Олег Ясинский: Проект FARC как вооружённой организации закончен

23:30 21.10.2016 Евгений Педанов, специальный корреспондент


Демонстрация в Медельине в поддержку мирного договора с FARC

20 октября президент Национального избирательного совета Колумбии заявил, что президент Хуан Мануэль Сантос может организовать новый референдум, если в гаванское соглашение о перемирии с Революционными вооруженными силами Колумбии (РВСК – исп, FARC) будут внесены изменения[1]. Напомним, что 2 октября референдум в поддержку мирного соглашения провалился: против проголосовали 50,2% колумбийских избирателей. Для подписания договора, который завершит 52-летний вооружённый конфликт, срок перемирия продлён до конца этого года.

За подробностями мы обратились к независимому журналисту из Чили Олегу Ясинскому.

«Международная жизнь»: Насколько вероятен новый референдум? О каких изменениях в гаванское соглашение может идти речь?

Олег Ясинский: Теоретически Хуан Мануэль Сантос может организовать референдум, но, так как пару дней назад он говорил о поисках «юридического» пути, то делать этого, видимо, не станет. У него есть полномочия вести мирные переговоры и принимать решения без всенародного одобрения.

В договор внесут небольшие изменения, объясняющие детали основных пунктов, и через верховный суд отправят в парламент на утверждение. FARC готовы пересмотреть с правительственной комиссией детали договора, не изменяя при этом его суть. Встречаться со сторонниками экс-президента Альваро Урибе, выступающего против мирного соглашения, подписанного в Гаване, партизаны отказались.

«Международная жизнь»: Какие предпосылки послужили подписанию мирного соглашения между FARC и правительством Колумбии?

Олег Ясинский: Процесс начался ещё в конце президентского срока Альваро Урибе, когда состоялись первые неформальные контакты с FARC. Это было не по инициативе колумбийского правительства, а по инициативе США. Потому что есть большой интерес транснациональных корпораций взять под контроль значительные территории колумбийской сельвы[2] в удалённых районах, где много полезных ископаемых. Предстоит борьба за воду, лес – за главные богатства и ресурсы региона. А значит, необходимо очистить эту зону от партизан, но военным путём это сделать невозможно. Подобная война может длиться десятилетия.

С другой стороны, при демобилизации, сдаче оружия и включении партизан в политический процесс делается ставка на то, что они потерпят поражение. В этом есть логика, потому что FARC становилась всё менее политизированной в последнее время, и сейчас она не готова к борьбе. Сегодняшнюю политическую кухню партизаны просто не знают.

Партизаны ещё десятилетия могут сидеть в сельве, но они прекрасно понимают насколько изменились технологии. По ним нанесены очень серьёзные удары: бомбёжки при помощи новых израильских самолётов «Кфир» и штурмовиков «Супер Тукано» из Бразилии, которые купило колумбийское правительство. Новейшие технологии, позволяющие наносить высокоточные удары по партизанским лагерям, а также множество электронных чипов, которые ввозили вместе с провизией для партизан, сделали эту войну неравной. Понятно, что это война на истребление. Ни о какой победе повстанцев не может быть и речи.

Я назвал первую предпосылку. Есть и вторая. По географическим причинам, вооруженное вторжение США в Венесуэлу через Карибское море очень осложнено. Лучший путь в Венесуэлу - через колумбийскую территорию. Значительная часть границы в сельве - под контролем партизан. Третье заключается в том, что Колумбия, возможно, станет первой из стран Латинской Америки, которая вступит в НАТО. Переговоры на этот счет продвинулись достаточно далеко. Для НАТО важно, чтобы Колумбия освободила свои силы на внутреннем фронте и участвовала в военных кампаниях в других регионах.

Сами партизаны видят, что никакой победы вооружённым путём левым силам одержать не удастся. Ещё несколько лет назад, сидя в сельве, они были уверены, что их поддерживает абсолютное большинство колумбийского народа. И только в последние годы они начали понимать, насколько они непопулярны в колумбийском обществе, особенно среди тех людей, которые живут вдали от войны. Участию в политике надо будет долго и усердно учиться.

Лагерь FARC в момент объявления результата референдума

«Международная жизнь»: Какова роль Хуана Мануэля Сантоса в переговорах?

Олег Ясинский: Мотивацией Хуана Мануэля Сантоса изначально была Нобелевская премия мира, которую он уже получил. Ему очень хочется сделать на этом политическую карьеру: остаться в истории миротворцем. При этом, текущий мирный процесс не затрагивает интересы крупной колумбийской олигархии. Это небольшая модернизация сельской местности при сохранении неизменной структуры. К счастью для Колумбии, мир становится лучшим бизнесом, чем война.

Это такой редкий момент в истории, когда интересы противоположных сил совпадают. И этим нельзя не воспользоваться. Противостоять мирному процессу могут лишь ультраправые круги, возглавляемые экс-президентом Альваро Урибе. Они очень активны, и у них есть серьёзная доля власти в Колумбии. Тем не менее, пока за переговорами стоят США, которые определяют колумбийскую внешнюю и внутреннюю политику, этот процесс будет продолжаться.

«Международная жизнь»: Будут ли противодействовать перемирию ультраправые группировки повстанцев?

Олег Ясинский: Согласно мифам Альваро Урибе, ультраправые группировки «bacrim» (исп., bandas criminales) разоружились, но, на самом деле, они контролируют почти всю аграрную часть территории страны. Под их влиянием все районы неподвластные партизанам. Крупные города Колумбии, особенно Медельин, Богота, Букараманга, все бедные районы и трущобы также под контролем ультраправых группировок. Они связаны с наркотрафиком, похищениями, политическими убийствами, кроме того, они выполняют политический заказ властей Колумбии. Как это бывало раньше в истории, когда они уничтожили большую часть разоружившегося движения «М-19». Такая же бойня происходила во времена «Патриотического союза» в начале и середине 80-х: тогда было убито 5 тысяч партизан, которые разоружились и пытались участвовать в политике.

