Россия и Финляндия: вековой опыт взаимоотношений

13:47 16.04.2018 Андрей Торин, редактор журнала «Международная жизнь»


Фото: globalblue.ru.

В Институте всеобщей истории Российской Академии наук состоялась международная конференция «Россия и Финляндия: исторические связи в ХХ веке». Этот форум был организован при участии Посольства Финляндии в России и Государственного академического университета гуманитарных наук. В пленарном заседании конференции принял участие генеральный директор Российского совета по международным делам (РСМД) Андрей Кортунов.

 

Россия и Финляндия: научная дипломатия

В своем вступительном слове научный руководитель Института всеобщей истории, академик РАН Александр Чубарьян отметил, что проводимая конференция является частью нового международного проекта, приуроченного к 100-летию событий 1918 года и появлению в Европе новых национальных государств в результате революции 1917 года и распада крупнейших империй Европы. Для Европы это была сложная страница ее прошлого, которая связана со знаменательными событиями. Великая российская революция 1917 года, а также распад Германской, Австро-Венгерской, Российской, Османской империй привели к появлению на мировой арене новых национальных государств. Среди них – Финляндия, Польша и страны Балтии. В 2018 году исполняется и столетие со дня подписания Версальского договора, опираясь на который страны победительницы в Первой мировой войне попытались установить новую систему международных отношений. Однако она оказалась нежизнеспособной и уже через два десятилетия, распавшись под грузом противоречий, открыла путь новым трагическим событиям.

А.Чубарьян отметил, что в современный период, отличающийся ростом конфликтогенности, особенно возрастает значение научной дипломатии и международных площадок для обсуждения актуальных вопросов формирования нового миропорядка. Как и у многих стран, у России и Финляндии была сложная и драматическая история взаимоотношений, но в настоящее время наши страны придерживаются принципов конструктивного диалога и дорожат ими.

Россия и Финляндия активно развивают сотрудничество В области научной дипломатии.

Чрезвычайный и Полномочный Посол Финляндии в России Микко Хаутала отметил, что отправной точкой замысла конференции стали мероприятия, приуроченные к 100-летию празднования независимости Финляндии. При этом особенно важно, что сотрудничество между Москвой и Хельсинки ведется не только по дипломатической линии, но и на уровне профильных институтов и ведомственных архивов. Не менее важно, что к работе активно привлекаются молодые исследователи, специалисты по истории Северной Европы.

Спецпредставитель Президента России по вопросам природоохранной деятельности, экологии и транспорта Сергей Иванов отметил, что контакты России и Финляндии имеют давнюю историю и восходят еще к раннему средневековью. На протяжении целого столетия земли финнов входили в состав Российской империи, и за этот период Великому княжеству Финляндскому удалось многого добиться. В этот период оформилось национальное самосознание финского народа, был основан сейм, появилась денежная единица (финская марка). В первой половине ХХ века отношения между нашими странами претерпели серьезные испытания и прошли через два военных конфликта. В их истории, и в особенности в тех ее страницах, которые касаются советско-финской («зимней») войны 1939-1940 годов, до сих пор немало неизученных деталей, требующих особого внимания исследователей. Парижский мирный договор 1947 года подвел черту под длительным периодом противостояния двух стран.

«В настоящее время мы последовательно придерживаемся правила: историей должны заниматься историки. Нельзя делать прошлое заложником политики и спекулировать на неоднозначных страницах прошлого, как это, к сожалению, принято в последнее время в ряде государств», - отметил С.Иванов. По словам эксперта, финские политики, благодаря продуманной и взвешенной внешнеполитической линии, сумели в условиях холодной войны избежать втягивания своей страны в идеологическое противостояние двух систем. Более того, именно в Хельсинки в 1975 году состоялось Совещание по безопасности и сотрудничеству в Европе, результатом которого стало закрепление территориальных итогов Второй мировой войны, мир и стабильное развитие в Европе. Как отметил С.Иванов, в настоящее время граница России с Финляндией – самая спокойная с военной точки зрения, и это несомненная заслуга политиков и общественных деятелей двух стран.

