ГЛАВНАЯ > События, факты, комментарии

Сербским сердцем и русским оружием

11:12 12.04.2021 • Михаил Куракин, заместитель главного редактора журнала «Международная жизнь»

В марте 1999 года авиация США и НАТО начала бомбардировки Союзной Республики Югославии (СРЮ). Одним из тех, кто участвовал в отражении этой агрессии, был полковник Славиша Голубович, автор книги «Падение ночного ястреба», которая вышла недавно на русском языке. В интервью заместителю главного редактора журнала «Международная жизнь» Михаилу Куракину Славиша Голубович рассказал о самых ярких победах, которых удалось добиться югославским военным в неравной схватке с противником – в том числе о знаменитом бое, в результате которого был сбит американский самолет–невидимка F-117 «Ночной ястреб».

Добрый день, господин Голубович! Спасибо, что нашли время увидеться и поговорить. Мы встречаемся с вами в те дни, когда отмечается очередная годовщина начала натовских бомбардировок Югославии. И в это же время выходит русская версия вашей книги «Падение ночного ястреба». Во-первых, будет ли она продаваться и в России?

Добрый день! Для меня особое удовольствие поговорить с вами, так как это для меня шанс ознакомить ваших читателей с подробностями успехов моего подразделения во время агрессии НАТО против Союзной Республики Югославии (СРЮ). Как вам уже известно, книга «Падение ночного ястреба» появилась в продаже в 2016 году, она вышла в издательстве Медиа-центра «Одбрана» (Оборона). Второе издание вышло в 2018 году. Так как мы на войне добились успеха благодаря именно российскому оружию, я решил перевести книгу на русский и написал в самом начале, что мы этого сделали «сербским сердцем и российским оружием». Пока определенное количество экземпляров этой книги находится в России, в очень важных местах. А в будущем она станет доступна широкой публике. Когда я говорю – в очень важных местах, я, прежде всего, имею в виду Минобороны РФ, Генштаб РФ, исторический институт, все военные школы и высшие военные учебные заведения. Книга как раз находится в руках тех людей, которым нужно изучать опыт, который наша армия получила во время агрессии НАТО.

Славиша Голубович и Михаил Куракин

Как следует из названия вашей книги, она посвящена в частности одному из самых ярких эпизодов тех событий – победе югославской ПВО, югославских офицеров и солдат, когда они смогли сбить американский бомбардировщик-невидимку F-117 «Ночной ястреб». Как этот бой происходил, как это действительно удалось? Я читал в сербской версии, что для американцев это был шок – как можно сбить то, что невидимо?

Сначала я хотел бы сказать, что хотя книга и называется «Падение ночного ястреба», но в ней описывается не только падение ночного ястреба – F-117А, но и падение второго самолета, который сбило мое подразделение – это был F-16, которым управлял в то время командир эскадрильи, капитан Дэвид Гольдфейн. Позже он стал начальником штаба Военно-воздушных сил США. Сейчас он в отставке. Но главная часть этой книги посвящена как раз уничтожению самолета-невидимки, вернее самолета, который они (американцы) считали невидимым.

Боевой расчет Третьего ракетного дивизиона, на вооружении которого стоял зенитно-ракетный комплекс советского производства С-125 "Нева", «работал» по самолету, который в тот вечер находился в воздухе, но при этом мы не знали о каком типе самолета идет речь. Самолет был видим на мониторе радара, боевой расчет поступил в соответствии с предусмотренной процедурой, вернее он предпринял ряд боевых действий и выпустил ракету, которая сбила этот самолет. После попадания в цель мы не знали, какую машину мы сбили. Нам было важно, что цель поражена. Только часа через два после нашей атаки, когда мы уже передислоцировались с того места, с которого мы произвели пуск, мы узнали какой именно самолет мы поразили. Конечно, для нас это был радостный момент, а для НАТО невероятный шок. Их тревожило не то, как вообще было возможно сбить такой самолет, а вопрос как было возможно увидеть то, что они считали невидимым. Если бы это был любой другой самолет – F-16, F-15, любой «Мираж», никто бы не задавался этим вопросом. Так и не было никаких вопросов, когда был сбит F-16. Тут важно то, что произошло что-то неожиданное. Первый раз в истории кому-то удалось обнаружить на радарах самолет, который все считали невидимым для РЛС. И не только обнаружить, но и нацелиться и сбить его. Я думаю, что для них тогда это было самое страшное поражение. При этом, обратите внимание, это был четвертый день войны. Я хотел бы напомнить, самолеты этого типа летали и над другими территориями, где велись военные действия, например над Ираком: там они совершили около 1300 вылетов. При этом никому не удалось их обнаружить и действовать по ним. То, что ранее не удавалось его обнаружить, не значит, что его не видели на радарах, может быть радиолокационная и ракетная техника этих подразделений не была хорошо налажена или боевые расчеты не умели правильно пользоваться этими средствами. Я с гордостью говорю о своем подразделении, потому что наша техника была очень хорошо налажена, личный состав был чрезвычайно хорошо обучен, все великолепно контролировали свои действия, в том числе страх перед возможными ответными действиями с воздуха. Поэтому нам удалось в решающий момент сохранить хладнокровие, использовать знания и технику, обнаружить этот самолет, выпустить две ракеты в него и сбить его в итоге.

