Трансатлантическое партнерство: какие испытания ждут европейскую экономику?

15:41 27.05.2016 Андрей Торин, редактор журнала «Международная жизнь»


Фото: ru.journal-neo.org

В Москве состоялся видеомост «Москва-Лондон», посвященный перспективам заключения Трансатлантического торгово-инвестиционного партнерства. На вопросы, какие последствия для ведущих стран Европы будет иметь подобная сделка, как она отразится на отношениях Москвы и Лондона, ответили известные специалисты по российско-европейским отношениям и представители гражданских активистов и профсоюзов Великобритании.

Напомним, что в  апреле 2016 года президент США Барак Обама совершил многодневную поездку по Европе, целью которой было не только сохранение  единства Европейского Союза, о чем шла речь на переговорах в Лондоне с британским премьер-министром Дэвидом Кэмероном в преддверии намеченного на лето референдума по выходу Великобритании из состава ЕС, но и пролоббировать скорейшее подписание Трансантлантического торгово-инвестиционного партнерства (TTIP) между США и Евросоюзом. Трансатлантическое партнерство наряду с Транстихоокеанским (TTP), соглашение о котором было оформлено еще в октябре 2015 года Соединенными Штатами с 12-ю государствами Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР), позволило бы закрепить торгово-экономическое лидерство  США в XXI веке.

Трансатлантическое партнерство и европейский скептицизм

Эксперт  по торговым вопросам Общественной организации гражданских активистов и профсоюзов War on Want[1] Марк Дирн считает, что соглашение по Трансатлантическому партнерству вряд ли будет подписано в текущем году. По его словам,  у европейской общественности существует  немало причин для  подобного скептицизма. Судя по документам, утечка которых произошла сравнительно недавно, предлагаемая официальным Вашингтоном торговая сделка основана на трех принципах: дерегуляции, приватизации и увеличении  прав инвесторов. В частности, речь идет о формировании принципиально иных механизмов урегулирования споров между инвесторами и государствами. Как считает М.Дирн,  дерегулирование предоставит  большому бизнесу  возможность контроля над европейскими стандартами продукции и торговым законодательством.  Благодаря приватизации, крупные компании получат доступ к госуслугам. Кроме того, произойдет смещение власти в сторону крупных корпораций, которые получат больше полномочий, чем суверенные государства. В этих условиях все преимущества соглашения, действительные и мнимые, которые имело бы смысл обсуждать, идут в актив именно крупным корпорациям. Малый бизнес ЕС  может быть вытеснен со своих позиций. «Мы видим, что правительства часто не согласны с подобной точкой зрения, убеждая противников подписания соглашения в том, что оно полезно и для малого бизнеса, - заметил М.Дирн. - Однако у нас есть глаза, и мы понимаем, что основной упор делается на защиту интересов крупных корпораций. Те документы, которые опубликованы в прессе, подтверждают нашу точку зрения, как, впрочем, и результаты исследования европейской комиссии. В частности, было видно, что ВВП ЕС не увеличится на 0,5%  к 2027 году, как это было сказано в официальных документах». Эксперт добавил, что заключение Трансатлантического партнерства поставит под угрозу экологическую обстановку в ряде европейских стран. Он считает, что Европа должна использовать максимум защитных мер для того, чтобы избежать этого. Кроме того, это будет существенная угроза с точки зрения экологии. Нам необходимо использовать максимум защитных мер для того, чтобы это не произошло. Политические активисты Великобритании считают, что такая позиция справедлива для государств по обе стороны Ла-Манша.

Противники TTIP считают новый договор «троянским конем», который задача которого заключается в  подрыве европейских экономических позиций. Источник фото: e-news.pro.

М.Дирн считает, что режим секретности проводимых переговоров ЕС и США не случаен, как и запрет на разглашение содержания консолидированных документов в течение 30 лет. «Даже часть информации, опубликованной в СМИ, вызвала неприятие в Европе. Если же эти документы будут опубликованы полностью, то у них появится значительная оппозиция. Например, сравнительно недавно, когда стали известны условия заключения многостороннего соглашения по инвестициям между США и ЕС, это привело к всплеску негодования во Франции и сделка была приостановлена».