Москва и Хельсинки активно сотрудничают по научной линии. В апреле 2013 года был подписан меморандум о сотрудничестве между Российским историческим обществом и Национальным архивом Финляндии. Назовем только некоторые, наиболее важные издания, выпущенные в последнее время. В 2009 году вышел в свет российско-финский сборник документов, приуроченный к 70-летию начала «зимней войны» 1939-1940 годов. Научное сотрудничество ведется очень плодотворно. В 2017 году в издательстве «Политическая энциклопедия» вышел в свет сборник документов «Россия и Финляндия: от противостояния к миру. 1917-1920».

Директор Второго Европейского департамента Министерства иностранных дел России Игорь Неверов рассказал об успешном опыте культурного сотрудничества двух стран, которое особенно активизировалось в дни 100-летия независимости Финляндии. 27 июля 2017 года в страну прибыл с официальным визитом Президент России Владимир Путин и посетил город Савонлинна. Состоялись также Российско-финляндский культурный форум и Пятый российско-финляндский конгресс породненных городов. Дипломат отметил, что обе страны заинтересованы в дальнейшем взаимовыгодном и многоплановом сотрудничестве, развитии политического диалога и экономических связей. При этом эти отношения основаны на взаимоуважении и признании права на самостоятельные шаги на международной арене при сохранении неизменным принципа нейтралитета.

 

Олимпийские игры 1913 года и финский национализм: спорт как политический фактор

В ходе конференции ее участники затронули важные вопросы совместного прошлого России и Финляндии – от специфики национального самосознания финнов в начале ХХ века до эпохи двустороннего сотрудничества в 50-80-х годах.

Доктор исторических наук, профессор Санкт-Петербургского университета Ирина Новикова посвятила свой доклад участию финских спортсменов Великого княжества Финляндского в Стокгольмских Олимпийских играх 1913 года. В глазах ряда политиков спорт стал способом сплочения нации, а также средством сопротивления политике ограничения автономных прав Великого княжества Финляндского (ВКФ), которая осуществлялась с начала ХХ века. Дело в том, что Олимпийские игры были одной из немногих площадок, на которых народы, не имевшие государственности, могли использовать собственную национальную символику.

Первоначально официальный Санкт-Петербург не видел особой опасности в спортивном национализме финляндцев. Однако позже ситуация изменилась, прежде всего, потому, что председатель Финляндского олимпийского комитета (ФОК) барон Рейнхольд фон Виллебранд в брошюре о личном составе Международного олимпийского комитета значился отдельно от русских представителей. Кроме того, согласно алфавиту он шел раньше представителей России. Министерство иностранных дел России обратилось через посольство в Париже к председателю МОК Пьеру де Кубертену, заявив о недопустимости подобного подхода. Последовательным противником участия финнов в Олимпийских играх был генерал-губернатор Великого княжества Финляндского Франц Зейн, который видел в деятельности ФОК очевидные признаки сепаратизма.

Стокгольмские Олимпийские игры превратились в арену жесткого противостояния двух делегаций. Об этом, например, остались свидетельства главы российской делегации, приближенного императора Николая II, почетного председателя Российского олимпийского комитета, многое сделавшего для становления олимпийского движения в стране, генерал-майора В.Воейкова. При этом шведоязычная и финноязычная пресса проявляли редкое единодушие в распространении националистических идей. Спортивные успехи финляндцев оценивались как показатель «жизненной силы» молодой нации, в то время как в неудачах русских (а их было, к сожалению, немало) – признаки «дряхлеющего» государственного организма. Более того, подъем российского флага в честь побед финляндцев неоднократно приводил к появлению в СМИ сентенций о том, как «неприлично присваивать себе чужие заслуги и чужую славу». Запрет же финнам поднимать на играх свой флаг воспринимался не иначе как «варварская» мера.

