Россия в Арктике

09:16 06.06.2014 Михаил Симутов, эксперт Центра военно-политических исследований МГИМО МИД России


В последнее время Россия активизировала усилия по обеспечению процесса международно-правового оформления новой границы континентального шельфа России в Северном Ледовитом океане. Юридическому оформлению данного процесса предшествовала череда громких международных споров, в рамках которых многие страны пытались оспорить права России на освоение данной части Арктики. Однако в результате значительных усилий российского руководства на дипломатическом уровне и работе российских ученых, обосновавших территориальную принадлежность части дна Охотского моря, Россия смогла отстоять свое законное право на владение и освоение данного региона. Для обеспечения национальной безопасности в данном регионе был инициирован процесс расширения присутствия России в Арктике. Какие цели преследует российское руководство, активно расширяя военное присутствие в Арктике? Как отразится данный процесс на положение России в мире? Последуют ли ответные действия основных соперников России в «арктическом» споре? Насколько повлияет расширение военного присутствия в Арктике на развитие международного сотрудничества России с другими странами? Ответы на эти и другие вопросы читайте в интервью с директором Центра военно-политических исследований МГИМО (У) МИД России Алексеем Ивановичем Подберезкиным.

 

М.Симутов: Уважаемый Алексей Иванович, сегодня в СМИ говорят о новом этапе российского военного присутствия в Арктике, каковы на Ваш взгляд возможные причины этих действий, для чего это необходимо?

 

А.Подберезкин: Сразу хочу отметить, что военное присутствие, тем более стратегическое, оно на самом деле достаточно ограниченно. Речь не идет о размещении военно-морских баз или контингента сухопутных войск. Да, будет усилено военное присутствие, будет развернута  небольшая инфраструктура, но данные территории в основном могут контролироваться и с воздуха, и с моря имеющимися ресурсами, и для этого не требуются огромные вооруженные силы или какая-то сверхмощная инфраструктура, тем более это территории, расположенные в непосредственной близи от сухопутной части России. Это весьма важное замечание, так как порой складывается впечатление, что в Арктике планируется строительство баз и развертывание чуть ли не бригады сухопутных войск. Ничего подобно на самом деле не предполагается.

Теперь по сути, а именно для чего все это нужно. Существуют две основные задачи.

В XXI веке огромное значение приобретают транспортные коридоры, и Северный морской путь становится одним из ключевых. По мере усиления центра силы в азиатско-тихоокеанском регионе, грузопотоки, товаропотоки, пассажиропотоки будут перенаправлены уже туда, и двумя крупнейшими центрами, между которыми эти грузопотоки существуют – это Европа, в широком смысле этого слова, включающая не только Европейский Союз, и государства АТР. Эти два центра вместе составляют уже более 50 % мировой торговли и соответственно более 50 % мировой экономики. Для того, чтобы наладить грузопоток между этими центрами Северный морской путь представляется намного более удобным, быстрым и дешевым вариантом. Конечно, при условии, если он будет соответствующим образом оборудован и сможет гарантировать увеличение товаропотоков. Дело в том, что транспортные коридоры в процессе своего развития неизбежно начинают конкурировать между собой, и сегодня традиционный путь через Суэц перегружен; нередки случаи, когда суда длительное время стоят в очереди. К этому добавляется немалая плата за пользование каналом, ограниченный тоннаж, а так же многие неудобства иного плана, и это помимо того, что данный путь объективно длиннее и дороже.

Второй момент, который имеет огромное значение – это колоссальные запасы углеводородов и в целом сырья в этих акваториях. По некоторым оценкам они составляют до трети мировых запасов. Несомненно, разведка и разработка данных месторождений, и последующая добыча сырья окажется дороже, но мы неизбежно к этому придем, потому что в доступных районах запас этого сырья уже весьма ограничен. Кроме того, нельзя забывать, что сегодня все более востребованным становится такой дефицитный ресурс как питьевая вода, недостаток в которой сегодня испытывает около миллиарда жителей на планете, а в дальнейшем эта цифра будет только увеличиваться. Эта проблема, на мой взгляд, будет решаться, в том числе, и с посредством использования арктических районов.

 

М.Симутов: Не скажется ли расширение российского присутствия в Арктике на развитии международного сотрудничества России с другими странами?

 

А.Подберезкин: Ответ очевиден. Только там, где государство может обозначить свое присутствие, экономическое, политическое, военное, защищая свои национальные интересы, там с ним и считаются. Так, горбачевский романтизм 80-х – начала 90-х гг. сослужил очень плохую службу России, потому как именно этот период воспитал часть элиты в извращенном представлении о национальных интересах. В результате излишние уступки, начиная от военной сферы и заканчивая политическими взаимоотношениями, привели к тому, что Россия потерпела сокрушительное поражение в войне, которую она не вела. Причина тому – деятельность элиты, которая оперировала ложными идеологическими и политическими посылами.

России необходимо возвращаться к тому, что в мире всегда присутствовало, к реальной политике.

Сегодня же реальная политика, к сожалению такова, что все чаще в мировом сообществе слышны заявления о национальных интересах, усиливаются национально ориентированные или даже националистически ориентированные правительства, будь-то страны Европы, Китай, Индия, Пакистан, Бразилия и т.д. Везде, в целом, ситуация идентична; приходят к власти те руководители, те силы, которые ориентированы жестко на отстаивание национальных интересов. И если государство может защищать национальные интересы, то может и отставать их, а если не может, то получит такое же сокрушительное поражение, как это было в России при Горбачеве или при Ельцине. Тем более, проблемы экономики, которые сегодня стоят особенно остро, на деле являются трудно решаемыми.