TTIP : экономическая специфика и противоречия ЕС и США

Как считает профессор факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ Алексей Портанский, между форматами Транстихоокеанского (ТТП) и Трансатлантического партнерств есть существенные различия.   В рамках ТТП США  - бесспорный лидер по сравнению с другими участниками соглашения. В случае с Трансатлантическим торгово-инвестиционным партнерством, напротив, речь идет об участниках, более или менее равных по своему потенциалу.  В этих условиях добиться лидерства официальному Вашингтону очень сложно.  При этом между  ЕС и США существует немало противоречий. Разумеется, они постепенно сглаживаются, но среди них есть и торговые разногласия, о которых американцы  предпочитают не упоминать. «Было бы странно видеть стороны, уже подходящие к этапу подписания соглашения, с неурегулированными вопросами, - заметил эксперт. -  Например, между США и ЕС более десяти лет существует спор вокруг субсидирования гражданской авиации. Последняя  жалоба по этому вопросу  в рамках ВТО  была подана Брюсселем против США всего лишь год назад, и этот спор еще не разрешен. Более того, начиная с 2000 года, в ВТО накопилось 23 формальных спора между ЕС и США, касавшихся специфики торговых отношений, связанных с субсидиями, демпингом, нарушениями правил ВТО. Далеко не все торговые противоречия сторон разрешены к обоюдному их согласию». Не меньшую проблему представляет собой и вопрос о торговле продуктами питания, содержащими генно-модифицированные объекты  (ГМО).

«Противоречия, существующие между США и ЕС, сглаживаются, но среди них есть и торговые разногласия, о которых в Вашингтоне предпочитают не упоминать» (Алексей Портанский)

Смысл переговоров по Tрансатлантическому партнерству между ЕС и США заключается в том, чтобы европейские регулятивные нормы были существенно смягчены и приведены, по сути, в соответствие с американскими стандартами, более упрощенными чем в Европе. А.Портанский привел наиболее показательный пример: « Многие нормы в Соединенных Штатах отличаются меньшей строгостью, чем в Европе. Например,  при добыче сланцевой нефти и газа допускается гидроразрыв пласта. Только в случае, если будет доказан экологический ущерб, против американской компании может быть начато судебное преследование. В Европе все наоборот: нужно сначала доказать, что никакого ущерба окружающей среде не будет, и только потом можно получить разрешение на проведение работ. Таких примеров по регулятивным нормам можно привести очень много».

«Смысл переговоров по Tрансатлантическому партнерству между ЕС и США заключается в том, чтобы европейские регулятивные нормы были существенно смягчены и приведены, по сути, в соответствие с американскими стандартами, более упрощенными чем в Европе»

Еще одна сложность заключается в том, что отношения между инвесторами и государственными структурами были отработаны США в рамках Транстихоокеанского партнерства. Была предпринята попытка взять эти нормы в качестве примера и имплантировать их в свое соглашение с ЕС. Но  удастся это сделать или нет – пока не известно. В августе – сентябре 2015 года ряд европейских политических лидеров сделали по этому поводу достаточно резкие заявления. Например, глава Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер подчеркивал, что пока находится во главе ЕК, он не допустит, чтобы был нарушен судебный суверенитет государств-членов. То же самое он говорил по таким деликатным вопросам, как защита  персональных данных и продовольственная безопасность.  Аналогичной позиции придерживается и премьер-министр Великобритании Дэвид Кэмерон, заявивший, что не позволит уменьшить степень безопасности подданных Соединенного Королевства. «Недавно я вернулся из поездки в Вашингтон. Во время состоявшегося обсуждения перспектив сделки американские и немецкие коллеги затруднились  ответить на вопрос: если  в ближайшее время удастся выработать компромиссный  текст соглашения, будет ли его сопровождать лист исключений? – заметил А.Портанский. – Трудно представить себе, чтобы все эти противоречия были разрешены в течение  полугода».

Российский эксперт считает, что политический истеблишмент ЕС и США должен взвешенно относиться к проходящим в Европе протестам. Когда в рамках ЕС обсуждались те или иные серьезные вопросы, все это проходило через стадию общественных дебатов. В то же время торговые переговоры испокон века содержат элемент конфиденциальности, поскольку у каждой стороны существует секрет той  позиции, до которой она готова идти на уступки. «В последние месяцы Европейская комиссия представила объемный текст к ознакомлению, но без соответствующего резонанса, включая публикации Wikileaks, это вряд ли могло произойти», - заметил А.Портанский. 

М. Дирн также считает, что в соглашении нет никаких преимуществ вне зависимости от того, собираются его подписывать в усеченном или полном варианте. Но самое главное,  в нем нет особой заинтересованности и с противоположной стороны.  Немало вопросов вызывает и система государственных закупок, при которой тендеры переводились в американские  компании. По мнению британского эксперта, невозможно утверждать, что данное соглашение было бы преимуществом для обеих сторон. «Мы теоретически говорим здесь о равных сторонах – США и Европе, но в реальности мы понимаем, что в США товары стоят дешевле, потому что у них дешевле фермерский труд и нет такой детальной регуляции как в Европе, - заметил активист War on Want. - Если данные продукты хлынут на европейские рынки, это может привести к разорению агропромышленного сектора». В сфере  госзакупок существуют не меньшие противоречия, касающиеся автомобильной промышленности. «Если американцы хотят, чтобы их автомобили получили допуск на европейские рынки, им необходимо сделать больше уступок в агропромышленной сфере», - заметил М.Дирн.