А вы встречались с американским пилотом?

Да, конечно. Разговаривали.

Что он сказал?

Пилот сбитого самолета очень уважает успех армии Югославии, так как мы тогда были армия Югославии. Он подчеркивает, что в итоге мы оказались наверху, а он внизу, так как мы сбили его, не он нас. Я его интервьюировал, разговор с ним опубликован в книге и в ее сербском, и в русском, и в английском варианте. Он отвечал предельно корректно на мои вопросы о том, как он всю эту ситуацию видел и воспринимал в воздухе. Для меня как аналитика этого события было очень важно услышать, что скажет он. В книге содержится 46 интервью свидетелей этого события, которые участвовали в уничтожении самолета. Но это люди, которые находились на земле и управляли ракетной системой, участвовали в боевых действиях. Я поставил себе задачу найти пилота и попросить его рассказать, как он все это воспринял. Он как раз подтвердил то, что видели мы на земле. Он был очень корректным.

Я хотел бы подчеркнуть такой момент: люди здесь, в Сербии, часто упрекали меня из-за того, что я взял интервью у пилота вражеской армии, который бомбил Сербию - им не нравилось то, что для него нашлось место в книге рядом с нашими героями. Но у меня простое объяснение: у меня нет особого эмоционального отношения к этому пилоту, я профессиональный военный, офицер, полковник и у меня профессиональное отношение к военному чужой армии, который согласился поговорить со мной и объяснить детали падения самолета. Благодаря этому аналитическая часть книги приобрела нужное качество. Нет тут никаких эмоций. Он тоже проявил себя как профессионал высшего уровня.

Я помню, что официально было подтверждено два сбитых американских самолета. Но оценки были и другие. Говорили о трех, четырех и даже еще больших потерях натовской авиации на аэродроме в Боснии. Что вы об этом знаете?

Все, что я об этом знаю, я описал в книге. Второе издание книги на русском языке содержит новые подробности о количестве сбитых самолетов. Я выступаю за то, чтобы мы говорили только правду о том, сколько вражеских самолетов югославская армия тогда сбила. Мне хочется, чтобы мы были предельно искренними, в первую очередь из-за нас самих. Нельзя переоценивать собственные возможности, потому что это вызывает насмешку в глазах противника, который точно знает сколько самолетов он потерял.

В данный момент у нас есть неопровержимые данные о том, что мы сбили два американских самолета. Обломки обоих американских самолетов находятся в Музее воздухоплавания в Сурчине (Белград). Оба сбило мое подразделение, вернее Третий ракетный дивизион. Когда я говорю мое, я имею в виду то, что я служил в этом подразделении. Есть и третий самолет, который, как мы считаем, нам удалось повредить, но ему удалось покинуть наше воздушное пространство и он упал вне территории СРЮ. Это B-2А, у которого есть определенный серийный номер и название. У меня есть весомые доказательства того, что именно так и было. В новом издании книги на русском языке, читатели смогут прочитать подробный анализ этого события и удостовериться в том, что мои предположения почти на сто процентов верны. Я оставил небольшую долю сомнений, так что будущие исследователи и читатели смогут подтвердить или опровергнуть мои доводы. Примерно три месяца назад на одном сайте, который публикует материалы о военных действиях в Союзной Республике Югославии, была размещена статья, в которой пилот одного из самолетов F-117 говорит о том, что, кроме этого «ночного ястреба», который мы сбили, еще один самолет этого же типа был поврежден. Я давно знаю про этот случай. И этот самолет тоже поразил Третий ракетный дивизион, об этом я написал в книге. Но я не особо останавливался на упомянутом событии, потому что я уже годами собираю факты. Подтверждение этому я получил, когда пилот F-117 признался, что самолет его коллеги тоже был поражен ракетой зенитного комплекса «Нева», но все-таки ему удалось продолжить полет и приземлиться в аэропорту. В начале книги я написал, что американцы в операции «Союзная сила» потеряли три самолета F-117. Один остался в населенном пункте Буджановци, второй – это тот, про который рассказал пилот три месяца назад. Подтверждение тому, что был поврежден третьи самолет я все еще жду, надо дождаться открытия некоторых архивов или выхода на пенсию некоторых пилотов, которые только после этого смогут свободно говорить о событиях 1999 года. Но это так и будет, потому что из США непосредственно перед началом войны были переброшены 25 самолетов, а обратно вернулись 22. Один остался здесь, а еще два тоже были возвращены, только не «своим ходом», а по частям, в контейнерах. Это факт.