Партизаны, которые привыкли жить в сельве, будут лёгкой мишенью, словно рыба, вытащенная из воды. Поэтому вопрос не в том, будет ли договор подписан, а в том, насколько правительство Хуана Мануэля Сантоса сможет обеспечить безопасность оставивших оружие повстанцев. Кстати, в мирном соглашении предусмотрено создание совместной системы безопасности: из полиции и бывших партизан, но это только для руководителей движения. Выдать личную охрану 6 тысячам разоружившихся партизан невозможно.

«Международная жизнь»: Если всем выгодно прекращение конфликта, почему на референдуме колумбийцы проголосовали против заключения мира?

Олег Ясинский: Большинство колумбийских избирателей живут не в сельской местности, где идёт война, а в крупных городах, и судят о конфликте по прессе. Колумбийская пресса все последние десятилетия занималась демонизацией партизан, выставляя их в виде главных виновников вооруженного конфликта. Обыватель этому верит, он не делает исторический, политический, философский анализ проблемы.

Приведу простой пример. Мы с коллегами из российского телевидения были в Колумбии два месяца назад, снимали повседневную жизнь партизан и жили в лагере FARC. Это было всего в 150 километрах от самого богатого колумбийского города Медельина, но, чтобы добраться в эти места по суше, необходимо двое суток. Это другая Колумбия. Это совершенно другая реальность. Это то, о чем в городах не имеют ни малейшего представления. В Медельине и Болоте, например, говорить с большинством людей о гражданской войне в Колумбии то же самое, что рассуждать о войне на Украине или в Сирии. Для них по большому счёту нет разницы.

С другой стороны, колумбийское общество очень консервативно. В нём помимо католиков, - высокий процент евангелистов. Многие евангелистские священники присоединились к компании Альваро Урибе и сказали, что в мирном договоре правительство и партизаны продвигают гендерную идеологию. Были опасения, что это разрушит традиционную семью и поддержит гомосексуалистов. К сожалению, народ в эти глупости легко верит. Текст договора – это почти 300 страниц, которые почти никто не читал.

Кроме того, в это время был ещё очень сильный ураган. Ураган «Мэтью» фактически разрушил дороги и избирательные участки на Карибском побережье, где, по всем прогнозам, подавляющее большинство голосов было за заключение мира. Немаловажно также, что переговоры между партизанами и правительством шли за закрытыми дверями. Власти не смогли превратить их в тему общенациональной широкой дискуссии. Большинство населения было исключено из переговоров, плохо информировано и не участвовало в обсуждении центральных проблем.

Образец листовки, призывающей голосовать против мирного договора: "КОЛУМБИЯ ПОД УГРОЗОЙ попасть под коммунистическую диктатуру и немедленное принятие гендерной идеологии!"

«Международная жизнь»: Почему в колумбийских СМИ в преддверие референдума не велась официальная кампания по формированию общественного мнения?

Олег Ясинский: Была скорее официозная компания в прессе, но достаточно вялая. Большинством социальных движений колумбийское правительство, правое, воспринимается как противник. К тому же, все слишком расслабились, доверились информации предварительных опросов: наверняка побеждала опция «да». Поэтому результат стал сюрпризом для всех. С другой стороны, было ошибкой выносить это на общенациональный референдум, потому что у Хуана Мануэля Сантоса достаточно президентских полномочий для заключения мира.

«Международная жизнь»: По разным оценкам, на выборы не пришло 64% избирателей. Почему референдум не воспринимается колумбийцами как историческое событие?

Олег Ясинский: Историческим это событие видится лишь извне. 23 августа в день, когда президент Мануэль Сантос объявил, что достигнута договорённость в Гаване, мы находились в Медельине, в доме у одной партизанки. Все мужчины в этот момент пошли в соседнюю комнату футбол смотреть. Нас поразило, что во всей Колумбии не было никакого праздника. Отмечали конец 52-летней войны в районах, где действительно идёт война, и люди от этого страдают, – это другая реальность, другое историческое время.

«Международная жизнь» Не считаете ли Вы одной из причин провала плебисцита большое число жертв FARC, семьи которых не могут простить партизан?

Олег Ясинский: Реальные жертвы войны, прежде всего, хотят мира. Договор, который пресса изображает карикатурным, на самом деле , очень объективен и взвешен. Что касается числа жертв, по всем оценкам правозащитных организаций, на совести FARC около 16% убитых во время конфликта. Армия и ультраправые боевики уничтожили гораздо больше. Но в рамках ставшей уже традиционной антикоммунистической кампании во всём обвиняют партизан. На своей территории у повстанцев есть несомненная поддержка крестьян и местных жителей, потому что для них партизаны – это единственный шанс на медицинскую помощь и школьное образование. Повстанцы действуют на той территории, где государство фактически бросило своих граждан.

«Международная жизнь»: Спасибо за беседу!



[2] Сельва – Южноамериканские тропические дождевые леса (1800—2300 мм осадков в год), которые находятся на территории Бразилии, Перу, Суринама, Венесуэлы, Гайаны, Эквадора, Боливии, Колумбии.

Ключевые слова: Колумбия Олег Ясинский РВСК FARC Революционные вооруженные силы Альваро Урибе Хуан Мануэль Сантос

Версия для печати