Мнение: Каспий

21:41 04.12.2013 старший научный сотрудник Казахстанского института стратегических исследований при Президенте РК Лидия ПАРХОМЧИК


«Азербайджан сейчас старается выстроить свою экономику таким образом, чтобы снизить зависимость от объемов добываемой нефти и, соответственно, и газа. Рост ВВП страны обеспечил ненефтяной сектор, который составил всего 0,2%. Это напрямую связано с отказам от ориентации на углеводородную экономику. Падение темпов добычи углеводородов на азербайджанских месторождениях вызваны также причинами технического характера. Наглядным доказательством служит пример сложностей, возникших у British Petroleum на месторождениях Азери-Чираг– Гюнешли. В свою очередь Туркменистан лишь сравнительно недавно приступил к разработке морских месторождений на Каспийском море, хотя о предполагаемых офшорных запасах было известно еще в советское время. В настоящее время в число операторов каспийских месторождений Туркменистана входят англо-арабская Dragon Oil и малазийская Petronas Charigali, а также некоторые западные и российские нефтегазовые компании.

Соглашение, определяющее режим межгосударственного взаимодействия на Каспии, позволило бы снять существующие вопросы относительно нефтедобычи, рыбной ловли, судоходства, а также урегулирования экологических проблем. Отсутствие подвижек в данной области со временем может привести к появлению новых или обострению имеющихся противоречий. 

Катастрофа на нефтедобывающей платформе British Petroleum в Мексиканском заливе в 2010 году показала, что разлив нефти может привести к ужасающим последствиям. Каспийское же море является закрытым водоемом, и потенциальная авария на месторождении негативно отразится на всей экосистеме. Вот почему повышается актуальность разработки совместного механизма действий в случае ЧП, согласованного всеми пятью прикаспийскими государствами.

Еще в 1997 году США объявили Прикаспийский регион зоной своих исключительных интересов, что подтолкнуло Вашингтон к активизации сотрудничества со странами «каспийской пятерки». В силу сложившихся геополитических реалий единственным исключением остается Иран. Начиная с 1979 года между США и ИРИ не поддерживаются дипломатические контакты, с каждым годом усиливается давление США на иранскую экономику. Культивированная годами взаимная неприязнь, безусловно, не способствует гармоничному развитию региона. Однако ряд последних событий позволяют надеяться, что и на данном направлении возможны некоторые позитивные изменения. К числу таких событий можно отнести состоявшийся телефонный разговор между президентами США и ИРИ. Политологи усмотрели в этом знак к потеплению ирано-американских отношений, отмечая, что при Ахмадинежаде такое представить было невозможно. Немаловажным аспектом американской политики на Каспии остается стремление оказать посильную политическую и экономическую поддержку своим европейским союзникам. Наглядным примером такой поддержки стало лоббирование реализации важного для ЕС проекта NABUCCO, который бы обеспечил снижение зависимости Европы от поставок природного газа из России. Кстати, последняя не всегда одобряет инициативы США в Каспийском регионе. Наряду с ИРИ, РФ высказывает определенные опасения по поводу того, что Казахстан и Азербайджан получают помощь США в развитии национальных ВМС на Каспии. Здесь, я думаю, страхи преувеличены. Мы принимаем помощь от дружественных нам стран, в число которых помимо США входят также Турция и Южная Корея. Американское правительство решило оказать поддержку Казахстану и Азербайджану в вопросе модернизации морских портов и подготовки кадров для военно-морского флота. Нужно понимать, что любую помощь мы не воспринимаем как дружбу «против кого-то». Мы пытаемся создать современную военно-морскую инфраструктуру, которая бы обеспечивала защиту собственных национальных интересов. Собственно, это и есть многовекторная политика на практике.

Предложенная КНР идея «экономического пояса Шелкового пути» – это попытка соединить Центральную, Восточную, Южную и Западную Азию различными способами экономического сотрудничества. И хотя от более детальных предложений Пекин пока воздерживается, уже сейчас можно с уверенностью утверждать, что по сравнению с американской программой «Нового Шелкового пути» китайский аналог будет значительно масштабнее. Однако и в том, и в другом случае Каспию отводится не последнее место в силу его особого геостратегического расположения. 

[…] Учитывая геополитическую обстановку вокруг ИРИ, принципиально важным для Тегерана является гарантирование безопасности своих северных рубежей. Поэтому применить на Каспии положения Конвенции ООН по морскому праву в полном объеме не получается. Казахстан выступает за применение лишь отдельных статей Конвенции, касающихся режимов и ширины различных участков моря, А в остальном, считает Астана, надо придерживаться международной практики делимитации озер. На III Саммите глав прикаспийских государств, который состоялся в ноябре 2010 года, президент Казахстана Нурсултан Назарбаев предложил каждой стране руководствоваться простым и понятным принципом. 12–13 морских миль – территориальные воды. Столько же – рыболовная зона. Все остальное – зона общего водного пространства. Национальная же зона по исключительной экономической деятельности в сфере недропользования должна вычисляться методом модифицированной срединной линии, которая строится на основе равного удаления от берегов противолежащих государств. Позицию Казахстана поддерживают Россия и Азербайджан, что вполне закономерно, поскольку Астана, Баку и Москва фактически урегулировали вопросы с разделением северной части Каспийского моря. Надо заметить, что российско-иранские договоренности 1921-го и 1940 годов не содержали пункта о недропользовании, хотя промышленная добыча нефть в окрестностях Баку началась еще в XIX веке. Однако проблем с иранской стороны не возникало, поскольку эти разработки никак не затрагивали интересы Тегерана. Любопытно, что сам Иран начал геологоразведку на Южном Каспии относительно недавно, в 2001 году. С помощью западных нефтяных компаний ИРИ удалось подтвердить наличие нефтегазовых запасов в каспийской акватории. Первая платформа с буровой установкой в прибрежных водах была установлена в 2009 году. Оказалось, запасы нефти и газа могут быть вполне сопоставимы с рядом месторождений Казахстана и Азербайджана. Так или иначе, все участники каспийского процесса не хотят воевать, не хотят нападать и превратить Каспий в очередную «горячую точку». А вот отстаивать то, что досталось от СССР, они готовы». 

(Полная версия материала: http://sim.kz/articles/view/36997)

Версия для печати