Конечно, в нашем обществе о количестве уничтоженных самолетов часто говорят с преувеличением. Я для журнала «Одбрана», который выпускает наш Медийный центр, написал большую статью о том, сколько самолетов мы на самом деле сбили. Подбитый и сбитый самолет – это не одно и то же. Мы подбили довольно много самолетов, но им в таком состоянии удавалось приземлиться на какой-то из своих или из союзнических баз. А были ли эти самолеты окончательно выведены из строя или их удавалось отремонтировать и использовать дальше, это совершенно другой вопрос. Да, мы подбивали много самолетов, но сбивали не так много. Наш недостаток был в том, что мы были плохо вооружены, и это нам мешало сбивать больше самолетов. Надо сказать, что были и случаи, когда мы подбивали самолеты и они скорее всего окончательно выходили из строя, только падали они на территорию соседних стран. У нас есть данные о том, что один из них упал в Адриатическое море, один упал на территорию Румынии. Есть данные и о подбитых самолетах. Например, о том, что один А-10 приземлился с повреждениями в аэропорту в македонской столице Скопье. Один двигатель из двух у него был поврежден, но он сумел приземлиться с одним работающим. Это все данные о подбитых самолетах, которые не были уничтожены окончательно. Мы из ракетных подразделений ищем то, что называется вещественными доказательствами. Такие доказательства мы получили про F-117 и F-16, и они теперь находятся в Сурчине. Не надо преувеличивать количество уничтоженных самолетов, в первую очередь из-за нас самих. Не надо переоценивать собственные возможности, надо быть реалистом.

Как вы оцениваете баланс тех сил, которые были у югославской армии на момент начала войны и американских потерь? Мне кажется, что это все-таки победа Югославии.

Я считаю, что армия Югославии была в очень плохом состоянии. Почему? Мы были слабее не только в технике. Вы, наверное, знаете это, так как вы интересуетесь этой проблематикой – сама армия СРЮ, также как и вся Сербия, годами находилась под санкциями. Мы не были готовы к войне. Но, несмотря на такие условия, мы были очень мотивированы, мы не спрашивали, сможем ли мы этого. Да, мы должны этого сделать. В таком расположении духа мы и вступили в войну. Смотрите, на четвертый день войны нам удалось сделать то, что никому раньше не удавалось. Если посмотрим глобально, это был огромный сюрприз и огромный успех. Одна плохо вооруженная армия угодила в самую болезненную точку противника. Мы могли бы сбить 30 самолетов F-16, но мы сбили один F-117 и чего достигли. Мы сбили не их самолет, мы уничтожили их концепцию. В апреле 2008 года эта модель самолета была снята с вооружения, некоторые договоры о его производстве и продаже были расторгнуты. Что мы доказали? Мы доказали, что даже такие слабые мы все еще можем подавать пример другим в том смысле, что не существует страны, которая не могла бы оказать сопротивление НАТО. Нет невидимых самолетов и нет несбиваемых самолетов.

Что вы хотели бы сказать своим русскоговорящим читателям?

Славиша Голубович и Михаил Куракин

Я очень хотел перевести книгу на русский. Это было мое огромное желание, и я этого сделал. Теперь я очень доволен. В начале книги я написал – «сербским сердцем и русским оружием». Это говорит о том, как сильно я люблю Россию. Поэтому мне очень приятно, что книга находится в РФ, что каждый в России может прочитать, что сербские солдаты делали во время войны 1999 года.

Редакция выражает благодарность Медиа-центру Министерства обороны Сербии и лично Драгане Маркович за помощь в организации интервью.

Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.

Версия для печати