Героем Олимпийских игр в Стокгольме стал бегун Ханс Колехмайнен, выигравший три золотых медали и одну серебряную. Всего финляндская делегация завоевала 26 медалей: 9 золотых, 8 серебряных и 8 бронзовых, заняв четвертое место после США, Швеции и Великобритании.

Выступление российской сборной в Стокгольме, напротив, было более скромным. Россия оказалась на шестнадцатом месте и завоевала всего пять медалей: две серебряных и три бронзовых. Тем не менее, многие российские газеты отдавали должное финляндским спортсменам и обращали внимание на необходимость развития в стране массового спорта. Как мы знаем, уже в послереволюционные времена подобный подход дал свои плоды. Уже в 1952 году на XV Летних Олимпийских играх в Хельсинки – первых с участием СССР, советские спортсмены приняли участие почти во всех видах программы и сразу же заняли второе место в общем зачете.

 

Россия и Финляндия: годы противостояния

Доклад доктора исторических наук, заведующего отделом новой истории Института всеобщей истории РАН Вадима Рогинского был посвящен сложным отношениям России и Финляндии в первые послереволюционные годы.

По словам эксперта, Финляндия стала первой страной, возникшей на развалинах Российской империи, независимость которой была признана Советской Россией. Здесь уже к 1917 году существовала своя социал-демократическая партия, пользовавшая значительной поддержкой в обществе. Вскоре после обретения независимости в стране началась борьба между просоветским левым крылом социал-демократии и новым политическим режимом, который смог удержаться благодаря силам шюцкора (полувоенной добровольческой организации) и помощи Германской империи, у которой были свои представления о будущем политическом устройстве страны. Однако вынашивавшийся официальным Берлином проект «Королевства Финляндии», правителем которого должен был стать зять кайзера Вильгельма II князь Гессенский Фридрих Карл, закончился, толком не начавшись. В октябре 1918 года новый король прибыл в Хельсинки, а уже в ноябре в Германии началась революция.

В свою очередь, многочисленные военные столкновения между Советской Россией и Финляндией в 1918, 1919, 1920-1921 годах на территории Восточной Карелии, когда Москва и Хельсинки официально не находились в состоянии войны, заставляли Москву видеть в своем северном соседе угрозу и постоянно обращаться к проекту «красной Финляндии». После поражения финской революции 1918 года он получил свое выражение в основании Карельской Трудовой Коммуны, существовавшей в 1920-1923 годах, Автономной Карельской ССР (1923-1936), Карельской Автономной ССР (1936-1940), Карело-Финской ССР (1940-1956). Заслуживает внимания и и скоротечный период существования правительства «Финляндской Демократической Республики» (декабрь 1939-март 1940) во главе с известным финским коммунистом Отто Куусиненом. Только после Второй мировой войны Москва и Хельсинки нашли силы преодолеть разногласия, и прагматизм во взаимоотношениях государств взял верх.

Доктор юридических наук, член-корреспондент РАН Василий Христофоров посвятил свое выступление «геополитическим играм» вокруг Финляндии, происходившим в 1941-1944 годах. По словам ученого, события периода, известного в финской историографии как «Война-продолжение», 1941-1944 годов нередко рассматриваются в контексте военных действий. В то же время не стоит забывать, что Финляндию пытались включить в свою орбиту влияния Германия, Советский Союз, США, Швеция. Гитлер рассматривал ее территорию как плацдарм для нападения на СССР. В соответствии с принятой в декабре 1941 года директивой №21 (планом «Барбаросса») определенная роль отводилась и Финляндии. Однако уже к весне 1942 года наметились противоречия между Берлином и Хельсинки. В финской столице следили за событиями на территории СССР и опасались того, что «второй фронт» может быть открыт на севере Европы. Благодаря поддержке контактов с участниками антигитлеровской коалиции и, в частности, с США, у Хельсинки была возможность выйти из войны на достаточно щадящих условиях, что и произошло в 1944 году.