Далеко не всегда можно найти простые решения. И те правители, те государства, у которых не получится найти такие сложные экономические решения, они неизбежно будут апеллировать к чувствам национальным, религиозным. И как всегда в таких случаях, при условии существенных неудач в социально-экономических проектах, их будут компенсировать, создавая образ врага.

 

М.Симутов: Какими могут быть действия других государств в ответ на расширение присутствия России в арктическом регионе?

 

А.Подберезкин: Я бы не стал говорить «ответные действия», все борются за свои интересы. Если Китай, у которого вроде и нет оснований претендовать на арктические регионы, в спешном порядке начинает создавать свой ледокольный флот, если этим начинают заниматься государства, расположенные южнее границы полярных льдов, это говорит только об одном – государства будут бороться за продвижение своих национальных интересов, в том числе в Арктике и Антарктике. И здесь нет каких-то особенных нравственных или моральных аргументов. К реальной политике это не имеет никакого отношения, это лишь слова, которые применяются для оправдания или попытки обоснования в информационном пространстве своих политических, экономических и военных интересов.

 

М.Симутов: Насколько значимым окажутся возможности России влиять на транспортные коридоры в Арктике и что это будет означать для ее  союзников и партнеров?

 

А.Подберезкин: Безусловно, расширение возможностей России влиять на транспортные коридоры имеет огромное значение для ее союзников как в рамках ОДКБ, так и в целом в Евразийском Союзе. Это совершенно понятно. Представьте себе, недавно Белоруссия подписала соглашение с Китаем о взаимной торговле. И как Белоруссия будет торговать с Китаем иначе как через транспортные коридоры России? Будь-то морские порты, железнодорожные линии и автомобильные магистрали, до которых, я надеюсь, тоже дело дойдет. И это касается не только Белоруссии. Такая же проблема стоит и перед другими членами ОДКБ. К примеру, Армения, которая не имеет морского порта, и которая вообще не граничит с членами Таможенного Союза. У нее есть свои проблемы. Даже для Казахстана это имеет определенное значение, потому как усиление китайского влияния, китайских логистических структур, имеет определенные негативные последствия для страны, потому как Казахстан, таким образом, становится транзитным для Китая в рамках торговли с европейскими странами.

Транспортные коридоры – это те условия, которые являются обязательными для безопасности и экономического роста. Я бы хотел напомнить, в этой связи, что в свое время Русь, как государство возникало у транспортного коридора, пролегавшего по Днепру, и вообще на пути «Из Варяг в Греки», от Новгорода и до Северного побережья Черного моря. Да и не только; бассейны рек среднерусской возвышенности позволили создать колоссальное государство, расположенное вдоль транспортных коридоров. Тоже характерно и для других государств.

Рим вывел формулу, в соответствии с которой, если империя развивается медленнее, чем транспортная сеть, то государство приходит в упадок. Именно по этой причине дороги в Римской Империи развивались быстрее, чем расширялась сама империя. Огромной заботой римлян было строительство дорог, и чем мы обязаны Римской Империи, это тем, что культура развития транспортной инфраструктуры, дорожной системы, и сегодня имеет огромное значение. Привязка того или иного государства к римской культуре, к римской истории, была обусловлена прежде всего наличием ее дорог. В этом отношении можно привести массу примеров. Это и колонизация Среднего Запада, Запада Соединенных Штатов, Дальнего Востока посредством строительства Транссибирской магистрали и КВЖД и т.д.

Эти транспортные коридоры – это ключ не только к экономическому, культурному развитию государств, но и к геополитике. И те, государства, которые смогут их создавать и контролировать, они будут во многом облегчать жизнь себе и усиливать свое влияние в мире.

Последний пример, связанный уже с конфликтом на Украине, это так называемый «Южный поток». Сколько вопросов в отношениях с Украиной было бы снято, если бы данный газопровод был построен?

 

М.Симутов: Можно ли сказать, что присутствие России в арктическом регионе является одним из важных моментов в интеграционных процессах, инициированных Россией?

 

А.Подберезкин: Дело в том, что в обыденном сознании мы, возможно, не до конца еще понимаем значение Арктики для России. Я приведу простой пример, чтобы было понятно. Арктика – это Север, через который в сторону России могут лететь ракеты с ядерными боеголовками, а так же стратегическая авиация с другого континента. Это огромное пространство, северное пространство – это территория, требующая к себе особого внимания. И либо Россия будет его контролировать в рамках обеспечения безопасности воздушно-космического пространства с учетом возможностей перехвата возможного нападения, либо не будет контролировать, оставшись безоружной.

Но я взял для рассмотрения только один вопрос, стратегический. Таких вопросов на самом деле масса. Начиная от банальных вопросов связанных с ловлей рыбы и пропуска судов, до способности геополитически выдерживать независимость Евразийского континента. На самом деле, с точки зрения экономики и народонаселения Евразии, Север и Арктика будут играть все большее и большее значение. Юг и Центр уже обжиты, и Север остался единственным регионом, значительной частью Евразии, который еще не заселен, практически не освоен, и даже в достаточной сфере не изучен. Если мы точно знаем, какие ресурсы есть в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке, и каков их запас, то все, что касается Севера, Арктики и Россия и другие государства пока еще не отдают себе отчета. 

Ключевые слова: Россия ОДКБ Арктика безопасность

Версия для печати