ГЛАВНАЯ > Экспертная аналитика

Растрёпанная реальность: к итогам президентских выборов в США

11:30 23.11.2020 • Марк Неймарк, Профессор кафедры политологии и политической философии Дипломатической академии МИД России, доктор исторических наук

В ходе президентских выборов 2020 г. совокупно проявились многие особенности американской политики и общественной жизни. Прежде всего, отметим беспрецедентный скачок заинтересованного участия более 150 млн. американцев в голосовании. При этом поставлен электоральный антирекорд по степени напряженности и ожесточенности избирателей.

Сама усложненная архаика избирательной системы США с ее разнообразной спецификой в отдельных штатах создавала предпосылки для обострения конфликтного противостояния в различных социальных средах, подпитывая тем самым остроту взаимного оспаривания кандидатами на высший пост в стране и их сторонниками результатов прошедших выборов. Тревожным для США фактом стало отсутствие более молодых участников президентской гонки.

Коронавирусный форс-мажор резко усугубил существующие в стране противоречия, разногласия и расхождения. Болезненный кризис адаптации к неведомой ранее пандемии вызвал бурный рост недовольства населения, связанный с неспособностью правящей администрации справиться с ее опаснейшими для жизни проявлениями и последствиями. В ходе избирательной кампании отчетливо и наглядно проявилась первоначальная недооценка масштабности общенационального бедствия, которая существенно ослабила электоральные позиции действующего президента. Сказалось, несомненно, и то, что преодоление травматического шока от пандемии явно затянулось.

Первопричина и, безусловно, одновременное следствие противоречиво-драматической электоральной ситуации в стране – все более глубокий раскол и гражданского общества, и американской элиты. Отрицание отрицания стало не только неустойчивой основой политической философии действий американского истеблишмента, но и приземленной реальностью общественных отношений в США в целом. Нобелевский лауреат по экономике Пол Кругман с предельной откровенностью охарактеризовал кризисно-взвинченное состояние американского общества в период выборов: «Давайте начистоту: если бы мы увидели перед собой чужую страну с тем уровнем политического хаоса, который существует у нас, то мы бы решили, что она стоит на грани превращения в несостоявшееся государство (failed state) – то есть такого государства, чье правительство уже не обладает достаточным контролем над ситуацией»[1]. В том же критическом ключе высказалась французская газета «Фигаро», назвавшая электоральный раздрай в США «ударом по отношению к американской демократии по всему миру»[2].

Конечно же, мультиплицирующее воздействие на ход выборов оказали сами антиподы – Дональд Трамп и Джо Байден. Первый – несистемный «политик инстинкта», как его назвали западные наблюдатели, привнесший в политику свои методы управления бизнесом, практически не считающийся со своим ближайшим служебным окружением, в котором череда отставок и увольнений стала привычной обыденностью.

Ему противостоит Джо Байден – многоопытный политик, системный политик – функционал с богатой и насыщенной политической биографией: уже в 29 лет он становится в 1972 г. сенатором, переизбираясь впоследствии 6 раз; был председателем престижных комиссий Сената по иностранным делам и по юридическим вопросам, дважды в связке с Бараком Обамой исполнял обязанности вице-президента.

Иными словами, Байден воплощает все то, что Трампу претит. Их публичная электоральная дуэль, безграничными возможностями которой так гордилась демократическая Америка, достигла высот оскорбительного совершенства. Трамп в открытую издевался над возрастными изъянами Байдена, который не оставался в долгу, используя такую личностную «демократическую» характеристику как «Трамп – щенок Путина».

Содержательно емкую и едкую характеристику этой избирательной кампании дала авторитетная французская газета «Ле Монд»: «По завершению четырех лет разрушительного мандата, нескольких месяцев постыдной кампании, дней и недель юридически-политической войны демократия продвинется к руинам, оставленным после себя предшественником (Байдена – М.Н.) с огромной задачей реконструировать все или почти все»[3].