Как считает М.Дирн, европейские стандарты не будут снижены, а фермеры ЕС и США не будут играть на равном поле. Это решение имеет значительные последствия  для перспектив данной сделки. После утечки информации польское и немецкое правительства  выступили против ряда статей предлагаемого договора. Однако, согласно многочисленных заявлениям, исходящим из Вашингтона, США не готовы идти на серьезные компромиссы и стремятся преодолеть существующее общественное сопротивление. По мнению М.Дирна, вопрос о подписании документа можно вести не раньше 2021 года.  В текущем году это вряд ли возможно: приближаются выборы в ряде европейских стран, и политики вряд ли пойдут на подрыв собственного реноме в глазах избирателя.

Есть ли будущее у ВТО?

А.Портанский проанализировал последствия, которые повлечет за собой  создание мегарегиональных объединений в Азии и Европе для Всемирной торговой организации.  По его мнению, сама логика появления подобных глобальных соглашений связана с недовольством США темпами либерализации в рамках ВТО, в состав которой в настоящее время входит 160 стран. Переговоры Дохийского раунда о правилах мировой торговли  находятся в кризисе с 2005 года. Необходимые  решения на уровне ВТО практически не принимаются. В этих условиях Вашингтон выступает с инициативой создания новых форматов взаимодействия, предполагая, что  многосторонние соглашения более надежны. Для стран Юго-Восточной Азии, наряду с очевидными недостатками, подписание Транстихоокеанского соглашения предоставляет перспективы выхода на рынки США. Китай оказался за пределами  данной сделки, ибо по ряду причин в Вашингтоне господствует убеждение, что Пекин никогда не примет новых экономических правил игры в регионе.

В то же время А.Портанский считает, что неоднократные заявления ряда экспертов в России и за рубежом о предстоящей  маргинализации ВТО, предопределенной тем,  что оба партнерства объединят под своей эгидой две трети объема всей мировой торговли, преждевременны. ВТО остается для США матрицей, на основе которой  будет формироваться трехсторонняя система международной торговли. В России, по словам эксперта,  необходимо внимательно изучать процесс переговоров по Трансатлантическому партнерству, чтобы быть во всеоружии и максимально адекватно реагировать на его последствия.

В то же время эксперт ВШЭ считает, что в ходе переговоров возможны различные варианты достижения сделки между ЕС и США. Он напомнил, что в 1994 году, когда на острове Корфу между Россией и ЕС было заключено Соглашение о партнерстве и сотрудничестве, его подписывали ЕС как организация и страны-участницы Евросоюза по отдельности. Однако, если Вашингтон и Брюссель решатся пойти по данному пути, у обеих сторон могут возникнуть серьезные проблемы. «Это видно не только в отношениях ЕС и США. Как известно, между Евразийским экономическим союзом и Вьетнамом в 2015 году достигнуто соглашение о зоне свободной торговли. При этом специфика отношений в формате «Россия-Вьетнам» и «Белоруссия-Вьетнам» сильно отличаются друг от друга», - заметил А.Портанский.

«США должны понять, что европейские стандарты Будут снижены, а фермеры ЕС и США не будут играть на равных условиях» (Марк Дирн)

TTIP как угроза демократии в Европе

В свою очередь, М.Дирн считает, что  оба партнерства – и Транстихоокеанское, и Трансатлантическое -  имеют не только экономическое, но и геополитическое измерение. «Не только Дохийский раунд, но и сессия переговоров ВТО по вопросам мировой торговли в Найроби, состоявшаяся в декабре 2015 года, показала, что на уступки идти никто не собирается, - заметил он. – В последние годы США стремятся к политике окружения России и Китая, стремясь не допустить появления альтернативных экономических центров в Европе и Азии. Усиление Китая и БРИКС делает мир многополярным не только политически, но и экономически. Бразилия, Индия и Индонезия стремятся избежать подписания подобного соглашения. Великобритания также полна скептицизма. Как можно подписывать документ, которого в полном объеме не видел ни один член парламента? Мы считаем, что в нем нарушены фундаментальные принципы демократии, и голосование на уровне национальных парламентов по вопросу заключения партнерства поможет  нам избежать этой опасности».

 



[1] War on Want (англ. «война нужде») – британская благотворительная  и правозащитная организация, основанная в 1951 году по инициативе известного общественного деятеля, книгоиздателя  и правозащитника Виктора Голланца. Ее активисты выступают против бедности  и нарушений гражданских прав, сотрудничают с общественными движениями «глобального Юга» и за ликвидацию первопричин нищеты путем изменения  социальной и экономической политики ведущих стран мира. Среди наиболее известных сторонников этой организации – один из лидеров альтерглобализма Наоми Кляйн, правозащитник Радж Пател и генеральный секретарь Профсоюза общественных и служб Великобритании Марк Сервотка.

Ключевые слова: США Китай Россия Всемирная торговая организация ЕАЭС Трансатлантическое партнерство Транстихоокеанское партнерство

Версия для печати