 

Северная Европа: от противостояния к нейтралитету

Доктор исторических наук, руководитель Центра истории Северной Европы и Балтии Института всеобщей истории РАН Алексей Комаров, опираясь на введенные в научный оборот документы Архива внешней политики России, посвятил свое выступление переговорам между скандинавскими странами об образовании нового оборонительного союза на нейтральной основе, которые велись в конце 1940-х – начале 1950-х годов. Он также проанализировал оценку перспектив этого проекта, которую давала ему советская дипломатия.

Докладные записки, сохранившиеся в Архиве внешней политики Российской Федерации, свидетельствуют о том, что в предложении Швеции, Норвегии и Дании о создании Скандинавского оборонительного союза Москва усмотрела лицемерие, поскольку такое объединение неизбежно оказалось бы привязанным к блоку западных держав, создаваемому в условиях начинающейся холодной войны. Больше всего советскую сторону настораживало то, что переговоры, инициированные Стокгольмом, начались вскоре после того, как между СССР и Финляндией в Москве был подписан Договор о дружбе, сотрудничестве и военной помощи. Кроме того, в Москве хорошо помнили, что политика нейтралитета Швеции в годы Второй мировой войны не была последовательной и в ряде случаев сопровождалась уступками в пользу гитлеровской Германии.

Москва не стала обозначать на официальном уровне своего отношение к подобному союзу, но в прессе и в беседах представителей советского дипломатического корпуса за границей эта идея стала периодически подвергаться критике. В 1949 году, после того, как стало понятно, что переговоры о новом союзе не дали результата, Пятый Европейский отдел МИД СССР подготовил краткую справку, в которой, в частности, говорилось, что в случае военного конфликта на Балтике Стокгольм «не колеблясь примкнет к блоку западных держав».

После того, как в апреле 1949 года Норвегия и Дания вступили в НАТО, отношение к нейтралитету скандинавских стран в Москве стало меняться в сторону большего прагматизма, и идея распространения шведского нейтралитета на другие северные страны стала оцениваться как вполне плодотворная. Свою роль в этом сыграла и произнесенная в январе 1952 года так называемая «пижамная» речь премьер-министра Финляндской Республики Урхо Кекконена (он в то время был болен и проект выступления составил в больнице), в которой этот политик фактически призвал Осло и Копенгаген вернуться к тому соотношению сил в регионе, которое существовало до их вступления в Североатлантический альянс.

Окончательно отношение к «нейтрализму» изменилось уже в середине 1950-х годов, когда в советский политический лексикон прочно вошло понятие «активного» или «позитивного» нейтралитета, а для советско-финляндских отношений наступил период их развития на высшем уровне.

В чем заключалась новая ситуация в советско-финских отношениях в годы холодной войны, пояснил профессор Университета Хельсинки Киммо Рентала. К тому времени, как Финляндия вышла из войны, она потеряла в военных действиях 95 тыс. человек, из них 2 тыс. гражданских лиц. В то же время финское общество в целом более спокойно отнеслось к выходу из войны, чем, например, в Германии. Финляндия обязалась поддерживать внеблоковый статус, а в обмен получила определенные преференции в экономики. Важным направлением взаимодействия двух стран с 50-60-х годов стал туризм. В Хельсинки избегали критики Советского Союза, а некоторые деликатные политические напрямую решались по каналам госбезопасности. Это было связано с тем, что Советский Союз был заинтересован в обеспечении безопасности собственных границ в Балтийском регионе. Кроме того, сотрудничество СССР и Финляндии подразумевало не только обеспечение безопасности границ СССР на севере и в Прибалтике. По выражению ученого, оно велось как бы в тени соглашений Москвы и стран Запада по германскому вопросу – ключевому для обеспечения мира в Европе. Отметим, что опыт советско-финского сотрудничества в послевоенные годы сохраняет определенную ценность и в наши дни.

 

По итогам состоявшейся в Институте всеобщей истории РАН конференции будет выпущен сборник статей.