Причины и последствия одной денонсации

00:40 28.07.2015 Денис Батурин, политолог, член Общественной палаты Республики Крым


Украина намерена завязать новый Азово-Черноморский узел. 16 июля в Верховной Раде Украины зарегистрирован законопроект о денонсации «Договора между Российской Федерацией и Украиной о сотрудничестве в использовании Азовского моря и Керченского пролива», подписанного 24 декабря 2003 г.

Этот договор был подписан после конфликта между Россией и Украиной вокруг острова Тузла, а причиной конфликта был статус Керченского пролива, при котором Украина брала плату со всех кораблей за проход через пролив. Начало строительства дамбы Россией от Таманского полуострова до Тузлы стало стимулом урегулирования отношений между государствами по поводу использования пролива и Азовского моря. Договором остался не урегулирован вопрос о режиме Азовского моря и водной границе между государствами. После этих событий Украина активизировала разведку и добычу углеводородов на шельфе как Азовского, так и Черного морей, привлекая к этому западные кампании, среди которых были Shell, Shevron, ExxonMobil, бразильская Petrobras, итальянская ENI S.р.A. Правда, дальше конкурсов и соглашений о разделе продукции (СРП) дело практически не продвинулось.

Можно предположить, что привлечение западных компаний к работе на шельфе через подписание СРП преследовало не только экономические и технологические цели (использование западных технологий в разведке и обустройстве месторождений), но и политические – за крупным капиталом, тем более с американскими корнями, шло и политическое влияние, которое должно было обеспечивать политические гарантии бизнесу, а значит, и политическому режиму. Определенным подтверждением этой позиции стал и проигрыш дочерней структуры «ЛУКойла» - LUKOIL Overseas Ukraine B.V- в конкурсе для заключения СРП по разработке Скифской площади (газоносный участок на шельфе Черного моря площадью 10 тыс. кв. км). «ЛУКойл» проиграл консорциуму американской ExxonMobil (ключевая структура консорциума), британо-нидерландской Shell, австрийской Petron и НАК «Надра Украина».

Здесь завязывались и вопросы энергетической безопасности Украины, которая готова была отдать под добычу сланцевого газа леса Закарпатья (Chevron), земли Донецкой и Харьковской областей (Shell). Тогда (2012-2013 гг.) шли переговоры и подписывались соглашения в отношении шельфа Черного моря, однако, открытые и прогнозируемые месторождения с промышленными запасами углеводородов и других полезных ископаемых Азовского моря заставляют с уверенностью предположить, что следующие СРП с иностранными компаниями касались бы уже и Азова. Этот «нефтегазовый экскурс» - одновременно и в прошлое и в будущее - показывает, что старые проекты закрыты, а интересы, уже не экономические, а геостратегические сохранились.

Однако, геостратегическая ситуация изменилась. Поэтому необходимы другие инструменты, которая Украина усиленно ищет по той же схеме, только уже не с целью обеспечения энергетической безопасности, как в сотрудничестве с западными нефтегазовыми грандами, а с целью обеспечения иностранного военно-политического присутствия и влияния. Поэтому и внесен в Верховную Раду законопроект о денонсации договора по Азовскому морю и Керченскому проливу.

Возможные последствия принятия этого законопроекта дают представления об избранной Украиной и ее западными партнерами стратегии в отношении России, а точкой приложения в этой стратегии является Азово-Черноморский бассейн и Крым.

В преамбуле подписанного ранее договора, о денонсации которого идет речь, говорится об исключительной важности для России и Украины Азовского моря и Керченского пролива, в связи с чем, все вопросы относительно их использования должны решаться только мирными средствами и на основе взаимных договоренностей.

Среди положений договора, которые дают ответ на вопрос о том, какие могут быть последствиях его денонсации:

- Азовское море является внутренними водами России и Украины и разграничивается линией государственной границы в соответствии с соглашением.

- Все суда, в том числе военные, под флагом Российской Федерации или Украины, эксплуатируемые в некоммерческих целях, пользуются в Азовском море и Керченском проливе свободой судоходства.

- Суда других стран также могут свободно заходить в эти воды, если они направляются в российские или украинские порты.

- Военные корабли или другие государственные суда третьих стран могут заходить в Азовское море и проходить через Керченский пролив в порт одной из сторон только после согласования с другой стороной.

 

Последнее из приведенных выше положений договора заставляет говорить уже не о последствиях, а о целях его денонсации. Отказавшись от договора, Украина, вероятно, будет настаивать на признании акватории Азовского моря международными водами. Таким образом, и проявляется геостратегический фактор в виде 6-го средиземноморского флота США.

По мнению специалистов, договор 2003 года не предусматривает денонсации. А согласно Венской конвенции международных договоров 1969 года: «Если договор не содержит нормы денонсации, такой договор не может быть денонсирован в одностороннем порядке». Если у Украины есть основания для денонсации, она должна инициировать переговорный процесс о пересмотре либо изменении соглашения. Односторонняя отмена соглашения является грубым нарушением международного права.

Кроме того, денонсация договора может внести полную неразбериху в порядок регулирования судоходства из Черного в Азовское море. Однако, это тоже может быть определенной целью действий Украины – создание разноплановых и разноуровневых конфликтных зон. Это противоречит мирному пути развития Украины, но вполне соответствует геостратегическим играм Запада, в которых Украина соглашается быть инструментом в обмен на политическую и экономическую поддержку.

В этой истории есть еще один сюжет. Очевидно, что усилия Украины направлены и на блокирование строительства мостового перехода через Керченский пролив. Денонсировав договор, Украина выходит из двухсторонних отношений, и, вероятно, заявляет о недопустимости строительства моста, так как он блокирует принадлежащую ей акваторию, а согласовывать строительство она должна, но не намерена. Весьма вероятный сценарий.

Что интересно, изменения или отмена соглашения 2003 года - не в пользу Украины: если раньше Керченский пролив имел межгосударственный статус, то после вхождения Крыма в состав Российской Федерации, это российская юрисдикция. К слову, основываясь на этом факте, министр иностранных дел Сергей Лавров заявил, что у России нет необходимости согласовывать строительство моста.

Далее возникнут вопросы с определением исключительных экономических зон России и Украины. После односторонней денонсации соглашения (а это может быть молчаливо поддержано странами Запада) в силу вступит Конвенция по морскому праву (1982), согласно которой Россия и Украина имеют право на территориальные воды в 12 морских миль, и должны будут установить исключительные экономические зоны – в пределах 200 морских миль. Однако, площадь и очертания Азовского моря таковы, что наложения экономических зон неизбежны, и все равно необходимо будет договариваться, чтобы разграничить водное пространство.

Решением о денонсации Украина намерена завязать новый Азово-Черноморский узел, в который будут затянуты вопросы военно-стратегические, ресурсные (добыча полезных ископаемых на шельфе Черного и Азовского морей), вопрос мостового перехода через Керченский пролив.

Таким образом, Украина все активнее становится инструментом реализация стратегии создания проблем, как части западной стратегии «ослабления», или «изматывания» России.

Версия для печати