Подчеркнем, что в общенациональном формате поражение Д. Трампа знаменует собой новую знаковую электоральную особенность США: за последние четыре десятилетия только один американский президент не оставался на второй срок. Британское издание “The Economist”, утверждая, что Белый дом во главе с Байденом задаст совершенно иную политическую тональность, прогнозирует: «Канут в прошлое твиты заглавными буквами и постоянное разжигание межпартийных разногласий. Исчезнут своекорыстные сделки, ставшие нормой. Не будет больше никакой лжи и закончатся любые акты личной мести с использованием государственных ведомств»[4]. 

С определенной долей прогностической уверенности можно утверждать, что уроки выборов не останутся без тех или иных последствий в глобальной политике. В американском истеблишменте много противников кризисного размывания неолиберальной модели мироустройства, которому радикально способствовал Д. Трамп, амбициозно стремившийся избавить США от принятых международных обязательств даже в ущерб американским союзникам. Более того, монетизация им союзнических отношений стала характерной чертой внешней политики США. В орбиту таких отношений попала прежде всего интегрированная Европа. Естественно, в Евросоюзе и странах-членах с особым вниманием следили за ходом президентских выборов США. Беспокоил практический вопрос: ослабнет или нет откровенное давление США на субъектную суверенность ЕС в области экономики и оборонной политики. Реакцию европейцев, выражающих надежду на позитивное изменение трансатлантических отношений, французская газета «Ле Монд» отразила в четко очерченной оценочной статье под заголовком «Президентские выборы в США-2020: победа Джо Байдена вызвала огромное облегчение в Европе». Центральная идея – «европейцы хотят утверждать свою суверенность и не топтаться в стороне от китайско-американских столкновений»[5].

Между тем токсичность отношений между США и Китаем, похоже, останется надолго. Более того, в свете усиления геополитического статуса Китая их противоборство в торгово-экономической сфере и в вопросах международной безопасности может даже стать более жестким.

А что означает избрание Джо Байдена для России? Вопрос пока еще риторический: легко быть провидцем прошлого, а не будущего. Если исходить из того, что Россия, как утверждает сегодня Джо Байден и как настойчиво утверждал он ранее отнюдь не в запале электоральных баталий, – это “главная угроза для Америки”, то совершенно очевидно, что новая американская администрация не будет принципиально настроена на преодоление столь укоренившегося синдрома «презумпции виновности» России во всех важных (и не только) международных вопросах. И, как не менее очевидное следствие, те страны, которые связаны с США союзническими обязательствами, и те, кто формально независимы от них, но действуют с постоянной оглядкой на ведущую державу мира, – все они учтут в той или иной степени этот предельно ясный антироссийский сигнал-предупреждение. Не будем забывать, что именно в недалекие времена президентского тандема Обама-Байден было принято решение об усилении восточного фланга НАТО.

Обновленная внешнеполитическая команда Байдена будет скорее всего сориентирована на продолжении политики сдерживания России по всем геополитическим контурам при сохранении или ужесточении санкций против нее. Как бы прогнозно не получилось на новом витке и без того затянувшейся неопределенности: прежде чем в отношениях США-Россия будет лучше, будет немного хуже. Очень хочется ошибиться… В этих условиях чрезвычайно важно не попасть в манящую ловушку само собой напрашивающегося антиамериканизма, тем более – стратегически-ориентированного. Черно-белое «анти» всегда контрпродуктивно в отношениях между государствами.

Никуда не исчезла истина: к сильному тяготеют, слабым пренебрегают. У России нет иного геополитического выхода, как стать инновационно мощной державой, опасливое уважение к которой предопределит на международных переговорных площадках исходное понимание необходимости учитывать ее национально-государственные интересы в реальных поисках взаимоприемлемых решений.

 

Мнение автора может не совпадать с позицией Редакции

 


[1] The New York Times, 05.11.2020

[2] Le Figaro, 08.11.2020

[3] Le Monde, 10.11.2020.

[4] The Economist, 07.11.2020.

[5] Le Monde, 08.11.2020.

Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.

Версия для печати