природа, оскорбляемая не только нашими делами, но и состоянием наших душ, стала немой и глухой, как будто омертвела, но не для себя и не для Бога. Пережив первый шок, оскорбленный, если он никем и ничем не сдерживается, может не на шутку возмутиться. Так и мир, окружающий нас, похоже, готов возмутиться, впрочем, готов давно, только нет воли Удерживающего… Пока нет.

«Вы слышали в течение этого сверхжаркого лета, как климатологи и метеорологи говорили, что жара продлится по крайней мере неделю. Они гарантировали вам прогноз на неделю, не больше. Дальность относительно надежного прогноза – это всего 5-7 дней. И скорых перемен относительно надежности прогнозов на будущее ожидать нельзя. Хуже того, сейчас происходят глобальные климатические изменения. Климатическая система вышла из состояния квазиравновесия, в котором находилась до этого, под давлением человеческого, антропогенного фактора. С этим выводом согласны 95% климатологов мира. Вот почему теперь бабушкам трудно предсказывать лето, весну и зиму по известным народным приметам. Это подходило к квазистационарному, квазиравновесному состоянию. От него уже мало что осталось… и я тут по радио услышал рассказ о том, будто вероятность наступления повторно такого лета - это чуть ли не одна пятимиллионная. Не верьте этим людям - откровенная чепуха» (В.Данилов-Данильян - эколог, член-корреспондент РАН, директор Института водных проблем РАН в программе «Визави с миром»).

Но вернемся к началу и спросим себя словами русского философа: «Когда же наступит настоящий день, день торжества правды и разума на Земле, день окончательной гибели всяческого земного нестроения, хаоса и бессмыслицы?» …Есть только один трезвый, спокойный и разумный ответ, разрушающий всю незрелую мечтательность и романтическую чувствительность самого вопроса: «В пределах этого мира – до чаемого его сверхмирного преображения - никогда». Далее Франк делает свой главный вывод и, отвечая на вопрос «что делать?», утверждает, что он, по сути, «сводится не к вопросу о том, как мне спасти мир, а к вопросу, как приобщиться к началу, в котором – залог спасения жизни».

 

www.rian.ru ОТ АВТОРА: Армен Оганесян

Обсудить статью в блоге


Версия для печати